Лучшие анекдоты

Поздний вечер. Шел всего лишь второй час далекого–далекого путешествия из Москвы в Краснодар.
Заранее уставший междугородный автобус пытался поскорее уснуть и не думать: ни о времени, ни о пространстве, ни даже о туалете. Каждому хотелось умереть на ближайшие двадцать часов, чтобы вообще не заметить эту муторную, тошнотную дорогу.
Вдруг, среди леса, без видимых причин, автобус начал сбавлять ход, прижался к обочине и наконец остановился.
Бородатый водитель вылез из-за руля, вошел в салон и принялся нежно будить старика спящего на переднем сидении.
Старик проснулся, покрутил головой и увидев перед собой водителя, испуганно спросил:
- Что? А?
Бородатый водитель протянул деду паспорт и сказал:
- На вот, возьмите, к сожалению, вам придется выйти здесь, мне сообщили, что сейчас будет проверка, так что дальше я вас не повезу. Пойдемте, багажное отделение открою, баулы свои заберете.
Старик затрясся мелкой дрожью:
- Ну, ты что? Как так? Мы же договорились. Куда ж я выйду среди леса, да еще и с четырьмя сумками? Я же сказал тебе, что в Краснодаре меня сын встретит, он и заплатит за проезд. Вот же мой паспорт в залог. Не будь таким черствым, ну нет у меня денег, ну так получилось, с кем не бывает.
- Уважаемый, я все понимаю, но дальше не повезу, при всем уважении, у меня тоже семья, дети, не хочу я из-за вас работу терять. Я бы и бесплатно вас довез, мне не жалко, но тут такое дело - контроль. Давайте, поднимайтесь, не задерживайте, у меня график.
Некоторые пассажиры проснулись и попытались поднять голос за деда:
- Ну, ты что? Куда же он пойдет? Лес кругом, да еще и без денег. Ну, будь ты человеком, не трогай старика, говорят же тебе – «сын встретит, заплатит». Что, паспорт двух тысяч не стоит? Ты посмотри, какой дождь на улице.
Дед, чуть не со слезами на глазах, с трудом выкрутил с пальца обручальное кольцо и протянул водителю:
- Мало тебе паспорта? Вот, возьми в залог обручальное кольцо.
Водитель аккуратно поднимая старика за локоток, ответил подчеркнуто ласковым голоском:
- Ну, что вы? Зачем мне ваше золото? У меня автобус, а не ломбард. Есть билет – едем в Краснодар, нет – выходите тут.
Дед совсем сник, надел обратно кольцо, спрятал паспорт, достал из кармана две тысячи рублей и со вздохом протянул их водителю:
- На вот, последние, забирай, кровопийца. Теперь сутки голодать придется, а мне нельзя, у меня сахар в крови.
Водитель отвел руку с деньгами и все тем же ласковым голосом ответил:
- К сожалению, ничем помочь не могу, я не торгую билетами. Нужно было на автовокзале в кассе купить, тогда и ехали бы сейчас как все. Давайте, проходим, проходим на выход, вы людей задерживаете.
…Через минуту автобус уже отъехал от безымянной обочины, оставив после себя растерянного деда с четырьмя большими сумками.
Ропот возмущенных пассажиров не прекратился, а только нарастал.
Водитель, чтобы перекрыть эти революционные голоса пассажирской солидарности, взял микрофон и весь салон наполнился его голосом, только вот голос уже был не прежний ласковый, а ликующий, почти переходящий на крик:
- Что, пожалели эту старую cboлoчь?! Ну, так слушайте, я вам расскажу: полгода назад, этот дедок, вот так же как сегодня подошел ко мне и со слезами на глазах попросил довезти его до Краснодара – «Денег нет, вот возьми паспорт в залог, а по приезде меня сын встретит, так сразу и отдаст».
Ну, думаю – отчего же не помочь старику? Взял в залог паспорт и сам, за свои кровные купил этой суке билет.
Приехали в Краснодар. Действительно – встречает сын – сержант милиции. Подходит и говорит:
- Паспорт этого гражданина у тебя?
- У меня, только он мне должен две тысячи, вот билет.
А мент и говорит:
Засунь себе этот билет и давай сюда паспорт, пока я на тебя наручники не надел за вымогательство!
Потом со всей дури, так херакнул меня дубинкой по ноге, что я потом еле обратно до Москвы доехал.
А сегодня, спустя полгода после того случая, этот старый козел опять ко мне подошел, видимо не узнал, я ведь раньше без бороды был…
Ну, что, еще кому-нибудь жалко этого бедного дедушку…?
«Ваше топливо кончилось... ».
Самолёты гоняли в Нигерию обычно по маршруту
Сыктывкар-Шереметьево-Прага-Касабланка-Бамако-Кано. В Касабланке с
удовольствием ночевали, а наутро был 4-х часовой, на максимальную
дальность, бросок через пустыню. И вот один из экипажей, состоящий из
большого лётного начальника, молодого второго пилота, летящего заграницу
впервые, редколетающего за границу штурмана и, слава богу, ветерана этих
перелётов – бортмеханика, стартовал за приключениями. Через Европу
пролетели как по маслу. По прилёту в Касабланку штурман сказал
бортмеханику, сколько надо заправить керосина на перелёт в Бамако. И
цифра эта оказалась раза в полтора меньше обычной заправки. Бортмеханик
удивился, но не стал вникать в тонкости расчёта и залил, на всякий
случай, как обычно, полные баки. Здесь надо пояснить: на Ту-134
топливная система и её индикация придумана была, наверное, чтобы
максимально усложнить жизнь экипажу. Лётчики вникали в её тонкости
обычно при сдаче зачётов и тут же благополучно забывали до следущего
раза. Реальную заправку знали только бортмеханики. Они же и выставляли
перед полётом количество залитого топлива на «часах» - расходомере с
циферблатом похожим на часовой, который по мере расхода топлива
отматывал показания назад. Его индикация была и ежу понятна. Другой же
прибор, собственно топливомер, показывал фактическое топливо в баках, но
его показания были доступны только наиболее одарённым пилотам.
Итак, наш бортмеханик выставил расчитанное штурманом топливо на «часах»,
и они взлетели в неизвестность. Дальше со слов второго пилота: Когда мы
были уже посреди пустыни, штурман вдруг закурил (до этого в курении на
борту замечен не был)... Начал усиленно что-то опять считать, ещё раз
закурил, набрался смелости и сознался, что топлива нам не хватит... Он,
оказывается, при расчёте забыл, что имеет дело с морскими милями, а не
километрами (весь его предыдущий международный опыт был в полётах в
Болгарию и, соответственно, расчётах в километрах). Миля длинее
километра, грубо говоря, в два раза. Соответственно и топливо. При
перерасчёте получалось, что оно должно будет кончиться, в лучшем случае,
при заходе на посадку. Немая сцена. Занавес... У всех вместе с холодным
потом примерно одна мысль: «Ё. твою мать!!!» И, перед глазами картина
обломков Ту-134 среди барханов. У второго пилота дополнительная мысль:
«За что убиваете? Впервые заграницей, и пожить-то ещё не успел... ».
Командир от безнадёги ещё подёргал селектор топливомера, в котором всё
равно ничего не соображал, и попросил сигарету (до этого никогда не
курил)... В голове также пролетели мысли о неминуемом, хоть и
посмертном, позоре, перемывании костей на разборах, телеграммах по мерам
предотвращения подобных происшествий, висящих во всех штурманских
страны. И журналисты даже не напишут, что экипаж уводил самолёт от жилых
домов за полным отсутствием оных в предполагаемом месте падения.
Бортмеханик дал им ещё минут десять насладиться ощущениями неминуемого
конца и со словами «Ваше топливо кончилось, теперь летим на моём»
выставил «часы» на фактическое количество в баках...