Наталья... Совершенно очаровательное создание, Женщина, светская львица, аспирантка. Ведет у нас семинары по теории вероятностей. Как-то прилично опоздав на пару и не застав никого, она долго сокрушалась, какие же мы сволочи, что разбежались через оговоренные институтским законом 15 минут. Весна... поздняя... томный полдень... Ну какой нормальный человек в такое время может серьезно заниматься теорией вероятностей? У Натальи на руке маленькие женские часики на большом серебряном браслете в виде двух переплетенных змей. Очень заметно и стильно. У меня - обычного разгильдяя студента - электронные часы советского производства. Она, устав от весны и общения с имбицилами, каждые три минуты спрашивает у меня, который час (скоро ли конец пары). После нескольких честных ответов, решив повредничать, отвечаю: - У вас ведь на руке часы... В ответ на что получаю фразу, произнесенную с совершенно королевской интонацией: - Алексей, эти часы не идут уже 50 лет!
Наталья...
Совершенно очаровательное создание,
Женщина, светская львица, аспирантка.
Ведет у нас семинары по теории вероятностей.
Как-то прилично опоздав на пару и не застав никого, она долго
сокрушалась, какие же мы сволочи, что разбежались через оговоренные
институтским законом 15 минут.
Весна... поздняя... томный полдень...
Ну какой нормальный человек в такое время может серьезно заниматься
теорией вероятностей?
У Натальи на руке маленькие женские часики на большом серебряном
браслете в виде двух переплетенных змей. Очень заметно и стильно.
У меня - обычного разгильдяя студента - электронные часы советского
производства.
Она, устав от весны и общения с имбицилами, каждые три минуты спрашивает
у меня, который час (скоро ли конец пары).
После нескольких честных ответов, решив повредничать, отвечаю:
- У вас ведь на руке часы...
В ответ на что получаю фразу, произнесенную с совершенно королевской
интонацией:
- Алексей, эти часы не идут уже 50 лет!