Свежие анекдоты из Facebook

В Москве живут 11 миллионов человек.
Случайно встретится, причем в
разное время и в разных районах практически невозможно. Это я так
думал..., но Бог не фраер! Вобщем еду это я, никого не трогаю ) Дай
думаю в магазин заеду, пожрать куплю. Подьезжаю. И у самого универсама
попадаю колесом в огромную лужу. Вроде и скорость уже небольшая, но
видно в луже яма больно глубокая. Красивейшим фонтаном из под колес, с
ног до головы обдаю грязью мужика. Мляя... думаю, неудобно то как
получилось. И быстрее оттуда сваливаю, шоб так сказать не надрали )
Вроде и случайно, я ж не хотел, но прикольно умыл. Вечером. Приехал
домой, иду от парковки домой и уже во дворе, точно по такой же схеме
получаю свою порцию лужи. Только тому водиле и смытся не получится, двор
тупиковый. Иду к нему, выплевывая лужу изо рта, спасибо, говорю, уж умыл
так умыл! Он - извини, братан, я ж не нарочно, мне сегодня у "Пятёрочки"
точно так же прилетело. Я говорю, - на Керченской, черный Форд-Мондео?
Он -Ага.... И стоим друг на друга глазами хлопаем... Потом подходит и
чуть ли не шопотом выдает гениальную фразу: - Слушай друг... А давай
теперь в Бога верить... )))
На случайном фуршете разговорился с симпатичной незнакомкой, блондинкой немного за 30.
Выяснили, что живём в соседних домах. Стали гадать, как это мы раньше не встречались. "Погодите" - говорит - "а куда же вы за продуктами-то ходите?" Я отвечаю - конечно, к Захарычу. Но уже редко, Захарыч меня заколебал. А она спрашивает - "какой такой Захарыч?" Тут я засомневался, что она из соседнего дома. Захарыч - это местный топоним такой, всем соседям известный. Единственный продуктовый магазин на ближайшую округу. На самом деле он называется "У Захарова", но Захарыч конечно колоритнее. После моего пояснения блондинка магазин вспомнила и поинтересовалась: "А чем же Захарыч вас так заколебал?" Отвечаю - "не вздумайте туда ходить, дурдом. На две крошечные комнатки четыре отдела, в каждом отдельная продавщица. Одна обслуживает, три спят, даже если очередь как в Мавзолей. И еще манера такая - вечно парами покурить сваливают, чтобы зря не стоять, пока народ накопится. А нужны все четверо, даже если обычных продуктов захочешь купить рублей на 300 - товар так между отделами разбросан, чтобы никто без работы не остался. В общем, рекламная акция "найди всех 4-х продавцов и получишь приз! В качестве приза обхамят по полной. В общем, если соскучилась по последнему островку социализма - обязательно зайди!"
"Надо же" - говорит она - "я всегда захожу в одно и то же время, все продавцы на месте. Вежливые такие, улыбаются. И продукты, мне нужные, все в одном отделе. Только вот выручка стала падать. У дуры девки - поубиваю нафиг. Захарова я..."
Живу в Стокгольме, сын в восьмом классе. Вчера получаю мыло от директора его школы.
- Уважаемые родители! Полюбуйтесь на рисунок вашего ребенка. Немедленно примите меры. Школа - не место для выражения своих политических взглядов.
Далее приложением поясной портрет мужика со свастикой, из головы торчит топор.
Отвечаю.
- Дорогой директор. Спасибо вам огромное за заботу о нашем сыне. Нам известно, что школа должна оставаться нейтральной в политическом и религиозном направлениях. Поскольку оба моих деда были настоящими героями в борьбе с фашизмом на полях Второй мировой войны, а обе бабушки - героями тыла, то данный рисунок не является агитацией политических взглядов, а иллюстрирует семейные традиции. (Типа, как мои предки провели пять лет молодости). Еще раз спасибо за заботу.
Целуем и обнимаем,
Родители.
Утрись, cуka.
Возвращаюсь домой на такси.
Время позднее, дорога практически пустая. Водитель резко тормозит. Ну конечно, чуть не воткнулись в девочку на шпильках, которая решила перейти дорогу здесь и сейчас, игнорируя отсутствие пешеходного перехода. В одной руке пакет с продуктами, в другой сонный спиногрыз в шапочке с ушками какой-то живности. Таксист достает что-то из бардачка и, натянув на лицо самую милую улыбку, выходит из машины. Сквозь стекло слышу обрывок разговора: "Вот... мужу передайте... нет-нет, не отказывайтесь, ему обязательно пригодится... и детские тоже есть... я попрошу для вас один оставить... а то их разбирают быстро... знаете сколько таких молодых прекрасных мамочек как вы" (последние пару фраз он уже кричит вслед торопливо удаляющейся красотке). Садится в машину, едем дальше, меня разбирает любопытство. Спрашиваю: "Что вы ей дали?" Открывает бардачок, достает оттуда стопку визиток: "Ритуальные услуги" с описанием: гробы, венки и памятники, помощь в оформлении сопутствующих документов...
Во времена студенческого жития-бытия в общаге наступил момент, когдатараканы просто-таки достали.
В связи с этим был куплен китайский противотаракановый мелок. Так как приближались выходные, у меня выпала удача съездить на пару деньков домой к родителям. Соседям по комнате был выдан мелок и соответвующие указания порисовать стены и нижнюю часть мебели.
Вернувшись в понедельник утром, я увидел замечательную картину - По всей комнате в перемешку с вещами валялись пустые бутылки, в комнате стоял стойкий, режущий глаза запах перегара, на кроватях валялись храпящие тела, в общем обычное утро в понедельник.
Но... Все стены, мебель, двери и холодильник были покрыты лозунгами сделанными китайским мелком:
"Тараканы - пидарасы", "tarakany go home", "eбatь тараканов в жопу", "тараканы, идите в комнату № 720".
Вы можете не верить, но никогда еще китайский мелок не был так эффективен. Тараканы исчезли надолго.
Эта история произошла в те времена, когда автолюбителей на экзаменахкроме вождения и правил дорожного движения заставляли знать еще иматчасть автомобиля.
Произошла сия история с заведующим кафедры химии,
доктором химических наук, профессором Таганрогского радиотехнического
института. Было в ту пору ему уже лет наверное 50, может быть с
хвостиком, когда он обзавелся личным автомобилем. Ну и прошел обучение в
автошколе, и наконец экзамены. Но вот плоховато давалось ему устройство
автомобиля. Ну попыток было несколько, и вот наконец-то ему повезло! В
билете, в разделе матчасть, ему попалось устройство и работа
аккумулятора! Окрыленный, сев на своего конька, он расписал работу
аккумулятора подробнейшим образом, расписывая все процессы на
молекулярном уровне с применением слов "катионы", "анионы", "переход
электронов с орбиты на орбиту", и прочей научной терминологией. Экзамен
у него принимал старшина ГАИ, с одной извилиной (наверное надавленной
фуражкой), который по мере ответа багровел сильнее и сильнее. В
конце концов он оборвал профессора, сказав ему: - Папаша, вам не стыдно
нести такую ахинею! Идите, учите работу аккумулятора, придете в другой
раз.
Профессор понуро опустив голову, растерянный, недоумевая где он ошибся,
пошел прочь.
Все, кто в это же время находился там (там было несколько студентов из
этого института), легли от смеха. Но на счастье этого профессора там был
еще и капитан ГАИ, который сказал старшине: - Ты знаешь кого ты выгнал?
Это же профессор химии! Уж он-то знает как работает аккумулятор, потому
что он из тех же, кто его изобретал! Верни его и извинись!
Надо было видеть рожу этого старшины... Он эти слова воспринял
буквально... :)
КамертонИстория моя такая, про общение с доблестными ГиБДДешниками иОМоновцами.
Сам работаю в такси, вышел в ночную смену. Еду с заказа с
одного населенного пункта находящегося от нашего города в 20
километрах, и вот ровно на половине пути у нас стоит значит пост
ГИБДД. И как назло в эту ночь у них была какаято операция совместно с
Омоном.... Воть...
Еду значит мимо поста, меня останавливает гаец, - типа предъявите
документы, откуда едем?-, я все достаю, показываю. Подходит омоновец, а
точнее трое( они по одному то бояться ходить)и говорят- Уважаемый
товарисч водитель, предъявите багажник для досмотра, а также
салон......
Я открываю багажник.( там у меня инструмент в коробке, ну и палка такая
хорошо толстая из бамбука, о ней как раз и история). Товарисчи ОМОНОВцы
видят мою бамбуковую палку, чешут репу, берут в руки, типа примерить
для чего сей инструмент,вижу у них шапки зашевелились, мозг начал
думать..... (биты то нельзя возить в машине, а тут не бита, тут еще
хуже, но не придраться). Кароче тут они меня и спрашивают:
- ЭТО ЧТО?
(я честно, в жизни бы не подумал что так быстро соображу что ответить).
я им и говорю:
- ЭТО Камертон!!!
У них глаза округляются, так тихо спрашивают:
- А для чего етот КАМЕРТОН??
я им грю:
- Ну это, чтобы ноту ЛЯ извлекать?
у них шары еще больше:
- Это как?
я: - ну берешь эту бамбуковцю палку, стучишь себе ей по лбу, и она
извлекает ноту ля, но надо бить посильнее, типа камертон новый и
большой.
Один значит берет ету палку и так не кисло бъет себе в лоб ей и
произносит после удара:
- @ЛЯ!!!!!!!
Я и им и говорю:
- Я же говорил ето камертон, для извлечени ЛЯ......
Все, после этого Омоновцы просто согнулись пополам, гай наблюдавший за
этим, я думал его разорвет от смеха, он мене документы отдавал, пожал
руку и сказал:
- Мля 20 лет работаю, ну чтобы так мента уделать, ни разу не видел..
Отъезжая от поста , видел как товарисчи менты повернуться боялись в мою
сторону, их просто разрывало от смеха, а парень удавривший себя палкой
сморю ушел....обиделся наверное.......
Дорогие друзья!
Приближается один из моих самых любимых праздников – День Военно-Морского Флота. Отмечая его, мы всегда вспоминаем что-то весёлое из нашей службы. Хочу поделиться с вами этими воспоминаниями.
В той или иной степени я являлся участником событий, о которых пойдёт речь, но называть эти рассказики мемуарами нельзя. Пусть это будут байки. Какой же флот без баек?
Итак, байка первая –
ФИНАНСОВО-ИНТЕРНАЦИОНАЛЬНАЯ
Давно это было… Мы тогда ещё жили в одном большом и дружном государстве. Наш молоденький лейтенант Жорка женился на красавице армянке. Рано или поздно, но пришло время ехать знакомиться с новой роднёй.
Армения встретила молодых традиционным гостеприимством, чистейшим горным воздухом и, конечно же, коньяком. От всего этого у Жорки произошло такое воспарение чувств, что он просто летал, а не ходил. Пока на столы носили очередную вкуснятину, кто-то из многочисленных армянских дядюшек жены пригласил Жорку на свежий воздух – покурить. Разговоры у мужчин шли о разном, но вдруг один из дядюшек спросил: «Георгий, а сколько ты получаешь в месяц?» Вконец расслабленный Жорка решил маленько приврать, чтобы поразить всех присутствующих высотами материального благополучия, доставшимися его молодой жене. Вспомнив, что командир подводной лодки получает рублей 900 (это в то время при нормальной зарплате инженера или рабочего в 150-170 рублей), а командир эскадры – больше тысячи, Жорка выдал: «950 рублей!». В воздухе повисла напряжённая тишина. Жорка, быстро трезвея, похолодел: «Сейчас поймут, что я соврал и засмеют…» После томительной пауза дядюшки заговорили между собой по-армянски. Они сокрушённо покачивали головами и тяжело вздыхали. Жорка ждал позорного приговора. Наконец дядюшки умолкли. Старший из них подошёл к Жорке и, по-отечески прижав его к себе, очень ласково сказал:
«Ну, Георгий… Ну, ничего… Ничего… Мы же все будем вам помогать…»
БЫТОВАЯ.
В своё время начальником политуправления нашего флота был один добрейший седовласый адмирал, которого все без исключения за глаза называли Дедушкой. Проводил он однажды приём по личным вопросам членов семей военнослужащих. Поскольку, эти личные вопросы могли быть любой сложности, на приёме присутствовали начальники различных флотских служб, всегда готовые придти Дедушке на помощь.
В порядке очереди в кабинет вошла жена одного нашего офицера. Вопрос у неё был простой – жилищный. Вместо однокомнатной квартиры она хотела бы получить двухкомнатную. Дедушка участливо выслушав её, разъяснил всю сложность жилищного вопроса на флоте и обещать ничего не стал. Дама заявила, что у неё особый случай, а в ответ на удивление Дедушки объяснила, что в момент близости с мужем она ведёт себя очень шумно и издаёт такие звуки, что дети просыпаются, пугаются и долго плачут. У полностью охреневшего Деда вспотели даже очки. Он стал растерянно озираться по сторонам, наткнулся взглядом на начальника медслужбы флота и не нашёл ничего лучшего, как спросить того: « А-а что, такое разве бывает?» Тот, глядя куда-то под стол, сдавленно ответил: «Да, да… Бывает…». Квартирный вопрос был решён.
ФАРМАЦЕВТИЧЕСКАЯ.
Атлантика. Лодка швартуется к плавбазе. Пополнение запасов, баня для личного состава и, конечно же, встречи друзей.
Механик с лодки Саня побежал на плавбазу к своему другу механику Гене. В каюте у Гены быстро сложился мужской коллективчик человек из 6-7, готовых торжественно (без этого нельзя, люди не поймут!) отметить это событие. Генка окосел почти мгновенно. А закон подлости действует даже далеко от родных берегов. Гена срочно понадобился командиру плавбазы, о чём шепеляво сообщил динамик внутренней связи. Надо было срочно что-то делать. У кого-то нашлись таблетки для протрезвления. Гена проглотил, запил водой. Все стали ждать результат, который был достигнут очень быстро. Генку вывернуло в умывальник. Кто-то из мужиков вполне резонно сказал: «Надо ещё раз!». Генка, внимательно рассмотрев в раковине то, что недавно было его закуской, и таблетку, лежащую сверху, вдруг состроил плаксивую рожу и пьяно заныл: «Я не буду ещё раз… Она же блёванная!...»
ЭПИСТОЛЯРНАЯ.
В дни больших праздников к нам на эскадру приезжали представители городов, шефствующих над нашими лодками. Это были местные партийные и комсомольские работники, деятели искусства, музыкальные и танцевальные коллективы. Из одного древнего русского города постоянно приезжал танцевальный коллектив, состоящий из одних девушек, которые отличались не только хореографическими способностями, но и особой любовью и благосклонностью к военным морякам. По традиции все выступающие перед личным составом представители искусства награждались Почётными Грамотами с идиотской формулировкой: «…за доставленное эстетическое удовольствие…». Такая грамота была подготовлена и для женского танцевального коллектива. Во время выступления коллектива её держал в руках начальник политотдела, сидящий передо мной. После неоднократного прочтения содержания грамоты он очень взволновано зашептал на ухо командиру эскадры, что грамоту вручать нельзя, в ней ошибка. Командир, внимательно изучив текст, вернул грамоту назад и, как-то странно ухмыльнувшись, сказал: «Ничего менять не надо. Всё правильно». Через его плечо я успел заметить, что было пропущено слово «эстетическое».
МУЗЫКАЛЬНАЯ.
Задул ветер перемен… Страна стала меняться. Начали, как водится, с внешних атрибутов: поменяли флаг, поменяли герб, заодно и гимн тоже. Вот насчёт гимна наш адмирал оказался не в курсе, в отпуске был. Ну, бывает и такое, человек всё-таки.
И вот по какому-то очень торжественному поводу проходит торжественное построение эскадры – строй, знамёна, оркестр, на трибуне, оборудованной микрофонами, - командование эскадры. Оркестр грянул «Славься». Забыв, что микрофоны не отключены, адмирал на весь плац недоумённо спрашивает: «Это чё?». Стоящий рядом с ним начальник политотдела сбивчиво и услужливо начинает стрекотать что-то про новую Россию, флаг, гимн и гаранта конституции. После тягостной паузы адмирал удручённо произносит: « … твою мать! Дожили до Борькиной польки!...»
БЮРОКРАТИЧЕСКАЯ.
Командир базы по любому поводу заваливал командира эскадры рапортами. Кляузный такой был офицер. Командир, получая очередное послание, буквально готов был взорваться, но реагировать был обязан. Очевидно, в тот раз он дошёл до предела своих возможностей.
Я шёл по коридору штаба, когда из кабинета командира выскочил весь какой-то взлохмаченный, с папкой в руках секретчик, который, увидев меня, жалобно спросил: «И чего мне теперь с этим делать?». А в папке лежал очередной кляузный рапорт командира базы. С подписью и резолюцией адмирала. Подпись как подпись: дата, воинское звание, фамилия, инициалы. А резолюция представляла собой безупречный с художественной точки зрения рисунок, выполненный тончайшим платиновым пером адмиральского «паркера». На рисунке со всеми мельчайшими подробностями, со всеми приложениями и кучеряшками, было изображёно мужское достоинство.
ТОРПЕДНО-МЕДИЦИНСКАЯ.
В один и тот же день на одну и ту же лодку пришли служить два лейтенанта: специалист по минам и торпедам Лёха и медик Саня. Это обстоятельство, а также то, что служба, особенно в её начале, редко бывает мёдом, сблизило молодых офицеров. Взаимоотношения у них были дружеские, а для Лёхи они ещё имели и практическую выгоду. Дело в том, что он питал какую-то особенную слабость к лекарствам, а их-то у Сани как раз было достаточно.
Однажды в походе Саня сидел у себя в самых расстроенных чувствах, поскольку только что получил выволочку от командира. Неважно за что, была, значит, причина. В этот момент к нему ввалился Лёха и начал чего-то трещать. Санька думал о своём и не слушал. Вдруг Лёха заметил тюбик с мазью «Финалгон». Надо сказать, что это жуткое средство от радикулита. Вызывает ощущение приложенного к телу раскалённого лома, а при попытках смыть только усиливает своё действие. Естественно, что Лёха заинтересовался, от каких таких болезней эта штука. Санька, погружённый в свои мысли, буркнул: «От геморроя». Лёха сразу же вспомнил про свой ужасный геморрой и стал просить эту мазь у Саньки. Тот молча кивнул.
Через некоторое время к Саньке прибежал один из подчинённых Лёхи матросов и очень взволнованно сообщил, что командир срочно требует Саньку к ним в отсек, поскольку командир группы «шизанулся». Санька схватил укладку с медикаментами и побежал, на ходу соображая, что Лёха недавно был у него и с ним было всё нормально.
У входа в отсек собралось всё командование лодки, командир с замполитом по очереди заглядывали внутрь, но войти туда явно не решались. Командир, увидев Саньку, приободрился и сказал: «Ну, давай, это по твоей части». Санька сунулся в отсек и увидел следующую картину. Совершенно без штанов, верхом на торпеде сидел Лёха. Его отрешённое лицо выражало неимоверные страдания, из широко раскрытых глаз текли слёзы, ногти судорожно сжатых пальцев скребли торпеду. Когда металл под ним нагревался, Лёха, быстро перебирая ягодицами, переползал на холодный участок. На какое-то мгновение его лицо приобретало умиротворённое выражение.
Поздравляю всех с праздником!
Ночь. Тишина. Кухня.
Открывается дверь холодильника. Оттуда вываливается огромная пузатая Мышь, на шее гирлянда сосисок, в одной лапке кусок сыра, в другой окорок, она тяжело и медленно плетется в сторону норки, а перед норкой стоит маленькая мышеловочка заряженная крохотным, кусочком давно-засохшего сыра. Подходит к мышеловочке, изучающее ее разглядывает, качает головой и со вздохом говорит:
— Ой, ну, чеснэ слово, як диты…
На этот раз, извечные соперники: женское коварство и мужская хитрость, схлестнулись в обычном, ничем непримечательном магазине тканей.
Одним чудесным, летним утром, мой товарищ, а по работе еще и начальник по имени Эльдар, заехал прикупить красивые занавески для центральной, каминной комнаты своего нового загородного дома.
Эльдар совсем замучил хорошенькую продавщицу Наталью, перещупал на всех полках все материальчики, вспоминая цвет и фактуру своих стен, пересмотрел сотни тканей на просвет, наслушался по телефону маминых советов: - "чтобы шторы были не очень прозрачными, но в то же время не совсем уж глухими"
Наталья стоически переносила все (в прямом и переносном смысле, натаскалась рулонов из подсобки и обратно) и вот, не прошло и часа, как из сотен вариантов, веселенькие занавесочки были выбраны, семь раз отмеряны, отрезаны и куплены, но Эльдар не спешил уходить из магазина, он хотел как-то отблагодарить такого толкового и улыбчивого продавца, тем более, что и продавец был красоткой каких поискать.
Немного постоял, помялся, поднакопил наглости, решился наконец, и пригласил девушку в кино, Красавица Наташа не отказалась.
Кавалер придирчиво оглядел себя: шорты, рваные кеды, майка, кепка, ну просто никаких опознавательных признаков миллионера, вот тут-то и началась затяжная мужская хитрость. Дело в том, что Эльдару тогда было под сорок, ни детей ни жены, хотя девушки за ним целыми зомби-табунами всегда бегали, как только видели и слышали его запредельную спортивную машину, оно и понятно, кошелечек на ножках полюбит каждая, вот и решил наш умник, на этот раз быть хитрым, чтобы проверить – сможет ли красавицу Наташу заинтересовать не миллионер Эльдар, а обычный татарин Эльдар, живущий с мамой, скажем, в однушке у самого МКАДа?
В первый вечер сходили в кино, съели мороженое, а на закуску были проводы Наташи до самого дома (на метро и маршрутке, машины-то нет).
На другой день была какая-то художественная выставка, потом парк культуры, кормежка голубей и все в таком-же незамысловато-студенческом духе, и никаких тебе такси, а тем более ресторанов, ведь по тщательно спланированной легенде, Эльдар обычный сисадмин со скромной зарплатой.
Но Наташа держалась и ни на что не претендовала, им и на роликах в Сокольниках было весело вдвоем.
Через месяц Наташа пригласила Эльдара к себе, чтобы познакомить с родителями, через два, он уже одалживал у нее деньги до зарплаты, а через три, хитрый татарин решил прекратить этот балаган, ведь Наташа уже прошла проверку более чем полностью.
Предложение руки и сердца состоялось не где-нибудь, а в самом Макдональдсе.
И когда невеста сказала - "Да!", Эльдар, наконец, признался, что из всего того, что он наговорил Наташе за прошедшие три месяца, правдой было только то, что жить он без нее уже не мог и что действительно проживал с мамой, хотя и в огромном четырехэтажном доме…
(Полторы страницы дикой обиды, бурного скандала и примирения, пышной свадьбы и медового месяца на яхте я позволю себе пропустить)
…И только, два года спустя, когда у мужа было игривое настроение, Наташа, наконец призналась:
- Эльдарчик, ты не обижайся, но, мне так было смешно наблюдать за тобой, когда ты изображал бедного, но гордого сорокалетнего студента. Я все думала – ну, когда же ему надоест ходить пешком, он перестанет валять дурака, станет уже самим собой и признается?
А ты скрипел, пыхтел, но держался, молодец. Как маленький. Если честно, то я раскусила тебя еще в первый день нашего знакомства, в магазине, когда ты ко мне пришел.
- Как это? Как раскусила? Да ну ладно рассказывать. Ничего ты меня не раскусила. Я тогда ехал от пацанов после футбольчика, и был грязный, потный и небритый, как ханурик.
- Да? А тогда что это у вас с мамой за «однушка в хрущевке», в которой высота окон семь с половиной метров? Мы же занавески тебе выбирали, ты что, забыл…?
Вместо эпиграфа.
Знакомый парень-таксист меня как-то спрашивает: «Ты вот всё по правилам знаешь. А на Венёвском направлении перед мостом знак висит. Сам красный, а в нём ещё две стрелочки — красная и чёрная. Что он значит?»
Я вытер пот со лба. Понял, почему там вечно аварии и ответил: «Преимущество встречного движения». Посмотрел в его непонимающие глаза и добавил: «Уступить встречным ты должен. Узко там...»
Есть такие слова-ярлыки, что раз приклеил — и всё с человеком навсегда ясно. Вот о таком слове мой сегодняшний рассказ.
В СССР личных автомобилей было мало, а желающих ими управлять — много. И если уж взрослые дяди и тёти, как о чём-то несбыточном, мечтали о любых «колёсах», хоть самых ржавых, чтобы ездить на дачу, то что уж говорить о подростках-старшеклассниках. В общем, страна не торопилась давать нам права и в автошколе нас очень честно учили по три года. К слову, я всю свою жизнь учился разному и у разных учителей и могу оценить качество организации того процесса: твёрдая четвёрка с плюсом по пятибалльной системе. Почему не пятёрка, сейчас поясню.
После тренажёров попал я по распределению к Колоску, про которого знакомые ученики говорили: «Мировой мужик! Он тебя жизни научит!» Колосок понял своё шофёрское счастье водителя-инструктора специфично: государство дало ему машину, залило в неё бензин и он ездит на ней по своим делам. А обучение он понимал в двух видах. Основной - все записавшиеся моют его чудесную машину, а потом один из пятерых учеников (о, счастливчик!) получает право везти Колоска и канистру за остродефицитным пивом, пока остальные на заднем сиденье 241-го Ижа изображают из себя килек.
Второй вид состоял в том, чтобы назначить тебе встречу зимой за городом на автодроме в субботу в 16часов... и не приехать.
Помучившись месяц с фортелями Колоска, я в лицо сказал ему всё, что думаю о его подходе к обучению и пошёл переписываться к другому инструктору. Свободные места оставались только у одного и звали его Алексей Дмитриевич, а все доброхоты отговаривали меня от этого шага с формулировкой: «Да ты что! Он же бывший ПРАПОР! Ты что не знаешь, как прапоры в армии жить мешают!» (это в литературно-обработанном переводе на русский).
«Прапор» оказался мужиком деловым и строгим. Чётко и сразу сказал, что деньги ему платят за то, чтобы на дороге мы не поубивались, а не за мытьё его машины. С помощью листочка бумажки, авторучки и зажигалки (изображавшей для нас машину) запросто объяснял любую дорожную ситуацию. И действительно учил мыслить за рулём, учил соблюдать правила, потому что они написаны кровью.
Те, кто сначала остался у Колоска сбежали вслед за мной. Быстро и почти все. К слову, кто не сбежал сдавал потом на права раза с пятого.
Так что с тех пор, когда кто-то примитивный пытается приклеить к кому-то или чему-то ярлык, у меня так и чешутся руки. Ибо уничижительное «прапор» на поверку никак не соответствовало человеку честному и преданному своему делу. Настоящему советскому прапорщику, годами учившему мальчишек в армии водить тяжёлые грузовики, а после выхода на пенсию, приложившему максимум усилий, чтобы научить нас. К слову, из той нашей юношеской группы никто из ребят не попадал в ДТП, по крайней мере по своей вине. Годы прошли, а к тем, кто нас учил в автошколе и теории, и практике, остались только слова благодарности. Ко всем, кроме Колоска.
ДЕМБЕЛЬ ВУРДАЛАКОВПятеро наших дембелей, активно и очень изобретательно боролись со скукой и тоской по Родине, поэтому - мы – ребятишки помоложе, старались держаться подальше от их веселых аттракционов, ведь роли в этих забавах распределялись очень однобоко. Либо ты мишень в тире, либо сама пулька, а если совсем не повезет, то и призовой, плюшевый заяц…
Ничего нельзя с этим поделать – это природное явление.
Дембелей нужно просто пережить как проникающую радиацию или поход с ребенком на утренник первого января…
Но эти вели себя как-то излишне мерзко, даже для людей прослуживших 730 дней.
В тот день дембеля облюбовали автопарк.
Поначалу катались в кузове «Урала» и объявляли остановки: - «Наш скорый поезд прибывает в город Шахты (Воронеж, Куйбышев, Махачкалу, Ленинград и т.д.) Стоянка вечная!»
Потом бросались гранатами по немцам (Гранатами служила щебенка, а немцами – голуби и некоторые из нас, те кто сдуру попался на дороге «танка»
Перекур.
В автопарк, вдруг пришел свежий «плюшевый заяц» - художник из клуба и принес боевой листок.
Дембеля почитали, похихикали и сказали:
– Заяц… тьфу, боец, помоги отрегулировать холостые обороты.
- Так я не умею.
- Ты только болтик закрутишь и все.
Перед бампером зачем-то положили два дефицитных мата из спортзала. Обычно на них целыми днями спят водилы под машинами, только вместо одеяла, укрываются огромным гаечным ключом и когда проходящий офицер пинает спящие торчащие сапоги, то ноги без паузы начинают сипло шипеть - …А, cуka! Заржавела! Тут нужно зубилом срубать… Кто там?
Художник стараясь не наступать на маты, влез на бампер и осторожно сунул голову в открытую пасть «Урала». Рядышком очутился один из дембелей, вручил отвертку и показал какую пимпочку нужно крутить по его команде.
Дембель прыгнул в кабину, завел движок, а художник с отверткой торчал из под капота в виде бквы «Л» и ждал.
Фокус весь был как раз в пимпочке, и не столько в ней, сколько в ее расположении. Если дотянуться до нее, то ухо окажется как раз напротив раструба воздушного сигнала.
И конечно же он гуднул…
Солдатик дернулся как тряпичная кукла и слетел с машины вниз головой. Тут маты как раз и пригодились.
Дембеля были счастливы.
Но внезапно, сквозь всеобщий смех, послышался знакомый раскатистых гогот, и из тени пальм вышел Зорро в должности комбрига…
Полковник Ершов был мужиком справедливым, но таким лютым, что было бы правильнее сказать – справедливо-лютым.
Даже нарочито-вялые дембеля моментально превратились в добросовестных солдат, ждущих любого приказа командира.
Комбриг прогоготался и улыбаясь сказал:
- Вот молодцы, порадовали старика. Хорошая шутка. Солдат должен уметь и хорошо поработать и весело пошутить. Все правильно. Ну, как он смешно летел, я чуть не сдох…
Дембеля осторожно оскалились, а комбриг улыбаясь продолжил:
- Особенно хорошо вы с матами придумали. Если бы их не было, то гнить бы вам всем на гауптвахте и уволиться оттуда в последнюю партию. А так молодцы, подстелили…
Дембеля слегка напряглись, а полковник добавил:
- Пора вас потихоньку увольнять, а то изнываете тут от безделья.
Дембеля радостно загоготали: - спасибо товарищ полковник! Мы хоть сейчас!
Комбриг:
- Ладно, уволю, сегодня и начнем, только не всех и не сразу. Через десять минут построение на плацу возле казармы, форма одежды любая.
Затем он обратился к художнику трущему ухо:
- А ты, хлопец, принеси-ка мне из клуба кусочек мела.
Художник не услышал ни слова и громко переспросил:
- А!? Товарищ полковник. Что!?
- Мел принеси!
- А?!
- Мел!!!
Перепуганный бедняга все еще не мог прочитать по губам приказ комбрига.
Полковник потрепал солдатика по голове и сказал:
- Ничего не надо, иди отдыхай…
Через десять минут дембеля в радостном возбуждении уже построились на плацу.
Подошел комбриг, на шее у него болтался полевой бинокль, а в руке белел кусочек мела.
Полковник:
- Кто из вас смотрел кино Вий? Все смотрели? Молодцы. Тогда вот вам мел, нарисуйте трехметровый круг, вокруг этого грибка.
Грибком была старая, никогда не работающая сирена, асфальтового цвета, она служила только для сокрытия окурков.
Комбриг:
А теперь, товарищи упыри и вурдалаки, мы с вами сыграем в одну очень интересную и веселую игру под названием «дембель вурдалаков». Становитесь все внутрь круга. Молодцы.
Так, вас тут пятеро, правила простые – я махну рукой – игра началась. Кто покинет круг первым, тот уволится в Новый год. Кто вторым, тот, на неделю раньше и так далее… а кто продержится внутри круга дольше всех, тот уедет домой сегодня… Вопросы есть?
Дембеля встрепенулись и заволновались – «Сегодня?» «Как сегодня?» «Сейчас уже вечер»
Комбриг:
- Кто-нибудь сомневается в моем слове?
- Никак нет!
- Значит все согласны сыграть? Не переживайте – это не долго…
Согласились все.
Нас - остальных зевак, комбриг отослал метров на сто, в сторону спортгородка. Отошел и сам.
Потом ужасным голосом заорал: - Готовы!!!?
И махнул рукой в сторону штаба.
Внезапно оказалось, что старый, железный грибок, еще очень даже может…
Вой стоял такой, что и со ста метров, слышать было невыносимо, даже потные ладошки на ушах не особо помогали - вой раздирал не уши, а человека целиком.
Лабораторные черти и вурдалаки метались в меловом круге как ошпаренные, выскакивая по одному из игры зажав уши.
Комбриг наблюдал в бинокль, улыбался и загибал пальцы.
Удивительно долго держались двое последних. Уж очень им хотелось сегодня домой.
Хотя – «долго», понятие относительное. Все, от начала и до конца продолжалось минуты две с половиной, не дольше…
Когда вой стих, грустный победитель так и остался в круге, он ошарашено сидел на грибке, как фашист на своей разбитой пушке.
Уже через час, он надел парадку и ни с кем не попрощавшись, вышел из КПП.
Остальные дембеля вдрызг переругавшись, целыми днями слонялись по части, какие-то тихие, постаревшие и надломленные.
Куда только подевались их лихость и кураж…
Каждую неделю они по одному, незаметно выпадали, как зубы у дряхлого старика, пока в Новый Год, не выпал последний…
Многим, надеюсь, знаком анекдот про полковника на военной кафедре, который просматривая списки студентов начинает заходиться от хохота, чуть ли не до апоплексического удара, а затем, сквозь слезы, делится с коллегой:
"Товарищ Пиздюхайло, дывись яка смешна фамилия у студента – ЗАЯЦ!!!"
Если не путаю 1979 год, военная кафедра одного из поволжских университетов. Аудитория на 200-250 человек (помещалось и больше), фактически 100-120, мужская часть двух факультетов - мехмат и физики. Многие (и я в том числе) уже нашли себе занятие на ближайшие полтора часа, пишут пулю, играют в шахматы и в бесконечные крестики-нолики на деньги. Короче, рутина. Но минут через пять лектор умудряется завладеть нашим вниманием. То, что это новый преподаватель, нас мало смутило (или мало привлекло, не знаю, как правильно в данной ситуации). Лекции мог читать любой офицер кафедры, на которого в этот день пал выбор начальника. Бралась соответствующая папочка с наименованием специальности и порядковым номером лекции и потом, без соблюдения знаков препинания, каких-то технических пауз на осмысление торжественно зачитывалась перед аудиторией. Тоже я вам скажу при определенном таланте – ого-го какое шоу.
Но наш сломал все стереотипы.
Во-первых, он представился:
– Я новый преподаватель военной кафедры Госуниверситета - капитан Бабкин. Потом жизнерадостно предложил: «Давайте знакомиться» и начал зачитывать список присутствующих, чтобы стало быть познакомиться. Дальше надо либо стенограмму, но она утрачена))), либо попытаться представить сам процесс. Мало того, что все КРОМЕ капитана понимают, что знакомство с такой толпой займёт по минимуму пол пары, так он ещё фамилию, если она больше двух слогов с первого раза прочесть не может, разбивает на части (Белобородов с четвертого раза осилил) и ударение ставит в самых неожиданных местах. Минут через 40 две трети списка уже были оглашены, половина аудитории, состоящей из двадцатилетних оболтусов, не имея возможности смеяться в голос, хрипит под столами, но самые прозорливые уже поняли главное веселье ещё впереди, точнее в конце списка.
Вот сыграла моя ставка - три литра пива против кружки, что мой дружок Витя Попов будет ПОпов (он потом месяц у пивного ларька не появлялся, когда стало известно по какому поводу он мне пиво проставил), вот уже капитан поднял первого Рабиновича, Аркашу (у нас их было два, один с мехмата, другой физик) и радостно, как ребенок диковину, его разглядывал. Похоже, ему часто приходилось слышать фамилию в анекдотах, но счастливого обладателя он видел впервые. Далее в списке был опять Рабинович, но Валерий. Сразу этого факта капитан Бабкин осознать не смог. Что в одном помещении могут оказаться сразу два Рабиновича, для него было полнейшей экзотикой. Валера поднялся сам, зная что следующий в списке он. Бабкин обалдело на него посмотрел, и неуверенно спросил: «ШО, тоже??» Валера только развел руками, как бы соглашаясь со всеми возможными версиями капитана. А на горизонте, точнее через 2-3 фамилии в списке, уже маячил Хэбанес Кабос Хосе Викторович. Такой тишины аудитория похоже не знала даже по ночам. Все, включая самого Хосе Викторовича, полного паренька в очках с толстыми стеклами, затаив дыхание следили за капитаном. Откуда тому было знать, что в 30-е годы, теперь уже прошлого века, в СССР из Испании вывезли несколько сотен детей, чьи родители воевали в это время против Франко и один из внуков героев-коммунаров сидит сейчас в зале.
Сначала капитан просто вздыхал и шевелил губами, пытаясь сложить из букв хоть что-то, в его понимании осмысленное. Потом начал багроветь и вроде бы про себя, но в воцарившейся тишине это услышали все, с чувством произнес:
- «Хepня какая-то!»
По щекам слушателей потекли первые слёзы, а капитан багровел всё больше и больше, и, похоже, из состояния показного благодушия перекочёвывал в состояние глубокой «личной неприязни» к Хэбанес Кабосу Хосе Викторовичу. Каким он себе его представлял, история умалчивает, но… Когда он закрыл ведомость списочного состава, вышел из-за кафедры к аудитории и голосом, не предвещавшим ничего хорошего произнес:
- «Ну, Карабас Барабас, выйди, покажись какой ты есть!» захрипели почти все. Кто-то, сам того не замечая, от избытка чувств колотил ногой в перегородку между рядами, кто-то (а таких было много) просто сполз под столешницу, кому-то была нужна скорая. Не смеялись двое, капитан Бабкин и Хосе Викторович Хэбанес Кабос.
Капитан Бабкин через месяц стал майором, а Хосе оставался Карабасом Барабасом до 4 курса, пока не стал Парижским Грузчиком. Но это отдельная история.
И все-таки, были...
были люди... .
Ума не приложу как, но и в армии, среди множества редких недоумков и
просто мудаков, встречались они иногда.
Сержант Снегирев.
Фамилия маленькая, бойкая, да и сержант такой же. Мелкий, но коренастый.
Приземистый крепыш.
Большинству из нас - до уровная носа. Это когда мы "смирно" стоим. А стоим
мы так, потому как учебка, мы неделю после присяги, а он - сержант.
И не просто сержант, а инструктор. И будет он обучать нас правилам
оказания первой помощи. Потому как учебка саниструкторов.
В первый же день занятий у нас "тактика". Перглядываемся - в медицине мы
еще ни бум-бум. Но оделись, навесили, нацепили, полный боекомплект
добавили и еще мед. снаряжением шлифанули.
Стоим. Одежда не по размеру, оружие болтается, рожи сонные. Но сержанта
глазами едим.
А Снегирев пальчиком выцепляет из строя рядового Полыхаева, жлоба
толстенного, размера жуткого. Отводит его в сторону, метров на тридцать
и чего-то говорит. Видим, Полыхаев укладывается на землю и лежит
недвижим.
Возваращается сержант и следующими выводит меня и еще одного бойца,
Рагулина. И перед всеми ставит нам боевую задачу:
- Товарищи бойцы! В тридцати метрах от вас, лежит и стонет от ран
рядовой Полыхаев. Ваша задача - добраться до него под огнем противника,
оказать первую помощь и вынести с поля боя. Время пошло. Да, все свое
берем с собой. И кстати, ползком!
Вы думаете тридцать метров ползком это ерунда? А когда на тебе автомат,
подсумок, противогаз, да еще мед. инвентарь? Да еще эта cуka Рагулин
ползет впереди, тащит носилки. Ручки у носилок рваной резиной
окрученные, так и норовят в глаз влезть!
Не успели мы отползти, как мне по каске что-то "тюк"!
- Огонь противника! - сообщает Снегирев, - и следующим камешком в Рагулина
"тюк". И тут как посыпалось на нас! Всем взводом палили, ироды, собратья
по оружию. А кое-кто даже залпом. Камушки мелкие, но когда по каске или
прямо перед носом-неприятно. Ползем, морды в землю втыкаем, ощущение что
и вправду по тебе палят.
Добираемся до Полыхаева, мокрые, злые. Полыхаев лежит, в руках бумажку
держит. Читаем: "Проникающее ранение в области живота, контузия и
оторвана рука". В общем, не жилец... .
Давай мы его лечить. Сумки с мединвентарем открыли, где что лежит вроде
помним, но разве это найдешь? За секунду все развернули перевернули, все
что нужно перепутали.
- Давление ему меряй !- шипит Рагулин.
- Какое нах.. давление! Жгут на руку! Нет! Сначала бинт!
Бинт разматывается, падает в грязь. Не стерильно! Где еще один! А
живот-то, живот! Чем прикрыть?
А Полыхаев вдруг орать начал: "Ой, Мамочки! Ой, спасите! Ой, больно,
помираю!" И не просто орать, а руками махать и встать порываться.
- Лежи! - Рагулин приподнялся, к земле его руками. И тут ему самому по
каске камушком "Тюк". Ах ты ж!!! Лежим мы оба на Полыхаеве, вокруг нас
пули свистят. Тот снова верещать: "Ой, спасите! Ой, в глазах меркнет!
Ой, отпустите руку, пидоры!"
- Руку ему вяжи! - ору Рагулину. - Кровью же изойдет!!
- Да хpeн с ним! Давай ему повязку на живот, там проникающее!
Ага. Попробуйте сто двадцать киллограмм недвижимых повернуть! Да еще
лежа! Толкаем мы его, повязку под спину, коленом по ребрам. Пристрелили
бы гада!
Справились вроде. На носилки его! Та же проблемма, повернуть на бок,
носилки под спину, обратно. Полыхаев стонет, у меня руки дрожат, Рагулин
уже не шипит даже. Положили. Потащили.
Ой, мамочки! Это ж надо с кочки на кочку этого слона перетаскивать, да
чтоб вместе одновременно, а иначе одному его и с места не сдвинуть.
А у нас еще и снаряжение и инвентарь у нас, и не поднимешься - бой кипит.
- Ногами помоги! - говорю ему. - Подтолкни, падла!
- Контузия у меня! - оправдывается Полыхаев. - И Снегирь обещал два вне
очереди, если увидит что!
Как доволокли - не помню. Мокрый весь, аж в сапогах хлюпает.
В глазах слезы, темные круги и три сержанта Снегирева.
- Становись! - командует тот. Обошел он вокруг Полыхаева, на часы
посмотрел: - Пятнадцать минут, - сообщает.
Не может быть. Часа два там возились... Я вперед смотрю, от той кочки,
где Полыхаев лежал, метров тридцать, два скачка. И борозда глубокая
тянется.
- Товарищи бойцы! - обьявляет Снегирев. - Сегодня, в бою с врагом, геройски
погиб рядовой Полыхаев!
Взвод стенает, давится, лица вниз. Мы с Рагулиным переглядываемся.
- Его убили не враги! - продолжает Снегирев. - Враги его только ранили. А
добили друзья, однополчане, боевые, так сказать, соратники! Потому как
пока добрались, пока справились, да пока обратно приволокли. А уж какую
первую помощь оказали, тут бы и здоровый не выжил!
И на нас смотрит. "Все, говорит, ясно?"
Куда уж яснее. Это вам не пальчик перевязать и не таблетку надвое. А
ведь это еще не бой... .
Все что мог, все что надо, обьяснил нам всем сержант Снегирев. И не
лекциями сонными, а живым примером, на пятнадцать минут.
С того дня двадцать два года прошло. Сегодня я сам врач, в другой стране
живу, в другой армии служу. Но что хорошо помню: до самого конца учебки,
все полгода, ни на одном Снегиревском уроке, ни один из нас не заснул.
Нет, были все-таки люди, были... .
Университет во Франции.
Кафедра Литературы, летняя сессия.
В деканат врывается первокурсник.
(дело в том, что здесь, по старой доброй - и тупой - традиции лучшего в мире советского образования студентам помимо профильных предметов дают ещё и левые. Математику, историю, физику, корейский язык - на первом курсе в частности).
Первокурсник, надо заметить, не француз, а гражданин США.
В общем, врывается он в деканат и орет:
- Где этот чудак на букву "м", профессор физики Франсуа ...ль.
Убелёный сединами мудрец, оскорбленный в присутствии коллег аж подпрыгнул:
- Это я м...ак? Ты сам му...к! Вон отсюда!!
Тут вмешивается декан. Спрашивает, мол, что за конфликт.
Профессор объясняет, студент за весь год был только на одном, на первом, занятии. А теперь пришел на экзамен и требует оценку "отлично". Ну профессор и поступил должным образом - поставил "неуд" и велел придти на пересдачу.
Декан спрашивает студента, интересно, товарищ, получается. На лекции не ходил, на семинарах не был, да ещё претензии!?
Студент:
- А что мне было делать? Прихожу я на первое занятие, этот дятел нам говорит, что заниматься будем по учебнику Локера. А учебник этот писал коллектив авторов: Локер, Мастерсон, Лученни и Трауб. Мастерсон - это я.
НЕМАЯ СЦЕНА.
Оказалось, в общем-то всё просто. Парень вундеркинд. В 11 лет закончил школу, в 16 - университет, физмат. Стал в этом университете преподавать, написал учебник. В 20 лет вдруг почувствовал, что физика ему надоела, заинтересовался литературой. Решил обучаться не на родине (где известен в университетских кругах).
Дело в итоге быстренько замяли, поставив студенту "отлично", и уволив своего препода за профнепригодность.
P.S. Имена и фамилии изменены.
Один мой друг устраивался на новую работу, а по профилю он - программист PHP .
Пригласили его в одну компанию.
Собеседование с менеджером по персоналу, молодой девушкой по имени Катя прошло очень быстро:
"Когда я начал описывать проекты, в которых я участвовал, я увидел, как быстро начали туманиться её глаза, и пощадив её психику, сказал, что не хочется грузить её технической стороной вопроса, но изучив компанию и её реализованные проекты, могу с уверенностью сказать, что с её заданиями я справлюсь".
Катя обрадованно сказала, что в таком случае назначит собеседование с самим директором, и пригласила на следующий день к нему - внушительному, упитанному дядьке.
Дядька лениво посмотрел на компе его проекты, поговорил за жизнь, после чего изрек:
- Ну, по профилю вы вроде нам подходите, но чтобы убедиться, хотелось бы, чтобы вы сделали тест. И протягивает ему распечатку.
Это пиздeц - говорит мне друг, я смотрю, там одно техзадание на четыре с половиной страницы. И работы навскидку на неделю-другую. Ну, я ему честно сказал:
- Т.е. вы хотите, чтобы я на вас бесплатно поработал, пока вы будете решать нужен я вам или нет?
- Очень жаль, что вы так к этому относитесь, - насупился дядька. - А как ещё нам убедиться, что вы нам подходите?
- А давайте может так сделаем, - ответил мой друг, - вы будете выплачивать мне зарплату, два раза в месяц, а я пока подумаю, подходит ли мне ваша компания. Если зарплата будет приходить вовремя и без задержек, то думаю всё будет нормально.
Дядька обиделся. А стоило ли?