Быстренько!
(рассказ)
От остановки Тепловозоремонтного завода отправлялся троллейбус
номер три. В самые последние секунды, едва на завязнув в дверях, на
заднюю площадку вдруг вскакивают оживленные пьяненькие мужичок и
женщина. Водитель испуганно тормозит и пара виснет на стойке.
– Но! – показывая себя перед дамой, тут же заорал мужичок, – Потише
давай, не дрова везешь!
– Не дрова везешь! – тут же поддакнула ему женщина тонким голоском.
Судя по ее слегка подсиненному, подведенному левому глазу, эта парочка
совсем недавно поссорилась, но уже успела помириться и пропитаться
взаимным уважением.
Троллейбус тронулся, но перед самым его носом шмыгнул кто-то еще, и
водителю снова пришлось тормознуть.
– Эй, коза, ты что ездить не умеешь? Здесь тебе люди, а не кто- нибудь!
– снова заорал мужичок.
– Эй, коза, сначала ездить научись, а потом людей вози, – поддакнула
дама, еле-еле повторив мудрую мысль своего кавалера.
И тут троллейбус тормознул третий раз. Даже не тормознул, а просто
остановился, и двери его с лязгом открылись. Тут же раскрылась и кабина
водителя, и оттуда вышло то, что мужик называл почему-то «козой».
– Ну, коза-а-а… - еще не успел крикнуть мужик, резко падая в голосе.
Но это была не коза. И даже не козел. Скорее всего, это был
трехгодовалый бык или медведь средних размеров. Неизвестно как этот
водитель помещался в кабине и как протиснулся в узкие двери, но когда он
по-боевому развернулся в салоне, то для того, чтобы идти, не тормозя о
крышу головой, ему пришлось пригнуться. Водитель шел молча, по-медвежьи,
с рукавами, засученными по локоть.
Мужичок продолжал что-то по инерции, но уже с пропавшим звуком,
лопотать.
– А ну-ка, – сказал водитель, подойдя к парочке, – выметайтесь из
троллейбуса. Быстренько!
Дама возражать не стала – шмыг и на остановке. Но мужичок вдруг
застыдился сдаваться просто так. Однако и все его красноречие сошло на
нет.
– Выметайся, быстренько! – повторил водитель, указывая пальцем
направление в дверь.
– Не быстренько! – вдруг испуганно заявил пассажир.
Оказывается, в принципе-то, он и не возражал против того, чтобы покинуть
салон троллейбуса, но, простите, не с той же позорной скоростью, которая
ему предлагалась.
– Быстренько! – рявкнул водитель, которого от злости заклинило.
– Не быстренько! – сопротивлялся пассажир, которого заклинило от страха.
– Быстренько!
– Не быстренько!
– Быстренько!
– Не быстренько!
Заявляя это свое несогласие, мужичок все-таки медленно продвигался к
выходу.
– Не быстренько! – дерзко и прощально крикнул он, уже оказавшись на
верхней ступеньке.
И тут же от полноценного, качественного, как бы это помягче выразиться,
пенделя, подгребая руками в воздухе он, как с взлетной площадки влетел
на остановку и, кажется, даже описал небольшую дугу куда-то вбок. Но все
равно это было, пожалуй, даже быстрее, чем просто «быстренько».
Тормознув по асфальту всеми четырьмя костьми, он вскочил, отряхнулся,
взглянул по-петушиному на обидчика и теперь уже смело, освобождено и
радостно прокричал:
– Не быстренько! Не быстренько!
– Не быстренько! – взвизгнув, подтвердила его дама и даже ножкой топнула
по троллейбусной остановке на ТРЗ, с которой им хотелось быстро и
культурно уехать…