Историю эту я назвала "Бедная Маша". Прошлой зимой, вскоре после Нового года, еду в метро. Сижу, дремлю, невольно подслушиваю разговор двух стоящих надо мной девушек. Они оживленно обсуждают печальную судьбу некоей Маши. - Уже знаешь про Машку? Слышала, что у нее, оказывается, было? - Нет. А что? -Печеночная недостаточность, представляешь? -Ничего себе! Бедная Машка! Вот не повезло! -Да уж, хуже не придумаешь. А еще почечная недостаточность. И мочекаменная болезнь. Тут уж и я распереживалась про неизвестную мне Машу. Небось молоденькая совсем, а болезни такие страшные. Вот живем, не ценим своего здоровья, а другим вот как достается. - Слушай, ну и как она выкрутилась? - Да никак. Пойдет теперь на перездачу. Тьфу ты! Зимняя сессия, студентки-медички, а я со своими сочувствиями. Впрочем, все равно ведь "Бедная Маша".
Историю эту я назвала "Бедная Маша".
Прошлой зимой, вскоре после Нового года, еду в метро. Сижу, дремлю, невольно
подслушиваю разговор двух стоящих надо мной девушек. Они оживленно обсуждают
печальную судьбу некоей Маши.
- Уже знаешь про Машку? Слышала, что у нее, оказывается, было?
- Нет. А что?
-Печеночная недостаточность, представляешь?
-Ничего себе! Бедная Машка! Вот не повезло!
-Да уж, хуже не придумаешь. А еще почечная недостаточность. И мочекаменная
болезнь.
Тут уж и я распереживалась про неизвестную мне Машу. Небось молоденькая совсем,
а болезни такие страшные. Вот живем, не ценим своего здоровья, а другим вот как
достается.
- Слушай, ну и как она выкрутилась?
- Да никак. Пойдет теперь на перездачу.
Тьфу ты! Зимняя сессия, студентки-медички, а я со своими сочувствиями.
Впрочем, все равно ведь "Бедная Маша".