Рассказали коллеги. В одном очень и очень техническом ВУЗе училась Блондинка, уж какой прихотью судьбы ее занесло к технарям история умалчивает, но факт на лицо – предстояло Блондинке писать диплом, о чем ей и сообщили на собрании пятикурсников. Из всего собрания она вынесла одну нехитрую, но правильную мысль: нужен научный руководитель. И взяла она быка за рога, т. е. сразу после собрания подлетела к молодому доценту и обрадовала его перспективой совместного написания диплома. Доцент крякнул, отвел девушку в уголок и стал ей что-то втолковывать. Далее случайный наблюдатель мог бы узреть следующее – стоит молодой доцент, тихо что-то говорит студентке, а та сначала бледнеет, потом краснеет в свеклу, закрывает рот ладошкой, срывается и убегает в неизвестном направлении. Доцент, пожав плечами, направился в преподавательскую, где собирался скушать бутерброд, приготовленный заботливой женой, и обсудить с завкафедрой план публикаций. Собственно общение доцента с бутербродом было прервано местной дамой пятидесяти с хвостиком лет, добровольно взявшей на себя роль блюстителя нравственности. Дама влетела в преподавательскую, изрыгая гнев, за дамой виднелась Блондинка. "Что вы себе позволяете, что вы предложили бедной девочке?! " - дама гудела как мощный трансформатор в центнер весом. Доцент честно ответил – "Как обычно – провести быстрое Фурье преобразование". Дама хоть и была старой девой, блюстительницей и прочая, но еще она была доктором наук и, взяв полсекунды на размышление, она ласковым, поучающим голосом выдала – "Ну как же так, она же маленькая, она пока этого делать не умеет". Завкафедрой хрюкнул в чашку чая, сдерживаясь до последнего, сделал ручкой Блондинке на выход и только после этого загоготал – говорят, что присутствующие серьезно опасались за сердце маститого научного работника, но ничего сделать не могли в виду того, что сами ржали в голос.
Рассказали коллеги.
В одном очень и очень техническом ВУЗе училась
Блондинка, уж какой прихотью судьбы ее занесло к технарям история
умалчивает, но факт на лицо – предстояло Блондинке писать диплом, о чем
ей и сообщили на собрании пятикурсников. Из всего собрания она вынесла
одну нехитрую, но правильную мысль: нужен научный руководитель. И взяла
она быка за рога, т. е. сразу после собрания подлетела к молодому
доценту и обрадовала его перспективой совместного написания диплома.
Доцент крякнул, отвел девушку в уголок и стал ей что-то втолковывать.
Далее случайный наблюдатель мог бы узреть следующее – стоит молодой
доцент, тихо что-то говорит студентке, а та сначала бледнеет, потом
краснеет в свеклу, закрывает рот ладошкой, срывается и убегает в
неизвестном направлении. Доцент, пожав плечами, направился в
преподавательскую, где собирался скушать бутерброд, приготовленный
заботливой женой, и обсудить с завкафедрой план публикаций. Собственно
общение доцента с бутербродом было прервано местной дамой пятидесяти с
хвостиком лет, добровольно взявшей на себя роль блюстителя
нравственности. Дама влетела в преподавательскую, изрыгая гнев, за дамой
виднелась Блондинка. "Что вы себе позволяете, что вы предложили бедной
девочке?! " - дама гудела как мощный трансформатор в центнер весом.
Доцент честно ответил – "Как обычно – провести быстрое Фурье
преобразование". Дама хоть и была старой девой, блюстительницей и
прочая, но еще она была доктором наук и, взяв полсекунды на размышление,
она ласковым, поучающим голосом выдала – "Ну как же так, она же
маленькая, она пока этого делать не умеет". Завкафедрой хрюкнул в чашку
чая, сдерживаясь до последнего, сделал ручкой Блондинке на выход и только
после этого загоготал – говорят, что присутствующие серьезно опасались за
сердце маститого научного работника, но ничего сделать не могли в виду
того, что сами ржали в голос.