Свежие анекдоты на каждый день

Навеяно историей про Технион.
Весна, год примерно 98, школьнье каникулы, приезжаю к брату, который
учится в вышеупомянутом Технионе. Как всем хорошо известно, студенты
обычно народ бедный, а особенно русские в Израиле, и от халявы никто
не отказывается.
Теперь сама история. Приходит брат домой с уроков дико радостный и
рассказывает, типа была у них там в тот день такая халява, что какие-то
американцы решили помочь русским студентам и дать им стипендию, все что
надо было сделать - заполнить бланк и бросить его в какую-то там
корзину. Этим и занимались все русские студенты в тот день. А братик мой
еще и принес один из бланков домой нам показать. Ну и мы, живущие на
трех языках, начинаем читать всю эту писанину на английском языке, все
на наш взгляд очень даже серьезно.
День следующий. Приходит брат домой, достает бланк и говорит нам, чтобы
внимательно все прочли, ну читаем, все вроде о.к., на что он указывает
на первую строчку, которая носит в себе название своей этой акции из
трех слов. Из слов "Horns and Hoofs" понимаем лишь второе, тупо смотрим
на него, ничего не понимаем, на что он, смеясь, произносит: "Рога и
копыта, идиоты." И только тогда мы вспомнили, что вчера было первое
апреля.
Эту историю рассказал мне отец, а случилась она во время зимней сессии в
конце семидесятых, когда он учился в одном Московском тех.
Институте.
Его группа сидела на консультации по вышке, и кто-то, уже под самый
конец, имел неосторожность спросить: можно ли пользоваться на экзамене
учебниками. К всеобщему удивлению, преподаватель сказал, что можно. Тут
необходимо сказать несколько слов об этом человеке: типичный препод лет
под 60, интеллигентный, спокойный, посвятивший всю свою сознательную
жизнь науке, а потому требующий высокую планку знаний со студентов,
но при этом никогда специально никого не засыпавший и уважительно
относящийся ко всем разновидностям студентов. Короче, на следующий день
на экзамене наблюдалась примерно следующая картина: учебники у всех
открыты, все друг с другом открыто переговариваются и потихоньку
собираются сдавать. Вот тут-то старичок начинает глумиться: задает
всякие допол. вопросы, всячески топит и в итоге каждый студент уходит
с неудом. Некоторые студенты, не смирившиеся с пересдачей, побежали
жаловаться в деканат на произвол. В аудиторию заходит кто-то, типа зам.
декана, и начинаются разборки, типа как это так: пятнадцать двоек подряд
влепить.... В это время препод, отпуская очередного студента и записывая
что-то у себя в дневнике, его перебивает и спокойно говорит с искренним
удивлением на лице:
- Почему пятнадцать? Шестнадцать уже.
студентъ
Мой однокурсник Юра Крицкий (Юра, жив?
Привет!) три года был безумно
влюблен в одну девицу. Пылкая страсть пробудила в нем, если и не поэта,
но желание написать любимой нечто возвышенное и в рифму. Тем более, я,
его однокурсник, уже ходил в местных поэтах, печатался и даже написал
слова песни, ставшей хитом местного русского народного хора. А он был
парень хоть куда и по всем статьям, кроме поэтической, меня превосходил.
Может, потому решил выступить и на моем поле - поэтической ниве.
А в румяные критики взял меня: во-первых, я тогда был жутко румяным, как
красна девица, и очень из-за этого переживал; во-вторых, все-таки лучший
литератор в институте. Возможно, выбор критика он сделал верный. А вот
время для написания выбрал, как по мне, крайне неудачно: вечер, ночь и
следующее утро. Может, как на первый раз у него накопилось много слов,
и он за два часа настрочил поэму в целую тетрадку. Я сделал ряд ценных
литературных замечаний, но, главное, пояснил: короче, краткость - сестра
таланта. Да и твоя Люся так много читать не станет. (Так утверждать я
имел все основания: ко многим свои достоинствам эта
прелесть-что-за-Люся! была замечена лишь в чтении вывесок и меню в
ресторанах).
И я быстро уснул, бросив Юру на поэтический произвол. Он, позабыв про
сон, продолжил маяться творчеством, и где-то через час растолкал меня
для эспресс-оценки нового варианта шедевра, действительно укороченного и
улучшенного. Через какое-то время история повторилсь, я, сквозь сон,
давал единственный критический совет: короче! Но, краем глаза (больше он
и не открывался) видел, что опус, укорачиваясь, становился все лучше.
И умолял Юру: все, больше не буди, смотреть не буду. Но он все равно
расталкивал меня «в последний раз... ».. «самый последний.. ». «Ну, чтоб
меня мухи ели - наипоследний... »
В конце концов в очередной «самый последний раз» - и таки-да,
последний!- он разбудил меня уже утром, когда и спать-то осталось
всего-ничего - с полчаса, и представил готовый шедевр, который привожу
полностью:
Ю. Крицкий
1960-1962
Пенза-Куйбышев
Дорогой, незабвенной Люсе посвящаю на память о нашей неземной любви
ВСЮ НОЧЬ БРОСАЛ Я В ПЕЧЬ ТВОЮ
ГОЛОВНЮ ЖАРКУЮ СВОЮ».
Алик, бывший студент
Предыстория.
Так уж случилось, что после окончания (как говорится, с
синим дипломом и красным носом) нашего достопочтимого Универа меня
угораздило преподавать на кафедре математики в другом славном
Владивостокском вузе, уже в то время переименованном в академию. Вел я
информатику у второго курса, и многие студенты относились к моему
предмету, мягко скажем, халатно. Паскалю предпочитали Doom и прочие
“стрелялки”. Но вот настала зима, Новый год, а вместе с ним и зачетная
неделя.
Теперь сама история. Основная масса студентов благополучно
«отстрелялась» вовремя, благо я, сам вчерашний студент, «валить» никого
не собирался. Семеро балбесов, которые за весь семестр были на моих
занятиях всего пару раз, пришли ко мне сдавать зачет на следующий день.
А утро этого дня, надо сказать, было для меня тяжелым. На зачет я
приехал с больной головой и мечтою о пиве. В опустевшем новогоднем
институте студенты ждали меня под дверью целый час и уже не надеялись
дождаться. Лаборанточка с кафедры успела им рассказать, в каком виде
профессорско-преподавательский состав покидал вчера стены «альма-матер»
после буйной праздничной вечеринки и какие песни пытался при этом петь.
Я сам потом слушал ее с неподдельным интересом, так как окончание
банкета совершенно не запечатлелось в моей голове. Моим последним
смутным воспоминанием того вечера было хоровое исполнение матерных
частушек с заместителем декана в качестве солиста и со мной в качестве
дирижера, во всяком случае, до того момента, пока я не пизданулся с
табуретки. Шишка на голове и дирижерская палочка (вилка с наколотым
куском ветчины) найденная утром во внутреннем кармане пиджака являлись
тому доказательством.
Короче, принимать зачет у моих балбесов и слушать их бредовые ответы у
меня не было ни сил, ни желания. Ставить им «халяву» в зачетку тоже не
хотелось, так как после такого новогоднего подарка в следующем семестре
на мои занятия народ вообще перестанет ходить. Я нашел на кафедре
початую вчера бутылку крепленого вина, поправил здоровье (и лаборантка
тоже - я же не алкоголик в одиночку пить), а потом придумал, как мне
тогда показалось, оригинальный ход. Несмотря на то, что мы боролись с
игрушками в компьютерном классе, студенты всегда записывали их снова,
так что искоренить их навсегда, конечно, не получалось. Вместо раздачи
билетов с вопросами я посадил «студиозо сапиенсов» за компьютеры. В моде
тогда был Duke (уже и не помню, какой версии), его-то мы по сети и
запустили. Засекаю 15 минут, победителю зачет, остальным через неделю на
пересдачу. Ух!! Была СЕЧА! Битвой даже не назовешь! Лаборантка в
экстазе, близком к оргазму, мониторы в брызгах крови, стреляных гильз в
компьютерном классе - по колено! Счастливчик получил зачет и умчался,
остальные понуро разбрелись, мы с лаборанткой отправились в шашлычную
пропивать новогоднюю премию.
Короче, полный зашибись!!
Через неделю стою перед входом в институт, докуриваю сигарету, встречаю
зав. кафедрой и зам. декана. Поручкались, поднимаемся на последний этаж
к нам на кафедру. В курилке на чердачной лестнице веселятся мои
студенты, которые пришли на пересдачу, и в полупустом институте их
разговоры разносятся далеко. Девичий голос (тоже прогуляла полсеместра):
- Мальчишки, ну вы к зачету-то готовились?!
- А как же! Я вообще все праздники из-за компьютера только пожрать
вылезал…
Мой зав. кафедрой подмигивает зам. декана - мол, какие кадры растим!
Хоть и молодой преподаватель, а гляди ж, как студентов своих «построил!
- … раздолбал всю клаву нахер. По ночам монстры снятся, - продолжает
жаловаться мой балбес. Чувствуя неладное и надеясь на корню пресечь
компрометирующие меня разговоры, через две ступеньки прыгаю вверх по
лестнице. Попадаю в поле зрения вышеупомянутой студентки, которая еще не
видит чуть отставшее начальство.
- Здравствуйте!! (Со щенячьим восторгом, видать заждались) А я в «Duke»
не умею! И в Doom тоже! Только в “Лайнс”! А можно я вам по тетрису зачет
сдам?!
Занавес. Слов нет, остается только посыпать голову пеплом.
Capten.
Если девушка делает вам mинet, а вы при этом думаете:
- "Эх, поскорей бы кончить, да спать уже. Завтра как никак на работу
вставать..." - то вы семьянин со стажем, согласившийся на очередную
прихоть жены в виде орального cekca. Ваша семья - вот смысл вашей жизни.
- "Ух, хоть бы удовольствие успеть получить. НЕТ!!! как, так
быстро??!!!" - вы либо девственник, либо просто долго воздерживались.
Какое-то время cekc станет для вас смыслом всей жизни.
- "Хорошо, дорогой, очень хорошо" - вы либо бисексуал, либо
исправившийся пeдepact, либо только-только из мест не столь отдаленных.
Что было для вас смылом жизни в прошлом - неизвестно, но после этой
встречи он наверняка изменится.
- "Дорогая, а так совсем недурно. С каждым разом мне нравится все
больше и больше" - вы молодожен. Ваша жена, видимо, с большим опытом,
а вы нет. Всем вашим смыслом жизни в ближайшее время будет познавание
любви во всех формах и позах.
- "Как, опять в рот??!! Ну мы же трахались так буквально вчера!" - вы
молодожен со стажем. Все, что вы хотите сейчас - попробовать найти то,
что еще не пробовали.
- "Хм, интересно, а как бы смотрелась эта крошка, если ей перерезать
горло? Мне кажется, неплохо..." - вы сексуальный маньяк. Все ваши мысли
доступны только вам и никому, кроме вас.
- "Да, забавно. Она такая молодая, а mинet делает довольно
профессионально. Пожалуй, ей стоит прибавить зарплату" - вы большой
босс. Вы можете думать только о работе. Даже во время cekca.
- "Какая она страшная! Хотя что я, впрочем, хотел, за 10-то долларов???" -
вы или бедный студент или просто бедный-старый-больной-страшный.
Деньги - вот единственное, что волнует вас в этой жизни.
- "Да, неплохо. Хотя с тремя сразу вчера было, пожалуй, получше" - вы
бабник. Женщины - вот идея вашей жизни.
- "Клево я устроился! Мало того, что деньги дают, так еще и в рот берут.
Старовата она, конечно. Ну да это ничего. Мы не гордые" - вы жигoлo.
Ваша цель в жизни заработать денег, обманув как можно больше невинных
женщин.
- "Нет, все-таки что-то не то. С собачкой мне понравилось гораздо
больше!" - вы извращенец, ваша жизнь - сплошное извращение.
И наконец, если вы думаете: "Когда ж эта cboлoчь кончит??? Я сосу ему
уже полчаса! О чем он там задумался??? О смысле жизни, что ли???!!!" - вы
и есть та самая девушка/женщина/бабушка.
Эту историю мне рассказал друг (Привет, Валера!
) где-то в 1978 году.
Был он курсантом одного мореходного училища. Времена были советские,
не то чтобы сильно пуритантские, но все же...
Решили два друга-курсанта в увольнении "снять" девчонок для утехи
молодых организмов. На местном Бродвее познакомились с двумя
студентками. Девушки сказали, что они местные. После долгого гуляния и
многозначительных намеков решили пойти на квартиру для более тесного
общения. Когда ребята заволновались, что, мол, скоро срок увольнения
заканчивается, а квартиры не видно, девчонки признались, что живут в
общаге и, естественно, не в одиночестве...
Что же делать? Кровь разгоряченная, желание уже невмоготу. Решили найти
подходящее помещение. Как раз проходили мимо строящегося 9-этажного
дома, почти готового. Одна пара сразу выбрала для себя пустую сторожку,
а другая пошла искать более теплое место (был конец октября).
Двое в сторожке после занятий любовью отдыхают и вдруг слышат
пронзительный визг и страшные трехэтажные маты со стороны стройки. В
этих криках узнают своих товарищей. Первый взволнованно спрашивает свою
подругу: "Светка что - девочка?". "Да нет, вроде". Решили пойти
поискать.
Долго искать не пришлось. Где, как вы думаете, в строящемся доме самое
теплое место? Конечно, санузел где-то на втором этаже. Поздний вечер,
света ессно нет, все делалось наощупь. И вот что произошло: Вошли
ребятки в санузел. Желание уже такое, что мозги совсем плавятся. Закрыли
за собой дверь (скромники). Нащупали край ванны. Девица быстро снимает с
себя одежку и швыряет в ванну. Парень, правда, разделся только до пояса
(снизу, понятно) и тоже бросил одежду в ванну. Далее последовала бурная
любовь в позе: он сидит на борту ванны, она - спереди на нем... Все
прекрасно закончилось - надо одеваться. А колготки перед этим дама
почему-то положила рядом. Значит, надевает она колготки, присев на борт
ванны и вдруг, потеряв равновесие, валится в ванну, и - О боже! - ванна
оказывается бадьей, доверху наполненной половой краской! Девица ессно
погружается туда по "самое нехочу", всем своим весом припечатывая всю
одежду (и свою и кавалера) ко дну бадьи. Ведь запаха не было - краска
покрылась коркой, да и не до запахов было при таком-то ЖЕЛАНИИ!
Делать нечего - обтерли воющую девицу стружками. Первый парень поделился
мельчайшей частью своего туалета с товарищем, а что делать с
перепачканной дамой?
Долго ловили машину на скудные курсантские деньги, но согласились
подвезти "крашеную" даму только милиционеры на "воронке". К чести
курсантов надо сказать, что они сопроводили своих дам до самого
общежития, а вот там - ретировались...
telenor
Эта история была поведана мне в накопителе аэропорта г.
Пекин,
человеком, в искренность которого верилось не только после изучения
находящихся при нем документов, но и при взгляде на его одежду. Худой,
с лихорадинкой в глазах, китель без погон. Привели его к пограничному
контролю в сопровождении нескольких китайцев, одетых одинаково серо
(явно контора), и двух русских строгого вида мужчин, вне сомнения
посольских чиновников, иные за таможенную зону попасть не могут.
Повествование от первого лица.
Родом я из под Сыктывкара, работаю водителем на Целлюлозно-бумажном
комбинате. Есть у меня брат, младше на три года, cboлoчь. Пришел я из
армии год назад, женился сдуру почти сразу. Жена комячка, чтоб ей
провалиться. Несколько раз уже уходил от нее, да протрезвев возвращался.
Братан мой, студент недоделанный, был отчислен из Питерского горного за
неуспеваемость, но там и остался крутиться с прощелыгами какими-то
финнам «якобы бензин» по предоплате продавали. А дома его военкомат уж
обыскался, и с ментами, и повестками. А похожи мы как две капли, только
у меня мозгов меньше.
Приехал он домой как-то, в Питере прищучили его, отлежаться значит
решил. Вышел за квасом на остановку, тут его и взяли. Облава
военкоматовская, он говорит обрадовался, думал уголовка с Литейного.
Вечером мать прибежала к нам (живем отдельно), плачет, говорит Ваську в
армию отправляют, держат взаперти, завтра отправляют уже в Княж-Погост
(сборный пункт). Ну раз такое дело, я взял литр водки, пошел в райотдел
наш. Там однокласник в дежурке работает. Отпустить грит не могу, а
пообщаться - ради бога. Выделил нам подсобку набитую хламом всяким, там
мы и забухали. Кончилась родимая, бежать надо. Деньги дома, ночь на
дворе. Там зараза моя вопить начала, не понимает, повод железобетонный,
брат в армию уходит. Ну и проваливай вместе с ним! Дверью хлопнул, чего
еще делать. А мысль-то засела.. После очередной бутылки начал я ему про
армию, как там хорошо последний год, и т.д. А он и говорит, езжай
вместо меня, на рожу мы одинаковые, в Княж-Погосте откроешься, мол я не я,
по пьянке попутались, отпустят с богом. А мне валить надо вообще.
В Польшу братва зовет на заработки, проституток «охранять».
Тут я и поплыл, про жену опостылевшую вспомнил, и решился. Переоделись
мы с ним, он еще в ларек сгонял. В общем, утром в военкомат в коматозном
состоянии привезли. Мать Васька залечил, слез не было. Выдали мне
военный билет подержать да расписаться, и загрузили в автобусы. А там
призывники опять с водкой. Пришел в себя я уже за забором в
Княж-Погосте. Вокруг все мрачно, нары исписанные, вспомнил себя здесь же
три года назад, аж настроение поднялось. Растолкал соседа, надо ж
эмоциями поделиться, говорю я уже второй раз еду служить. Он выслушал
меня, говорит ни фуя себе белая горячка!. На опохмелись. И дерябнули мы
с ним первача полкило вдвоем, я опять обуглился. Потом медкомиссия была.
Там ни пульса, ни давления. Врачи в респираторах. Плохо помню, хирург
оригиналом обозвал, увидев наколку «ПВО 1999-2001». А к начальству никак
попасть не могу. То я пьяный, то майор кривой, так два дня не мог в себя
прийти. Потом покупатель пришел стройбатовский, выкрикнул фамилию мою
(его), нашу то есть. Подошел я к нему, объясняю, так мол и так, не я мол
это, вот и портачка дембельская. «Знаю я ваши отмазки! » И как двинул по
репе стопой личных дел. В автобусе еле спиртом отпоили. В общем, в поезде
до Котласа меня связанного везли, как проснусь, начинаю возмущаться,
сунут горлышко, опять в аут. Когда в себя пришел, тащили меня в чрево
самолета. Здоровый такой бурят, морда как сковорода TEFAL, что теща на
свадьбу подарила. Сил не осталось, водка тоже кончилась. Ну, думаю, с
работы попрут точно, жена выгонит стопудово, да и гребись оно все.
Служить так служить. Летели целую вечность.
К ужасу выяснил, что служить придется в Хакасии, братец мой,
мудак, в школе на УПК на бульдозериста выучился и соответственно я теперь
дух (опять) стройбатовец!!! , еще и тракторист. Блядь, говорил ему иди на
радиодело, как я, сейчас может в свою воинскую часть в Армавир бы ехал.
Размечтался, всех там знаю, на три года старше призывом, ротный бы
врачам сдаваться пошел, со старшиной вместе, Клюев опять к нам служить
попал! Во сказка была б! Опять же повариха Лерка, ммм….
Фантазии мои грубо оборвал бурят пинком по печени: "Деньги, сигареты,
часы, кроссовки - мне отдашь. Один хpeн отберут. А за это я тебя не
сильно потом пиzдить буду, когда карантин пройдешь. Все бульдозеристы у
нас в ИСапРе служат, так что вешайся, ты меня по пьяни пиzдоглазым
ублюдком называл, да чурбаном забайкальским". Понял я, что дело швах.
Надо бежать. А куда побежишь, под крылом зеленое море тайги. Решил в
части все сделать. Привезли, в бане помыли, обрили наголо, дали форму.
Ну такое все знакомое, только холодно, хоть и июнь. Согнали всех в клуб,
я там попытался подойти к подполковнику, но сержантский апперкот вернул
меня в строй. Видя это, офицер одобрительно что-то прорычал. Ну все.
Попал. В курилке около клуба я замесил на фарш сержанта, потом ремнем
отмахивался от пятерых лбов из комендантского взвода. Очнулся уже в
санчасти. Из головы нитки торчат тут и там, санитар сказал пятнадцать
швов наложили, майору клубному четыре зуба бляхой выбил. Лежи спокойно,
сейчас укольчик сделают, потом в Иркутск в госпиталь повезут, в
психушку. Комиссуют наверно, если не посадят. Ну посадят-то меня хpeн, я
присягу не принимал еще, а вот перспектива дурки меня не прельщала.
Ночью я сбежал. Снял у кровати дужку, под ее угрозой раздел дежурного по
санчасти, прапорские погоны оборвал, связал бедолагу и кляп вставил.
Махнул через забор, и на счастье оказался в городе, а не в тайге. Пошел
на звук железной дороги. Смотрю вокзал, Абакан. По карманам прошелся,
денег мало. Купил чекушку, и огородами на платформу. У меня рожа как
после автотракторной травмы. Люди шарахаются. А черт с ним, менты так
менты. Подходит поезд, красивый весь, «Пекин-Москва». Пока проводница
лицом щелкала, я просочился в вагон. В тамбуре дверца с гармошкой, там
печка какая-то. Затихарился, поехали. Как все успокоилось, дверьми
перестали хлопать, я разделся до майки, китель спрятал, вышел в
нерабочий тамбур, курить стрельнул у бабы какой-то. Со стороны выгляжу
как сильно отпижженый прапор возвращающийся в лоно родного гарнизона. По
статистике, половина всех возвращающихся из отпуска прапорщиков в таком
виде ездят, так что легенда вполне достоверная. Выходят мужики какие-то,
курят. Тут я и рассказал им все. Они веселые, поддатые, челноки в Китай
за тряпками едут. Денег дадим, в Иркутске выйдешь, садись на
пассажирский поезд, сотню в кассу, сотню проводнику, и без документов до
Свердловска доедешь, запросто. А то не в тот паровоз ты сел, направление
немного не то.
В общем, пили мы до Иркутска. От проводника да ревизоров
наверху прятался, там и спал. В Иркутске один из попутчиков вышел на
разведку, говорит: "Шхерься резче, патрули везде, и менты и
краснопогонники! Тебя небось ищут". Вспомнив бурятское лицо, я забился
наверх. В общем, мы пили и пили. В одно прекрасное утро выяснилось, что
проехали границу. Досмотр был «смазан», челночье везло
незадекларированные баксы, и получив свою таксу по прейскуранту,
инспектор ничего не замечал, ну а погранцы вообще паспорта собрали, да
выдали с печатями через пару минут. В Монголии выходить смысла нет,
между Монголией и Китаем вообще бардачный пост. Чувствуя, что пить уже
не могу, сел думать. Выручили опять мужики. Поедешь с нами, в Пекине
есть такая улица, Ябаолу. Там русские фирмы. Через них выйдешь на
дипломатов наших. Приехали в Пекин. Досмотра как такового нет, только
проверка паспортов, шлепанье визы, и фейс-контроль. Сунули меня в баул,
благо за последнюю неделю весу убавилось, и вынесли меня в общем.
Та доля везения, выделенная небесами на промежуток пути от Абакана до
Пекина, кончилась. Вжикнул замок, и надо мной склонилось узкоглазое
лицо. Челноки мои сделали удивленные рожи, нет, это не наш баул!!!
Конечно, я молчал как партизан, чего людям портить поездку. В участке
потребовал предоставить переводчика, потом приехали «крепкие ребята» из
консульства, долго допрашивали, номеров воинской части я к счастью не
запомнил. Звонили в Сыктывкар, по месту жительства. Дали поговорить с
женой. Кантовался в посольстве десять дней. Классные ребята, выпускали
меня под честное слово, возили площадь Тян-А-Мень посмотреть. Я им
отштукатурил будку трансформаторную, и движок у Волги перебрал. 300
юаней заплатили, подарки купил маме да жене с тещей. Теща у меня
золотая, квартиру заложила, деньги перечислила по «Вестерн-Юнион» на
самолет. Теперь вот в Шереметьево депортируют, говорят не посадят,
умысла не было. Я теперь долги раздам, опять займу, закодируюсь, паспорт
сделаю заграничный и буду челночным бизнесом заниматься, знаю тут всех,
да и страна мне понравилась, хоть мир повидал. Торгаши они хорошие люди,
а то барыги, барыги.
Вот такая история.
В зоне прилета моего новоявленного знакомого застегнули в браслеты. Люди
его встречавшие на правозащитников похожи были меньше всего. Я думаю,
повезли его посмотреть теперь на Лубянскую площадь. Вот так братьев
судьба разбросала.
Аллюр.
Есть у меня друг/товарищ, к которым знакомы с 6-ти лет, учились 10 лет
в одной школе и в одном классе, а потом еще 5 лет учились в одной группе
в ВУЗе и работали пару-тройку лет в одной фирме потом.
Да и сейчас оба
живем в ???ндиях (правда, на диаметрально противоположных концах земного
шара). Фамилии я, наверное, изменю - моя будет Ким, а друга - Барсуков.
Это все вводные. А история следующая.
Было это лет 5 или 6 назад. Амурский Государственный Университет. Был у
нас предмет - по-моему, "Булева алгебра". Вел его молодой тогда
преподаватель, Михаил - хороший человек. Мне он напоминал всегда
исключительно положительных героев из кинолент 50-х годов. У Михаила была
интересная система оценок: поскольку по этому предмету был либо зачет,
либо незачет, то за каждое его посещение напротив фамилии посетившего
ставился плюсик. В конце семестра плюсики суммировались и делились на
общее количество студентов в группе. Получался некий средний балл.
Соответственно, если количество плюсиков у отдельно взятого студента
было выше средневзвешенного, то он получал зачет автоматически. Если
нет, то надо было запасаться книгами и готовиться к устному
собеседованию. К моему позору, предмет этот я посещениями не жаловал,
кроме одного раза. Пришел я на лекцию не то уставший, не то с похмелья,
и, посидев минут 20, уткнулся лбом в парту заснумши. Через какое-то
время меня разбудил товарищ - дескать, Михаил говорит важные вещи.
В общем, отоспавшись единожды, больше я на этот предмет не заглядывал.
И вот наступил судный день зачета. Михаил объяснил всю систему с
плюсиками, вывел средний критерий (допустим 21) и стал оглашать по
списку - "Такой-то. 30 плюсов - зачет... Такой-то 2 плюса - на
собеседование..." Ни на что не надеюсь и иллюзий не питаю.
Собеседование, так собеседование. И тут... "Ким. 21 ровно - зачет!".
Понимая, что в этом случае лучше правды не искать, делаю умный вид и
молчу в тряпочку. Далее через какое-то время раздается: "Барсуков. 10 -
собеседование!" и задается не очень желаемый для меня вопрос в стиле:
"а судьи кто?". На что Михаил объясняет, что Ким (то есть я) присутствовал
на одной такой хитрой лекции, за которую ставили аж 20 плюсиков зараз,
ну и конечно на самой первой тоже. Долго ли коротко, получил я свой
зачет и ушел. Через какое то время появляется друг. Я его спрашиваю,
мол, чего? "Зачет", - говорит и начинает объяснять, что, мол, спросил
Михаила, - "А на какой такой лекции был Ким, на которой не был я?".
Ответ был поразительным.
"Постойте, Барсуков", - сказал Михаил, - "У вас тоже зачет. Я вспомнил.
На той лекции я вас просил Кима разбудить."
Всем нам в детстве читали незамысловатую сказку про кашку-малашку,
которую, значится, сорока-ворона варила и ею же, соответственно, детишек
кормила… этому дала, этому дала… да ладно, о чем это я… извините,
увлеклась.
Хотелось бы рассказать о том, как великий и могучий русский
язык пополнился еще одним крылатым выражением.
А история такова. Возвращаюсь я домой с учебы. Сами понимаете, голодный
студент, все такое. По воле случая оказалась я на кухне не одна, а в
компании с братом, который отличается недюжинной фантазией и отменным
чувством юмора. Он тоже весь день не дома сидел, потому цель у нас была
одна - холодильник. И открывает, значит, братишка мой холодильник,
оглядывает полки, выбирает объект и, со словами "а где тут наша
кашка-малашка?", достает кастрюлю с кашей и ставит ее на плиту.
Но… организм взрослый, тем более проголодавшийся; возникает мысль о том,
что кашки-то, в принципе, маловато будет. Предпринимается вторая ходка к
холодильнику и, со словами "а где тут наш борщ-малорщ?", оттуда
вынимается… да-да, вы не ошиблись - борщ. Казалось бы, живи да радуйся,
двух кастрюль, пусть даже неполных, на двух человек не то, чтобы уж
"обожраться", снова извиняюсь, а просто мажорство какое-то. Так нет же,
захотелось мне яичницы… Коронная фраза "а где тут наши яйца-малайца?"
прочно засела в памяти моих знакомых и стала чуть ли не моей визитной
карточкой на долгое, очень долгое время…
(c) Tanusha
Как-то раз остались вечером на работе, что-то нужно было срочно в 1С
дописывать.
В перерыве усерной работы решили чаю попить. За чаем у
начальника разговор зашел о знании иностранного языка и о пользе оного.
И вот Степаныч, наш начальник, рассказал эпизод из своей студенческой
жизни, а именно о том, как он сдавал инглиш на первом курсе. То ли их
сильно не напрягали, то ли молодой Степаныч просто имел несклонность ко
всем языкам, кроме русского, но готовился он почти не.
И вот, значт, выпадает ему неведомая тема, на которую он ну в принципе
по-русски не желает разговаривать, не то что по-аглицки. А во всех
остальных предметах, вроде парень шарит, в зачетке красным красно от
«отлично». Ну и экзаменатор пытается помочь незадачливому славянофилу.
«Расскажи мол, о себе, об увлечениях и т.д.». Студент, не
растерявшись: «Май нэйм из...». Ну препод повеселел чутка, думает, ну
еще чуть-чуть и можно четверку смело ставить. А расскажи-ка ты типа о
знаменитых местах Питера, что знаешь. У студента ступор. Препод грит, ну
мол какие знаешь-то? ну «Медный Всадник» знаешь? Студент кивком головы
соглашается. "Сэинт-Питерсберг хэз гот э лот оф... фор эгзэмпл..."
«... Медный всадник, медный всадник...» - крутятся заветные слова между
извилин... Медь - это вроде «купрум» (химия - отлично!). Еще
полусекундная работа мысли, и вот, ура, лицо студента прояснилось, ответ
найден!
«КУПРУМ МУСТАНГЕР!!!»
P.S. Четверку Степаныч все же получил, наверное за находчивость.
К себе в дипломники я брал сильных студентов и набирал в бригаду для
выполнения комплексного реального проекта, поскольку основной у меня
была работа в НИИ - с ней совмещал доцентство в строительном институте.
В итоге студенты и мне кусок работы делали, и себе квалификацию в живом
деле приобретали.
Но однажды завкафедрой попросил взять на себя руководство дипломным
проектом довольно миловидной девушки по имени Лариса. Достаточно
старательной, не глупой «хорошистки». Ради папы - профессора соседней
кафедры нашего же факультета. Из-за чего возникла проблемка? Был у
Ларисы житейский недостаток - жутко робкая, как выступить - все, полная
отключка, страх, устекленение. И главной задачей стала не собственно
разработка дипломного проекта, а подготовка самой Ларисы к его публичной
защите.
И целый месяц до защиты Лариса буквально зубрила текст доклада, который
должна была сделать перед ГЭКом - государственной экзаменационной
комиссией. В нее, известно, включают ведущих профессоров со своей и
родственных кафедр, деканов факультетов, ректора, а в председатели
вообще приглашают со стороны "свадебного генерала". И наш ГЭК по
специальноси САПР и АСУ (факультета автоматизации строительства)
исключения не составил. Причем состав последние годы практически не
менялся, а бессменно председательствовал управляющий крупным
республиканским трестом некто П., заслуженный строитель, депутат и
прочая...
Главное же для нашей истории, в течение многих лет члены ГЭКа задавали
примерно одни и те же вопросы. Я расписал Ларисе эти вопросы и ответы на
них, заставив все выучить на память вместе с докладом. Провели несколько
прогонов, в общем, готова...
И в назначенный, вожделенный за 5-6 лет жизни каждого студента день и
час, Лариса начала довольно бойко:
- Уважаемые члены государственной экзаменационной комиссии! Вашему
вниманию предлагается... - и дальше по тексту дипломного доклада.
Но где-то в середине ее прервали, пригласили подойти к стенду с плакатами
и приступили к перекрестному допросу...
Из-за неожиданного прерывания доклада Лариса растерялась и, вместо
ответа на первый же вопрос, умоляюще посмотрела на меня. Я ей показал -
вернуться к трибуне, к листочкам с заготовленными ответами. Она так и
сделала, но - нет того, чтобы подсмотреть и успокоиться!- а в ступоре
взяла листки в руки, нашла в списке фамилию задавшего вопрос и по
бумажке зачитала, естессно, правильный ответ. Следующий вопрос задал
другой преподаватель с нашей кафедры - такой же результат. Вопрошавшие,
коллеги с моей кафедры, оказались несколько смущенными - вроде мы
заранее договорились.
В публике (студенты, преподаватели, родственники и друзья защитников
дипломов) возникло оживление. Зав нашей кафедрой с парторгом слегка
покраснели и с укором посмотрели на меня и коллег, задавших вопросы,
мол, договорились заранее? И, чтобы замять возникшую неловкость,
завкафедрой попросил задать свои вопросы парторга. Уж его, совесть
кафедры, никак нельзя было заподозрить хоть в каком сговоре со мной,
беспартийным да непьющим совместителем. Увы, история повторилась. Лариса
зачитала правильные ответы по заготовленной шпаргалке!
Неловкость усилилась. Публика еще больше оживилась. Завкафедрой
покраснел уже погуще, слегка покраснел декан, уставившись на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу дипломницы и
меня - сговор, что ли, соколики? Тогда завкафедрой, спасая реноме
кафедры перед деканом, ректором, управляющим трестом и публикой, взял
инициативу в свои руки и начал сам задавать вопросы. Лариса бойко на все
ответила - по бумажке!
Неловкость перешла уже в маленький кошмар. Публика развеселилась.
Завкафедрой побагровел. Декан покраснел уже погуще, укоряюще глянул на
завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы, папу дипломницы, меня. И,
спасая реноме факультета перед ректором, управляющим трестом и публикой,
заявил, что вопросы будет теперь задавать он. Но ничего не изменилось:
Лариса по бумажке уже даже бойко, а, главное, верно ответила и на его
вопросы!!
Запахло уже скандалом. Публика развеселилась еще больше. Завкафедрой
посинел. Декан побагровел. А покраснел уже ректор, негодующе уставившись
на декана, завкафедрой, парторга, двух задавших вопросы преподов, папу
дипломницы и меня. И, спасая реноме института перед управляющим трестом
и публикой, попросил задать вопросы членов ГЭКа, деканов и профессоров с
других факультетов. Увы, опять ничего не изменилось - Лариса доблестно
ответила, естеесссно, не расставаясь с дорогими листками-шпаргалками.
Скандалом уже не пахло - он уже был. Публика просто разошлась от
восторга, встречая аплодисментами каждый ответ Ларисы. Завкафедрой
посерел. Декан посинел.. Побагровевший ректор в азарте начал сам пытать
Ларису. И у него - облом: Лариса так же лихо расправилась и с его
вопросами!!!
В зале стало твориться неописуемое. Ректор призвал всех к порядку.
Наступила тишина. И, как говорится у Гоголя, черти подняли глаза Вию -
спасая реноме ГЭКа перед публикой, вопросы начал задавать лично
председатель ГЭКа - управляющий республиканским трестом, заслуженный
строитель, депутат и прочая... Увы, и на его вопросы Лариса ответила
столь же доблестно!!!!
Наступила гробовая тишина. Тогда находчивый завкафедрой поднял меня,
руководителя диплома, мол, коллега, задайте вы свой вопрос. Только уж
постарайтесь, необычный.
Я спросил у Ларисы ее отчество. Она по инерции начала рыться в
шпаргалке, не находя ответа: такого вопроса в списке не было. Потому
попроил ее успокоиться, отложить шпаргалку и сознательно ответить. И,
что вы думаете, получилось! Все - и ГЭК, и публика, гомерически
хохотали. И тут тишины попросил уже председатель ГЭКа, управляющий
республиканским трестом, заслуженный строитель Украины и прочая, а,
главное, мужик с чувством юмора:
- А чем вы докажете, что дипломница и на этот вопрос ответила верно?
- Вон сидит папа дипломницы, ему ответ понравился.
... После ГЭКа завкафедрой провел экстренное внеочередное заседание
кафедры с единственным вопросом на повестке дня: как это все случилось?
Я популярно объяснил. Он переполошился: неужели мы все задаем одинаковые
вопросы? Было принято решение, каждому преподу приготовить вопросник со
спектром разнообразных вопросов, утвердить на кафедре и им
неукоснительно пользоваться при защите дипломов, чтобы больше подобный
конфуз не повторился. Один из профессоров кафедры внес встречное
предложение: больше не поручать совместителям таких дур!
Кафедра приняла оба предложения, и, действительно, пока конфуз не
повторился. И не потому, что стали разнообразить вопросы и за мной
оставили право выбора сильных студентов, а потому, что больше такая
феноменальная студентка не встречалась: вывелась порода застенчивых. Что
же касается самой Ларисы, она быстро выскочила замуж за капитана и
родила двойню. Видать, в известный момент, сробела попросить бравого
офицера остановиться.
ГДР, конец 80-х.
В “нашем” Берлине - сеть магазинов “Эксквизит”: товары
там выше качеством и, соответственно, дороже. По снобизму персонала
сопоставимы с советскими “Березками”. Студентов и прочих нешикарно
одетых не жалуют - могут даже напрямую поинтересоваться насчет
платежеспособности.
И вот приезжают к нам, германистам-“фолликам” (от слова Voll - полный,
то есть полного срока обучения, и, соответственно, языкового уровня),
двое друзей - “тайликов” (от слова Teil - часть, то есть на короткий
срок присланных) - погостить, Берлин посмотреть, ну, а заодно и в языке
попрактиковаться. На правах хозяев предлагаем помощь и поддержку при
посещении означенных “Эксквизитов”, но знатоки-тайлики, в языке
несведущие, но гордые, уверяют, что и сами как-нибудь… После чего
девчата-фоллики отправляются в общежитие - готовить обед и ждать
мужчин-завоевателей (натурально, со щитом, то есть со свежезакупленными
ботинками известной фирмы Salamander).
Заявляются наши доблестные рыцари как-то подозрительно быстро, и слышно
их аж от самого лифта. Причем один из конкистадоров просто подхрюкивает
от смеха, а другой возмущенно вопрошает: “Не, ну че я не так сказал?”
Как оказалось, сие чудо, наивно полагаясь на безупречность своего
“саксонского” выговора, решило начать примерку обуви со вполне
стандартной фразы: “Покажите вон те, пожалуйста” (по-немецки - Ich
moechte die, то есть я хотел бы это (эти)). А теперь представьте себе
реакцию молоденькой и симпатичной девочки-продавца элитного магазина,
когда высокий, обаятельный вьюнош облокачивается на прилавок, улыбается
и проникновенным таким голосом (чтоб не выгнали) говорит: “Ich moechte
Dich!” (“Я хочу тебя!”) - а магазин, надо сказать, не слишком большой,
но людный, и фразу слышат все…
Продавщица начинает довольно интенсивно менять цвет лица, хозяин фразы
не может понять, в чем, собственно, дело, и, решив, что, возможно, его
внешний вид не соотвествует намеченной (довольно дорогой) покупке,
спешит заверить даму в полной своей финансовой благонадежности:
улыбается еще шире и ласковее и выдает на весь салон: “Ich habe Geld!”
(“У меня есть деньги!”)
Встречи с Народной Полицией столицы ГДР этой сладкой парочке удалось
избежать лишь благодаря находчивости и физической силе второго из
приятелей: не дожидаясь взрыва, он просто сгреб горе-людоведа в охапку и
уволок из магазина. Но долго еще раздавались под скромной кровлей нашего
общежитского небоскреба горестные вопли оставшегося без “Саламандры”
тайлика, и никому из нас так и не удалось убедить его хотя бы носить при
себе разговорник - на случай еще каких-нибудь непредвиденных разговорных
заторов.
Веду капустник на вечере по случаю окончания учебного года в колледже
английского языка бывшего русского города Сан Франциско.
Студенты читают
или поют на английском. Преподы-aмериканцы - на русском. Кроме того, как
украшение вечера, приглашен из местного медицинского колледжа небольшой
женский хор, у которого в программе типа «Песни народов мира» конкретно
наличествовала и русская песня. По-русски хористки не знали ни слова, но
текст вызубрили. Исполняли с очень милым, естественным иностранным
акцентом, который, к примеру, Эдите Пьехе дается последние лет 40
упорными ежедневными репетициями. И у нашей русской аудитории песня
американок имела бешенный успех - бисировали два раза, да еще отдельно -
припев. Зрители при этом неистовствовали, задыхаясь от смеха на
К А Ж Д О М слове песни.
Я же позволю себе скромно заметить, что своим успехом хористки во многом
были обязаны не только берущему за душу исполнению, не только милому
акценту, но, главное, моему представлению их публике:
- А теперь хор ДЕВУШЕК-ЛЕСБИЯНОК исполнит русскую народную песню о
трагической, безнадежной любви - «Парня ГОЛУБОГО полюбила я».
P.S. Самое интересное, что в хоре действительно были только лесбиянки,
но я узнал об этом потом. Следующий раз пригласим уже хор геев с русской
народной песней "Если бы парни всей земли". С ЭТИМ в Сан Франциско
проблем не будет: как никак столица мира, ну, этих - нетрадиционно
ориентированных. У них даже есть целый район Кастро, названный так,
подозреваю, в честь одного б-а-а-льшого пидора. А местная
политкорректность зашла уже так далеко, что даже открыли СИНАГОГУ ДЛЯ
ГЕЕВ!
Вот такая нетрадиционная история.
Алик, активный лесбиян с упорным стремлением к моногамии.
История не совсем приличная...
Точнее, совсем неприличная, ну да пока
цензуры нет... Но нервных дам все-таки прошу не читать.
Дело было в армии. Один из бойцов нашей геройской части славился на весь
гарнизон сногсшибательным успехом, которым пользовался у окрестного
гражданского женского населения. При наличии в соседней деревне
сельскохозяйственного техникума с соответствующей общагой (по
общеупотребительной терминологии - ЦПХ) этот малый со своим большим имел
широкий простор для всяческой аморалки. Ну, развратничай в свободное от
службы время, кто ж тебя, молодого и до баб голодного, руку на яйца
положа, осудит-то! Но на хpeнa ж боеготовность части злостно подрывать!
Стоял как-то раз наш герой на посту, охраняя какие-то склады (в военной
транскрипции - складЫ). Вокруг складОв - забор, колючая проволока в два
ряда. Вот между этими рядами доблестный воин и прогуливался с автоматом
наперевес в полном, до поры до времени, соответствии с Уставом
караульной службы.
Когда настали пора и время, из деревни к нему на свидание прискакала
молодая, но уже опытная студентка зоотехнического отделения того самого
сельхозтехникума. Поскольку парочка была уже друг к другу во всех
смыслах притертая, после короткого взаимного приветствия решено было
перейти к тому, ради чего, собственно, и свиделись. Во всей остроте
встал вопрос - КАК?
Часовому пост покидать не полагается. Девушке (в прошлом) через колючую
проволоку лезть тоже неудобно. Ну, да воина СА, решившего совокупиться и
имеющего такую возможность, и атомная война не остановит.
После короткой возни девушка в нагнутом виде была установлена по внешнюю
сторону забора спиной, а точнее тем, что пониже, к колючке. Парень,
благо расстояние между нитками проволоки вполне позволяло, пристроился,
и процесс пошел - загляденье!
Ну, тут, сами понимаете, должно что-то случиться, иначе б и истории
никакой не было, мало ли где и как люди трахаются! Нет, в полном
соответствии с законами жанра, в самый разгар процесса на пост прибыл
проверяющий в сопровождении разводящего. Преодолев вызванный увиденные
приступ немоты, майор рявкнул... ну, вы примерно представляете и смысл,
и лексику. Девушка, сорвавшись с рабочего органа нашего героя, ударилась
в бега, поправляя на ходу одежонку.
А сам герой, резко выдергивая этот самый орган из глубин женского тела,
напоролся на шип от колючей проволоки... И распахал свою гордость по
всей длинне, от основания до головки почти что надвое!
Бр-р-р-р! До сих пор, как представлю, дрожь пробирает! Часовой орет,
кровища хлещет, проверяющий с разводящим в прострации... Но пришли в
себя, первую помощь оказали, медиков вызвали... В общем, ничего
страшного, в принципе не случилось. Кровь остановили, рану промыли,
орган заштопали. Хотя у хирурга руки от смеха дрожали, и косметических
швов не получилось.
Когда через месяц или около того наш герой выписался из санчасти, он
прямиком отправился на губу - за злостное нарушение правил караульной
службы. Поскольку у парня хорошо подвешен был не только ..., но и язык,
он пытался возражать: дескать, на посту не курил, не пил, пищу не
принимал, не читал, и вообще ничего из того, что прямо запрещено
соответствующей статьей Устава, не делал.
На что ему было отвечено: Устав категорически запрещает часовому
отправлять естественные надобности. И что тут ответишь? Надобность, и
впрямь, вполне естественная!
И последнее. После лечения и наложения некосметических швов рабочий
орган нашего героя, и до того внушавший окрестным барышням благоговение,
приобрел еще более внушительные характеристики. Соответственно, возросла
и популярность воина, хотя дальше, казалось, некуда.
Евгений.
Это рассказ одного моего препода.
В свое время он тоже учился в
институте :). И учился он в Питере. Тогда с ними бок о бок училось много
иноземных студентов, в том числе были среди них и лица китайской
национальности. В русском языке это сообщество рубило явно неважнецки. И
если мужская половина иноземцев хотя бы сносно изъяснялась на матерном
наречии, то девичий коллектив был почти не знаком и с этой гранью
русской культуры.
И вот чертежный зал. Близится очередной срок сдачи курсовиков.
За кульманом корпит наш студень, а недалеко от него над чертежной доской
склонилась милая китаяночка. После завершения очередного построения
студень уходит курить, а китаяночке вдруг понадобилась стерка. Она видит
стерку и видит, что рядом со стеркой никого нет и, следовательно,
разрешения взять спросить не у кого. Тогда она просто берет эту
канцелярскую принадлежность со стола, думая, что сейчас быстро ей
воспользуется и положит обратно, никто и не заметит.
В это время приходит покуривший студень и сразу берется за работу. Вдруг
он обнаруживает отсутствие своей горячо любимой стерки и, естественно,
на весь чертежный зал громогласно спрашивает:
- КТО СПИZДИЛ МОЮ СТЕРКУ?!
И тут же слышит рядом тоненький вежливый голосок с акцентом:
- Извините меня, пожалуйста. Это я спиzдила вашу стерку.
Прочитал историю про инфаркт препода Вестняка (~3 февраля) и вспомнил
свое "обучение" в МАИ.
(Надеюсь, его еще не переименовали в Московский
Университет Дальней Авиации и Космонавтики))).
Был и у нас один завернутый на учебе препод. Хуже того - он был влюблен
в свой предмет. Еще хуже - по этому предмету были и лекции, и семинары,
и лабораторки.
Настает канун дня сдачи экзамена. Сдает параллельная группа: из 22
человек 16 не сдали!!! Шестерых завалил, а остальные просто не пошли. И
это при том, что можно пользоваться ВСЕМ. Трезво оценив свой багаж
знаний и тощую тетрадочку лекций, решаю пойти и напиться - ловить уже
явно нечего. А улице лето, птички поют, дружки из путяги водку пьют,
благодать...
На утро кое-как приперся на сдачу. Колбасило меня просто почетно.
Руки-ноги дрожат, морозит всего... Точно помню, что друзья посадили меня
на солнышке под благоухающей сиренью отходить. Но очень скоро меня
запустили в аудиторию, мотивируя это тем, что "тебе все равно не
страшно".
А там кто лабы старые досдает, кто задачки пытается решить. Взял билет,
уселся в уголочке. Помучался минут 20 и вдруг так мне стало так хорошо.
Абсолютно ничего не волнует, все по барабану. Потихонечку решил задачку,
переписал билет. От нечего делать почитал прилегающие темы. Довольно
любопытно - ведь все в новинку.
И с таким же похуистским настроем пошел сдавать. Он меня спрашивает - я
отвечаю. Спрашивает - отвечаю. Но как-то все в тумане, хочется только
чтоб он отстал поскорее. И тут он говорит:
- Встаньте, студент.
Я думаю: "Ах ты подлый индеец, завалил, так хоть не издевайся." А он:
- Вот пока единственный, кто хоть как-то знает мой предмет.
И поставил ОТЛИЧНО.
Caustic Kostik
Жаркий сентябрьский день 1980 года, в аудитории душно, чем-то
пованивает, невдалеке идет стройка и громко забивают сваи.
Напротив
рынок, поэтому в помещении масса бодро жужжащих мух. Ожидаем первую
лекцию по охране труда.
Звенит звонок, входит здоровенный немолодой мужик, явно не из
профессоров, представляется: бывший главный инженер Новосибирского
Приборостроительного Завода им. Ленина. Чего сидите, говорит, берите
ручки, пишите: раздел первый, "СКАЛЬПИРОВАНИЕ". Далее воспроизвожу его
лекцию как могу, по памяти.
Сюжет первый.
Жила-была паяльщица. Паяла лет 10, и так сроднилась со своим орудием
производства, что, когда у нее зачесалось в носу, она его горячим
паяльником же и почесала. О результатах можете догадаться сами.
Сюжет второй.
Отчего чаще всего страдают инженеры-конструктора в КБ? Думаете, от
геморроя? А вот и нет, от перелома челюсти. Товарищи студенты,
придерживайте кульман руками, когда жмете на педаль.
Сюжет третий.
Не только кульманы представляют опасность. Пример из того же КБ: один
интеллигент-конструктор, чтобы не обчихать лысину соседа, деликатно
отвернулся к окну, и разбил себе нафиг лицо об каменный подоконник
(видать, тесновато было.)
Сюжет четвертый.
Какой напильник можно использовать при работе на токарном станке?
Правильный ответ: никакой. Но если уж используете, то позаботьтесь,
чтобы он был без ручки, поскольку колотая рана заживает быстрее, чем
травма тупым предметом. Вот у нас на заводе... (далее следовало
подробное описание, но я иллюстративные подробности опускаю из жалости к
читателям).
И пятый, последний, самый драматический.
Вот у вас, девушка, я вижу, причесочка, волосы распущены. А знаете, что
бывает от распущеных волос? Скаль-пи-ро-вание. Попадет ваша прядка в
токарный станочек- и в секунду хорошо если уши останутся. Вот у нас на
заводе в таком-то цехе... (подробности опускаю)...
Короче, мутило меня во время этой лекции страшно, но кто знает, от жары
ли, от мух, от вдохновляющей темы, или от столовских щупалец кальмара с
горчицей. Больше мужик этот к нам не приходил, лекции читал кто-то менее
знакомый с заводской реальностью, но уроки я несомненно извлекла. В носу
больше паяльником не ковыряю, и чихаю вдали от подоконников, чего и вам желаю.
Наши власти решили проводить у школьников военные сборы.
Я тоже хочу
внести свою скромную лепту в дело воспитания подрастающего поколения и
подготовил конспект занятия по теме "Устав внутренней службы.
Практическое руководство применения с примерами из собственной жизни".
1. Если непосредственный начальник обращается к военнослужащему с
вопросом, то последний должен отвечать кратко, четко и по существу
заданного вопроса. Пример.
Как-то раз полковник П., начальник радиотехнического цикла военной
кафедры, мужик неплохой, но строгий, проходя по коридору учуял знакомый
запах. Быстро определив источник запаха, он обратился к моему другу,
студенту М., с вопросом: "Товарищ студент, почему от вас пахнет
водкой?". Студент М. принял положение "смирно" и браво ответил: "А
потому, что без закуси, товарищ полковник!". Ответ полковнику понравился
и студент М. вместо того, чтобы быть отчисленным из института (а такое
случалось), огреб пиздюлей и был отправлен в общагу.
2. Если непосредственный начальник поставлен кратким и четким ответом в
тупик, военнослужащий должен подсказать ему выход. Пример.
Как-то раз часов в 7 вечера командир нашего дивизиона подполковник С.
стал искать лейтенанта Ш. - двухгодичника и распиздяя. Посланные
дневальные вернулись ни с чем и С. в сердцах объявил "Готовность номер
1". Но Ш. так и не появился. На следующее утро после развода С. вызвал
Ш. в концелярию. Состоялся такой разговор.
- Товарищ лейтенант. Вчера я объявлял готовность номер один, но вы не
явились. Где вы были?
- Я был у бабы, товарищ полковник.
(тут Ш. увидел, что С. поставлен ответом в тупик, т. к. он стал медленно
краснеть и надуваться. Тогда Ш. продолжил...)
- Вот вам, товарищ полковник, баба не нужна, а мне нужна. Прикажите,
чтобы их возили в дивизион и я всегда буду на готовность бегать.
Разговор на этом был закончен, поскольку с точки зрения устава
Внутренней службы лейтенант Ш. был прав, ибо в уставе сказано: "Командир
должен вникать в нужды подчиненных".
Как подполковник С. отдавал приказ, я не знаю, но с той поры на попутных
машинах в дивизион стали подбрасывать баб из городка и забирать из
обратно. И так было до тех пор, пока нам не прислали молодого замполита.
Но это уже тема для другого занятия.
Час пик.
"Икарус"-гармошка битком забит пассажирами. Автобус делает
остановку, водитель открывает двери, забыв почему-то про заднюю. Один
пассажир, который стоял у задней двери, истошно кричит водителю, чтоб
тот открыл заднюю дверь.
Реакции водителя не наблюдается.
Тогда мужик протискивается к средней двери. Но не успевает. Водитель
закрывает все двери и трогает. Пассажир опять истошно кричит, чтоб
остановили автобус и открыли двери. Автобус, отъехав от остановки
несколько метров, останавливается, водитель открывает, но уже заднюю
дверь. А пассажир находится возле средней двери, и вернуться к задней у
него нет возможности. Он опять кричит и требует открыть ему среднюю
дверь. Водитель, занятый неизвестно какими мыслями, закрывает заднюю
дверь и трогает. Пассажир, весь красный от обиды, применяя матерные
слова, опять орет водителю, чтобы он, cboлoчь, остановился и открыл
среднюю дверь. Автобус, отъехав еще несколько метров, вновь
останавливается, водитель открывает среднюю дверь. Чтобы пропустить
мужика, из автобуса выходит парень, который стоит возле двери. Едва
студент оказывается на улице, дверь закрывается и автобус трогается в
путь.
Мужик, которому надо выйти, по-прежнему в автобусе. Все пассажиры
хохочут, как табун лошадей. Парень, который оказался на улице, в шоке.
Он и так еле втиснулся! Мужик опять кричит через весь салон, чтобы
автобус остановился.
Автобус, поворачивая за угол, останавливается и открывает среднюю дверь.
Настрадавшийся мужик наконец выходит, а парень, незаслуженно оставшийся
на улице, догоняет автобус и пытается в него влезть. Но влезть ему уже
не удается, он и в прошлый-то раз едва вместился в набитый салон.
Водитель нервничает, средняя дверь никак не закрывается, половина
студента торчит на улице. Потеряв терпение, шофер выбегает на улицу и
начинает собственноручно утрамбовывать студента. Но это у него плохо
получается.
В это время к автобусу подбегает огромных размеров мужчина с авоськой.
Со словами: "Ну, слава богу, успел!" он заталкивает в автобус и
студента, и водителя, и себя не обижает. После чего дверцы
захлопываются...
Вспомнилась мне одна история, тема - cekc в Советской Армии начала 80-х.
В затерянной в снегах сержантской учебке, где пришлось начинать службу,
личный состав, в основном, был из Оренбургских степей, Сибири, Башкирии
и других удаленных точек нашей Родины, тогда еще СССР. Имелся, правда,
народ и менее популярный в войсках, то есть жители столицы. Какие
удовольствия в армии - покурить, да попиздить. Вот так присядешь в
курилочке узким кругом, достанешь из кармана присланную из дома пачку
явской «ЯВЫ» (это было богатство!), закуришь, и пошел треп за прекрасную
половину. Треп не простой, продвинутый, т.к. компания все же столичная.
Начинал, как правило, Витус (не путать с певцом) - бывалый фарцовщик из
Москвы, сын крупного партийного басса. Тот в основном об иностранках,
дури, малолетних проститутках и прочих окологостиничных тусовщиках.
Затем вступали два обрусевших грузина - брейкера (танец тогда был такой
модный - брейк), ну те о дискотеках и т.д., студент из общаги много
полезного поведал, особенно в плане групповушки, ну все остальные тоже,
что с кем было и как. Самое интересное, что врали очень мало, о чем
свидетельствовали достаточно смелые интимные подробности описываемых
процессов. Народ весь был после 10 классов, из приличных семей, где на
детей времени не оставалось, mинet, куннилин….. (бля, до чего слово
мерзкое, не в пример самому процессу!), анальные путешествия, 69,
кончить между грудей, подбритые лобки и промежности (причем не без
твоего участия) все это было не в диковинку. Обсуждалось спокойно, со
знанием дела. Однако, узким кругом.
Какое еще удовольствие в армии? Конечно, попасть за территорию части и
не на учения, кросс или марш-бросок, а с мирными целями. Об
увольнительных говорить излишне, они нам не полагались. Оставались хоз.
работы на квартирах офицеров и прочее. Вот как-то на таких работах и
оказалась довольно разношерстная публика. Со всех, как теперь говорят,
регионов. Работа была не сильно изнурительная (паркет в новом доме
осколками стекла циклевали), ну вот за баб и начали разговор.
Инициатива, правда, принадлежала не представителям центра, а регионалам.
Заводилой у них был Вова Квасов (имя и фамилия не изменены), по всем
статьям отличник боевой и политической подготовки! Здоровый сибиряк с
мужественным плакатным лицом. Вова очень любил свою невесту и писал ей
письма каждый день. Но в тот день он рассказал нам историю как изменил
ей с крановщицей.
Итак, рассказ Вовы Квасова о том, как он eбaл крановщицу.
"………. Ну, пришел я к ней, выпили, борща пожрали. Потом она подмыться
пошла, а я водочки глотнул, яичком сырым запил и хуй у меня встал, а тут
и она пришла, ну я ей палчонку и поставил. Встал, покурил, еще водочки с
сырым яичком выпил, хуй встал и я ей вторую. Опять покурил, гляжу, а
водка кончилась. Я ей говорю: "Эй бля, а водка где?" А она отвечает,
что кончилась, но есть самогон. Ну я самогону и яичком сырым запил.
Полез в кровать, бля, а хуй не стоит. Я опять покурил, самогону с
яичком, на бабу, а хуй не стоит! Бля, пиздeц думаю, самогон хуевый! А
эта cуka, говорит мне, что, мол, не волнуйся, я тебе помогу и (ВНИМАНИЕ)
берет руками мой хуй. Я ей как дам по ебалу, потом еще и еще!!! Говорю:
"Куда, cуka, лезешь, еще раз тронешь, ваще убью, бля нах!!!" Встал,
оделся и ушел."
Наш маленький коллектив, ну чисто oхуeл! Молчали мы минут пять.
Остальные же, горячо поддержав Вову Квасова в плане «поебалу, чтоб не
лезла, куда не надо», продолжали работу.
Посмотрев друг на друга, мы без слов поняли, что наши истории на тему
«одна сидела на члене ко мне спиной двигалась и при этом сосала большой
палец моей ноги, а вторая расположила свою выбритую промежность над моим
лицом, чтобы я…» могли вызвать серию суицидов и даже вооруженное
восстание, поэтому предпочли отмолчаться. Потом к Вове Квасову невеста
приезжала. Милая такая, грудастенькая, длинноногая с красивой толстой
косой. Глядя на нее, мы искренне желали ей не ждать из армии этого
«героя любовника», уехать из своей глуши и, беря в руку члeн,
чувствовать, как он благодарно растет, отзываясь на ее ласки, и никогда
не оказаться на месте несчастной «опытной» КРАНОВЩИЦЫ!