Лучшие анекдоты

Сцены из провинциальной жизни. Маленький городок, ателье пошива одежды.Клиент – продавцу:
- Сколько стоит этот костюм?
Продавец:
- Что вы сказали, простите?
- Я хотел узнать, сколько стоит вон тот костюм!
Разобравшись, наконец, чего от него хотят, рассеянный и, по-видимому, глуховатый продавец громко кричит мастеру, который сидит в соседней комнате за стеной:
- Эй, Степан, сколько стоит та серая двойка, которую ты шил для презентации?
- Девятьсот пятьдесят рублей, - рассеянно бормочет мастер, поглощенный своим делом.
- Семьсот пятьдесят рублей! – громко объявляет продавец клиенту.
Тот рассчитывается, забирает костюм и быстро уходит.
- Молодой человек! Вам надо купить слуховой аппарат, как у меня, а то вы очень быстро разоритесь, - говорит продавцу бойкая старушка, наблюдавшая всю эту сцену.
Тот удивленно смотрит на нее и ничего не отвечает. Однако когда старушка уходит, он снова обращается к мастеру, на этот раз не громким, а самым обычным голосом:
- Слушай, Абрам, и они еще будут учить нас бизнесу! Только я собирался снизить цену на это старье до шестисот рублей, а тут такой удачный случай!
Миша был обычным советским студентом, мечтавшим преподавать. К моменту выпуска на дворе был конец 80-х, парнем он был свободным, а потому с радостью соглашался на любые командировки по научной части, которых по его профилю было множество. В 1990-м судьба занесла его в славный сибирский город Томск, сибирскую студенческую столицу, где Миша встретил свою любовь - простую сибирскую девушку из семьи настоящего охотника. Мама у нее давно умерла, а отец надолго уходил в тайгу, поэтому девушка была крайне самостоятельной и прямолинейной, что сильно понравилось Михаилу. Взяв отпуск, Миша прилетел в Томск снова, молодые подали заявление в ЗАГС, а после скромной свадьбы улетели к Михаилу в столицу. Жил Миша очень скромно, в небольшой комнате коммуналки, вместе с мамой, отец ушел ещё в детстве. Но юная жена, привыкшая к нелегким условиям охотничьих зимовий, быстро вписалась в быт. Мама была понимающей и часто "уходила погулять", поэтому через год у пары уже появился первенец. На дворе был 1991 год, и будучи неглупым парнем Миша понял, что надежды на переселение в квартиру в рамках очереди ему не светят от слова совсем. Ещё через год супруга подарила Михаилу замечательную дочку. Кто помнит 1992 год, может себе представить что такое двое детей в коммуналке на 5 комнат с одним туалетом, да ещё и на зарплату доцента не самого престижного ВУЗа. Миша старался как мог, подрабатывал грузчиком, но с учетом экономической ситуации в стране денег критично не хватало. Молодая жена сидела с малышами, зарплата мамы тоже была нищенской с учетом инфляции - радовало только одно, в этой семье царила любовь и взаимопонимание. Не было упреков и жалоб - только вера в то, что все как-нибудь образуется. К концу года Миша понял, что по всей видимости придется бросать преподавание и идти работать хоть на рынок - иначе им просто не прожить. В один из вечеров радостная супруга сообщила, что звонил из Томска её папа - и хочет их навестить, посмотреть на внуков - с дочерью они не виделись со свадьбы, хотя иногда из Томска приходили посылки с провизией, оной наши молодые были очень рады. Отец девушки привез с собой разных охотничьих разносолов, долго игрался с внуками и был очень рад тому простому счастью, царившему в семье. Дочка рассказала ему, что Миша будет вынужден оставить кафедру и пойти на рынок, потому как других вариантов прожить у них к сожалению нет. Отец крепко задумался.
Потом пошел покурить с Мишей, поговорил с ним о жизни и текущих сложностях, которые он, привыкший к суровому охотничьему быту в тайге, зачастую не понимал. Вернувшись, он попросил закрыть дверь и включить музыку. Дочка удивилась, но сделала как он попросил. После чего отец открыл свой чемодан и достал из него объемный кожаный мешочек, который был положен на стол и открыт. В мешочке тускло мерцал золотой песок и самородки.
"Это я намыл в тайге. За всю свою жизнь. Мне, видно не пригодится - а вам сейчас явно не помешает."
С большим трудом, через друзей детства, Миша нашел проверенного скупщика золота, давшего хорошую цену, и они с молодой женой купили двухкомнатную квартиру на окраине столицы. Мама отказалась переезжать, так как привыкла к своей комнатке, но часто их навещала. Работу Миша сохранил, нашел вскорости подработки по научной части, после стал профессором, а через много лет дорос до целого члeн-кора, в оной должности, под рюмочку, и рассказал эту историю моему другу.
Тут была история про то, как в детский дом не приняли вещи, сказав, что дети не будут носить прошлогоднюю коллекцию.
Вспомнилось из былых времен. 10 лет назад очень активно помогали детским домам. С одеждой и обувью быстро выяснилось, что это самое часто предлагаемое со стороны населения в качестве помощи, поэтому мы работали структурно - например, в одном детдоме сделали частичный ремонт, купили компьютеры, книги, обучающие программы. Заходили только туда, где руководство было полностью лояльным и хотело помочь детям любыми силами. Нередко встречали мелкое воровство, но чаще - местечковую властность и отрешенность руководства от жизни воспитанников. Один случай запомнился особенно.
Директриса крупного детдома, очень хорошо упакованная женщина под 45, требовала исключительно денег на счет организации, а идеально - себе и в конверте. Никаких других форматов помощи не принималось, более того - не давали возможности пообщаться с воспитанниками. Регион называть не буду, что бы не светить. Такое отношение покоробило и вызвало подозрение. Начали пробивать - вау, полноценная коррупционная цепочка, уже светившаяся в разных неприятных делах. 4 близких родственника на руководящих постах в разных ведомствах, и все очень хорошо живут. БОлее детальная пробивка показала, что на сына нашей директрисы оформлена нехилая квартира в столице, ездит чадо на хорошей иномарке и питается отнюдь не сухарями. Ситуация из области "За державу обидно!" Официально поиметь эту группу с учетом тогдашних раскладов крайне сложно. Неофициально - долго и муторно. Но как говорится "У дяди Бени таки есть мозги, а в наше время это немало".
Через пару дней после получения данных пробивки и разработки плана мой старший партнер ужинал с главой крупной страховой компании. Заговорили про благотворительность - тот тоже поддерживает детдом и конкретные семьи. Рассказал ситуацию. Тот возмутился и согласился помочь.
Через неделю сына нашей директрисы попал в столице в ДТП. Без жертв, все тихо и спокойно. Но - виноват по всем статьям, на камерах место не видно и аж 4 свидетеля - сторонних водителя. Да и хpeн с ним , помял какую то старую тачку, ремонта на 2 копейки. Но тут оказывается, что на старую тачку оформлен тотал. Приезжает страховая, все чин чином, гайцы оформляют происшествие строго по закону. В итоге выясняется, что тачка - крайне редкая модель, страховка на неё индивидуальная и по договору страховая обязана полностью восстановить её с учетом родных запчастей.
А запчастей НЕТ. От слова совсем. Все бумаги страховая готовит. От и до. В итоге запчасти находятся, оцениваются работы и встает сума в 200 000 долларов за ремонт. Подчеркиваю , машина - уникат, из номерной серии. Без личного приказа владельца страховой такие не страхуют от слова вообще так как это прямой убыток страховой компании.
Как итог- суд, апелляция, попытки скрыть и переписать собственность - но что такое мелкий региональный чинуша против юридического отдела крупного общероссийского страховщика? В итоге мальчик остался без машины и был вынужден переселиться в хату за МКАД, страховая вернула свои деньги, а собственник машины получил её назад с родными запчастями. Бонусом - в процессе активно засветилась наша директриса, попала в СМИ, и один хорошо одетый вьюноша не забыл "случайно оставить" газету с нужным разворотом на столе у представителя губернатора в Москве. Мужик там был принципиальный, внутренняя проверка и замена чиновника. Через год мы снова зашли в этот детдом - сделали ремонт санузлов и купили лодки для сплава по речке.
P.S. Для тех, кто не понял зачем делать все так запутанно - требовалось лишить чиновника наворованных средств, что с учетом внутренних раскладов было сложно сделать по закону.