Израиль. Технический колледж. Студенты детятся на 2 группы, 90% евреи, (юноши и девушки) 21- 26 лет, после армии, и 10% арабы, 18- 20 лет, которых в армию не берут по очевидной причине. Урок высшей математики. Евреи ведут себя, мягко говоря, раскованно, арабы, подавленные интелектом преподователя и магией формул на доске- тихо. Преподователь- выходец из бывшего СССР- 2х метровый, лысый Леонид, привыкший к тишине и дисциплине на уроках. (в иврите нет отчеств, как и обращения на Вы). На передней парте, 25-летний, вечно улыбающийся, Эли, бывший капитан- десантник, что-то бурно обсуждает с симпатичной Оснат, в прошлом старший сержант авиации. Леонид, обращаясь к Эли, кричит, что он не потерпит подобного безобразия на своих уроках. Эли, широко улыбаясь: - Но, Леонид, почему ты на меня кричишь? Леонид, хрипя: - Потому что мне запрещено тебя бить!
Израиль.
Технический колледж.
Студенты детятся на 2 группы, 90% евреи, (юноши и девушки) 21- 26 лет,
после армии, и 10% арабы, 18- 20 лет, которых в армию не берут по
очевидной причине.
Урок высшей математики.
Евреи ведут себя, мягко говоря, раскованно, арабы, подавленные
интелектом преподователя и магией формул на доске- тихо.
Преподователь- выходец из бывшего СССР- 2х метровый, лысый Леонид,
привыкший к тишине и дисциплине на уроках.
(в иврите нет отчеств, как и обращения на Вы).
На передней парте, 25-летний, вечно улыбающийся, Эли, бывший капитан-
десантник, что-то бурно обсуждает с симпатичной Оснат, в прошлом старший
сержант авиации.
Леонид, обращаясь к Эли, кричит, что он не потерпит подобного безобразия
на своих уроках.
Эли, широко улыбаясь:
- Но, Леонид, почему ты на меня кричишь?
Леонид, хрипя:
- Потому что мне запрещено тебя бить!