Skip to main content
Навеяло историей про экзамен и морковку.
Учился на специальности "Авиационные двигатели" (давно дело было).
Третий курс, базовая дисциплина "Теория двигателей".
Девица "плавает" практически безнадежно, ничего не знает. Преподаватель пытается вытянуть хоть какие-то знания по предмету. Задает вопрос:
- Что создает двигатель?
Девица, после долгих раздумий:
- Шум создает..
Преподаватель "в ауте". Немного справившись с шоком, спрашивает:
- Ну и какая от него польза, кроме той, что он на аэродроме своим шумом ворон пугает?
А в ответ - тишина..
Немного повздыхав, преподаватель говорит: "Тягу он создает, тягу.." и ставит ей "уд."
Когда она вышла из аудитории, он задумчиво смотрит на дверь и говорит: "Как же она доучилась до третьего курса?!!!".
P.S. А девица доучилась до диплома, защитила его и работала почти по специальности: в отделе переводов на моторостроительном заводе. кстати, английского она тоже не знала.
Цитаты из газет.
В ходе осмотра выяснилось, что самоубийство гр. Сидорова было совершено им самим.
В тяжелом состоянии находится известный офтальмолог Огоньков, он угасает прямо на глазах.
Последствия авиакатастрофы: 120 погибших, из них 40 в тяжелом состоянии.
Убийство мужчины, расчлененный труп которого был обнаружен в мусорном контейнере, остается целой загадкой.
Самоубийца выстрелил себе в сердце. Пуля прошла навылет и вышла в области левого виска.
Когда был обнаружен череп с тремя пулевыми отверстиями, жетрва уже не помнила обстоятельств преступления.
Заключенный, которому смертная казнь была заменена пожизненным заключением, напал на конвоира, за что ему судом был добавлен еще один год лишения свободы.
Гражданину Иванову, получившему сильные ожоги, удалось погасить пламя на самом себе по дороге в больницу.
Украина в первый день после финала Евро-2012:
- в новом терминале львовского аэропорта, как и планировалось, открылся вещевой рынок;
- украинские милиционеры перестали имитировать знание английского языка и снова заговорили на суржике и фене;
- пpoctиtуtkи, хорошо заработавшие во время проведения Евро-2012, массово скупают места в Верховной Раде;
- сборная России, возвращаясь с Евро-2012, прихватила с собой Крым;
- Виктор Янукович во время прямого телеобращения поздравил украинский народ с окончанием зимней Олимпиады;
- с украинских отелей в массовом порядке начали отпадать звёздочки;
- воспользовавшись киевскими уличными указателями, пропали без вести 1240 иностранных болельщиков;
- по подсчётам независимых экспертов, шелухой от семечек, съеденных во время проведения Евро-2012, можно покрыть территории Венгрии и Румынии.
Разбираю как-то на днях новые приказы, полученные из канцелярии.
Те приказы, которые касаются нашего отдела, отписываю соответствующим работникам. Попадается приказ о начале с 22 мая студенческой практики, в части нашего отдела ответственной назначена Надежда - мой заместитель.
Маленькое отступление: студенты-практиканты у нас частый случай, обычно направляются 3-4 курсы соседнего техникума, детишки лет 15-16-ти, мы их за глаза так прямо "дети" и называем. Так вот, звоню я Надежде и на автопилоте сообщаю: Надежда, к 22 мая у нас с тобой должны быть "дети".
Надежда, немного опешив: " Дети? у нас с тобой? к 22 мая??? Потом понимает, что речь идет о практикантах, но уже для прикола: "Ну, срок даешь ограниченный, но постараюсь к этому времени хотя бы забеременеть..." Весь отдел, видевший обещание незамужней Надежды, забеременеть к 22 мая был в шоке, но когда разобрались в чем дело, долго хохотали...
Екатеринбург, объездная дорога больше похожа на проселочную - по одной полосе туда-обратно, поэтому пробки неизбежны, особенно в час пик, а если еще и кто-то поторопится, то ДТП со всеми вытекающими.
Сейчас ситуация меняется, расширяют дорогу, но всё в процессе. Когда приезжает ВИП и перекрывают часть дорог, то коллапс неизбежен (как и в большинстве городов). Открылся ЭКСПО, находится по дороге из аэропорта Кольцово в Екатеринбург, как раз на "краю" ЕКАД. 16 октября ЭКСПО посетил Д.А. Медведев, ЕКАД "встал".
Вечером читаю новостные заголовки, которые идут друг за другом : "Медведев предложил ужесточить наказания для водителей" и "ЕКАД встал в глухой пробке. Водители винят в этом Медведева".
Нет нет нет, в таком порядке они и были, если их переставить, то ...
Их было трое:
командир и два бойца. Вот уже сутки они пробирались к своим через лес после выполнения разведзадания. После прошедшего ливня высохнуть уже успели, но вот прыгать по лужам было неудобно. На каждого оставалось по три автоматных магазина и несколько гранат. И занимавшая два увесистых рюкзака радиолокационная станция, которую какие-то штабные остряки назвали "портативной".
- Прилетит, - командир отряда Геннадий Кроков посмотрел на часы. - Не может не прилететь!
- Скорей бы уже! - лопоухий радист по кличке Че нервно огляделся по сторонам и ещё раз проверил режим огня на АКС.
- Оператор, обстановка? - Кроков поднёс к глазам мощный плоский бинокль, бесполезный в лесу, и тут же опустил.
- Наблюдаю движение людей в наш сектор с юго-восточной стороны, - доложил оператор "портативной" РЛС Гибусов. - Пятнадцать человек, идут быстро, ориентировочно будут через пять минут.
Во время короткой стычки с лесным патрулём рация тут же вышла из строя, повреждённая шальной пулей. Тогда же Кроков, поймав на маленьком сканирующем приёмнике вражескую частоту, выяснил, что за ними охотится всего одно отделение противника. Командир вражеского подразделения решил не докладывать в штаб, а обойтись своими силами и пожать все лавры за поимку. До точки эвакуации оставался ещё день пути, а кольцо окружения продолжало сжиматься. Но Кроков приказал замаскироваться на этой поляне, зачехлить всё оборудование, кроме РЛС, и ждать вертолёта. Над поляной периодически, с интервалом в час, пролетали беспилотники, и Че каждый раз еле сдерживался, чтобы их не сбить.
- План Бэ? - на всякий случай уточнил Гибусов тогда. Кто знает, может быть, это заранее обговоренное место экстренной эвакуации, о котором командир просто умолчал.
- Типа того, - отмахнулся Геннадий. "Всё равно не поверят!" - подумал командир.
Над головой раздался рокот винтов. Над лесом прошёлся небольшой вертолёт маскировочного небесного цвета, зависший метрах в трёх над поляной, где скрывались бойцы. С борта свесилась лестница.
- Грузимся! - скомандовал командир. - Сначала станция. Я прикрываю.
Зачехлив РЛС, Гибусов взвалил один рюкзак на спину и быстро забрался в вертолёт.
- Че, пошёл! - Радист схватил второй рюкзак, практически взлетел по лестнице и занял оборону у двери:
- Командир, давай!
Поднимаясь по лестнице, Кроков увидел, что сквозь густые кусты на краю поляны продираются вооруженные люди.
- Ходу! - закричал он, влезая в кабину.
- Перегруз, - ответил пилот в украшенном звёздами шлеме.
- Балласт! - командир указал на деревянные ящики в салоне и тут же сбросил ближайший к себе. По траве разлетелись яркие блестящие брикеты. Взревев, "вертушка" поднялась над кронами деревьев. Бойцы выбросили второй ящик прямо на подбегающего противника.
- Достаточно! - крикнул пилот. - Хочешь увидеть кино?
Кроков увидел, что в вертолёт целятся с земли из ПЗРК, и крикнул:
- Давай!
"Вертушка" выстрелила вправо тепловыми ловушками и ушла влево. Справа раздался взрыв.
- Да ты прям волшебник! - восхитился Че.
- Ты не поверишь, - усмехнулся пилот, выводя машину на курс. Кивнул на последний ящик:
- Там ещё немного осталось. До точки эвакуации лететь минут десять.
- Нам хватит, - Геннадий открыл деревянную крышку. - Разбирай, бойцы, я угощаю. Ручаюсь, ангины не будет!
В точке эвакуации вертолёт сел на каменистое плато.
- Выгружаемся! - скомандовал Кроков. Подхватив рюкзаки с РЛС, бойцы сошли на землю. За ними спрыгнул Геннадий, таща на себе увесистую сумку и большой полиэтиленовый пакет. Все трое отбежали от вертолёта, который тут же поднялся вверх. Но не улетел, а стал описывать над плато круги.
- Рация! - догадался Че, увидев сумку. - Рабочая?
- Так точно, - улыбнулся Кроков и скомандовал: - Че, связь! Запрашивай эвакуацию. Потом я разведданные передам.
- Командир, что это было? - не выдержал Гибусов. - "Вертушка" подхвата на случай долгого радиомолчания?
- Волшебник, - серьёзно ответил Геннадий. - В голубом вертолёте. Кино показал, эскимо подарил. Здесь ещё немного осталось, - Кроков открыл пакет. - Ешьте, а то растает. Нас в лучшем случае через сутки заберут.
- Сказать кому - не поверят, - произнёс Че, распаковывая и включая рацию. - И правда работает!
Провожая взглядом улетающий вертолёт, командир вздохнул:
- Через год снова прилетит. Он всегда прилетает в этот день.
- Почему? - спросил Гибусов, доедая необычайно вкусное мороженое. "Интересно, где такое делают?" - подумал радист.
- У меня сегодня день рождения.
Недавно летал в командировку через Сеул.
А тут же кругом свинский грипп
свирепствует. Наблюдение, как проводится контроль здоровья "тама" и
"здеся".
Первое: Сеул. Граждане как обычно выходят из самолета, предварительно в
полете заполнив бланк, в котором они обещают, что чувствуют себя
исключительно здоровыми, номер рейса, место, дата, подпись. Бланк отдают
одному из четырех проверяющих на входе в аэропорт, который моментально
приставляет к шее инфракрасный термометр, проверяет, полностью ли
заполнен бланк, и - Welcome! Процедура практически не задержала никого.
Второе наблюдение: лечу обратно, Сеул-Владивосток. Сели (с каким
грохотом и тряской это происходит на нашей ВПП - кто летал, тот знает).
Девичий голос на 4 языках (англ., яп., кор., рус.) объявляет:
"Пожалуйста, оставайтесь на своих местах, сейчас будет проведена
проверка вашего здоровья". Предвкушаем, как войдет врач в белом халате,
с еще более инфракрасным термометром, а возможно и с другой аппаратурой
- грипп не шутка!
Ждали минут 15. Мы-то привычные, а гости страны не въезжают, - чего
ждем, если уже сели? И вот... входит она... женщина в темно-красном
кителе, с отличительными медзнаками. Проходит вдоль самолета, и...
СМОТРИТ на пассажиров. А в Боинге мест мноооого. Идет медленно, как
будто издевается (а тем временем все остаются на местах), но улыбается,
надо заметить, видать, инструкция-таки. Как говорится, две большие
разницы.
И еще вдогонку, кому доводится во Владивостокском аэропорту границу
переходить (оттуда-сюда), посмотрите: прямо перед паспортным контролем
масенькое помещение, в котором все население самолета толчется и ждет
очереди. Зато высокое, метров 5-6, а на высоте 4 метра - электрическая
розетка. Прикольно.
Читал архив историй и наткнулся на рассказ про непредвиденную посадку самолета в Казани вместо Домодедово, и как это стало настоящим везением для главной героини (история от 11.
08.2010).
Моя история тоже про посадку в Казани, однако в части везения ровно наоборот - со знаком "минус". История давнишняя, но правдивая, лично из уст непосредственной участницы.
Летела она перед Новым годом, 31-го числа, рейсом Стамбул-Казань какой-то малоизвестной «Турка-чурка-авиа», с дальнейшим переездом на авто в соседний родной Ульяновск. Рассчитывала поспеть к родне прямо к новогоднему столу.
Однако на подлете к Казани им объявили, что обледенела полоса, и турок-командир запросил экстренную посадку в ближайшем аэропорту, которым оказался Ульяновск-Восточный.
В нем в итоге и сели благополучно.
Услышав по громкой связи, что самолет вместо Казани идет на посадку в родной Ульяновск, да еще и в аэропорт Восточный (вообще рядом с ее домом!), барышня несказанно обрадовалась – добрый Дедушка Мороз однозначно делает подарок девочке за хорошее поведение в уходящем году, и совсем скоро она будет рассказывать любимой маме стишки про Турцию :)
ХА-ХА-ХА! ГЫ-ГЫ-ГЫ! Ах, если б бы!!!
Самолет благополучно сел, однако людей никто никуда не выпустил. Объявили, что надо подождать и потом еще несколько раз просили подождать, и так в течение примерно четырех часов.
Потом сказали такую вещь: Казань не принимает, могут выпустить здесь, но только ВСЕХ пассажиров, либо опять же ВСЕ возвращаются в Турцию в Стамбул. Одно из двух: либо все выходят здесь и тогда им организуют необходимые паспортно-таможенные контроли, либо заправляются и все летят обратно, без вариантов.
Народ, разумеется, был недоволен, поскольку почти все были из Казани, но куда деваться... До Казани 240 км, не так уж и много, надо выходить и дальше ехать на такси, к НГ успевают.
Однако не тут-то было! В самолете оказалась пара с ребенком, которые НАОТРЕЗ отказались выходить. Другие пассажиры их сначала просто уговаривали, затем умоляли, потом даже пообещали, что скинутся всем самолетом на такси до Казани - те ни в какую!
Тогда командир, недолго думая, принял решение лететь без лишних разговоров обратно в Стамбул.
Вот это было нечто! Взлетая, подруга смотрела на родной микрорайон весь в вечерних огнях, не веря в реальность происходящего и кляня превратности судьбы. Вернее сказать, злого Дедушку Мороза, который, судя по всему, решил наказать плохую девчонку за шляние по Турциям с сомнительными целями в последние полгода.
В восемь часов предновогоднего вечера борт прибыл в Стамбул. Пассажиров определили в зал ожидания, выдали талоны на скудное питание и сказали ждать. Ждать пришлось до утра 1-го января и, соответственно, встречать НГ в турецком аэропорту :(
Им еще повезло - 1-го в Казань летел пустой борт, забирать паломников на хадж, а то еще неизвестно, сколько бы ждали рейса, ибо в то время Казань была направлением непопулярным. А весь этот сыр-бор возник, судя по всему, из-за жлобства турецкой авиакомпании, не желающей платить за услуги ульяновского аэропорта. Этот аэропорт строился для огромного авиакомплекса, который когда-то при коммунизме выпускал мега-самолет АН-124 "Руслан", и за все время существования редко принимал обычные пассажирские рейсы. Соответственно постоянно дислоцирующихся в аэропорту пограничных и таможенных служб не имел. Они там появлялись только непосредственно перед посадкой нечастых бортов. Поскольку накануне НГ никаких рейсов не ожидалось, работников упомянутых служб там не было ни души. Поэтому, видимо, и случились дальнейшие приключения – вероятно аэропорт тоже не подкачал и по случаю праздника заломил денежку за прием пассажиров, а в «Турка-чурка-авиа» сообразили про порожний борт до Казани на следующий день и им дешевле было вернуть пассажиров в Стамбул. А что у людей Новый год – так насрать. Что туркам, что нашим. Обычное дело. Не подохнут, чай не американцы же какие-нибудь…
Чуть позже девушка узнала, что оказывается Казань-то в тот день рейсы принимала, но погода и вправду была плохая и посадки происходили «на усмотрение командира» с правом последнего отказаться от посадки. Турок-командир забздел и сел в Ульяновске (да может оно и к лучшему, а то мало ли что в этой Казани на ледяной полосе случилось бы, когда штурвал держат дрожащие волосатые руки…).
В общем, "летайте самолетами Lufthansa!", а по России катайтесь на поезде :)
P.S. А кто знает, как по закону-то? Пассажиры имеют право высадиться в аэропорту, если самолет где-то вынужденно приземлился? И ведь на Родину вообще-то прилетели, так что же это – к себе в дом войти нельзя??
Я как-то даже и верить не хотел, но мой знакомый авиатор за язык пойман не был, да и кой-какие слухи про это до меня и раньше доходили.
Но я все-таки немного сомневаюсь.
- Это был полный писец! – радостно заржал Леха. – Даже нет, это было стадо песцов!
Зная Леху я как-то сразу поверил ему, потому, у него «писец» означало что-то теперь уже не существенное, типа аварийной посадки, или забывания важного начальника на какой-нить далекой, северной точке.
Ах, да, я не представил вам Леху. Алексей – пилот грузового вертолета МИ. И распиздяй по жизни. А поскольку человек он просто какого-то ненормального оптимизма и веры в людей, то пилот и распиздяй он от Бога.
Так вот, «писец» это то, после чего обычный человек лег бы в психушку и вышел из нее при хорошем раскладе лет через пять. Но у Лехи этими самыми «песцами» была нашпигована вся его жизнь и поэтому то, что для нормального человека заканчивается стационаром и галопередолом, то для Лехи это – десять минут ржача в курилке.
Но когда он говорит «стадо песцов», можете поверить, это действительно стадо. Даже для него.
…В общем маленький северный аэропорт, работающий в одну смену и на ночь запирающийся на замок.
Это был обычный рейс в таежный поселок, который своим размером был даже меньше самого аэропорта, и поэтому мог принимать только вертолеты и самолеты типа АН-24 да Кукурузника.
Была зима, шел снег и на столе в буфете нашего аэропорта, куда была приписан Лехина вертушка, уже закрытом для обычных посетителей, стояла бутылка водки и не одна, закуси море и прочих маленьких полетных радостей, когда отмечают чью-то то ли первую тысячу, то ли уже не первую тысячу часов налета.
Два часа назад ушел крайний борт в тот самый маленький поселок и должен был там заночевать, а утром вернуться. Все шло как обычно и уже налили по первой, как зазвонил телефон.
Командир авиаотряда, который по традиции тоже поздравлял юбиляра, вернул рюмку на стол и сделал предостерегающий жест остальным.
Командир был сед, умен и бит, и поэтому просто своей кармой чувствовал грядущие пакости.
Повинуясь знакомому жесту командира, все аккуратно поставили рюмки на стол и замерли в ожидании, надеясь, что в этот раз командирское чутье дало сбой, первый раз за двадцать лет.
- Да… Где?.. Когда?... Сильно?… Да… Нет, никому не надо… Сами разберемся… Пока.
Договорив, он обвёл стол взглядом, по которому было понятно, чуйка у командира по прежнему в прекрасном техническом состоянии и работает как надо.
- В общем так. У нас небольшой писец.
Он, как и Леха, был и в том и в другом одаренной личностью, поэтому «писец» был воспринят спокойно. А и правда, что тут, песцов не видели, что ли? Все взрослые, повидавшие, так что давай командир, неси весть в массы.
А весть была такой – крайний борт, ушедший в северную глухомань – долетел. Это хорошая новость. Но при рулежке на заснеженной полосе провалился в какую-то яму и подломил стойку шасси. Вроде не сильно, но ремонтировать там нет возможности, да и все подобные случаи должны расследоваться в установленном порядке.
А командир не хотел «установленного порядка». Он был достаточно стар и авторитарен, чтобы в своем авиа-огороде разобраться сам.
После небольшого обсуждения, в основном деталей предстоящего, Леха и еще четверо коллег разбежались по домам. Отсыпаться перед предстоящим.
Утром Леха проснулся, радостно покривлялся в постели, изображая Каа перед бандерлогами, почесал кота промеж ушей, за что и получил благодарственный «мяв», умылся и поскакал в порт.
Ровно через полтора часа Лехина вертушка взяла курс на поселок, где так неудачно приземлился его коллега.
… Затея по неоглашению события была проста и элегантна. Как говорил мне Леша – Я даже порадовался такой работе. Ну не знаю-не знаю. Вряд ли у меня такая работенка вызвала бы радость, но и я – не Леха. А он порадовался.
Не, а чо? Лучше повода для радости и не придумать, чем зимой тащить под брюхом на тросах сломанный самолет. Именно в этом состояла затея командира. Разумеется никто никого не заставлял вписываться в эту авантюру, ибо все понимали ЧТО будет, если ихние, авиаторские (не знаю как они правильно называются) органы надзора пронюхают про эти тайные делишки.
А делишки были конкретно тайные. Ну, просто все сделали так тихо, что никто и не догадался посмотреть в совершенно чистое небо, где ревел огромный транспортный вертолет и тащил под собой унылую Тушку с подвернутой лапкой. На фоне бескрайнего неба, прямо посередине синевы, на малой высоте, этот тянитолкай не привлек внимание только впавшего два месяца назад в спячку медведя.
- Ну, в общем летим. Я уже радуюсь, как по прилету командир накроет обещанную поляну, как здорово мы всех лоханули с этой Тушкой. Щас прилетим домой, там ее технари быстренько подправят, вставят новый протез и все. Ничего и не было. А кто говорит, что было?
И вот лечу, мечтаю, аж слюни на приборы капают, смотрю на коллег, те по внешнему виду в унисон со мной мыслят. Переглянулись, улыбнулись понимающе, типа подтвердили что об одном и том же думаем.
И тут ветерок. Ну как ветерок, порыв ветра то в одну, то в другую сторону такой, что нас развернуло чуть ли не раком. Пока выправлялись, пока переглядывались… Только чувствуем что-то нехорошее. Причем все четверо чувствуем. Машина стало как то легко идти.
Боясь посмотреть вниз все-таки глянули одновременно.
- Ну чо – грустно закончил Леха. - Самолета мы там не увидели. Оторвался сердешный. Как было ему на роду написано, так и случилось. Хорошо, что троса когда сыграли, то не захлестнули винты, а то была бы неприятность и казус для авиаотряда.
- Так это, Лех - я как-то был недоволен оконцовкой – а стадо песцов то где? Это вот оно?
- Да не! - Леха к прошлому был оптимистичен – это был просто писец. А вот стадо песцов было, когда нас Самая Специальная комиссия углубленно, несколько месяцев и со знанием дела спрашивала, как мы умудрились поломать ногу самолету, а потом еще и добить его раненого и беззащитного. И все за одни сутки. И вот что непонятно – Леха наивно похлопал глазами – кто же им все рассказал? Мы, вроде, все по тихому сделали…
В общем после этого я понял разницу между «писец» и «стая песцов».
Теперь о прыжках с парашютом.
1. Начало дня.
Рано утром загрузились в Валерину машину и поехали в Енакиево. Нашли там
проходную ЕМЗ, местный досааф и встретились с остальными. Тем временем
просьбы Мишки, узнавшего знакомые места, отвезти его к бабушке Вале,
становились все настойчивее. Мы подумали, что в принципе это удачное
решение, и быстренько забросили его к обалдевшему дедушке Славику
(бабушка Валя только уехала на работу). В-общем, Мишка остался у них
строить забор, а Леша, которого мы брали с собой с целью присмотреть за
Мишкой, остался не у дел и решил, несмотря на похмельное состояние,
послушать наш инструктаж в досаафе.
2. Теоретическая подготовка.
Собралось нас человек 30-35. Вначале заполняли какие-то анкеты и
заявления о снятии ответственности. Потом инструктор подробно
рассказывал об устройстве парашюта, обо всех фазах прыжка, расчете
скорости, приземлении, о нештатных ситуациях и выходах из них. Очень
толково рассказал, надо признать.
Поняв, что умереть практически невозможно, я слегка успокоилась.
Главное, все делать так как тебе говорят, а не так как ты видел по
телевизору. Очень многие вещи для меня оказались откровением: и то, что
скорость приземления (и безопасность тоже) на двух парашютах такая же,
как на одном, и то, что 1 км - это всего лишь 23 секунды свободного
падения, и то, как сложно напрячь ноги в подвешенном состоянии, и зачем
выдыхать весь воздух перед ударом или аварией, и то, что у высоких и
тяжелых людей вероятность травм намного выше, и как вести себя при
приземлении на воду, крышу, деревья, провода, кладбище, и даже то, что
парашютом, оказывается, можно управлять! Словом, полезный был
инструктаж, без запугивания, но с кучей советов по выживанию.
3. Практическая подготовка.
После обеденного перерыва мы длинной кавалькадой иномарок, возглавляемой
стареньким пузатеньким автобусом, медленно и печально потащились на
аэродром. Ощущение обреченности стало еще более гнетущим, когда
проезжали мимо кладбища, про правила приземления на которое нам только
что рассказали. На аэродроме все оживились. Нас разбили на три подгруппы
по 10-11 человек, и началась муштра. Я пожалела о тех двух последних
бутербродах, которые пришлось съесть, чтоб не выбрасывать.
Вначале тренировали прыжки с полуметра, затем с метра, потом желающие
могли прыгнуть с двух. Тяжелее всего дается умение держать ноги идеально
вместе - они так и норовят разъехаться. Когда ты прыгаешь в песок, это
не так страшно, а вот на неровной твердой поверхности это чревато
травмами. Учили прыгать боком, спиной, группироваться, кувыркаться, не
смотреть под ноги.
Затем была тренировка в подвесных системах. Мы сначала дружно похохотали
над муштрой предыдущей болтающейся группы, а когда подвесили нас,
оказалось почему-то совсем не до смеха... Именно сейчас нам доводили до
автоматизма все действия. Мне теперь еще не раз будет сниться: "Пошел.
Есть пошел. 501, 502, 503, кольцо, 504, 505, купол. Осмотреться.
Расчековать рыжую. Развернуться к зоне высадки. Поворот вправо/влево.
Ускорение. Замедление. Приземление." И нештатка тоже: "Нет купола. Купол
поврежден. Сближаетесь с другим парашютистом. Залетаете в стропы
парашютиста. Летите на препятствие поперек курса. Летите на препятствие
вдоль курса. Приземляемся на деревья. Что-то здесь не так."
Немного страшно выглядело, когда после команды "Приземляемся"
инструкторы били снизу по ногам с целью проверить напряжение. Но на
самом деле это оказалось совсем не больно, просто неприятно.
Кстати, весь этот день нас снимал 12 канал, наверное, готовили какую-то
передачу о парашютном спорте. Так что может, покажут кого-то из нас,
болтающегося в системе.
Из нашей подгруппы одну девчонку отстранили от прыжков из-за
"несерьезного отношения и неадекватной реакции на команды", хотя,
по-моему, дело было в ее слабой физической форме. Сколько отсеяли из
других подгрупп, не знаю. В-общем, после этих подвесок земля кажется
раем и уже никуда особо не хочется.
И в заключение была репетиция поведения в самолете. Выстраивают нас в
шеренгу по весу. Самый легкий заходит в самолет первым, прыгает
последним. 12 парашютистов выпускающий разбивает на 2-3 круга. Еще раз
прорепетировали прыжки и заученное "501,502,503..." Причем тренировка
была в настоящем самолете, только стоящем на земле и слегда разобранном.
Изучили жесты, которыми обмениваются в самолете, когда гудит двигатель.
В процессе тренировки Лешка решил прыгать вместе с нами, несмотря на
похмелье и солидную одежду. Чего ж, говорит, столько уже отмучился и
после этого не прыгнуть!
4. Ожидание старта.
Далее последовало томительное ожидание, пока стихнет ветер до положенных
5 м/с. Кто-то отдыхал после муштры, кто-то проходил медосмотр, кто-то
гонял в футбол, кто-то наблюдал за планером, который явно радовался
ветру.
5. Старт.
Через два часа на старт вывели первую подгруппу, натянули на них
парашюты, запаски, шлемы, и они беспомощно повалились на землю, где
позагорали еще минут 15-20, пока ветер снова угомонился. Затем завели их
в самолет, тот взлетел, а мы, затаив дыхание и задрав головы, наблюдали
прыжки первенцев.
Я немного волновалась за Лешу (не Настоящего, а Котляревского), который
был среди первой подгруппы, так как у него большой вес, а идея подарить
ему на день рожденья прыжок была все-таки моя. Но вроде все приземлились
удачно, и вывели на старт нашу подгруппу. (Кстати, сегодня видела Лешу,
и он рассказал, что у него два дня болела э... нижняя часть спины,
хромал на одну ногу, и в жизни он больше на такую авантюру не
согласится) В процессе одевания парашюта я поняла, что отступить уже не
смогу и впервые ощутила дрожь в коленях. Так как меня одели первой,
пришлось париться с этой тяжестью дольше всех. Вес этой беды сравним с
весом рюкзака, который я носила в горах, но лямки очень неудобные, так
что следы на плечах у меня остались на память по сей день.
Когда нас построили и повели в самолет, ощутился второй прилив страха, и
как потом оказалось, не только у меня. Мы сели, дверь закрыли, нас
пристегнули к тросам, и все заполнилось шумом и вибрацией. Вдруг
выпускающий что-то говорит пилоту, распахивает дверь и выталкивает
первого парашютиста. Увидев наши обалдевшие лица, он объяснил, что у
парня раскрылась запаска, и прыгнет он теперь со с следующим вылетом.
После этого самолет взлетел, и я уткнулась в иллюминатор, часто дыша от
волнения.
6. Прыжок.
После сигнала пилота выпускающий открыл дверь и показал подготовиться.
Димке, как первому прыгающему, пришлось дольше всех стоять в открытых
дверях, ожидая второго сигнала и наблюдая за проплывающими полями и
посадками. Говорит, что было очень интересно, только выпускающий
периодически подбивал его ногу ближе к отполированному краю двери. Я,
глядя на эту картину, твердила что-то типа "Димочка, только не умирай".
Наконец раздался сигнал пилота, Димку хлопнули по плечу и он скрылся. За
ним Валерка и кто-то еще. Дверь закрыли. Самолет зашел на следующий
круг, снова открыли дверь, и нам показали подготовиться. Мы встали,
держась двумя руками за свои кольца. Первый прыгнул Леша, потом я, потом
еще девушка.
После прыжка в бездну сразу исчез гул самолета, остался только свист
ветра. Меня не развернуло, я нормально падала ногами вниз, быстренько
считая "501,502..". Но вот когда с двух попыток не хватило сил выдернуть
кольцо до конца, накатила паника, и со словами "Ну его все к черту!" я
взялась за кольцо запаски. Но тут, похоже, сработало автоматическое
раскрытие основного парашюта, про которое я напрочь забыла. Никакого
рывка не было, меня просто аккуратно и быстро подвесило в пустоте.
Посмотреть на купол, даже повернуть голову не получилось из-за дурацкого
шлема, уперевшегося в ранец и лямки. Это уже вечером я вспомнила, что
надо было подтянуться на лямках и прогнуться назад.
Ладно, попробовала развернуться вправо-влево - получилось, усесться в
ситеме не удалось, рассмотреть зону высадки не удалось, но я оставила
это на потом и стала наслаждаться полетом. В последний момент вспомнила
о расчековке рыжей, успела за секунду до срабатывания прибора "тррррр,
чик". Вспомнив, что прибор должен был сработать на высоте 300м,
поразворачивалась в поисках зоны высадки, которая оказалась совсем в
другом направлении. По крайней мере, узнала, в какую сторону потом
топать.
Затем пришлось уклоняться влево от посадки, затем ускоряться, чтобы
перелететь дорогу. Прямо передо мной парашютист упал на шлаковую дорогу,
и я содрогнулась, думая, что это Лешка. На самом деле это был Валера. Мы
хоть и были в разных кругах, я почти догнала его из-за невыдернутого
вначале кольца. Как потом выяснилось, у Валерки был небогатый выбор
приземления: посадка или дорога, от деревьев он уклонился, а от дороги
не смог, но отделался лишь содранными локтями. По-моему, это только
благодаря его лучшему умению прыгать и группироваться, проявившемуся еще
на тренировке.
В-общем, занесло меня на
свежевспаханное поле. За пару метров до земли сгибаю и напрягаю ноги как
положено, чувствую удар и радуюсь мягкой посадке. Радость от того, что
смогла удержаться на ногах, была недолгой, потому что через секунду меня
рвануло вперед, распластало по земле и потащило вперед. Из-за шлема я не
могла поднять голову и рассмотреть, какие стропы нижние. Поэтому тянула
те, что попадались под руку, штуки по 4 на каждую руку, и так я
бороздила еще несколько метров. Потом вроде бы остановилась, переложила
все стропы в одну руку, а другой расстегнула замучавший шлем. Первое,
что я увидела, отбросив шлем, это был вновь распахнувшийся купол, тут же
вырвавший из руки стропы и потащивший меня дальше по пахоте. Я уже почти
смирилась, подумав, что когда-нибудь какие-нибудь деревья все же его
остановят, но тут подбежали мальчишки из досаафа, погасили купол,
подняли меня, запихнули этого монстра в сумку и утащили к зоне высадки.
А я подождала Димку и Лешку, которые, как оказалось, тоже побороздили
пахоту, но справились сами. И мы вместе побрели к зоне высадки, радостно
обмениваясь впечатлениями, вопреки всем правилам пересекая взлетную
полосу по диагонали, даже не заметив ее.
О росписи в журнале приземления мы вспомнили только на следующий день,
когда эмоции немного поутихли. А тогда мы залечили Валеркины раны,
понаблюдали еще за прыжками спортсменов, и поехали, посигналив всем на
прощанье "Шахтер-чемпион".
На следующий день все мышцы болели, особенно больно было смеяться и
ходить по ступенькам. Зато когда вечером я, разговаривая по телефону,
уселась на кресло, которого не было, автоматом сгруппировалась и пошла
на перекат, даже не прерывая разговор. Вот что значит тренировка!
В-общем, ребята, всем рекомендую попробовать, хотя бы один раз! Даже
если не очень понравится, голову прочистит очень здорово. После прыжка
еще два дня ни о чем думать не можешь кроме прыжка. И еще мне очень
понравилось преодолевать свой страх. Как будто на другой внутренний
уровень выходишь. Круто, одним словом!
Хочу еще раз прыгнуть. Кто созрел, присоединяйтесь.
Случилась история именно со мной, и в ней нет ни одного слова неправды.
Больше напоминает анекдот, но абсолютно реальная. Честное слово.
Итак...
На тот момент я уже года 2 проживал в Штатах. Английский был более-менее. Если общаться по IT тематике - свободный, если в быту - практически без ограничений, с докторами - большую часть понимал, с юристами - почти ничего не понимал. Ну т.е. английский на вполне хорошем уровне.
И вот заболел у меня живот. Сильно заболел. И в очень неудачное время. Он и раньше немного беспокоил, а тут прихватил, что не разогнуться.
А время неудачное потому, что в командировку мне надо ехать.
Через всю страну на восточное побережье. В город Нью-Йорк.
Авиарейс ранний, в 7 утра с небольшим. Город чужой.
Куда я там со своим животом побегу?! Уж точно будут проблемы.
Да и работа предполагалась ответственная. Заказчик важный. Что делать?
А уже вечер. Наверно около 21 часа было. Да и струхнул немного. Вдруг аппендицит, так и помереть можно. Решил я в госпиталь ехать, в скорую помощь. В "Emergency Room".
02, в смысле 911, не звонил, сам доехал. Так дешевле. Доковылял до зала ожидания в ER, занял очередь, жду.
А время идет. Уже наверно около 22 часов было.
А самолет рано утром, в 7. Приехать в аэропорт надо за час, т.е. в 6 часов. Дорога до аэропорта - тоже почти час займет. Час на умыться-одеться-позавтракать. То есть надо встать в 4 утра! Когда же спать?! И живот нестерпимо болит. И командировка ответственная. Представляете мое состояние!?
Ладно, отстоял очередь и попал к некой даме, через которую вся эта очередь один за одним проходила. Она вопросы каждому задает. Много. Большей частью про страховку. Опросила наконец-то и меня.
Ура, пропустили внутрь госпиталя. А уже на часах 23.
Отвели в отдельный кабинетик и оставили одного.
Сижу, жду. Долго.
Наконец-то приходит медсестра. Начинает опрос. Еще раз уточняет про страховку и узнает все про мой живот. Когда заболел, каким образом болит и т.п. Все записала и исчезла.
Опять один, опять жду...
Появляется доктор. С бородой, в глазах интеллект, вызывает доверие.
Опять те же вопросы, и живот мой внимательно прощупал. Вроде не нашел ничего. Ушел. Сижу, жду...
Стук в дверь. Опять доктор. На этот раз с товарищем. Вдвоем пощупали. Ушли. Сижу, жду...
А уже за полночь перевалило. Когда же я спать то буду?! И живот болит. И волнения по поводу командировки.
...Приходит мой долгожданный доктор. С финальным диагнозом.
Начинает свою речь:"... бла-бла... Все понятно... Ваша проблема - это определенно ХЕРНИЙА... бла-бла". Вот буквально, точно так и сказал: "ХЕРНИЙА"! Только с каким-то своим акцентом.
Я несколько, как бы это сказать, офигел. Как так?!
"Почему - говорю - хepня? Совсем даже не хepня! Реально болит".
А сам думаю: «Если эти мои проблемы – хepня, то что тогда не хepня? Война мировая?!»
А он меня убеждает: "Точно - говорит - Хepня!"
Я на тот момент нормально мыслить уже не мог. Ночь глубокая, боль, все эти мысли о работе. Готов был этого докторишку уже за грудки схватить, честное слово.
Но в голове моей что-то не складывалось: "Доктор явно по-русски не говорит... Ни одного русского слова не сказал... Но как точно высказал свое отношение к моей проблеме!"
А доктор продолжал свою речь: "бла-бла... Если бы я эту Херню нащупал, то вырезал бы ее, и вы были бы уже через пару часов дома...".
"Как,- думаю - так? Т.е. эту Херню можно вырезать?! Что-то тут не так".
Стал складывать дважды два. "Доктор хоть херней называет, но как-то уважительно. И лечение этой херни существует. Может это болезнь какая-то?" - думаю.
Я знаю только 2 болезни живота - аппендицит и грыжу.
"Аппендицит - appendicitis. Значит это ГРЫЖА!?"
Слушаю его, а ведь похоже на правду. Точно ГРЫЖА.
Ну, успокоился я тогда. От грыжи не умирают. Не смог нащупать и вырезать, ну и ладно.
Быстрее домой и спать.
А в словаре посмотрел и действительно:"HERNIA (noun) - a medical condition in which an оrgаn pushes through the muscle
which is around it - ГРЫЖА".
...А в командировку я съездил. Успешно. Все работы выполнил.
Да и с Херней той так и живу. Не вырезал ничего. Перестало болеть, да и ладно.
Прочитал историю про "малую авиацию" и вспомнил свою...
.
Дело происходило там же в Арсеньеве....
Сразу каюсь.... ибо не художник, не поэт.... а уж проза в моём
изложении, весьма шатает... но Душа зовёт!!!
У меня была давняя мечта, прыгнуть с куполом над головой, да с не
большой высоты.
К сей мечте двигался долго, и что самое интересное не нудно. В 15 лет
прошел полную теоретическую подготовку, но школа, да всяк непонятные
свежевведенные экзамены вынудили дальнейшую подготовку отложить.
В 18 лет в том же клубе уже освоил практическую подготовку, при этом
теорию уже читали по моим, чудом сохранившимся конспектам. Даже
доблестная медкомиссия признала меня годным к сему героическому
поступку. Потом целых два месяца ходил на "прыжки", но всяк непонятный
повод это дело отодвигал. И вот в один "прекрасный" день, мне удалось
отмазаться от посещения Дачи, а Дача находилась в районе аэропорта (не
Арсеньевского) Может для жителей центральной России, это кажется
удивительным, но у нас на даче ПАШУТ!!! Поэтому не очень, мне хотелось,
её посещать :). И вечером вернувшаяся отец, грит - "а ваши то сегодня
прыгали"..
Сия цитата подвергла мя депрессию, и мечту о прыжках отложил на
непредельный срок....
Опять же раскаиваюсь за длинную предысторию... теперь суть :) Так вот, в
32 года решил…. Что время пришло!!!!
путь между местом реального обитания и малой родиной лежит через славный
г. Арсеньев. И вот после непродолжительного отдыха возвращаюсь я к
местам обитания с кучей продукции, вырощеной на не любимой мной Даче :),
и поднимать сию продукцию на 9-й этаж, и если я не успею к 12-00, то
поднимать всё это дело на собственном, многострадальном горбу, ибо в
12-00 по непонятному мановению волшебной палочки, лифты отключают.
Выехав пораньше чет непонятно взяв резкий старт, и поддержав его пару
часиков, я осознал!!! что время есть заскочить в Арсеньев и исполнить
давнюю мечту....
Технология прыжков была проста и отработана. В течении 1,5 часа вам
читают краткий инструктаж, на спину вешают парашют, ставишь крестик в
страховке... и как грят.... "Пшел"!!!!
На 1,5 часа инструктажа я все равно опоздал... Но я же крут, теория
пройденная дважды, и практика даже, один раз!!! поэтому вяло пронаблюдав
завершение теории, Я озвучил свое желание совершить героический поступок
и шагнуть в бездну в надежде, што "чё то там отработает" и мне удастся
совершить нетравмоопасное приземление (О! как я был наивен) Не ожидало,
моё нежное психологическое состояние, что меня как подготовленного
(теоретически) и масивного, решат с самолёта АН-52 выгнать первого!!!
Так вот, кто решится тоже на сей героически поступок, я могу со всей
уверенностью сказать!!! Прыгать не страшно!!! Страшно это когда сидишь в
полуметре от открытой двери, упираешься ногами в пол, и пытаешься
удержать 5-х человек, которые при повороте самолета дружно на тебя
наваливаются!!! и ты видишь эти квадратики арсеньевских дач с высоты 600
метров!!!! и понимаешь что туда ща шагнуть надо!!!!
.... а прыжок... это же легко... а крик "МАМА!!!" это же от радости, от
наконец сбывшихся мечт :)
В последнее время стали часто появляться истории про летчиков.
Правда,
грустные какие-то. Попробую переломить наметившуюся тенденцию.
Сам я летал за штурвалом самолета всего один раз. Друг дал полетать на
ЯК 18. Восторга особого не почувствовал, но трудностями профессии
проникся: перегрузки, вибрация, тряска - из любого душу вытрясут, а если
еще и сто грамм перед полетом пропускаешь, то вообще даже и рассказывать
неудобно, что там наверху происходит. А уж если лучший друг решил
показать пару фигур высшего пилотажа...
Но есть такие люди, которые не мыслят свою жизнь без авиации. Одним из
них был мой тесть. От него я, под водочку и хорошую компанию его
сослуживца, и услышал эту историю.
Во время войны все подростки стремились на фронт. Не стал исключением и
мой тесть. В 16 лет он прибавил себе 2 года и поступил в учебку, в
которой из него за пару месяцев подготовили летчика. Он успел-таки пару
лет повоевать, побомбить фашистов и дойти до Германии.
Не секрет, что старшие офицеры отправляли из Германии на Родину трофеи
машинами или даже вагонами. У солдат и младших офицеров такой
возможности не было, да и расстреливали за мародерство частенько.
Поэтому грабеж бундесбюргеров ограничивался ревизией буфетов и
подпольев: вся еда и питье в брошенных домах съедалась, а то, что не
было съедено, крушилось в хмельном перегаре руками, ногами и саблями
(бейсбольные биты тогда не продавались, а сабли подвернулись в каком-то
з`амке). Тесть специализировался на компотах: содержимое выпивалось, а
банки складывались в ящики, авось пригодятся. А так как транспортное
средство всегда было под рукой (то бишь самолет), то ящиков этих
скопилось немерено.
По возвращении в Москву тестя определили служить на Тушинский аэродром.
Совсем недалеко от дома. Дом был на Щукинской. Прямо возле теперешнего
метро. Практически, рукой подать от места работы. Маленький такой домик,
с маленьким таким садом. Ну, может пару соток.
Пролетая каждый раз над Щукино, тесть делал на бреющем полете пару
кругов над своим домом, дожидаясь пока на крылечко выйдет мать, махал ей
крыльями и улетал по своим делам. Идиллия. Круче чем в американских
фильмах.
Не знаю уж, страдали ли жильцы близлежащих домов от приступов
панического страха за свои дома и жизни (зря, кстати, повод был), но
Полину Давидовну знали и уважали все соседи вплоть до Курчатника
(курчатовского института) с одной стороны и Строгино с другой.
Так вот. Дом-то рядом. А нужные банки болтаются у сына (то есть тестя) в
самолете без дела. Запилила его Полина Давидовна: принеси, да принеси
сынок банки домой, ведь компоты надо закатывать, огурчики с
помидорчиками мариновать... Крепко засела эта мысль в голове у Яши.
Настолько крепко, что стыдно ему было и перед мамой и перед папой за
свое непутевое отношение к делу продовольственного обеспечения семьи на
зимний период. Но ведь несолидно 19-летнему пацану в летной форме
младшего лейтенанта таскать по Тушино ящики с банками. Коллеги засмеют,
да и соседи. Машин-то тогда не было в личном пользовании, а на такси
никто не раскатывал.
Но случай предоставился очень скоро. Дали Яше задание отвезти одного
артиллерийского капитана куда-то под Можайск, что-то там типа посмотреть
сверху на какие-то позиции, или просто по делам. Не знаю уж про это
Секретное Задание достоверно. Но у офицера с собой было. Чтобы не скучно
было лететь, или прибытие отпраздновать, или просто прийти в хорошее
расположение духа, или гильзы протереть... Но один-то пить не будешь.
Надо же разделить счастье с друзьями.
- Ну что, давай по маленькой? - сказал офицер уже на подходе к самолету.
- Давай, - согласился Яша и выдул стакан спирта.
- Еще по одной? - спросил офицер.
- Можно, - ответил Яша, подумав про себя, - а чем я хуже какого-то
гребанного артиллериста.
- Закусишь? - спросил капитан.
- А зачем тогда пили? - ответил Яша.
- Логично, - согласился уже хороший капитан.
Спирт подействовал с небольшой задержкой. Ее как раз хватило, чтобы
долететь до родного дома. В затуманенном двумя стаканами чистого спирта
мозгу всплыло клятвенное обещание матери насчет "привезти посуду домой".
Да и оказию такую грех упускать.
- Слушай, капитан! Ты там поищи у себя ящики под ногами.
- Нашел. НА чего с ними делать?
- Да посуду матери обещал завезти.
- Ааа, - протянул капитан, не догадываясь, что его ждет в самом
ближайшем будущем.
Все развивалось по обычному сценарию: подлет на бреющем, пару кругов над
домом, мать на крылечке... НО!!! Набор высоты с заходом в пике старый
сценарий не предусматривал. Поэтому в воздухе запахло
материализовавшимися страхами бедного пьяного капитана.
- Ящик с посудой нашел? - прокричал тесть.
- Да!
- Бросай!!!
- Ты что, oхуeл, она же разобьется
- Бросай, говорю, это приказ!
И так несколько заходов. По числу ящиков. Один ящик - один заход.
- Так вы, что, попали в дом-то? Крышу небось разворотили? - спросил я.
- Да ты что, в сад, в сад я метил, меня же бомбить учили...- обиделся
тесть.
Так и остался он без компота, помидорчиков и огурчиков в 1945 году.
Семен Семеныч
Аэропорт.
Рейс Ташкент-Алма-Ата. Время совеццкое. Что-то вроде 80-х.
Салон битком набит колоритными представителями обоих народностей. К
слову сказать, узбекские работники Аэрофлота, в отличии от казахских,
могли конкретно попросить отблагодарить их за работу, иначе "нэт
билетама". Но это к слову. А тогда в самолете было не протолкнутся.
Веселые пассажиры в национальных халатах, тюбитейках, трико, сапогах и
т.п. с какими-то баулами и мешками рассаживались по местам. Причем,
судя по всему, были проданы даже стоячие места. Никто бы не удивился,
увидев в этой хаотичной толпе мычащую корову, жующую коврик в проходе,
и блеющую козу...
После набора высоты, понизившаяся за бортом температура, никак не
повлеяла на ситуацию в салоне. А в салоне было жарко, очень жарко. Кто
не знает, поясню. Чабаны, постухи в общем, одетые в овечьи шкуры, в
жару пьют горячий чай, чтобы пропотев и разогревшись сильнее воздуха
получить иллюзию прохлады. (Так или почти так). Чем наши герои и не
применули заняться. Захлопали крышки термосов с чаем. В воздухе
рапространился соленовато-каучуковый запах курта, баурсаков и кызы.
Все, ребята потеют, охлаждаются, пердят и отрыгивают(что, считается
благодарностью за вкусную еду), все хорошо, все в жизни получилось.
Единственное, что не могут стерпеть казахи и узбеки, так это жмущую
обувь...
"Уважаемые пассажиры, с вами говорит старший пилот. Убедительная
просьба, оденьте обувь, очень сложно управлять..."
Зловония исходящие от натруженных азиатских ног смешавшись с тем, что
уже стояло в атмосфере, могли вполне дать хим.реакцию, или типа того, в
общем на этом сжатом воздухе можно было спокойно ракеты с Байконура
запускать. Но спорить никто не решился, и люди стали убирать свои
конечности с прохода. Стюарт внимательно следил за каждым. Убрали все,
кроме одного мудрого убеленного сединами старца, с честью и
достоинтсвом поглаживающего свою клиновидную бороду. Стюарт остановился
и пристально посмотрел на непослушного. Никакой реакции.
- Оденьте обувь и уберите ноги с прохода.
Дедушка продолжал разглядывать в иллюминатор бескрайние степи
граничащих республик.
- Я еще раз повторяю! Ноги с прохода! оденьте обувь! - наклонился к
нему стюарт.
Старик невозмутимо повернул голову в сторону невесть откуда взявшегося
человека в костюме Аэрофлота. Поправил штанину.
- Я тебе говорю, спрячь ноги!
Дед захлопал глазами, его явно вписывали в какой-то блудняк.
- Спрячь вонючие ноги!
Старик продолжал хлопать ресницами(и взлетать, млин).
Стюарт схватил того за грудки:
- Ты чо, сцуко, издеваешься?!
- УЫЫЫЫЫЫ, - только и вырвалось у деда, вместе с непонятными жестами
рук.
- Иэ, этома... Ата у нас глуханимойнама, - опомнился сосед старика.
- Что? - красными, слезящимися глазами, посмотрел стюарт на соседа, -
Что-то мне плохо, пойду...
Он направился в сторону туалета и скрылся в проходе за зановесками, где
громко щелкнула дверь. Оставалось продержаться еще половину пути.
з.ы. прошу прощения за ошипке.
АВТОПИЛОТ
Пусть не пилоты мы с тобой,
Не носим формы голубой,
Не водим в небо самолеты.
Но в нашей жизни на земле
Как на воздушном корабле
Порой нужны автопилоты.
Бывает, вмажешь грамм шестьсот,
А может больше (как пойдет),
В глазах закружат карусели.
Включаешь свой автопилот,
И пусть пурга в лицо метет,
Ты все равно дойдешь до цели.
Пусть в голове густой туман,
Пускай как грязь ты будешь пьян,
Пусть местность вовсе не знакома...
Включай скорей автопилот,
Он никогда не подведет
И доведет тебя до дома.
Пускай слипаются глаза,
Пускай откажут тормоза,
Пускай идти не могут ноги -
Автопилот включаешь свой
И попадешь всегда домой,
Коль не уснешь на полдороге.
Пусть скептик скажет мне в ответ,
Что это - ложь, что это - бред,
В автопилот я свято верю.
Я знаю, в случае чего
Он не оставит одного
И приведет к родимой двери.
Твердит с реклам АЭРОФЛОТ -
Автопилот всегда спасет!
Мы с ним согласны без сомненья.
Но вот когда ж изобретут
Нам, братцы, автопарашют,
Чтоб было мягче приземленье?