Предновогодний вечер.
Дом нового русского. Комната размером с небольшой
ангар, обшитая янтарными панелями. На персидском ковре ручной работы,
покрывающем ее пол, жирная иранская кошка лениво играет натуральным
бриллиантом размером с яблоко. В уголке, слуга в ливрее кормит из
платиновой миски здоровенного волкодава, заботливо вынимая из рябчика
косточки и рассжевывая за собаку особенно жесткие кусочки. В центре зала
стоит кресло, переделанное из трона Людовика XIV. В нем сидит хозяин
дома, одетый в горностаевой малиновый пиджак. Около кресла стоят:
брюнетка, которая держит гаванскую сигару и зажженную зажигалку,
шатенка, которая держит маленький бочонок с домашним пивом,
блондинка, которая просто раздетая,
лысая, которая держит томик стихов Шуры Каретного и рассказов Фимы
Жиганца.
Рядом столик из слоновьей кости, на котором расположено огромное блюдо
изготовленное из черепа тиранозавра и заполненное устрицами, паштетом из
гусиной печенки, черной икрой, скияки, кусочками фугу, маринованными
акульими плавниками, жаренными крылышками страуса и яйцами улиток. На
отдельном подносике стоит серебряная плошка с баландой и лежит пайка
ржаного хлеба.
Звучит мелодия "Таганки". Новый русский лезет в горностаевый пиджак и
достает оттуда мобилу, корпус которой сделан из сплава циркония,
тантала, палладия, висмута и метеоритного железа. Включает ее и слышит.
- Колян, это Вован. Я хочу пожелать тебе, чтобы в наступающем новом году
у тебя появилось какое-нибудь заветное желание.