Свежие анекдоты на каждый день

Последние две недели жена подсела на пару онлайновых игрулек.
На что я гляжу с каким-то нервным хихиканьем и тихим ужасом.
Нет, никаких там стрелялок и фэнтезийных героев. Обычные соц-сети
“Одноклассники” и “Мой Мир”.
Но теперь все эти сети дружно обзавелись кучей масеньких игрушек. Чтобы
народец не слезал со шприца виртуального трёпа. Кто в фермы-усадьбы
закопался, кто в покер-балду бьётся.
Моя сидит в “дачных” он-лайках. Вроде “Модный дом” одна называется. Там
надо сажать на своем участке всякие фрукты-хреновощи и разводить
зверюшек. Сначала были курочки-кролики, теперь у них под боком сидят
бобры с баранами, дальше-больше, хоть верблюдов со слонихами скрещивай.
Купил-вырастил-продал. Подоил-в бидоны разлил-продал. Настриг
шерсти-сшил носки-продал. И т. д.
Все как по Марксу, но хитро завязано на саму социальную сеть и
приглашенных друзей. Чем больше друзей, тем больше завидущих
возможностей – новых экзотичных растений и скотинок. Фонтанчики можно у
дома разбить, скульптур наставить. Можно приодеться, расширять участок и
постепенно превращать дырявый сарай с огородом в шикарное бунгало на
ранчо, обсаженное пальмами и гевеями. Или ходить на участки
друзей-подруг и помогать им, зарабатывая дополнительные денежки. А
заодно, снисходительно усмехаться на их неотесанность или завистливо
портить зубы.
Постепенно переходишь на новые уровни. Деньги в ходу внутренние и
“эксмани”. Типа инвалюты. Их трудно заработать. Но если притащишь кого
за руку в эту огородную секту, то сразу.
И, конечно, можно всё купить за реальные кровные. Ради чего весь сыр-бор
и затеян.
Вчера не выдержал и, глядя как жена мается в попытках развести красных
кроликов, кинул ей со своего телефона реальных рублей. То-то радости
было! Боюсь, букет роз уже не вызовет таких чувств. Мир и гармония
вернулись в семью. Глядишь, и я могу лишний раз задержаться где.
Какая к черту реальная редиска на реальной даче, когда кактусы не
всходят, и срочно нужна хотя бы еще пара друзей, чтобы снова расширить
угодье! Красота! Спина не болит, солнце макушку не жгёт, все само растёт
и блеет.
И каждый вечер теперь я это наблюдаю. Причем в сети одновременно с женой
осатанело копают-корчуют-сеют и стригут своих овец-баранов почти все её
подруги. И мужуки даже появились, правда в женских аватарках, значит
чьи-то учетные записи используют.
Приходя поздно вечером с работы, вижу усталую жену – ещё бы! Ведь после
своей работы она успела посадить грядку подсолнухов, подоить верблюдицу
и покрасить все скамейки в саду.
- Гляди, Машка уже осетров разводит, а Светка, гадина, на 27-м уровне
золотой флюгер на крыше ставит… А-а-а-ааа! Суп там, в холодильнике.
Пока не Роллтон. Потому что на первом же пакете интернет у неё
закончится.
На носу уже майские весенне-половые работы. Что-то мне тревожно…
На днях грустный приятель спросил меня в бане: “А твоя во что? ”
Подружка у меня есть. Существо неземного очарования, главным девизом по
жизни имеющее:
"сделайте красиво!" Замуж она вышла за бедного стюдента,
что нетривиально. Однако, многоопытный папа стюдента, знающий где нужно
и кого нужно, дал ему такой карьерный пендель, что засранец уже через
три года после окончания ВУЗа на собственные сбережения и смешной
кредитец в четыреста тыщ купил трехкомнатную квартиру в элитном домике.
А развелись они через несколько лет.
Супруг выдержал все: салоны красоты и спа, бутики и дизайнерскую обувь,
увольнение с работы по причине "что я буду там горбатиться за копейки!",
нежелание иметь детей до 40 (как С. Д. Паркер из "Cekca в большом
городе"), готовку без соли в пароварке ("смотри как красиво и
полезно!").
Он даже сдюжил сюрприз к своему тридцатилетию: любящая супруга во время
пребывания юбиляра на работе посредством раб. силы выбросила из его
кабинета всю мебель (включая добротный письменный стол "с разным хламом"
в виде деловых бумаг), а компьютер обменяла в спец. магазине на
"хорошенький ноутбук" за небольшую доплату. Когда супруг увидел в
кабинете два ротанговых кресла и крошечный журнальный столик в окружении
тропической зелени... и ноутбук...
Бумаги нашли на помойке. Грузчики за три тысячи под сдержанный хохоток
вывезли именинника на свалку. Стол к тому времени уже сперли, но бумаги
из ящиков вытрясли, и после получаса поисков большая часть слегка
помятых и вонючих документов была собрана. В компьютерном магазине
бывалые продавцы предусмотрительно не трогали полученный комп и за
умеренный бонус скинули счастливчику всю информацию на две флешки,
которые он запихнул в пупок и вез так домой, придерживая обеими руками.
Сломался бедолага обнаружив в самом укромном и темном чуланчике дома
вместо болотников, дождевика, крутого спиннинга, любовно собранного
набора снастей, походного рюкзака и двухлитрового термоса... беленькие
резиновые сапоги от известного дизайнера, изящную бамбуковую удочку и
плетеную корзинку с набором посуды для пикника.
ОН И ОНА
Лена и Игорь - ему слегка за тридцатник, она на пятерик помоложе.
Он -
вице-президент солидного банка; она - модный специалист по фитнесу. По
общему мнению, образцовая семейная пара. Ни ссор, ни, упаси боже, измен.
Но не всегда у них было так все складно.
Года три назад Игорь, преуспевающий финансист средней руки, в кризис
разорился и стал напрочь спиваться. Ленку, милую девицу без специального
образования и профессии, вытурили с работы, мотивируя все тем же
кризисом. Она пыталась бороться с общим горем как могла, но не было у
нее ни железной силы воли, ни финансовых накоплений. Она настояла на
разводе и разделе двухкомнатной квартиры на две однушки в разных концах
Москвы.
После этого Ленка пропала из моего поля зрения, а Игорь все никак не мог
вылезти из финансовой и психологической ямы. Нельзя сказать, что мы, его
друзья-приятели, ему как-то не помогали встать на ноги, но опять же
недоставало коллективной силы духа, да и у каждого из нас, дружков
Игоря, своих проблем хватало.
На этом фоне Игорьку стукнуло 30. Он сказал, что отмечать "юбилей" не
будет, никого из нас в этот день к себе не пригласил и вообще просил его
не беспокоить даже поздравлениями по телефону.
Мы, однако, не хотели оставлять его уж в полном одиночестве. Какой ни на
есть, но праздник все же. И кому-то из нас пришла в голову "креативная"
идея. Мы, зная, что Игорь все это время оставался без женской ласки,
разыскали приличное эскорт-агентство и как подарок выписали ему девушку
на вечер с полным набором услуг. Просили девицу поинтеллигентнее. В
копеечку, скажу я вам, это нам влетело.
Но, как выяснилось, оно того стоило.
Эскорт-девицей оказалась та самая Лена. И эта встреча произвела на
бывших супругов настолько сильное впечатление, что они, всплакнув друг у
друга на плече об общей несчастной доле и взяв свои судьбы, можно
сказать, за горло, так никогда больше и не расставались.
Я не знаю, может ли в действительности существовать любовь до гроба, но
здесь у нее такой шанс определенно есть.
По части хозяйственности, я девушка, прямо скажем на любителя.
Единственное, что люблю делать по дому - это мыть полы. Как выражаются комментаторы на греко-римкой борьбе, встаю в партер (в простонародье раком или в колено-локтевую позицию, если вы девственник-эстет) и до блеска натираю пол, время от времени поглядывая в зеркало, хорошо ли я смотрюсь сзади. По всем остальным домашним делам я придерживаюсь принципа - то что можно сделать сегодня, можно сделать и завтра.
По причине нехватки времени или лени, а иногда и того и другого вместе, у меня есть немного способов отлынить от работы, причем без потери качества готового продукта и тостов за умелую хозяюшку (буэ.. у меня от этого слова тики, хуже него только семки и моркошка).
Итак:
Готовка.
Например, если свекровь сообщает, что очень соскучилась и через полчаса будет у нас, то я знаю, что объятий и "мама, мы вас так любим" будет недостаточно, маму надо вкусно накормить, это святое. А у меня полчаса и вообще-то запланированы другие дела. В ближайшей пекарне я покупаю готовый пирог, запихиваю его в теплую духовку, чуть присыпаю себя и стол мукой и торжественно вынимаю перед гостями. Если еще засунуть в печку яблоки с медом и корицей, то аромат, заполнивший квартиру, помогает мне без потерь пройти очередные смотрины.
Такую же ерунду пару раз проделывала с суши и роллами. Заказала их в ресторане, "случайно" забыла убрать до гостей бамбуковый коврик, авокадо и нури. Потом под хихиканье мужа, сижу довольным пряником и втираю: "мама, попробуйте вот это, это очень вкусная рыба-молоток/мраморная черепаха/чешуйчатый плоскогуб". Тут для меня самое сложное не заржать и внятно пнуть под столом мужа, когда он просит рассказать про чешуйчатого плоскогуба, как выглядит, где живет, когда спаривается.
Глажка.
Не-на-ви-жу гладить. К тому же наглаженные вещи в шкафах моих детей какой-то барабашка все время пережевывает и их приходится переглаживать. Ненавижу. Поэтому вычеркнула из этой горы чистого белья для глажки постельное белье. Молодые лентяйки, запоминайте, если запрограммировать машинку максимум на 800 оборотов при отжиме, потом белье встряхнуть и, сложив пополам, аккуратно развесить, так что бы не было никаких сборок, затем сухое на 99% так же аккуратно сложить и запихать на самый низ полки под дюжину комплектов белья, то никто ни в жисть не отличит от глаженного. Я в этом деле достигла выдающихся успехов, вплоть до того, что подруга спросила, чем я крахмалю простыни.
С.екс.
Это единственное из дел, что можно поделать и сегодня и завтра. Помимо удовольствия несет и практическую пользу: довольный муж может пожарить себе стейк и сам. Единственное, что я предпочитаю избегать, так это с.екса на полу: тебя тра.хают, а в голове мысль - твою-то мать, сколько же у меня пыли под шкафом. Какой уж тут оргазм.
Уборка.
Шкафы, кстати надо покупать до потолка. Или шкаф до потолка или выкиньте стремянку, нечего вам лазить смотреть как там наверху. Если надо убраться быстро (Мама, вы? Я так рада, проходите), то пыль можно сдунуть, так что тренируйте легкие и не курите. Я научилась дуть так, что на комоде падает фарфоровая балерина.
А вообще неплохо иметь ненужную комнату, куда можно спрятать от гостей гору неглаженного белья, коньки, журналы, носки, нечесаных котов, пьяного дедушку.
Кстати про мужские носки. Единственным способом борьбы с носками является жизненная установка "Да и хpeн бы с ними". Установка входит в сознание трудно, но на 20 году совместной жизни постепенно привыкаешь.
UPD. Тому, кому захочется покритиковать меня за нерадивость, то:
1) Лучше, чем у свекрови у вас вряд ли получится
2) Читать мои посты желательно, положив за щеку изрядный кусочек чувства юмора и иронии.
PS: Могу долго смотреть на воду, огонь и на то, как муж сидит с носком в руке перед кучей чистых носков, снятых с сушки, и ищет ему братика. Такой трогательный.
© nerosse
Было это в приснопамятные времена середины восьмидесятых.
Учился я
в институте и раз в неделю целый день мы проводили на военной кафедре.
А занятия на военной кафедре отличались от прочих тем, что их
практически невозможно было (в силу тяжести проистекающих затем
последствий) просачковать. А еще тем, что пар было не три, а четыре -
полный 8-ми часовой рабочий день. Две пары, перерыв на обед - все как
полагается. Тем не менее, бывало иногда так, что курс лекций в силу
разных причин кончался раньше, так, что у преподавателя в запасе
оставалось два, а то и четыре часа. Тогда этот преподаватель "чтобы
не нарушать отчетности" все это время травил нам байки из его служилого
в войсках прошлого. Отпустить студиозов с последних часов - никогда,
потому как "по Уставу - не положено". Если преподаватель Иванов не мог
занимать эти часы сам, то он просил подменить его преподавателя
Петрова... Ритуал соблюдался свято. Но вот как-то раз приехала на нашу
военную кафедру какая-то большая шишка из Политуправления и устроила
общекафедральное офицерское политпросвещение аж на всю вторую половину
дня. Ввиду чего заведенные порядки рисковали рухнуть из-за невозможности
офицеров выставить себе замену. Выход был найден в том, что на нашем
цикле все-таки нашелся один "действующий не офицер" - лаборант
по фамилии Машковский. Все студенты всех преподавателей были согнаны
в одну аудиторию, им был явлен "старший - Машковский", офицеры
удалились... Естественно, что лаборант не имел и сотой доли того
славного прошлого, которое имел любой из отсутствующих преподавателей.
Почему и объявил - "заниматься делом, сидеть тихо, окончание занятий -
в 17 часов, я - в соседней комнате" и смылся. Четыре часа тотального
тихого безделья привели всех в состояние такого офигения, что когда
наступило это "17 часов", когда заведенные у кого-то на это время
часы-будильник запищали "пип-пип-пип" и я произнес спонтанно пришедшую
на ум фразу "Машковское время - семнадцать часов" - народ грохнул
до звона в стеклах...
Вот, созрел поделиться историей.
Было это во времена моей учебы на филфаке питерского университета.
Кто бывал там в начале 90-х годов, наверняка помнит чудное место
под названием яма. Для остальных поясню - ямой назывался студенческий
буфет в полуподвале факультета. Знаменит он был тем, что преподаватели
туда заходить просто не решались. Голубоватый дымок с характерным
сладковатым запахом начинал сладко тревожить обоняние еще на дальних
подступах к этой обители утех. Не редкостью была игра в кости, очко,
преф на деньги. Кое-кто даже приносил рулетку (было такое пластиковое
чудо таллинского, кажется, производства). Случался и спонтанный секс
с залетными девками прямо на столах. А водка с пивом с успехом заменяли
кофе с булочкой. Светлой памяти яма... Сейчас там столовая
самообслуживания. Суки...
Так вот.
Заглянул как-то в яму мой добрый приятель по имени Леша. Человек очень
талантливый, милый, но несколько... как бы это... депрессивного склада.
Был он о ту пору безнадежно влюбен в одну мою однокурсницу и на этой
почве всерьез страдал.
Забив на пару толстый болт, я остался с ним, пытаясь успокоить его
истерзанную душу. Получалось не очень. В сердцах говорю:
- Щас бы тебе курнуть слегка... и печаль отступит, и тоска пройдет...
И тут Леша поднимает голову, пелена страдания как-то быстро рассеивается,
и он деловито говорит:
- Так у меня же целый стакан в сумке... Мне вчера подарили. А я напился
с вечера и совсем забыл...
Эврика! Я извлекаю из широких штанин пачку беломора, раскладываю
на столе газетку, мы бодяжим чудную чуйскую травку с пахнущим сеном
беломорским табачком, взрываем по косячку и понеслась... Было решено
забить двадцать пять патронов, чтобы своевременно пресекать любые
поползновения депрессии.
И вот.
В разгаре
процесса...
Раскрывается дверь.
И в кафе
входит
Людмила Алексеевна Вербицкая - и.о. ректора университета, академик РАН,
в сопровождении двух преподавателей с дурацкими красными повязками
на руках - типа рейд по выявлению дебоширов и прогульщиков.
А надо сказать, что отношения у нас Л.А. были вполне дружелюбные
и помнила она меня с первого курса как хорошего студента :-)
И я ОБРАДОВАЛСЯ... То есть вполне искренне обрадовался. Встал
и с блаженной улыбкой подошел к ней, приобнял за плечи и говорю:
- Как я рад вас видеть, Людмила Алексеевна! Как вы там (а ее как раз
недавно назначили и.о. ректора), справляетесь? Не заклевали вас там?
Мы тут за вас все переживаем...
И, главное дело - все это абсолютно искренне. То есть, ну вот
на голубом глазу абсолютно... И вот мизансцена. Я стою с косяком
в зубах. На столе вывален СТАКАН травы и штук десять характерно
закрученных у кончика сверхдлинных папиррос. Глаза преподов медленно
стекленеют. А Вербицкая в моих ласковых объятиях (а я выше ее головы
на полторы) едва сдерживается, чтобы не расхохотаться.
Наконец она медленно выдавливает из себя:
- Спасибо, Антон... Спасибо. Пока, вроде, справляюсь...
- Ну Вы держитесь там, - говорю я продолжая крепко сжимать ее плечи
и, кажется, готовясь от избытка светлых чувств ее поцеловать.
Едва сдерживаясь от хохота, она попрощалась и вышла.
Рейд был сорван.
Странно, что я ей пыхнуть не предложил... В том состоянии вполне мог.
И все это чистая правда.
Произошло не со мной, рассказываю со слов друга - верить можно.
Представьте - Морозовская детская больница, на метро Добрынинская.
Огромные площади, куча корпусов и, естественно, детские площадки
для пациентов. Но что странно - ни одного дерева (очень важно!)
Два студента четвертого, по-моему, курса РГМУ - Шурик и Каха,
только что сдали какой-то зачет, что-то вроде терапии. Хотят домой,
но гораздо больше Кахе хочется отлить. Рекогносцировка показывает,
что кругом играющие дети и ни одного деревца-кустика в качестве
укрытия. Начинается галоп по территории в поисках места. Наконец,
посреди, можно сказать, чистого поля обнаруживается какой-то домик.
Детей в округе не видно. Каха говорит: "Шурик, стой на шухере, если
кто появится - кричи, а я пока тут..." Короче, Каха кайфует, домик
поливает, Шурик смотрит. Вдруг мимо них пробегает мужик с бешенными
глазами и исчезает, так что Шурик не успевает даже крикнуть.
Через некоторое время мужик так же проносится обратно. Потом снова
и снова. Внезапно мужик видит Шурика с Кахой, лицо его светлеет,
и он становится рядом с Кахой. Как не смыло домик, непонятно.
Шурик говорил, что такого счастья у двоих сразу он никогда не видел.
А Каха долго не мог понять, чего Шурик так долго и мучительно ржал...
Возвращаясь к медицинским историям.
Было это в одном маленьком городе, в базовом госпитале МО. Пребывал я
там в связи с растяжением сустава (упал по пьяни с аппарели). Ну и
естественно не преминул завести необходимые знакомства с женской частью
медперсонала. Была там одна докторша. Вся из себя и все при себе. И
работала она там педиатром. Собрались мы с ней из расположения госпиталя
на ночь к ней на квартиру идти, а время - пятница, около трех часов дня.
И тут привозят то ли курсантов, то ли студентов из медучилища. И
обязательно им надо посетить детское отделение госпиталя (и такое есть,
детей-то в гарнизоне и городке немало). Ну подруга моя говорит - дескать,
хренли, пошли со мной, за 10 минут все покажем и домой. Ну пошли. Так что
рассказываю от первого лица.
Сцена: палата детского отделения, 6-7 коек, осатаневшие от жары дети,
осатаневшие от детей медсестры и тут еще, как на грех, 10-15 студентов.
Действующие лица: Студентка(С), Преподаватель(П), Ребенок №1(Р1),
Ребенок №2(Р2).
Студенты во главе с преподавателем окружают койку с ребенком №1. На
кожных покровах оного дитяти невооруженным взглядом видна сыпь.
(П)- Ну что-с. Докладывайте.
(С)- ... Следует стандартный доклад... имя ... возраст... анамнез ...диагноз...
(П)- Ну а что особенного вы заметили при осмотре?
(С)- Ну... Э-э-э... М-м-м...
(П)- ?
(С)- Он чешется....
(П)- Ну а каким термином это описывается? (если кто не знает - зуд)
(С)- ... (пауза, явно не по Станиславскому)
(Р2)- Из трех букв. (студенты хихикают, преподаватель краснеет)
(С)- ?!... (начинает краснеть)
(Р2)- Посередине "У". (студенты плачут, наиболее нервные впадают в истерику,
преподаватель хихикает)
(С)- ?!?!?! (начинает бледнеть)
(Р2)- О чем ты думаешь?!....
(С)- быстро меняя цвет лица исчезает в направлении коридора...
Группа студентов бьется в истерике, преподаватель впадая в ступор
медленно сползает по стене. Мы с доктором тихо плачем где-то под столом.
Занавес...
В результате расследования выяснилось, что (Р2) - сын одного из хирургов.
В общем, начитанный мальчик :-) Но никогда. Ни до, ни после этого случая
я так долго не смеялся.
Как в сказке
Случилась эта история лет 5 назад со студентами МТУСИ.
Мне эту историю
рассказал приятель, который собственно там учился и действие происходило
не без его участия.
Была у них практика после первого курса - вывезли их в какое-то подобие
лагеря, где они (студенты) должны были чего-то там паять. Ессно в первый
же день отпущенные на волю студенты хорошенько заквасили и не просыхали
до окончания практики, при этом им казалось, что они вполне трезвые
(состояние-то ессно постоянно одно и то же, значит все в порядке :-) )
и вот по этой самой причине с ними случались самые разнообразные истории.
Самая веселая на мой взгляд звучит так:
Я честно говоря не помню, кормили их там или нет, но помимо всего прочего
они решили, что будет неплохо еще и самим варить макароны (типа организм
молодой, есть хочется). Но поскольку ни кастрюли, ни тем более плитки,
на которую можно было бы ставить эту кастрюлю, у них не было, приняли
решение для варки макарон использовать электрический чайник (советского
образца ессно - он кипит скока нужно, а не скока хочет). При этом еще
надо заметить, что собственный чайник у них то ли отсутствовал напрочь,
то ли они не хотели его поганить. По этой причине чайник выпрашивался у
девушек (на практике и девушки присутствовали). Но была у этой технологии
варки макарон одна проблема - макароны совершенно по-скотски забивались
под нагревательную спираль, и несчастным пьяным студентам было очень
неудобно их оттуда (из-под спирали) извлекать. Для преодоления этого
недостатка было принято решение класть больше макарон - хоть что-нибудь
на поверхности да останется :). Сказано - сделано. Чайник залили,
вскипятили и высыпали в него порядочную порцию мучных изделий. Следить
за процессом оставили самого пьяного (наверно потому, что двигаться не
мог), а сами куда-то ушли. Пришедшим через некоторое время оголодавшим
приятелям-студентам открылась такая картина: на полу, надрываясь,
кипит чайник, из чайника валит густая масса, бывшая когда-то макаронами,
рядом с чайником сидит абсолютно невменяемый кадр, оставленный следить
за макаронами, стучит по чайнику пустой пивной бутылкой и приговаривает:
- Горшочек, не вари!
Неудачная шутка.
"Бытие определяет сознание" - сказал очень умный классик. При этом, я бы
добавил - деградация бытия ведет к деградации сознания. Отнюдь не наоборот.
Вряд ли можно представить уголовника, попавшего в интеллигентскую среду
и пишущего диссертацию "О правовом беспределе в России". Скорее наоборот,
профессор-лингвист, попав на зону, "заботает по фене".
В восемьдесят каком-то затертом году мы заканчивали институт.
Наступало лето, а вместе с ним долгожданные военные сборы. Долгожданные
для офицеров кафедры, которые получали возможность "отвязаться" за несколько лет
студенческого пофигизма. В те долгие 90 дней втиснулись 4 года военной кафедры.
Для тех, кто не понимает, поясняю - после сборов сдавали экзамены с присвоением
звания "лейтенант". Те, кто по той или иной причине не сдавал, автоматом
гремели на 2 года службы рядовым СА. Поэтому любые отклонения от устава
расценивались как добровольная явка в военкомат с "сидором" за плечами.
Непривыкшие ходить строем студенты, попав в новую среду, стремительно тупели.
Быстрее всех с катушек слетали отличники. Привычка осмысливать свои действия
разбивалась о гранитную фразу: "Хотите еще два года послужить?"
А еще на сборах хотелось... нет, не есть... а жрать. Безумно и непрерывно.
Больше всех от неудовлетворенного чувства голода страдали худые. Они вообще, как я
заметил, очень прожорливые. У меня был однокашник, с которым мы ладили все 5 лет
обучения. На расстоянии ладили. Были у него некие черты характера, которые
не позволяли мне зачислить его хотя бы в разряд приятелей. Он... как бы это
помягче... несколько невоздержан на язык. Говорил не там где надо... и не тому,
кому можно это слышать. Он потом извинялся, но было неприятно. Звали его
Юра Захаров (изменено). Он был худой и невысокий, как велосипед "Орленок".
Произошла эта история именно с ним. Столь долгое вступление, лишь для того,
чтобы показать, что речь идет не о законченном кретине, а об отличнике и вообще
неглупом человеке, попавшем в чуждую среду.
В солдатской столовой были в ходу алюминиевые ложки. Самые примитивные
ложки, распространенные по всему гражданскому общепиту. Они практически не мылись
и подавались дежурными с засохшими остатками пищи еще основателей этой воинской
части. По примеру служивших в армии студентов, я забрал из столовой ложку
и хорошенечко отдраив, пользовался только ей. Забирал после еды и соответственно
приносил, аккуратно доставая из внутреннего кармана. Однажды после обеда Юрчик
прижал меня в углу и, строго глядя в глаза, спросил:
- Я давно за тобой наблюдаю. Зачем ты воруешь ложки в столовой?
Я опешил. Очевидно, он видел, как я прячу ложку после еды, но никогда не видел,
как я ее достаю. Ничего умного мне в голову не пришло на тот момент, поэтому
я промямлил что-то вроде:
- Да это так... игра у нас.
Юрчик начал меня преследовать. Под его пытливым взглядом я прятал ложку в карман,
а после он подходил ко мне и, настойчиво сверля взглядом, бубнил:
- Скажи, для чего тебе ложки. Я ведь не отстану. Иначе заложу.
Последняя фраза решила судьбу этой, в общем-то недоброй шутки. Я отвел Юру за угол
и, демонстративно оглядываясь, зашептал на ухо:
- Ты знаешь, что у Васьки сестра работает в городской столовке?
Я не знал, есть ли у нашего Васьки сестра, но все, включая Юрчика, знали,
что он местный и родни у него здесь навалом. Я изложил версию, согласно которой
работавшая в курортном городке, где мы служили, Васькина сестра предложила
обмен. Поскольку отдыхающие разворовывают ложки в ее столовой..., а она материально
ответственная..., в общем, меняет она нам уворованные из части ложки на сметану
и колбасу. Вступительный взнос в преступное сообщество - пятьдесят ложек. Если
Юрчик не против, то по мере внесения вступительного взноса он становится
полноправным пайщиком. Этот бред подтверждался в Юрчиковых глазах тем, что иногда
с группой единомышленников после отбоя мы устраивали в казарме обжираловку,
скидывая в общий котел купленное днем в солдатской чайной и присланное из дома.
Юрчик "загорелся". Сглатывая слюну, он складывал и умножал. Он делил ложки
на колбасу и переводил в сметану, попутно уточняя у меня тарифы.
После ужина Юрчик приволок штук десять ложек. В отместку я заставил
их вымыть, заявив, что посуда принимается только в чистом виде. А рабочую часть
нужно оттереть наждаком. Чтобы не было видно следов от солдатских укусов.
На приемку ложек я привлек еще человек пять, потому что одному было скучно.
Мы принимали их у Юрчика и возвращали в столовую отдраенными и блестящими.
А по вечерам, в свободное время, в кустах у забора можно было видеть Юрчика,
склонившегося над очередной партией товара, старательно наяривавшего наждаком.
Когда в столовой, рассчитанной на 200 человек, была надраена четверть
от общего количества ложек, Юрчик пришел за расчетом. Каждая шутка чего-то
стоит. Кому-то нервов, кому-то денег. Наша шутка обошлась граммов
в 400 колбасы из чайной, которую Юрчик заточил в одиночестве на своем рабочем
месте у забора. Для нас это была большая потеря, потому что с деньгами дела
обстояли неважно. Шутку решили прекращать. На однообразную позу драившего
ложки Юрчика за неделю насмотрелись кто хотел. Умственные способности оценили.
А за свой счет приводить в порядок имущество ненавистной столовой не очень-то
и хотелось. Мне как инициатору акции было поручено доложить о ее прекращении.
Юрчик долго не понимал, что происходит и никак не мог поверить, что потребности
провинциальной столовой удовлетворены. Он получил первую оплату и хотел еще.
Бедняга смотрел на меня голодными печальными глазами и умолял принять хотя бы
вечернюю партию ложек. Моя слабость обошлась акционерам в банку сметаны.
Мы начали скрываться от Юрчика. Но увидев любого из нас, он бежал через
плац, хватая за рукава, требовал забрать очередную партию. Мы говорили, что это
была шутка, но он не верил. Становилось тревожно. Нормальным такое поведение
можно было назвать с большой натяжкой. Даже с поправкой на армию.
Мы собрали Большой совет. Пригласили нашего корефана Бориса из отслуживших
студентов, который выполнял функции зам. комвзвода. До того, как его стали
величать "товарищ сержант", пять лет мы его звали просто Боб. Он был старше
нас, и хотя бы в силу этого чуток умнее. Боб сказал: "Решим". И мы успокоились.
После обеда Боб устроил построение. Вялые курсанты, с трудом исполняя команду
"становись", засыпали в строю.
- Курсант Захаров, выйти из строя!
Юрчик сделал несколько шагов и развернулся к взводу.
- Сапоги к осмотру!
Команда повергла Юрчика в траур.
- Боря, а может не надо? - развернулся Юрчик к сержанту.
Боб взревел. Юрчик засуетился и начал стаскивать сапог.
- Переверни!
Юрчик еще раз тоскливо взглянул на Боба и перевернул сапог. Посыпались ложки.
В строю оживились. Ложки в сапоге вызывали недоумение и народ, толкая локтями
друг друга, просыпался.
- Второй сапог, - скомандовал неумолимый Боб.
Опять зазвенели ложки. В строю откровенно веселились.
- Пилотку к осмотру!
Выпало еще пара ложек.
- Надеть сапоги. Ложки в столовую. Бе-е-егом!
Юрчик под недоуменные смешки собрал ложки и убежал в столовую.
- Еще раз увижу, - продолжал Боб, когда он вернулся, - зубами плющить заставлю.
Все ясно?
Юрчик закивал. Мы успокоились. Неудачная шутка закончилась. Никто не пострадал.
А вечером следующего дня, возле умывальника ко мне подошел Юрчик. Глаза
его светились тайной, лицо было загадочно. Руки он держал за спиной.
- Я все понял, - прошептал он, оглядываясь по сторонам: - Нас предали.
Но я буду молчать.
Похоже, в первый раз в жизни он говорил искренне.
- За мной следят, и я не смог взять ни одной ложки.
Я облегченно вздохнул.
- Но теперь я богат, - голос стал торжественным, - Это меньше чем за килограмм
колбасы не отдавай.
Глаза Юрчика озарились светом, и счастливая улыбка разодрала губы. Он еще раз
оглянулся и вынул руки из-за спины. Я ахнул. Юрчик протягивал мне начищенный
до блеска здоровенный полковой половник.
Михаил.
Предистория.
Учусь я в Норвегии. Кто знает, кто нет, но в колледжах здесь такая
система оценок : оценивается от 1.0 до 6.0 баллов (с десятыми), причем оценка
1.0 - верх знаний, если ты здаешь на 1.0, то ты - гений! Оценка 6.0 соответственно
- дуpak, которого необходимо изолировать из общества. И еще, оценка 4.0 - это тоже
зачет (вплоть до 1.0)
Был как-то такой у нас случай. Какой-то норвежский студент пришел на экзамен
(по какому-то специфическому предмету, по-моему - оперативные системы)
ну абсолютно ничего не зная. Да, еще здесь лучше придти на экзамен и сдать его
ужасно (потом можно пересдать - ну не успел человек по времени подготовиться -
всякое бывает), чем вообще не прийти - потом придется проходить весь курс заново.
Так вот, пришел он, сидит, и все в заданиях для него как для Колумба - Америка.
Сидит и от нечего делать начинает непроизвольно рисовать. Как впоследствии
оказалось, нарисовал он лошадь, да такую красивую, что цензоры посоветовались
и решили поставить ему 4.1. Не зачет, но все же оценка (ну какая разница -
не зачет есть не зачет). Так и оставили.
Есть в норвежской системе образования такое дело как жалобы. Их можно писать
на все и на всех. Так, значит, решили его сокурсники написать жалобу
на экзаменаторов по причине ошибки в задании (опечатка была там в условии).
Написали, подписались и отослали куда следует. Вскоре цензоры получили ответ
от этой инстанции. В ней требовалось прибавить 0.1 балла всем студентам, кто
писал этот экзамен, поскольку ошубка действительно была и все такое. Герой моего
рассказа тоже получил эту «прибавку» и получил соответственно 4.0, т.е зачет.
Представьте его удивление, когда он узнал это.
Придти на экзамен, нарисовать лошадь и получить за это зачет - разве такое
возможно? Оказывается - да!
Помните историю про студента, которого звали Авас...
Так вот. Сия история случилась на нашей военной кафедре МИСИСа. Учился у нас
в группе парнишка Андрей Олегович Тимофеевич.
Как-то на наше занятие (уж не помню на какое) приехал новый преподаватель - майор.
Чуть ли прям не с самой передовой. Однако умом он осознавал, что студенты
на военной кафедре народ далеко не военный и учить их еще нужно многому.
Кончив читать вступительную лекцию, о том, что нам предстоит изучить, он вдруг
рявкнул:
- Дежурный!
Дежурный должен был вскочить и представиться. Что он и сделал.
- Студент Андрей Тимофеевич!
"Гражданские..." - очевидно, подумал майор - не знают, что фамилию кричать надо,
когда докладываешь, а не отчество.
- Фамилия! - снова гавкнул он.
"Это что, у тебя фамилия такая?!" - с военного на гражданский в уме перевел Андрюша
и почему-то напрягся - ну да, такая!» и по-военному ответил:
- Так точно!
"Тупые..." - видимо, мелькнуло у майора - ну да хpeн с вами.
- Друг мой, - ласково произнес он, - вас что, не учили, как представляться надо?
Почувствовал Андрей, что что-то он делает не так, не по-майоровски, и на всякий
случай по-военному ответил:
- Никак нет.
- Достаточно произнести только имя и фамилию, - научил майор. - Понял? Давай!
- Андрей Тимофеевич, - сказал Андрей.
- Ну...
- Студент, - добавил он.
- Б#я, - не выдержал майор, - Как фамилия?
- Тимофеевич, студент.
Возникла пауза. Майора, видимо, наконец-то пробило.
- Мел принеси, - выпалил он, и добавил: - И что б все также!
Смысл последней фразы переводу на гражданский не поддавался, так как все плотно
зажимали руками рты, чтобы не навлечь на себя гнев человека, который только
недавно стал общаться с гражданским населением.
Случилось это лет 8-10 назад, кое-что успело подзабыться, кое-какие детали
к истории добавились...
Итак: ВУЗ, сессия, экзамен.
Наш герой (назовем его, например, Вася) не ботаник, но и не откровенный бездарь.
Накануне успел изучить краткое содержание чужих лекций и даже что-то понял.
Ну и даже на экзамене смог это рассказать и на пару вопросов ответить. И тут ему
экзаменатор задает еще вопрос. Память у Васи была хорошая, он твердо помнил,
что по этой теме он ничего в (чужих) лекциях не читал. И на вопрос препода
незамысловато ответил, что эта тема на лекциях не рассматривалась. Препод
удивленно посмотрел на Васю и сообщил ему, что именно он и является лектором
данного предмета и именно он две недели назад и читал на последней лекции эту тему.
Так Вася неожиданно для себя познакомился с лектором, но не растерявшись, тут же
оправдался, что, мол, ходил на лекции по этому предмету к соседнему потоку.
Экзаменатор поинтересовался, почему Вася выбрал для посещения не его, а другого
преподавателя, и Васе ничего не придумалось лучшего, чем объяснить, что на соседнем
потоке лекция по этому предмету была в более удобное для него, Васи, время.
После этого препод грустно посмотрел на Васю, отдал ему зачетку и велел придти
на пересдачу. Почему? Об этом Вася узнал от однокашников на выходе: лекции
на обоих потоках шли в соседних аудиториях одновременно!
Общение с представителями военной кафедры всегда вызывало массу противоречивых
эмоций у студентов, особенно у студентов факультетов точных наук - физики,
кибернетики и т.
п. Мне повезло: на нашей военной кафедре (а точнее, факультете -
был свой декан, куча кафедр и, так сказать, стационар, где на полном казарменном
режиме учились будущие кадровые военные) работали и продолжают работать нормальные
люди, с которыми практически всегда можно было найти общий язык. Подтверждением
этому служит тот факт, что из немалого преподавательского состава кличку имело
только два человека.
Один из них - добрый и застенчивый подполковник - получил погонялово «Гоблин»
за свою длинную нескладную фигуру и за чрезмерную педантичность. В сущности,
он был несчастным человеком: обладая очень мягким характером, он хотел быть
сильным и самоутверждался на студентах - оставлял свою группу досиживать пару,
когда остальные преподаватели распускали свои группы, придирался к неточностям
в ответах студентов. Его недолюбливали, но с ним можно было найти общий язык,
и к нему относились, как к больному ребенку.
Второго - подполковника Брауна (это не кличка, это фамилия) - ненавидели всем
факультетом, включая казармы. Неумный и спесивый солдафон к тому же занимал пост
замдекана по чему-то там и доставлял немало неприятностей не только студентам
и курсантам, но и преподавателям. За что и получил модификацию фамилии - иначе
как Даун за глаза его не называли. Особенно любил подполковник строевую подготовку.
А теперь история одного армейского маразма.
Генеральная репетиция присяги. Конец мая. Жара. По плацу топает восемь групп
студентов четвертого курса, пытаясь под руководством офицеров-кураторов научиться
шагать в ногу. Получается. Как у цирковых медведей играть в хоккей. Мысль о пиве
плотным туманом висит в воздухе, грозя материализоваться массовым неповиновением.
Наконец, когда кураторы понимают, что большего от нас все равно не добиться,
группы выстраиваются на плацу для проверки на готовность перед начальством.
Декан справедливо рассудил, что этого цирка он насмотрится на присяге,
и на репетицию послал заместителя. Брауна.
И вот он поднимается на трибуну, низенький и толстенький. При этом вид у него
такой, как будто он принимает парад на Красной площади. Мы (студенты) ему
не нравимся. Еще раз повторю, что студент, измученный жарой и мыслью о пиве,
стоит по стойке смирно так же естественно, как медведь держит клюшку.
Ни с медведем, ни тем более со студентами ничего поделать нельзя, это понимает
даже Браун. Но он хочет покомандовать. И решает отодвинуть строй на два шага назад.
«Курс!» - командует он, - «Кругом! Два шага вперед НАЗАД шагом марш!»
Неожиданный взбрык командирской мысли привел к разрушительному результату:
под взрыв хохота строй рассыпался и прополз эти два шага чуть ли не
на четвереньках. Дальше нас не проверяли.
Во-первых, заранее прошу прощения за всю ненормативную лексику, которая
подразумевается или прямо приводится в этой истории.
А произошла она лет 8 назад
с одним моим приятелем - Сашей, который учился тогда в одном из университетов
Санкт-Петербурга (тогда еще Ленинград). Кстати, привет от меня всем в этом
прекрасном городе. Не знаю, понравится ли история вам, но если все представить
в красках, получается смешно. Короче, договорился мой приятель с начальником
военной кафедры о том, чтобы не посещать занятия по военной подготовке.
Начкафедры за это потребовал с него ящик "Абсолюта", что и было исполнено.
Получилось так, что как раз в это время я приехал к нему в гости, и мы решили
отметить встречу. Наотмечались, надо сказать, порядочно. По самое "не могу".
И тут кто-то из Сашиных однокурсников говорит, что домой пора,завтра мол,
присяга, великий день. А Сашку никто не предупреждал... Не знал он... А времени
было уже около 4 утра, поэтому спать решили не ложиться, с утречком приняли
на душу жалкие остатки "огненой воды" и поползли давать клятву Родине. А ехать
надо было в город Пушкин, под Питером, в воинскую часть.
Доехали мы кое-как и что видим:стоят на плацу солдаты и офицеры. Все чего-то
суетятся перед началом церемонии, сапоги и чисто выбритые физиономии солдат
блестят на солнце,как золотые зубы рыночных торговцев. Прапор какому-то солдату
бережно газетку дает: "на, подложи под пилотку, чтобы на уши не спадала".
Родители, друзья и подруги с цветами тусуются,фотографируют, на поенку снимают.
Дедушки-бабушки по этому случаю ордена-медали нацепили. В общем, полный парад
планет. Торжество патриотизма. А тут мой приятель в такой мятой куртку
из жеванного шелка, заношенных джинсах и белых кроссовках. И хоть и русский,
но выглядит, как такой воспитанный еврейский мальчик, вставший, однако,
на дурной путь. Потому как волосы косматые во все стороны торчат, под глазами
синяки, водкой несет и все такое. Народ недобро на него смотрит, но думает,
что это знакомый кого-то из солдат случайно забрел. А напротив плаца-казарма
для курсантов морского училища, которые тоже из окон наблюдают за происходящим.
Ну, подходит Сашка к своему офицеру. Здрасте, говорит, я пришел. У офицера
глаза на лоб, челюсть на грудь.
-Ты что, оху%№;%:? Ты это в каком виде на присягу Родине явился?
-А че? - искренне удивился друг.
-Ты кто вообще? Я тебя тут не видел!
Тут как раз подбегает начкафедры, видит Сашу, и чуть не падает в обморок.
После чего отзывает офицера в сторонку и что-то шепчет тому на ухо.
Оба, конечно, понимают, что надо что-то предпринимать. Но что? Как бы сами
виноваты, забыли, не предупредили, форму не выдали. В строй его пускать - так он
как чучело немытое выглядит. Солдатиков жалко, тренировались ведь, готовились.
Прогнать с присяги тоже никак невозможно.
-Становись, бля..., сюда! - зашипел офицер, указав на место в последнем ряду.
Ну, встал Сашка в строй, стоит. По сторонам смотрит. Мне рукой машет. Смотри,
говорит, мужик в лампасах! Как "адидас"! (Вообще-то, это был генерал, да только
Сашка в знаках отличия никак не шарит). А остальные-то по стойке "смирно" стоят!
Офицер все это сашкино безобразие, конечно, видит. Но, стиснув зубы, молчит.
Праздник не хочет портить. Но вижу я по выражению его лица, что хочется ему
Сашку расстрелять. Ох, как хочется!
А тут все по-очереди присягу дают, торжественно все так. Помню, меня так
на Родине в пионеры принимали. А друг весь кайф от мероприятия своим
разгильдяйским видом портит.
Постепенно настает его очередь сказать слова верности матушке России.
-Давай! - шипит офицер.
-А?
-Автомат бери!
А как его брать-то? Сашка ни на одном занятии не был! Но зато видел в фильмах,
как это делают Шварцнеггер со Сталлоне. Ну вот, он ремнем через шею автомат
наперевес и одел.
И еще руки так сверху положил. Дово-о-о-льный! Куртка шелковая вконец смялась,
вид получился как у афганских талибанов, которые накурились гашиша. Родители
присягающих снимки делать как-то резко перестали, сестры сиротливо прижались
к матерям. Если бы там были собаки, то они бы заскулили. А Сашке все пофиг.
Стоит и по-дурацки улыбается.
И тут офицера прорвало и он заорал.
-Ты что, ... твою мать, тебя что, бля..., не учили?
-Не-е...
-Вот как нужно, бля...! Марш строевым шагок к трибуне, бля..., бери папку
и читай, бля...на х**, присягу, долба...!!!
А как ходить этим строевым? Ну, друг, как мог, отчеканил весь путь к трибуне.
В белых кроссовках.
Военные провожали его недобрыми взглядами. Другой офицер ему сует в руки папку.
Читай, говорит.
Все уставились на Сашку так, как будто никто до него этой присяги не читал
и он им откроет что-то новое.
Сашка занервничал и пустым взглядом уставился в красную папку.
-Ну, читай "Я, ФИО" и дальше! Давай, бля..!- зло шепчет офицер.
Под этим страшним психологическим давлением мой друг читает:
-Я, ФИО, торжественно клянусь...
-Да не ФИО, ** твою мать, а ты! - шепчет побагровевший офицер.
И тут приятеля тоже прорвало и он прямо в микрофон:
-Ну, Я! Блядь, клянусь! Че ты раскричался?
Тут, конечно, строй студентов от дикого ржанья строй согнулся пополам.
Смеялись даже родителя присягающих. Правда, люди постарше смотрели на
Сашку с неприкрытой классовой ненавистью. Выручил начкафедры, который
кое-как успокоил страсти.
Тем временем из окон противоположного здания, где гнездились курсанты
военно-морского училища торчали головы будущих офицеров флота, которым
по традиции полагается не любить всех сухопутных. Поэтому, моряки выставили
в окно динамики и врубили на всю мощность песню "Я убью тебя, лодочник",
под хрип которой друг дочитал последнюю строчку присяги и строевым (в его
понимании) шагом вернулся в строй. Уже чуть не по апплодисменты присутствующих.
Вот такая получилась церемония дачи присяги.
Как оказалось, к ней готовились целых полгода,за которые Сашка как раз и отдал
ящик "Абсолюта".
-Если б я знал, что будет так, эта водка у меня костью бы в горле застряла,-
сказал другу позже начкафедры с болью в голосе.
А после присяги к Сашке подходили другие студенты, хлопали по плечу и предлагали
вместе бухнуть.
-Сейчас, только за бутылкой сбегаю,- доверительно сказал друг. Но больше
он так не пил...
Артем
В начале восьмидесятых нас, студентов политеха, часто гоняли на уборку городских
улиц перед пролетарскими праздниками.
В тот год мы убирали снег, который вопреки
распоряжению обкома, не успел растаять к Первомаю. Человек двадцать студентов
черпали совковыми лопатами снежно-грязевую жижу и выбрасывали ее на проезжую
часть, дабы быстрее таяла. Командовал процессом сам декан, имевший, между прочим,
звание полковника, но выглядевший в соответствии с моментом весьма цивильно.
Мимо нас проносилась черная волга с номером примерно 00-01 САМ. Думаю, это игра
случая, ибо специально так попасть невозможно, однако, полная лопата жидкой грязи
влетела точно в правое переднее окно волжанки. Раздался отчаянный скрежет тормозов
и машина остановилась.
Дальнейшая картина достойна описания. Из тачки вылез мордастый водила, совершенно
облитый грязной жижей, затем вылез мордастый же полковник милиции,кажется,
начальник областного УВД. В левой руке он брезгливо, двумя пальцами держал
совершенно обосранный новенький полковничий китель, а правой стряхивал грязь
с голубой ментовской рубашки. Толпа студентов валилась с ног от смеха.
Полковничья морда, простите, лицо стража правопорядка, медленно наливалось
краской. Полкан не cомневался, что произошел теракт против его высокой особы.
Гнев милицейского чина обрушился на невозмутимо стоявшего декана. Декан узнал
много нового о своих родственниках, его пообещали уволить, посадить и возможно,
расстрелять. Красочная тирада была завершена словами "Вы знаете кто я? Я полковник
Иванов!" На что последовал невозмутимый ответ: "А я полковник Соколов!". После
непродолжительной немой сцены чин порыв немного ногами землю и пообещав расписать
всех по трафарету, сел в тачку и укатил, наверное, отмываться. Декан, конечно,
объявил нам, что мы все отчислены и вообще, сняты со стипендии, но сам еле
сдерживал смех. Еще бы, не каждый день случается облить грязью начальника милиции.
Виновник найден не был, снег бросать нас больше не посылали.
Oldman
Как раз сегодня ехал в плацкартном да вспомнил историю - простую, но вспомнить
приятно, как ностальгия по молодости типа того.
Короче на дворе 92 год, Ельцин в топе, лето, страна мегалитрами кушает «Рояль»,
все ништяк, а я и мои однокурсники, бодро рулим на военные сборы. Сбор натурально
на Московском вокзале вечером, я с провожающей компашкой разминаюсь красненьким
у монумента Пушкину, есть такой недалеко от вокзала, и вечерок постепенно
перестает быть томным, а впереди сборы……. Сборы - это вообще само по себе явление,
что-то с чем-то. Достаточно сказать, что один из наших, одетый естественно -
по гражданке, на вокзал к построению пришел не только на рогах, как и большинство,
но и в военной пехотной kacke зеленого цвета. А ехали вообще-то на военно-морскую
базу в Северодвинск.
Короче сели в поезд, банкет закипел, к тому же и последняя сессия сдана и все тут
рядом вместе недавно экзамены сдавали, выпивки и закуски- завались. Короче -
банкет-пинкик на 60 или сколько там в плацкартный вагон влезает персон. Выпил
с которыми сидел раз, выпил два, перешел к другим, там тоже, да и все так же,
на месте не сидят. Короче едем и гудим, выпили - море, ну не без потерь
натурально, кого-то уж сводили порыгать там раз, два, три, ну как обычно бывает
знаете, не мне вам рассказывать……..
Теперь собственно о ком речь-то, главный герой - мой друг Федя. Он вообще любил
мощно выпить, ну и тут проявил усердие и поглотил неописуемую порцию спиртного
и отключился через какое-то время. Все как обычно, кто-то раньше, кто-то позже -
нормированного отбоя нет, как впрочем и подъема. Последнее, что я запомнил
в тот день - это Федя, спящий в одних лишь трусах непристойного фасона -
плавочками и носках (!!!!!).
На утро в вагоне обнаружилась странно- ужасная вещь… Через весь вагон вдоль
из туалета пролегала цепочка гигантских, грязных, дико воняющих следов. Путь этого
Йети шел весьма причудливо - по всем нижним полкам в том числе и боковым. то есть
по всем лежащим там вповалку и вперемешку рукам, ногам, мордам, жопам, головам,
простыням, одеялам и полотенцам и в одном месте почему то - по стене. Пробуждение
общества было неодновременное, но сопровождалось одинаковой реакцией на находку:
- «Ёб твою мать, что за хуйня, убью пидоры…… и т.п.. ». Следы со всей очевидностью
вели в противоположный от туалета конец вагона к спавшему сном праведника Феде,
а точнее к его носкам, кои лежали на полу и как бы выразился классик, - «…воздуха
тоже не озонировали».
Что было на самом деле: Ночью он проснулся, видимо выпил еще и сжимая вибрирующий
от желания отлить конец, рванул в гальюн в чем был (см выше т.е. без обуви).
А теперь скажите мне, можете ли вы себе хотя бы приблизительно представить пол
в туалете плацкартного вагона, да еще того, в котором 60 джентльменов едут
на военные сборы по вышеописанному сценарию праздника. Если у кого не хватает
своей фантазии, то знайте, что на полу там была такая, как бы сказать биомасса,
из которой в свое время возможно зародилась жизнь на нашей планете. Прибегая
к мифической аналогии, правильнее всего было бы это назвать «Авгиевы конюшнями»
(см. «подвиги Геракла»)….. Короче говоря Федя влетает в туалет, насколько вообще
может «влететь» человек пьянющий в дугу, отливает, частично попадая в очко,
и с блаженным вздохом выковыривается оттедова. И тут он соображает, что тапцы то
он не одел и стоит в одних носках. Возможно он что-то почувствовал еще там,
стоя по щиколотку в этом вселенском говнище, но дошло до него позже, с задержкой
где-то на пи пополам, уже на пороге нашего так сказать кубрика. Он тогда встает
на нижнюю полку, держась руками за верхнюю, и продолжает свой путь уже описанным
способом, (дураку понятно: не идти же по грязному то полу босиком ежли без тапок).
И вот он идет переступая с полки на полку и оставляя на всем чем можно эти дикие
следы своих полусползших, размокших и чавкающих носков. В одном месте пьяный мудак
естественно ебанулся с полки, отчего и произошли следы на стене, а затем продолжил
свои путь так сказать “ по среднему уровню” и дошел до места, где и заночевал.
Носочки он почему то перед сном снял и сложил кучкой на полу рядышком.
Ну, поутру когда уже все выяснилось и утряслось все дико ржалии веселились,
опохмеляясь остатками былой роскоши. Все обошлось без последствий так как у Феди
не было среди нас врагов и вообще, наверное со мной многие согласятся, что при
утренней опохмелке, проходящей без проблем и в большой приятной компании, как то
мягчеешь душой и телом и наступает благостное умиротворение.
Более того я просто уверен, что все войны, революции и прочие социальные
катаклизмы имеют в качестве одной из первопричин - неправильно поставленное
кому-то похмелье, но это как говорится уже другая история……
А что до нас, грешных, то все было о кей, разве что носки присохли к полу
и их надо было бы срубать перфоратором, а так обошлись проводниковой кочережкой.
После сборов, перед отправкой домой я встретил Федю, (мы были на одной базе,
но в разных частях). Он был такой же пьяный и с гордостью мне поведал, что он
так и не трезвел ни разу за время сборов. Я конечно тоже нарушал режим, но чтобы
все сборы не просыхать - это конечно рекорд абсолютный. Вот собственно оно и все.
З.Ы. Сейчас Федя зашит на 5 лет, но один год уже прошел. Пожелайте ему пожалуйста
здоровья и терпения .........
Было это в пору всеобщей диспансеризации, когда на всех предприятиях
и в учебных заведениях было обязательным посещение раз в год рентгенкабинета
с непременной флюорографией.
Если не ошибаюсь, на предмет выявления туберкулеза.
Механизм массового приема пациентов был отработан врачами до автоматизма, поэтому
обычно посещали в рентгенкабинеты по такой схеме: день мужчины, другой день
женщины. В кабинет заходили человек по десять. Пока одни раздевались до пояса,
другие делали рентген, а третьи уже одевались. Т.е. народу в кабинете толпилось
много, и процесс был поставлен на конвейер.
В день, когда проходили обследование женщины, врачам приходилось быть
особенно внимательными, так как у многих на шее висели цепочки, кулоны и подобная
бижутерия. Все украшения врачи заставляли снимать, дабы не смазывать картину
снимка. Но поскольку мест для хранения не предусмотрено и не всегда есть знакомые,
которые могут подержать золотые и не очень побрякушки, то смекалистые врачи
придумали другой способ. Когда увешанная цепочками женщина становилась в аппарат,
рентгенолог заставлял убирать побрякушки с груди и зажимать их во рту зубами.
Таким образом, ускорялся процесс, и исключалась возможность воровства.
В тот день проходили флюорографию студентки младшего курса Академии художеств.
Прием вел мужчина-рентгенолог. Не обращая внимания на прелести оголившихся девиц,
усталый доктор подгонял их, чтобы быстрее закончить рутинную работу. Девчонки,
хихикая, косились на молодого врача и, раздеваясь, быстренько ныряли
в рентгеновский аппарат. Одна из девиц стояла в нерешительности, не зная как
поступить с золотой цепочкой и кулоном. Повернувшись к более бойкой подруге,
она спросила, нужно ли снимать цепочку. Как иногда бывает в таких случаях,
гвалт в кабинете на секунду прекратился и в тишине прозвучал голос грамотной
подруги. Минут десять укатывающиеся»от смеха врачи не могли засунуть ржущих
студенток в аппарат. Задумчиво посмотрев на еопытную приятельницу, подруга
авторитетно заявила:
- В принципе, можешь не снимать, тогда этот мужик заставит тебя в рот взять.
Лето.
Ночь. Поезд Москва-Осташков (тогда еще) № 666 3-й общий вагон.
Я человек, всю жизнь занимающийся всяким там единоборствами и другими
видами спорта, еду отдохнуть на Селигер. Все как полагается - познакомился
с какими-то людьми - тоже студентами, и студентками, посидели, пошумели,
выпили, рассказали анекдоты, поиграли на гитарах.
К слову сказать, проводница в нашем вагоне мне (и не только мне)
как-то сразу не понравилась. То ли из за нарочитой грубости при посадке,
то ли из-за огромных габаритов, в совокупности с нарочитой грубостью.
Короче - часа два ночи. Oстанавливается наш поезд на каком-то полустанке,
как это обычно бывает.
Выходит в тамбур наша проводница. Вслед за ней, на безопасном расстоянии,
пробираюсь и я - покурить на свежем воздухе (будучи кстати весьма
трезвым). Однако не тут-то было. Стоило мне только приблизиться к двери,
выходящей в тамбур, как эта, не побоюсь этого слова, бабища, поворачивается
ко мне, преграждая мне путь к спасительной прохладе, и говорит:
- Те че надо????
- Покурить, - жалобно блею я.
- Я вот тебе сейчас покурю, - сказала наша бортпроводница, и с криком
"мне через три дня на пенсию, а тут какие-то пьяные уроды из вагонов в мою
смену будут выпадать" изящным движением своего бюста закинула меня
обратно в коридор.
До утра в вагоне было тихо.
Большинство студентов, есессьно, знает, что за геморрой такой -
медкомиссия на первом курсе.
И, соответственно, еще большим геморроем
оборачивается непрохождение оной (минус всякие бонусы типа: заезд в
санаторий-профилакторий, лагерь у моря и т. п.). Вот две абсолютно
достоверные истории на эту тему, произошедшие с моим другом Бонсом,
когда он учился на 1 курсе.
История первая:
Сентябрь 1994 года. Я, студент уже 2 курса, согласился пойти с Бонсом
на медкомиссию за компанию «посмотреть на эту клоунаду». Ну,
соответственно, в поликлинике пресс народу, как в автобусе в час пик,
пройти он успевает только одного врача (отоларинголога, как сейчас
помню), да и то предположительно. Мы занимаем, как порядочные, очередь
(а перед нами - человек тридцать) и идем к заветному ларечку с
разливным (сейчас его уже нет в живых, а жаль :-(). У ларечка,
есессьно, веселая компания, и мы, проводя время в приятном общении и не
менее приятном поглощении, тусовались там, пока не кончились деньги.
После чего пошли посмотреть - как там наша очередь. И каково же было
наше удивление и облом, когда обнаружилось, что за это время (1,5
часа !) прошло только человек 10! Ну, деваться некуда, туда-сюда,
нарисовался кто-то из знакомых, тут же была занята двадцатка - и опять
к ларьку… Короче, так было несколько раз, и уже без-десяти-минут-конец-
рабочего-дня мы (точнее он) гордо стоим (слегка пошатываясь) перед
дверью кабинета, где обследуют девушку, за которой мы занимали очередь.
Девушка выходит довольная с почеркушкой в своем листочке,
Бонс, «вежливо постучавшись» заходит в кабинет. Через некоторое время
оттуда раздается РЁВ БАБУШКИ - ОТОЛАРИНГОЛОГА, Бонс пулей вылетает из
кабинета и скрывается на лестнице.
Когда я выяснил у него, в чем дело, ржал очень долго. Оказалось, что у
пожилой врачихи был такой заеб - она бесилась, если к ней в кабинет
заходили в верхней одежде или в майках. О чем через каждые пять минут
сообщала собравшейся у дверей кабинета студенческой братии медсестра,
высовываясь из двери (есессьно, мы на нее ни разу не попали и ничего
такого не слышали). Прикиньте ситуацию, когда в конце рабочего дня в
кабинет к старушке, уже за день разъяренной подобными явлениями,
заваливает нетрезвый перец в верхней одежде, она визжит, что “в куртках
сюда не заходят”, он бормочет что-то типа “ща все будет”, снимает
куртку и оказывается… В МАЙКЕ!!!:-) (Ну, все-таки, осень - тепло, даже
жарко…-у нас многие тогда так одевались).
История вторая:
Было это в том же году, но медкомиссию проходил уже наш друг Леха,
студент другого факультета. Мы (я, Бонс и еще один товарищ, Серега)
сопровождали его, поскольку он по завершении дела обещал сабантуйчик.
На все наши робкие попытки уговорить его на “хотя бы по одной сейчас”
он отвечал сурово, что, мол, только когда он пройдет всех врачей. Мы,
томимые скукой и трезвостью, мучились до тех пор, пока не дошла очередь
до психиатра. К этому моменту стало понятно, что всех врачей он все
равно сегодня не пройдет - очень много народу, и мы уговорили его после
посещения психиатра, валить на природу, ссылаясь на жуткую жажду. Он
уже к этому моменту был сам не прочь, поэтому и согласился. Не знаю,
кому из нас пришла в голову идея немного пошалить, но зажглись этой
идеей сразу все - трудный день требовал разрядки… Короче, Леха зашел в
кабинет, снаряженный висящими на шее на шнурке двумя наконечниками
пожарных шлангов, извлеченными нами из красных шкафчиков тут же в
коридоре. Врачиха, дородная тетенька в очках, видимо уже привыкла к
такому отношению к своей профессии со стороны студентов, и ласково так
его спрашивает:
-А это у тебя что такое ?
-А это мои игрушки, - не менее вежливо отвечает Леша.
-А кто же тебе их дал, Леша?
-Мои друзья.
-А где они сейчас?
-В коридоре.
-Можно я на них посмотрю? - с этими словами она открывает дверь и
выглядывает в коридор.
В ЭТО ВРЕМЯ БОНС И СЕРЁГА, ДЕРЖА РУКИ ЗА СПИНОЙ, НА СПОР ОБЪЕДАЛИ
ФИКУС, СТОЯЩИЙ В КАДКЕ У КАБИНЕТА !!! :-).
Медкомиссию Леха прошел только через месяц…