if (!string.IsNullOrEmpty(Model.PrevPageFullUrl))
{
}
if (!string.IsNullOrEmpty(Model.NextPageFullUrl))
{
}
Анекдоты про Церковь - Page 61
Skip to main content
Со слов знакомой об одной своей однокурснице – особе, богатой на всякого
рода идеи, делающие нашу жизнь интереснее.
Так вот, в бытность свою
студенткой (80-е годы), прослышала она как-то что молочные ванны дают-де
потрясающий эффект для кожи, ну там Клеопатра и т. д.… И моментально
решила испробовать на себе чудодейственное средство. Благо парень ее
работал водителем молоковоза и возможность была. Чего не сделаешь для
любимой! На ранней зорьке, не мудрствуя лукаво, подогнал он цистерну к
ее окну (жила прелестница на 1-м этаже), перекинул шланг молоковоза
через подоконник прямо в ванну да и залил ее полную (!) ледяным молоком
– чего мелочиться! Чмокнув в щечку любимого и помахав ему ручкой,
девчушка устремилась в ванную, где, восторженно ойкая, залезла в ванну,
уселась и… начала орать. От холода. Никто же не объяснил молодежи, что
Клеопатра принимала ГОРЯЧИЕ ванны, да и молока там было чуть. Упертость
характера не позволила ей сразу резво оттуда выпрыгнуть, несмотря на
настойчивые призывы разбуженной и перепуганной спросонья ее воплями
родни, да и государственного добра было, видимо, все же жаль – так что
просидела она в роскошной ванне почти час. Да… Долго потом лечила
воспаление легких, веселя приходивших ее проведать однокурсников этим
рассказом.
Бухали с приятелями.
Крепко. В процессе поспорили: у кого была самая
жуткая, самая страшная ситуация.
Ну началось.
Кто про травмы рассказывает, кто про аварии. Но всех заткнул Игорек.
- Хули там аварии. Хули переломы. А волосатые яйца кусать приходилось??!
Все недобро насторожились. Что за ахтунг? Оказалось, история реально
дикая. Вторая половина 90-х. Ветер перемен, мода на все западное. Игорь
студент престижного вуза, папа-бизнесмен, мама-журналист. Соответственно
Игоречек ни в чем отказу не имеет. Гуляет по барам-клубам. Парень
видный, танцует как бог. От девиц отбоя нет. Телефончики сами дают. И не
только телефончики.
И вот раз завалил он в «Джао-Да». Да вечер не склеился. Симпатичных
девушек нет, хотя в клубе не протолкнуться. Сидит Игорек скучает.
Подсаживается парень. Такой классический быкан 90-х. Типа, ты не против
мужик? А то мест нет. Ну, садись раз сел. А у парня похоже тоже вечер
обломился. Ну и промеж 4 и 5 стопочки текилы разговорились они. Потом
выпили вместе. И типа скорешились. Знакомец предлагает: да ну нах,
скучно тут. Поехали ко мне бухать. Снимем девок, весело время проведем.
Сказано-сделано. Едут куда-то в спальный район. Бухают на кухне. Ведут
задушевные разговоры про жизнь. И тут вдруг. Собеседник расстегивает
штаны. Достает елдак. И заявляет «а теперь пора поработать!» Игорь с
лица сбледнул и вскочил рвать ноги.
Но не тут-то было! Парень и постарше и покрепче раза в три. Затащил
орущего студента в комнату. Завалил на ковер. Сам уселся верхом. Прижал
руки. Соси или шею сверну! Ппц, проносится в голове Игоря. Ща опустят.
И от ужаса и безнадеги.. Он со всей дури.. КАК КУСАНЕТ! Висящие перед
мордой яйца. Диииииикий вопль! Горе-сношатель кувыркается на полу,
визжит от боли. Игорек плюя во все стороны вываливается из квартиры.
Ловит тачку и не переставая плеваться мчит домой.
С тех пор Игорек один по клубам не ходит. И с незнакомыми не пьет.
Я им говорила, давайте ее стерилизуем.
Но мама… Она у меня
правозащитница. Она говорит, а ты кошку спросила? А может она хочет
стать матерью?!
- А с котятами что будем делать?
Мама вздрогнула и сказала, ну подожди, еще ведь не скоро, еще не пришла
пора. Будем решать проблемы по мере их поступления.
Пару дней назад утром на моем пороге стояла бледная испуганная мама:
- быстрей! побежали! Скрябин заболела! Спрашиваю, чем. Мама говорит,
Скрябин сидит на горшке орлом по пятнадцать минут, отклячив хвостик. А
взгляд у нее… И мама показывает на себе, как Скряба сидит, при этом мама
рукой показывает Скрябинин хвостик и лицом показывает какой у Скрябы
взгляд: сосредоточенный, неподвижный и глаза круглые-круглые как будто
она проглотила палку твердой сырокопченой колбасы целиком.
Ну я же специалист. И мама мне доверяет. Я кричу, немедленно отменяй
сухой корм. Немедленно! Это у нее МКБ. Это МКБ!!!
Ииииии…. – ужаснулась мама, - тень страшного МКБ пробежала по маминому
прекрасному лицу, - что же делать, как же быть…
Мы стали советоваться и – я же специалист - решили поить Скрябу
медвежьими ушками и кукурузными рыльцами, и я побежала в аптеку, и мы
заварили травки, и стали остужать, и вдруг услышали протяжный утробный
вой.
Оказалось, это было не МКБ.
Это было другое. Это было «Пришла_пора» и те проблемы, которые надо
решать по мере поступления. Проблемы поступили.
«Пришла_пора_она_влюбилась», причем влюбилась сразу по уши во ВСЕХ и во
ВСЁ. Она ласково приставала к дедушке, она нагло преследовала маму,
развратница пыталась снять на ночь голубя за окном, она робко и
мечтательно заглядывала в глаза утюгу на гладильной доске, она делала
кокетливые намеки всем диванным подушкам, она нагло и разнуздано
донимала старое кресло и пыталась пристроиться под свернутый и сложенный
в чехол английский плед. Время от времени она урчала и громко требовала,
дайте не знаю что, но что-нибудь и побыстрей. Мама плакала и жалела
Скрябин, а я помчалась к Фиме, к Сэру. Тот дал капли и велел капать.
Обещал, что полегчает. Скрябин в отчаянии царапала себе лицо и рыдала:
- Вы звеееери, господа! И добавляла из Пушкина и так страдающей от
сочувствия маме: - Ах няня-няня…
Кто-то посоветовал дать Скрябин сырого мяса. Мама, моя добрая мама, была
готова догнать и завалить весь крупный рогатый скот Украины и Румынии,
лишь бы Скрябин полегчало. Принесли парную телятину. Скрябин даже не
взглянула, даже не понюхала. Она повела глазами и сказала: - Полноте!
До того ли мне… Сказала и куда-то пошла…
- Куда ты, - с тоской позвала мама.
- Я к вам пишу… - завыло в соседней комнате…
- Все! Ищи кота! – приказала мама и крикнула мне вслед в лестничный
проем, что дает за Скрябин солидное приданое, только пусть предоставят
кота из хорошей семьи.
Отдельная тема, я как легендарная Ханума, моталась по квартирам,
сваталась, намекала, сводничала, сулила и блудливо играла бровями.
Короче, кто хотел нашу Скрябин, не подходил нам, а кого хотели мы, был
красив толст мордаст, но совершенно бесполезен в нашем нелегком деле -
кастрирован.
Мы продолжали давать Скрябин капли, бедняга Скрябин продолжала биться в
истерике и вопить в окно юному воробью «вообрази, я тут одна…» ну «и
молча гибнуть я должна»
Ничего себе – молча… - думал воробей.
Позавчера рано утром я прибежала к родителям и застала нарядную маму в
шляпке с похотливой Скрябин на руках в прихожей.
- Вы куда? – поинтересовалась я у подозрительной пары.
- Мы сходим… тут недалеко… Нам надо… - забормотала мама
- Идем! Быстрей! Ыаааа!!! - выла Скрябин и скребла мамино плечо.
- Не поняла, - куда это вы собрались?
-Ну тут недалеко… Мы туда и назад… - пряча глаза, ответила мама.
- Куда?!
- На помойку – смущенно призналась мама.
- Зачем?! – ужаснулась я
- Ну там… там же большой выбор. Там – коты… А потом сразу дадим ей
глистогонное и прокапаем ей противоблошиное, искупаем… А что делать? Мне
ее так жалко, так жалко…
Мама вышла за порог, но, прожившая год в квартире и выходившая гулять
только на балкон и то, у мамы на плече, Скрябин испуганно дернулась и
вернулась назад в квартиру.
- Мама! – сурово констатировала я, - ты и Скрябин собрались на
панель.
*
Сегодня Скрябин целый день спала и ела. Ела и спала. Все. Пора
отпустила.
*
Бедная моя мама. У нее много лет жила Карлиша, французская болонка,
похожая на белую распатланную хризантему. И уже в преклонном возрасте,
уже почти беззубая, Карлиша все равно в определенное время вдруг
становилась мечтательной, проявляла острый интерес к противоположному
полу и тягала маму за поводок по городу в погоне за кобелями. И хотя
ничего из этого не получалось, зато домой они приходили взбодренные,
подтянутые, с приятной усталостью в мышцах и в отличной спортивной
форме. А вот наш кот Тяпа по фамилии Сьюткейс (то есть чемодан
по-английски, ну он был британский кот) Так вот этот кот в обычные
времена был так спокоен невозмутим и неподвижен, что дети моих друзей
принимали его за игрушку. Когда он засыпал, а засыпал он частенько на
книжной полке у детей в комнате, он так расслаблялся, что валился с
полки прямиком в аквариум. Но когда по радио вдруг объявляли март,
Сьюткейса было не унять, он не гнушался приставать даже к небольшим
собачкам и к старой почтенной ручной выдре, много лет живущей в реке
рядом с нашим домом.
Я сейчас вот ночью проснулась и подумала, а зачем мама на помойку новое
пальто надела. Она что, и вправду на свадьбу собиралась… Утром спрошу.
Марианна Гончарова (с)
Из американской жизни.
Расскажу в третьем лице для придания истории "типичности"...
К профессору кафедры физики на летнюю практику приходит студент пятого
курса Военно-Воздушной Академии США. У парня приличный стаж полетов и
сильное желание слетать в космос. Наличие еще одного диплома повысит его
шансы на принятие в космонавты, опыт практики в "наукоемкой" области
тоже полезен. Резюме у парня отличное, особо отмечены навыки
программирования. Такие люди кафедре нужны, тем более при обострившемся
в связи с Ираком притоком в университеты ветеранов, знаниями не
отягощенных (разнарядки на прием ветеранов обширны и права ветеранов
велики).
Поэтому профессор радостно спрашивает прибывшего: На каких языках вы
программируете?
Тот вытягивается в струнку и, поедая "начальника" глазами, рапортует: На
английском, сэр!..
Можно бы поставить точку и признать всех "их" дебилами. Нет. Парень
совсем не дуpak и даже демонстрирует способность к образному мышлению.
В тот же день, проходя мимо здания библиотеки в обществе практикантов,
профессор роняет фразу о том, что библиотеку хотят закрывать за
ненадобностью в век компьютеров. Давешний курсант пораженно восклицает:
Но, сэр, как же это можно? Ведь научный институт без библиотеки это..
это... это как военная база без склада боеприпасов!
Зарисовки по жизни.
Преамбула:
Многие тут смеются над "чайниками", употребляющими неправильные термины.
Если подумать, смешного тут мало - представьте, что вы пришли на прием
врачу, и он начинает потешатся над вашими непрофессиональными попытками
описать свой недуг.
Суть:
Есть у меня друг, не так давно, пока был студентом, подрабатывал
торговлей компакт-дисками в магазине. Очень культурный парень. Занимался
он этим давно, и обладал немалым опытом общения с покупателями, за что
многие предпочитали его точку другим магазинам. Заходя в гости, я часто
наблюдал разные забавные сценки с незадачливыми покупателями.
1-друг.
2-покупатель.
1) Девушка лет 30, хочет купить диск мужу.
1 - А какой у вас компьютер?
2- (голосом уверенного пользователя)Виндовз 98.
1-(не поведя и бровью)Понятно. Ну может точнее вспомните - Пентиум2,3?
2-Не помню... Принтер у нас с буковками "Н" и "Р", круглый такой.
1- а все таки, может вспомните...
2- А! Вспомнила!(сияет) САМСУНГ!
(оказалось на мониторе надпись вспомнила).
Надо отметить, во время всех этих выяснений, друг вел себя корректно и
даже вида не показывал, что что-то неладно.
2) Приходит пацан лет 10.
1 - мне игру, "Ач о чимперез".
2- (задумался, долго размышлял).
В конце концов решил идти методом бараньего тыка - выяснил что это
стратегия, пацан сам нашел игру. Оказалось Age of Empires.
3) Во время этого случая единственный раз наблюдал, что друг едва не
потерял самообладания.
1- симпатичная девушка, лет 22. Очень хорошо, я бы даже сказал -
культурно одета, с претензией на вкус.
1- Вы знаете, у меня проблемы с этой игрой.
2- Да, что такое?
1 - Немного смущается, подходит ближе, и заговорщицки выдает - у меня
этот диск... МУДИТ.
2- (по щекам идут розовые пятна, чуть дергается рот). Ясно. Ну что же,
выберите другой, я подойду чуть позже (быстрым шагом выходит в соседнее
помещение, откуда слышится раскатистое "бу-га-га".)
Как делалась военная приемка.
Вот, все говорят: военная приемка, военная приемка....
Курсе на пятом довелось мне, студенту-физику, подрабатывать на заводе по
изготовлению военного электронного оборудования техником-испытателем в
лаборатории ОТК, в основном в ночную смену.
Приходя на работу поздно вечером, в полном одиночестве я совершал
различные действия, тыкая высоким напряжением в изоляцию
трансформаторов, занося и вынося приборы в термокамеры и из, и считывая
позиции стрелочек на всяких приборчиках, с последующим занесением
считываемого в формуляры. Работа непыльная, хоть и скучная; она, однако,
давала мне возможность подзаработать и оставляла время на написание
диплома. В ночные часы, когда уйти еще было нельзя, но работы уже не
было, а диплом писать не давало сонное состояние, я ложился спать в
термокамеру, прямо на железяку, из которой, выставленный мною на пульте
управления, нежно убаюкивая меня, дул воздух температурой 30 градусов
цельсия.
Днем я иногда заходил к приятелю на участок полупроводников, и наблюдал,
как техник, куря беломорину, и обдавая густым дымом изо рта бесстыдно
голую, беззащитно лежащую перед ним не помещенную еще в корпус гибридную
микросхему, лазером подгонял значение сопротивления, а потом, еще раз
обдав все дымом (наверное, для дезинфекции), посылал ее туда, где ее
запаивали в корпус. Комната называлась "чистой" и на технике был белый
халат.
Дополнительные коврижки включали в себя распределяемое по заводам масло,
молоко и иногда даже мясо, плюс получаемые в личное владение
некондиционные трансформаторы и радиаторы, и возможность травить
печатные платы для моих любительских целей в индустриальных условиях.
Ну а ночью иногда случались события, о которых знали только посвященные
в. И я был одним из них. Допущенных к тайне Великой и Ужасной Военной
Приемки.
Военная приемка, точнее начальная ее часть, происходила просто:
приходила комиссия из пары человек, включала приборы, и попросту
смотрела, зажигаются ли лампочки при нажатии кнопочки "Вкл", и т.д.;
потом шли более серьезные функциональные тесты. Я по просьбе приемщиков
мог иногда нажимать кнопочки и крутить верньерчики. На этом мое участие
ограничивалось, и подписей моих в этом процессе нигде не ставилось.
В один прекрасный день приемщики пришли принимать какие-то напоминающие
осциллограф приборы, с названием типа "Индикатор сигналов". Каких
сигналов - я понятия не имел.
По нажатии кнопочек "Вкл" выяснилось, что у половины приборов лампочки
питания попросту не загорались, а у остальных не работало чего-то там
еще; приемщики, записав результаты первичного осмотра, сказали, что
придут еще утром, и ушли, заботливо поставив штампы на пластилиновые
зеленые пломбы на всех винтах.
Незадолго до конца 2-й смены ко мне подошел наш начальник и
сказал: "Слушай, сегодня ночью придут из 4-го цеха ребята; ты их впусти.
В остальном они сами разберутся".
Ночью в дверь постучали. Пришедшие были вооружены паяльниками и кучей
отверток.
Спросив меня, где находятся приборы, они направились прямо к ним, и, ни
слова не говоря, достав очень большую отвертку, к моему изумлению,
вскрыли приборы, не нарушив ни одной печати. Делалось это просто: все
крышки были достаточно гибкими, чтобы, поддев отверткой, их можно было
выщелкнуть из пазов, не отвернув ни одного винта.
Пока я стоял с открытым ртом, осмысливая увиденное, ребята из 4-го цеха
быстренько включили все приборы, быстренько исправили все дефекты,
закрыли крышки, и ушли.
Наутро пришли приемщики, и, на всякий случай, включили опять все
приборы: все приборы включились, все лампочки загорелись, и все
заработало.
Приемщики недоуменно переглянулись, потом подозвали меня. "Слушай, ты же
вчера был с нами здесь; ты же видел, как они не включались - что
произошло?". "Не знаю", - ответил я им, "я же не сам их тестировал".
"Кто-нибудь здесь был?". "Я спал" - ответил я, "вот - только встал".
И, выпив положенный мне стакан молока "за вредность", пошел домой.
Ради исторической правды надо добавить, что приборы эти все равно, в
конце концов, приемку не прошли - вибростенда, кажется, не вынесли, но
это уже было потом.
А я, сын профессионального военного, почувствовал, как моя уверенность в
надежности нашей военной техники дала трещину, и с тех пор, покупая
радиодетальки на разных толкучках, перестал отдавать предпочтение тем из
них, на которых стояли буковки "ВП", или была нарисована звездочка.
Как всегда - преамбула.
В бытность мою студентом чудили такое, что сейчас волосы на голове
шевелятся...
Амбула.
Жил я в студенческом общежитии - 9 этажей 2 свечи, народу живет как
минимум в 2 раза больше положенного ГОСТом. Пьянки то там, то тут
практически каждый день - водка как и должно быть паленая! Среди младших
курсов часто случались отравления онным напитком, а также изредка
приходила "белочка" и все ж по незнанию и неумению пить...
Вобщем очередная попойка на которой учавстовал первокурсник Вася. Вобщем
пришла к Васе "Белочка" и решил Вася что пора свою жизнь в этом мире
прекращать, потому как месяц назад Васю бросила его возлюбненная Маша.
Вышел Вася на балкон 8-го этажа, вылез на перила и решил сигануть вниз
головой со словами "Нет мне без нее щастя в жизни!".
Благо дело в это время мимо проходил я со своим корешем Максом, сняли мы
Васю с балкона и дали в дюндель, сказали что так делать не хорошо и
отнесли в кровать спать. Но Васе это не помогло, через 5 минут мы его
опять снимали с балкона...
Решив что так нас на долго не хватит, мы с Максом взяли у знакомого Саши
Рыжего веревку для скалолазанья и привязали Васю к батарее здесь же
рядом с балконом.
В 6 часов утра я был разбужен истерическим криком девчонок из соседней
комнаты. Выхожу я на балкон и что я вижу? Правильно - Вася висит в
воздухе, запутаный в веревках и мирно спит! Ну я ребят разбудил и мы его
аккуратненько подняли и положили в кровать, проснулся он только к
вечеру... и главное до сих пор говорит, что ничего не помнит! Ну а с
Машей мы его помирили, от которой спустя пол года он сам убежал.... :)
З. Ы. Родителям - если у вас есть хоть малейшая возможность - не
оставляйте своих детей жить в студенческом общежитии! :)
Как мы блины пекли
В восьмидесятые годы в школьную программу входило обязательное обучение
какой-либо рабочей профессии.
Выбор был небогат, и самым приемлемым
вариантом для меня и моей подруги, в то время тринадцатилетних
тинейджеров, оказалось обучение профессии кулинара, чему и посвящался
один учебный день в неделю.
Девочки, надо сказать, мы были довольно избалованные, из офицерских
семей, мамам на кухне помогали периодически, делать, одним словом,
ничего не умели.
Обучение азам кулинарии предполагалось больше практическое, посему мы с
подругой были направлены в одну из рабочих столовых на окраине города.
Заведение это сразу повергло нас в уныние, так как видеть подобные места
раньше не приходилось.
Мощные тетки-поварихи, не вникая в подробности, кто такие и откуда,
видимо приняв нас, как минимум за студенток техникума, после недолгого
совещания решили, что нам можно поручить работу попроще, которую может
выполнить буквально каждый, в их понимании, а именно выпекание блинов,
тем более что тесто уже было готово.
Жбанчик литров так на 100 без преувеличения стоял неподалеку. Из него
торчало нечто, отдаленно напоминавшее половник, а конкретно ведро с
приваренной к нему длинной ручкой.
Итак, после краткого инструктажа, нас подвели к противню, размером с
приличный стол, на котором, с помощью гигантского половника, надо было
вылить тесто для 12(!) блинов одновременно.
Тетки разошлись по своим делам, и работа закипела! Держа половник в
четыре руки, мы старались координировать свои движения так, чтобы то,
что мы льем на противень, хотя бы отдаленно напоминало круг. Получалось
не очень. Про то, что круги должны быть хотя бы приблизительно
одинакового диаметра, думать не хотелось. Решение пришло само: после
разлива все лишнее отсекалось ножом и безжалостно отправлялось в
мусорный бак.
Дело осложнялось тем, что, когда был вылит последний двенадцатый блин,
первые уже подгорали. Рук однозначно не хватало. И еще беда: блины надо
было переворачивать, желательно не доводя до крайнего состояния полной
непригодности к употреблению, а переворачивать их предлагалось двумя
длинными деревянными остро заточенными палками, по размеру не
уступающими половнику.
В то время китайских ресторанов не было, пользоваться палочками и
палками, применительно к продуктам питания, мы не умели. Блины рвались.
Кое-как их удавалось соскребать с противня и складывать на блюдо.
Я не могла представить, что содеянное нами могло быть пригодно к
употреблению. Но тут подскочила одна из поварих, опытным взглядом вмиг
оценив ситуацию, она нашла выход из положения: каждый блин был свернут
вчетверо, горелой стороной внутрь, верхняя часть густо замазана
повидлом. Видимо, работникам столовой не впервые пришлось столкнуться с
нарушением технологии приготовления пищи.
Но что удивило меня больше всего, ни один из обедавших рабочих не
прокомментировал наш десерт. Видимо, проголодались люди.
В следующий раз я решилась печь блины уже только после замужества, через
десять лет.
Молчание президента затягивалось.
Путин переводил взгляд с Жириновского на Явлинского, с Медведева на
Иванова. Потом тяжело посмотрел на Зюганова. Зюганов отвел глаза.
- Долго это будет продолжаться? – спросил Путин непонятно кого. – Нет,
вы мне скажите – вы меня всерьез толкаете на третий срок?
Зюганов откашлялся и сказал:
- А кому сейчас легко, Владимир Владимирович? Думаете мне – легко?
- Вам, товарищ Зюганов, легче! – убежденно сказал Путин. – Вы лучше всех
устроились!
Медведев закивал, Жириновский улыбнулся и что-то прошептал на ухо
Хакамаде.
- Партия поручила мне мой фронт работы, - веско сказал Зюганов. – А вам,
Владимир Владимирович, ваш! И не вам, коммунисту, разведчику, сетовать
на судьбу!
- Извините, Геннадий Андреевич, - сказал Путин. – Нервы...
- Всем нам тяжело, - сказал Жириновский. Среди собравшихся его вескому
нечастому слову привыкли верить – и сразу наступила тишина. – И Володе
тяжело. И Гене. И Хакамаде. И мне. А уж как страдает всеми нами любимая
Валерия Ильинишна? Все мы, члены Тайного Политбюро, уже много лет
вынуждены играть эту отвратительную комедию. Изображать, будто мы
предали идеалы своей юности, коммунизм, дело Ленина. Но что поделать? Вы
же помните, как бился Михаил Сергеевич – но так и не справился!
Капиталисты сбросили цены на нефть, СССР был разорен...
Все посмотрели на Горбачева. Тот виновато развел руками.
- Надо было обмануть капиталистов, - сказал Жириновский. – И мы это
сделали! Мы изобразили развал нашей любимой страны. Враги уверены, что
СССР уничтожен, что Россия перессорилась со своими соседями... Посмотрите,
как тяжело приходится Мише и Вите! С какими речами их приходится
выступать!
Теперь все посмотрели на Саакашвили и Ющенко. Главы тайных
республиканских комитетов КПСС потупились.
- Так что не будем жаловаться, - закончил Жириновский. – Каждый из нас
работает на своем посту. И если партия скажет – ты, Володя, станешь
президентом на третий срок!
Путин вздохнул. Сказал:
- Нет, я все-таки прошу направить меня на другую работу. Я готов даже
стать на сельское хозяйство!
Дремавший за дальним концом стола Ельцин вздрогнул и осенил себя во сне
Красным Знаменем.
- Таких жертв товарищам от тебя не надо, - сказал Лавров. – Мы поддержим
твою просьбу... да что же так задерживается генеральный?
Словно в ответ на его слова массивная дубовая дверь распахнулась, и в
зал заседаний бодрой походкой вошел Тайный Генеральный секретарь КПСС –
Михаил Ходорковский. За ним семенил Герман Греф. На лице Ходорковского
сияла такая восторженная улыбка, что все невольно подались ему
навстречу.
- Мишка, не томи! – выкрикнул Путин.
- Товарищи! – Ходорковский сиял. – Товарищи... дорогие вы мои! А ну-ка,
Гера, докладывай диспозицию!
Греф вышел вперед. Он нервничал и немного заикался:
- Мы все проверили, товарищи. И убедились – поставленные цели
достигнуты! Все эти страшные годы, прошедшие с памятного всем
беловежского совещания, мы работали не покладая рук. И вот: устаревшие
производства, вредившие экологии СССР, полностью закрыты. Западный мир
всецело зависит от наших энергоносителей. Наша молодежь прошла обучения
в лучших западных университетах. Наши ученые заняли все ключевые посты в
зарубежных лабораториях и узнали все их технологические секреты. Наши
так называемые олигархи успешно перевели накопленные средства за пределы
СССР и скупили все интересующие нас производства!
- Включая футбол! - скромно вставил Абрамович. – Мы, конечно, простые
хозяйственники, но ведь не нефтью единой жив человек!
- Так что... - Греф улыбнулся. – Можно прекращать маскарад! Тайным
подводным лодкам – выйти на боевое дежурство! Нашей лунной базе – снять
маскировку и поднять красное знамя! Нашим союзным республикам –
прекратить военные учения и вновь жить в духе интернационализма. Нашим
братьям по социалистическому лагерю – сигнал к выходу из подполья!
- Это очень хорошо, что берлинскую стену снесли, - пробормотал Иванов и
улыбнулся. – Это очень хорошо.
- А товарищам Горбачеву, Ельцину и Путину я предлагаю вынести
благодарность по партийной линии, - сказал Ходорковский. – И представить
к орденам Трудового Красного Знамени!
- Служу Советскому Союзу! - воскликнул Путин. А вполголоса прошептал
Зюганову: - Съел? Фигу тебе, Гена, а не третий срок!
©копировано©
Добро побеждает...
не всегда.
Были мы зелеными первокурсниками. Почти все сразу после школы. Без
жизненного опыта, но с верой в победу справедливости и наказуемость зла.
Веселую нашу жизнь омрачали две проблемы: приближающаяся первая сессия и
общепит. С первым нужно было смириться, как с неизбежным, но вот второе...
Буфет в нашей общаге был отвратный. Грязный, с вечной вонью старой
тряпки и с неизменными тремя печеночными паштетами в
витрине-холодильнике. Покрытые коричневатой растрескавшейся коркой и
обмазанные чем-то белым, они напоминали помет неизвестного науке зверя.
Зато в соседней рабочей общаге какого-то СМУ всегда было и горячее и
горячительное, и цветы и даже горчица и салфетки на столах. Но... всегда
есть это но. Была в нем Тетьнадя. Типичная буфетчица, в меру
переупитанная, в меру аккуратная и чистоплотная. Студентов называла она
ласково "сЫночки" и "доци", а работяг – "ребятки". Не знаю как ребяток,
но сЫночек и доцей обсчитывала она безбожно. Безбожно – это не на много,
у нее даже своеобразная такса была: 11 копеек. Безбожно - это постоянно.
Противостоять и бороться было бесполезно. При пересчете постоянно
всплывала переплата в 11 коп. Даже пойманная на горячем, она клала перед
жертвой счеты и, со словами: "Ну посчитай сама, доця", исполняла на них
с бешенной быстротой прелюд для ловких пальцев. Если жертва еще
трепыхалась, следовал второй удар: "да все точно, доця, вон посмотри,
ребятки уж застоялись, нервничают. Они ж после смены, устали". Очередь
из работяг начинала недоброжелательно гудеть и посрамленная жертва
удалялась с чувством безвозвратной потери.
Вот и решилась мы на месть. Все было рассчитано точно. Пострадать должна
и сама обидчица и работяги-конформисты. К мести готовились всей группой
почти месяц. Днем "Ч" было выбрано 31-е декабря, время операции - за
минуты до прихода автобуса с "ребятками". Разведка из девчонок сбегала в
СМУшный буфет, сделала выбор, купила хлеба-колбаски и вернулась в
комнату-штаб в общаге. Начали накрывать праздничный стол. Пятеро
мстителей получили точное задание: бутылка дорогущего коньяка, коробка
аналогичных конфет и торт. У всего круглые цены: что-то типа 15, 10 и 5
рублей. Тут и Тетьнаде не справиться. Еще раз пересчитали деньги и
группа, взяв увесистый дипломат с орудиями мести, вышла на задание.
Дождавшись появления из-за поворота знакомого автобуса, они вошли в
буфет и для блезира стали обсуждать компоненты праздничной покупки. За
ними быстро вырос хвость работяг с "горящими трубами". Буфет наполнился
нетерпеливым гулом. Взоры ребяток просто приковывала верхняя полка
стеллажа, уставленная бутылками. Гул нарастал. Решив "пора", студенты
сделали заказ. С легким удивлением и разочарованием в голосе Тетьнадя
назвала круглую сумму. Тут и был извлечен на свет дипломат. Из него
вынули три пакета полных однокопеечных монет. На каждом красовалась
подпись "10 руб". Старший группы скромно сказал:
- Нам так стипендию выдали.
В глазах буфетчицы мелькнул злой огонек, но пригас и она сказала
ласково:
- Ничего, ничего, сЫночка.
Из-под прилавка на свет был извлечен пластмассовый тазик с выплавленной
цифрой "360" и в пару секунд все монетки оказались в нем. Еще через
десять секунд тазик был взвешен. Ласковым голосом Тетьнадя продолжила:
- А тут не хватает! Смотрите.
И она качнув таз ткнула толстым пальцем в телепающуюся стрелку весов.
СЫночки затараторили хором:
- Все точно, мы три раза пересчитывали, ровно тридцать рублей.
- Ну так потеряли где или ошиблись. Да вы не волнуйтесь. Пересчитайте
еще раз вот садитесь за столик. Только стопочками по 20 штучек
складывайте. Я потом подойду. А пока ребяток отпущу.
И Тетьнадя убрала покупки с прилавка куда-то вниз. Гул очереди стал
напоминать рев самолета перед выездом на взлетную полосу.
Старший группы еще с какой-то надеждой произнес:
- Там все точно, а что весы-то показывают?
Тетьнадя пристально вгляделась в стрелку весов и сказала:
- Да одинадцать копеечек, сЫночка, не хватает.
Взглянув на тазик монет, на предложенный столик и на клокочущую очередь,
мстители, как по команде, полезли по карманам за мелочью.
Недавно на работе начали вспоминать, кто как на картошку ездил.
На втором курсе ездили мы собирать картошку в такой маленький поселочек под названием Огнев Майдан... Еще не успев до него доехать, наши остроумцы переименовали его в "Огнев Майданек"... Отчасти, кстати, название оправдалось...
Трудоспособное население поселка составляли 20-30 лиц мужского пола от 16 до 45...
Не помню, были ли там пятидесятилетние, почему-то дальше запомнились уже деды хорошо за 60.
На это количество половозрелых мужиков приходилось штук шесть "дам" в возрасте около 40, и которые были, соответственно, нарасхват. Что приводило к тому, что означенные дамы постоянно были спаиваемы потенциальными кавалерами (т. Е. не просыхали вообще...), штук 15 спаивающих их наиболее вероятных партнеров на данную ночь постоянно крутились вокруг своих "избранниц", занимаясь непрерывным выяснением своих крайне запутанных сексуальных отношений с неизменными драками по принципу "один против всех".
Короче, дедушка Фрейд отдыхал, рулил чисто дедушка Дарвин с ежевечерним естественным отбором, во всей его его красе.
Маленькое отступление: мы потом случайно получили представление, чем занимались 15-20 человек, отторгнутых естественным отбором от плотских утех, и в силу этого перманентно страдающих сперматотоксикозом.
В поселке была ОЧЕНЬ ПРИЛИЧНАЯ сельская библиотека, укомплектованная немеряным количеством крайне дефицитной по городским меркам литературы (включая многотомники Дюма, тома Ахматовой, Моэма, и т. П.).
Несложно понять, что большинство местных в библиотеку почти не ходило, у них были свои заботы (см. выше). Но отдельные парии в эту кладезь знаний периодически все же забредали...
Мы с большим удивлением поняли, что классические произведения мировой литературы в этой деревне выполняли роль еще не известного тогда широким колхозным массам "Плейбоя".
На форзаце почти каждой книжки нетвердой рукой были выведены номера наиболее интересных с плейбойской точки зрения страниц, а соответственно, на этих страницах - жирно подчернуты наиболее "интересные" места. Уровень сперматотоксикоза, чувствуется, зашкаливал, т. К. аборигенами отмечались зачастую и совсем невинные (с нашей, городской, точки зрения) фразы:
"Она положила ногу на ногу", "она минут 15 шумно плескалась в ванне", "за стойкой бара сидела девушка в обтягивающей кофточке". В общем, тот, кого эти фразы возбуждали, мог бы, мне кажется, кончить при виде портрета знатной доярки в местной районной газете...
Короче говоря, сексуально-демографическая ситуация ясна.
И вот в эту зону непреходящего сперматоксикоза высаживается десант из 120 студенток и приданных им 20 студентов...
В поселке и в радиусе 20 км вокруг начался невиданный сексуальный ажиотаж.
Мужское внимание резко отвернулось от спившихся аборигенок. Каждый 16-летний дрочила осознал, что в ближайшие 2-3 недели у него может появиться ШАНС, которого не было в предыдущий год, и наверняка не будет еще целый год впоследствии...
Короче, парни приезжали со всей округи ГРУЗОВИКАМИ. Человек по 50-80 ежедневно. Часов до пяти вечера мы (да и жаждущие женской плоти аборигены) работали, а после ужина перед бараком, в котором мы жили, появлялась ТОЛПА мужиков всех возрастов, которые сразу начинали выяснять между собой отношения. Это начиналось часов с шести, заканчивалось примерно в 11, обычно одной-двумя черепно-мозговыми травмами.
Во время поединков, кстати, и студенты, и студентки сидели в крепко запертом бараке и могли только наблюдать за происходяшим со стороны. Так что драки выполняли функцию, так сказать, рыцарских турниров, при том, что участие "прекрасных дам" было более чем виртуальным...
После пары-тройки серьезных травм дерущиеся разбегались, а к лежащим телам осторожно выходили студенты, оказывали первую помощь пострадавшим, вызывали милицию, скорую...
Интересно, что на таком бурном фоне таки имели место и реальные "романы"
Наших дев с местными "фулюганами"... Одна студентка даже предприняла попытку суицида, когда ее местный Ваня начал вдруг оказывать знаки внимания другой...
Ээх, давно это было...
Студенческая, забавная, в которой сам лично участвовал.
Такая история случилась перед самой защитой диплома. Все муки по
написанию этого труда у студентов нашей группы были закончены. Темы
дипломов, естественно у студентов разные, но разделы, экономический,
экологический и т. д. у всех должны присутствовать. Преподаватели
проверили все свои разделы и поставили свои подписи. Все, кроме одной.
К несчастью, перед сдачей, заболел один преподаватель, который вел самый
незначительный раздел из всего диплома. И на его место, в спешке,
официально по приказу назначили другого преподавателя вообще с другого
деканата, так получилось, который в нашей технической специальности, как
говорится ни в зуб ногой.
Ему отводилась роль самая минимальная, просто поставить свою последнюю
подпись и пожелать нам удачи в защите диплома.
Но вдруг этот странный тип стал в отказняк, не поставлю я вам подписи и
все тут. Никаких претензий по сути вопроса не предъявлял.
- Не поставлю вам свою подпись и все, не положено, говорил он.
- Как это так, возмущались мы. У нас уже все проверено и перепроверено,
осталась простая формальность. Может вы денег хотите?
- Нет, не поставлю, даже за деньги, хоть вы что ни делайте.
- Но так по официальному приказу этот раздел вы теперь замещаете.
Говорили мы.
- Не знаю никакого приказа, и знать не хочу.
История с этим тянулась очень долго, ничего не помогало, разговор
напоминал серию больного из психушки, направились с челобитной к нашему
руководству.
Мы идем и жалуемся заведующему кафедрой.
- Помогите, как нам быть? Без его одной единственной подписи вся группа
не будет допущена к диплому, хотя там все в порядке. А завтра уже
защита.
Зав кафедрой мужик деловой, говорит:
- Сейчас я с ним поговорю.
Пошел, поговорил. Выходит из кабинета этого типа и объявляет:
- Все нормально, можете идти подписывать.
Заходим к нему, а тот тип снова делает тупую рожу и говорит:
- Я вас не знаю, ничего я у вас не вел и ничего не подпишу.
- А как же завкафедрой, он же разговаривал? У всех нас были недоуменные
рожи.
- Все равно не подпишу.
Мы в деканат уже к декану. Так мол и так выручай.
Тот тоже мужик свойский. Сейчас поговорю с ним.
Пошел, поговорил. Выходит из кабинета и объявляет:
- Все нормально, можете идти подписывать.
Мы радостные, ну думаем, теперь дело пошло.
Но тут история снова повторилась. Он в отказняк.
А мы уже не в шутку встревожены.
Идем снова к декану. Мол может сам декан подпишет, претензий он к нам не
имеет, дело то сделано. Но тот говорит:
- По приказу у нас тот тип проходит, я его сам ненавижу, он немного на
голову побаливает, но так уже получилось и подпись официально должна
стоять его, хоть ты тресни. Ладно, попробую еще сходить.
То есть уже сам наш декан конкретно в это дело втянулся, у группы завтра
по графику защита диплома, но из-за одной подписи левой овцы с другого
деканата дело попахивает нехилым скандальчиком, ни у кого этой сраной -
официальной подписи не будет и что, к защите никого нельзя допускать?
В общем, долго наш декан с этим отморозком там беседовал. Не знаю, ну
бывают такие 100% невменяемые типы и что он там себе в башку вбил? Мы
стоим ждем все на нервах.
Короче вышел наш декан, вытер пот со лба и говорит:
- Все ребята, вроде объяснил ему политику партии.
Мы заходим. Мол, давай уж - подписывай.
Тот так вяло.
- Магазин вы знаете где находится?
Мы сразу обрадовались, ну так с этого и надо было начинать, а не пудрить
людям мозги, у нас там все было ОК, но раз за свою вшивую закорючку он
хочет магарыч, то пусть будет магарыч.
Сбегали мы в магазин. Приходим с хорошим таким пакетом, в котором
характерный звон, ставим возле его ног. Он так глянул понимающе.
- Ладно, давайте ваши дипломы, промямлил он с неохотой.
Сделав подписи в соответствующих графах и убедившись, что всем все
проставлено как надо поступила команда:
- Давай!
Мы лихо, (заранее все бутылки водки, вина были приоткрыты), схватили
пузыри и стали поливать этого типа. Все это зелье лилось на его стол,
одежду, за шиворот, он сидел как обоссанный, но нам уже терять было
нечего.
На следующий день после защиты диплома, по человечески, от души, мы всем
своим преподавателям накрыли стол, поблагодарили их за гранит науки
который они нам вдалбливали.
Но такие типы достойны только такого с ними обращения, свою порцию он
уже получил.
Leonid
История произошла несколько лет назад в одном из лицеев нашей необъятной
Родины (чтобы никого не обидеть, рассказываю с немного измененными
именами и подробностями)
Была у нас одна училка...
Пусть будет Клавдия Ивановна. Преподавала она
такой мудреный предмет, как программирование. Веселая была училка, хотя
во время всяких зачетов и тому подобной ерунды вспоминали ее часто
нехорошими словами - любила она придираться. Теорию она знала достаточно
хорошо, но было у нее слабое место - на практике в компьютерах
разбиралась, мягко говоря, не особо.
Так вот. Картина первая. Сидят в компьютерном классе наши
олимпиадники-программисты, решают умные задачи, а Клавдия рядом
вертится, потом куда-то выходит. Наши решили приколоться - взяли ее
дискетку и скинули на нее даже не вирус - программку, которая, если
дискетку вставить в дисковод, переворачивает изображение на экране.
Вообщем, достаточно безобидный прикол.
Картина вторая. Приходит Клавдия, подходит к своему компу и первым делом
сует в дисковод ту самую дискету и, естественно, перед ее изумленными
очами возникает перевернутый экран. Народ тихо повеселился, на этом все
могло бы и закончиться. Но...
Картина третья. Несколько секунд Клавдия изумленно смотрит на экран, а
потом обращается к нашим - типа, что за фигня, почему изображение
перевернутое? И тут одного умника дернуло ляпнуть - Клавдия Ивановна, а
Вы дискетку не той стороной вставили!
Занавес.
Для многих до сих пор остается загадкой, как у нее получилось вставить
дискету "той" стороной, но дисковод наши гении потом разбирали очень
долго. Насколько я помню, так и не починили :-)
P.S. Привет Вене и Сане (ныне студентам МГУ) и Владу (МФТИ)
Катарина.
Два мира - два ШапирА
В приснопамятную студенческую бытность сподобило нас сколотить
институтскую рок-группу (не к ночи упоминать имя ее).
Качество институтской аппаратуры было в меру неважным;
посвистывающие и подхрипывающие колонки,
малохольная, выламывающаяся, что расхлябаный циркуль стойка для
микрофона,
мигающая на один глаз в нервическом тике светомузыка,
да потрескивающий потенциометрами микшерный пульт с расшатанными
разъемами.
Репетиции проходили по субботам с трех дня до поздней ночи.
Мы были предоставлены сами себе, играли что хотели и расходились
по домам усталые, счастливые, неся в оглушенном сердце ритмы и переливы
фальшевато отыгранных мелодий.
На нашу беду, в институте с, вообще-то, ярко выраженным
машиностроительным уклоном, образовалась группа не по делу инициативных,
жаждущих духовного, студентов.
Замаявшись от сильно и не очень легированных сталей, а также от
перспективы связать себя на всю жизнь с холодной обработкой металлов
резанием, их потянуло в творчество; им приспичило создать театр.
Идея эта не имела к нам прямого отношения лишь на первый взгляд.
Начинаясь с вешалки и далее в буфет, всякий театр заканчивается
подмостками.
В нашем случае именно теми подмостками, коими мы нераздельно владели до
сей поры по субботам.
Театр взгромоздился на сцене всей тяжестью картонных реквизитов,
замаячил тенями суетливых, мечущихся актеров, и уполовинил время наших
репетиций.
Театр нам не нравился:
По сцене носилась Дульсинея в глубоковатом декольте.
В его распахнутостях выдавалась огромных размеров накладная
резиново-параллоновая грудь, сильно смахивающая из-за отсутствия на ней
сосков на выросшую в неправильном месте задницу.
Нервный Дон-Кихот с деревянным копьем дружил и колобродил с прыщавым
Санчо-Пансой и неизвестного происхождения грустным рабочим в танкистком
шлеме.
Этот рабочий, по замыслу, должен был быть безнадежно влюбленным в некую
Зинку-студентку на высокой подошве и с косичками.
Странную эту компанию колоритно дополняли юноша,
превращающийся с помощью ваты в Старика-Черномора, развеселый и,
похоже, действительно пьяный десантник с патриотично-красными ушами,
моложавая плоская буфетчица, а также несколько артистов вторых ролей,
лишенных театральных костюмов и права голоса.
Театралы всегда приходили в семь, на пол-часа ранее условленного
времени.
Они выволакивали картонное барахло из нашей общей подсобки, шлялись,
задевая провода по сцене, демонстративно игнорировали наши возмущенные
возгласы, отсвечивали туловищами и мешали жить.
Начало военным действиям положил наш ударник, умело разрисовавший с
помощью шариковой ручки бутаффорскую грудь Дульсинеи волосами. Кроме
того он дополнил ее бюст зорко глазеющим в складке ягодичных грудей
анусом. Нательное сооружение Дульсинеи окончательно и бесповоротно
приобрело вид увесистой и бесстыжей жопы.
Мы слышали, как вскрикнула Дульсинея, увидев поруганную грудь в первый
раз, как загудели возмущенно театральные гласы, как заливисто хохотнул и
тут же заткнулся под неободрительными шиками поддатый красноухий
десантник.
Началась война:
Проколотый басовый динамик, надрезанная мембрана на бас-бочке ударной
установки, вконец раскуроченная, лишенная некоторых винтов микрофонная
стойка, безнадежно заваливающаяся теперь
при попытке ее установки...
Зияющий, неправдободобно широкий анус на груди, точнее теперь уже на
заднице у Дульсинеи, неприличное слово, написанное на бутаффорской
кирпичной стене (закрашенное артистами при помощи
акварельных красок), прибитые к полу гвоздями сапоги-скороходы
Дон-Кихота...
Что и говорить: Мы искренне ненавидели театр, а театр искренне ненавидел
нас, вкупе со всей прочей рок-музыкой.
Но репетиции продолжались..
Когда у нас не клеилось с новой вещью, мы отвлекались и пародировали
наспех какую-нибудь из общеизвестных песен.
В день генеральной репитиции, прогнав репертуар несколько раз, мы, решив
под конец расслабиться, исполнили песенку из Бременских Музыкантов.
Песенка предварилась коротким вступительным словом в честь нашего
идеологического руководителя и цензора; худой, как смерть от впитаных по
самые кости продуктов идеологического распада, женщине.
Бывшие тут же театралы, изменив привычке, собрались у сцены и внимали
взглядами верных фанатов.
Это было странно, но мы приободрились.
Нас попросили исполнить на бис. Мы исполнили. Зашлепали жидкие
апплодисменты.
Нас попросили повторить вступительное слово и спеть еще раз.
Вдохновленные успехом, мы опять согласились.
План следующего вечера был расписан и утвержден загодя:
Театральная премьера, наше выступление и, в заключение, дискотека,
проводимая одним из театралов.
Ухищрения Дульсинеи по перекройке и технике ношения платья не смогли все
же скрыть от публики ни сверлящего, пронизительного анусова взгляда, ни
потертого и оттого еще более натурально
выглядещего волосяного покрова на груди.
Всякое ее нервозное движение способствовало раскрытию новых перспектив.
В зале с самого начала воцарилась нездоровая атмосфера; в первом же
действии раздался неестестванный, истерический смешок задающего тон
неизвестного заводилы, вызвавший тут же всплеск смехов, посмешек и
хихиканий.
Дульсинея побледнела, растерялась, оробела и стрельнув двусмысленным
взглядом из грудей, оправила платье.
Мы сидели в первом ряду и мстительно ухмылялись.
У конкурентов все шло наперекосяк.
Потеющий от конфуза Дон-Кихот в какой-то момент зацепился копьем за
платье Дульсинеи и оттянул его настолько, что целиком выставил накладные
прелести на всеобщее обозрение.
Зал зааплодировал, взвыл и заулюлюкал. Кто-то корчился, кто-то тихо
подвывал, поколачивая себя кулаком по коленям, кто-то тихо трясся в
беззвучном смехе.
С этого момента артисты, как бы решив разделится на партии стыдливых
здоровяков и полумертвой нежити, окрасились лицами в багрово-красный и
бледно-зеленый.
Я поймал на себе лучистый взгляд нашего ударника и мы кивнули друг
другу; нас переполняло чувство гордости; спектакль словно бы стал нашим
творением.
В разгар нескладного действа, вконец потерявшийся, багровый Дон Кихот
неподвижно и молча встал, опустив копье, перед Дульсинеей.
Забыв роль, он упирался мутным взором в грудь возлюбленной; он словно
решал - овладевать ею сейчас, или все же вообще оставить это дело,
принимая во внимание наличие у возлюбленной столь серъезного физического
уродства.
Дульсинея не двигалась, прикрывалась рукой и запахивала вырез платья.
Она не сводила полного отчаяния взгляда с умолкнувшего партнера.
Губы ее шевелились, подсказывали ему нужные слова. Но он не смотрел на
губы.
Зал замер. Театральная труппа медленно, как стадо баранов сбилась к
рыцарю печального образа.
- Дульсинея! - Пустив на первом слоге петуха, гаркнул вдруг Дон-Кихот.
Зал отозвался сдавленным смехом.
- Толик, все хорошо! - Пискнула Дульсинея и зажала ладонью рот.
- Как твои дела? - Дон Кихот, загипнотизированно таращился на
дульсинееву грудь. Он покачивался, словно в трансе.
- Кончай! - Встрял десантник. - Заканчивай! Там не так!
- Уйдите от меня! - Дульсинея брызнула слезами и бросилась бегом со
сцены.
Группа артистов, сбившись в кучу, потолпилась на сцене в молчании, пока
грустный рабочий в танкистком шлеме, решив осмелеть, не объявил:
- Пока все.. - И тут же поправившись, спешно добавил, - Мы не успели
дальше..
Зал взорвался апплодисментами и хохотом.. премьера с грохотом
состоялась, пусть только и в масштабах студенческой столовой.
Мы были счастливы; нам казалось, что после случившегося театру не бывать
и мы снова станем безраздельными хозяевами сцены.
Настала наша очередь. Отгрохотав репертуар, мы замерли в свете одинокого
красного прожектора почившей от руки театралов светомузыки.
Затихали последние ноты, зашипели на холостом ходу колонки, мы
чувствовали себя победителями.
Попрощавшись, мы сходили со сцены.
- А сейчас предлагаем Вашему вниманию песню, посвященную нашей любимой,
всеми нами недо.. недолюбимой.. Пацаны, ее любил кто-нибудь, вообще?
Нет? Я тоже нет. А может надо было? Точно, давай ее вы.. полюбим. Юра,
ты будешь? Или давай ты спереди, я сзади.. Короче эта песня
посвящается...
Это было посвящение музыкальной руководительнице, той, от которой
зависело наше все, идиотская пародия на песню из Бременских музыкантов,
исполненная на генеральной репетиции. Голос Лени, нашего вокала,
разливался из колонок. А потом грянула песня:
Ты неправильно ширяешься, дурочка
Посмотри, как исхудала фигурочка
Хочешь я с тобой вдвоем заторчу?
Ни-че-го я не хо-чу.
Нам не сразу удалось собраться с мыслями. То, что нас записали было
ясно. Зал нехорошо затих;
в нем находилось и несколько преподавателей, не было по счастью той,
которой было адресовано
посвящение. Я был словно оглушен и никак не мог взять в толк, где
спрятан магнитофон.
Состояние у тебя истерическое
Скушай, детка, колесо наркотическое
Выбирай любое - все оплачу
Ни-че-го я не хо-чу
Магнотофон находился в подсобке. Дверь в нее закрыта изнутри. Из под
двери тянулся провод к
пульту. Я бросился на пустующую сцену.
Третий куплет был много хуже.
...
...
Хочешь я тебе рукой подро
Я выдернул шнур. Наступила тишина. А потом зал вновь взорвался свистом,
ревом и улюлюканием..
Позже, все присутствующие, за исключением преподавателей,
как один называли этот вечер лучшим за все годы....
В этой войне победил театр. И остался. А проиграли мы. И ушли.
Но ведь говорят "что ни делается - все к лучшему".
На новой точке нас уже не тревожили ни жутковатые бюсты Дульсинеи, ни
блудливые,
выдирающие провода, артистические ноги, ни прочая торопливая суета
нарождающихся дарований.
И правильно; каждому есть место под солнцем.
Всем под одним солнцем. Но не всем на одном месте..
Во всяком случае, если этим местом является сцена. Да и не только сцена.
Михаил Левин
Особенности студентов-медиков
Все-таки врачи — особенные люди.
Говорят, их всегда можно отличить по
взгляду и особенному выражению лица. Студенты-медики также во многом
отличаются от остальных. Сразу предупреждаем, что речь здесь пойдет не о
тех, кто с трудом представляет, какого цвета учебник, и совсем не о
"ботанах", которые в любом универе одинаковы. А о тех, кто будет лечить
нас через несколько лет, а пока во всю окунулся в бурный поток
студенческой жизни.
1. Во-первых, все студенты медицинских вузов в обязательном порядке
носят БЕЛЫЕ ХАЛАТЫ. На первом курсе они просто обожают выходить в
перерывах на улицу и шокировать прохожих. В продуктовом магазине
некоторые пытаются напугать продавца, представившись инспектором СЭС.
Правда, никто не воспринимает всерьез "инспектора" восемнадцати-двадцати
лет. Обычно, уже на втором курсе белый халат надоедает студентам так,
что на улице они в нем появляются только в случае крайней необходимости.
Еще известны случаи, когда люди ехали в метро домой, забыв снять бахилы
после занятий в больнице.
2. Другая страсть, которая проходит с годами - шокировать людей в
транспорте, открыв УЧЕБНИК АНАТОМИИ. К сожалению, на кости все реагируют
слабовато. Учебник по патану лучше не открывать: картинки там совсем не
страшные, а вот название "патологическая анатомия" впечатляет. Все,
наверное, думают: "Неужели эта хрупкая девушка и вправду патологоанатом?"
А потом уже все равно, кто и зачем заглядывает тебе в книжку, успеть
бы хоть что-то выучить по дороге.
3. Кстати, тома учебников занимают очень много места. И таскать их
приходится в огромных сумках. Вместе с фонендоскопом, халатом и кучей
других вещей. У студентов-медиков обычно СИЛЬНЫЕ РУКИ (кто носил с собой
атлас по анатомии - тот знает).
4. Для студентов медиков характерно БЕССТРАШИЕ и СМЕЛОСТЬ. Если вы пошли
с девушкой в кино на фильм ужасов и она за полтора часа ни разу не
испугалась, значит это будущий доктор. За годы обучения все настолько
привыкают к такого рода вещам, что совсем перестают бояться чего-либо.
Да еще и отпускают комментарии типа: "Нет, там, где этот вампир укусил,
вообще сонной артерии нет!"
Кстати о вампирах, если в толпе вы увидели чьи-то КРАСНЫЕ ГЛАЗА, не
спешите креститься и есть чеснок. Это студент-медик просто учил всю
ночь, потому что сегодня колок, а отработки длятся по четыре часа.
5. Когда бессонные ночи надоедают, включаются внутренние резервы
организма. В первую очередь. "В процессе обучения образуется множество
коллатералей между нейронами головного мозга". Кто-то качает мышцы, а
студенты-медики качают мозги, сами того не зная. Запомнить и обобщить
огромные объемы информации им помогают ФЕНОМЕНАЛЬНАЯ ПАМЯТЬ и ЛОГИЧЕСКОЕ
МЫШЛЕНИЕ.
6. У студентов-медиков очень развито ЧУВСТВО ЮМОРА. Профессия обязывает.
Таких баек и анекдотов, как в их компании, вы не услышите нигде. Многие
- прирожденные рассказчики. Леденящие душу истории, которые передаются
студентами из поколения в поколение, четырехэтажные диагнозы, причуды
преподавателей и больных - мир медицины явно не так прост.
P.S. А вообще, иногда распознать своего очень просто. Пример из жизни.
В вагон метро входит девушка, глядя на которую я понимаю, что она 100%
учится в меде. Приглядевшись, вижу, что в руках у нее пакет с надписью
"Финансовая академия". Расстраиваюсь. А она садится и достает оттуда
учебник по — ХИРУРГИЧЕСКИМ БОЛЕЗНЯМ!
(с)перто
Помолвка
Даже самые стойкие крепости поддаются натиску врага...
Даже камень вода
точит... Даже одуванчик способен пробиться через толщу асфальта, выставив
наружу в припадке эксгибиционизма свою задорную желтую головку... А что уж
тогда говорить о людях?
Как-то вечером, сидя возле телевизора и поглощая пиво, Степан и Кривой с
тоской смотрели на Геру, метающегося по комнате и с грохотом
переворачивающего стулья, грязные носки и прочую мебель. Шепотом
матерясь, он искал второй кроссовок, который куда то загадочно
спрятался. Когда наконец-то злосчастная обувка нашлась, дикоглазый Гера
вылетел из комнаты, долбанувшись по дороге грудиной о косяк.
Степан с Кривым переглянулись. Подобная катавасия продолжалась
ежевечерне уже в течение двух недель. Не то чтобы это сильно напрягало,
однако вносило смуту в привычный жизненный расклад. Степан сделал
большой глоток пива, икнул, посмотрел на Кривого и глубокомысленно
произнес:
- Наш малыш влюбился...
И это было абсолютной правдой, как ни странно. Нет! Гера уже не был тем
целкообразным подростком, как год назад. Его боевые товарищи довольно
быстро обучили его тому, как окучивать несметные поля студенток
педагогического факультета. И все, казалось бы, шло прекрасно. Но Гера,
болезненно перечитавшийся в детстве всяких "Алых Парусов", в каждой
двуногой в своей постели автоматически пытался найти Ассоль. Но вместо
нее пока попадались какие то Глаши Сусликовы.
Историческое событие произошло на одной из дискотек, традиционно
проходивших в бывшей телевизионке на 12-ом этаже. Укуренный Гера сидел в
уголочке и напевал сам себе под нос Б. Г. , абсолютно не слыша
грохочущего в колонках R.E.M.. Неожиданно периферийным зрением он
заметил какое-то движение слева от себя. Фокусировка глаз заняла не
более двух минут. Рядом с ним на подоконник примостилось какое то
существо женского пола. Девчонка внимательно глянула на Геру, попросила
зажигалку, а затем, прикурив, начала ему подпевать. Именно этот момент и
стал для Геры Ватерлоо...
Вот уже две недели Гера бегал за Инной (так звали эту девушку с
испанского факультета), дарил ей скудные стипендионные букеты, таскал
слушать плеер с кассетами русского рока и Джима Морриссона и давал
читать Кастанеду. Инна благосклонно внимала, но доступ к телу получен
еще не был. При таких раскладах и Степан, и Кривой послали бы
вертихвостку по известному адресу уже на второй день знакомства, но Гера
был не таков. Он охмурял Инну высоким штилем.
И ничего особенного то в ней не было. Обычная бобруйская бабища со
средней паршивости фигурой и мордахой на "четверочку". Степан быстро
просек ее натуру хищницы и пытался было вразумить Геру, но тот только
глуповато улыбался и мотал волосатой головой.
В этот вечер Гера таки не пришел ночевать в родной блок. А утром Степан
и Кривой были разбужены грохотом двери, которую кто-то нещадно пнул
ногой. После того в предбаннике, в котором не было света, кто-то
приложился некой частью тела о тумбочку и заматерился громким шепотом.
Гера пришел. Поняв это, Кривой со Степаном собрались опять захрапеть, но
ничего у них не получилось.
Гера незамедлительно внес свое туловище в комнату и уселся в кресло с
тяжелым вздохом. Степан приоткрыл один глаз, глянул на Ромео и тут же
проснулся. Такое несчастное лицо он видел последний раз у своего кота
после кастрации.
- Гера, ты чего? Что случилось-то? Опять не дала???
Кривой, услышав эти слова, тоже повернулся опухшей репой к Гере и
попытался сфокусировать на нем взгляд. Гера же еще раз горестно вздохнул
и начал рассказывать.
- Да уж лучше бы не дала... А так просто жoпa... Короче все было нормально
ровно до начала cekca. Я то думал, что в постели она cekc бомба типа, а
на деле она – максимум хлопушка новогодняя... Но это все хepня. Вы
представьте, просыпаюсь я утром, а она мне заявляет, что надо срочно
ехать к ее родителям знакомиться. Типа там благословение получить,
то-се... В этом углу, говорит, поставим шкаф, а в том – детскую кроватку...
И что-то мне так страшно стало... Я смотрю на нее, а в голове – ужас!!!!
Дикий ужас!!! Бля.... Что делать, пацаны?
Последнюю фразу он произнес с такой непередаваемой грустью в голосе, что
собравшийся уже было заржать Кривой, подавил в себе этот порыв и только
сочувственно пернул.
Потом спать уже никто и не пытался. Камрады сидели и обсуждали
дальнейшие действия Геры. Кривой, с присущей ему простотой и
непосредственностью, предложил зарядить Инне в ухо и послать к бениной
маме. Степан, как менее кровожадный индивид, мысль рукоприложить девушку
решительно отверг, но вариант посылания оставил в силе, как самый
надежный. Гера вздыхал и мотал лохматой головой. Для него это все было
пошло, подло и низко. Уже был выкурен первый утренний косяк и даже
выпита первая утренняя бутылка (на занятия в такой тревожный день было
решено положить пeниc), но решение, устраивающее всех, так и не
находилось.
Но таки алкоголь вкупе с каннабисом стимулирует умственную деятельность
и положительно влияет на фантазийный ход мыслей! Не прошло и трех часов,
как Степан выдал на-гора беспроигрышный вариант разрешения проблемы.
- Бля! Я знаю, что надо делать!!!!
Гера (с надеждой) и Кривой (с удивлением) уставились на энергично
вскочившего с кресла Степана.
- Короче, дело в следующем! Раз этот додик (кивок в сторону Геры) не
хочет наносить этой бл..., гм, дуре... психологическую травму, значит она
сама должна стать причиной разрыва! – Степан радостно маханул очередной
"полтинник" и уставился на камрадов, явно ожидая цветов, оваций и
бросания чепчиков в воздух. Не дождался. Гера сидел, подобно
окуклившейся гусенице, стеклянными глазами взирая в будущее сквозь
Кривого. Кривой, в свою очередь, сильно наморщил репу, пытаясь понять
Степановы слова.
- Степан, ты это... Ты это щас с кем говорил?
Степан, расстроенный несостоявшимся эффектом, обиженно захрустел соленым
огурцом. В лице его читалась невыносимая боль от факта того, что он
живет среди дегенератов.
- Объясняю, бля... Надо чтобы она ему изменила... Тогда Гера с чистой
совестью сможет послать ее вместе с ее родителями, колясками и комодами.
Ясно вам, идиоты?
- А как это сделать? – в глаза Геры вернулась осмысленность (частично) и
надежда.
- Ну... как... Для этого у нас есть специально обученные люди, - Степан
поковырялся в носу и показал козявкой на Кривого. – Он же при желании
любую бабищу оприходует, известный блядун... А тебе, Гера, того и надо.
Кривой встрепенулся. Идея ему явно начинала нравиться, ибо свежее мясо в
его сексуальном рационе в последнее время появлялось нечасто. В целом
все были согласны. Еще примерно час, одна бутылка и два косяка ушли на
кристаллизацию плана (в хорошем смысле). После этого все дружно
завалились покемарить минут 120, чтобы к вечеру собраться с силами и,
собственно, приступить.
Вечер обещал быть насыщенным и веселым. Уже была произведена затарка
всеми необходимыми боеприпасами в ближайшем гастрономе. Был подметен в
блоке пол и сполоснуты тарелки. Кривой побрил подмышки, оросив их
Гериным дезодорантом, и состриг с ног когти. Степан приготовил убойную
кассету с медляками и занимался приготовлением пайки. Гера отвалил в
логово ничего не подозревающей бобруйчанки, которая и в страшном сне не
смогла бы предположить, какие тяжелые черные тучи сгустились над ее
маломыслящей головкой.
Идея встречи и пьянки была проста до безобразия (а разве в общаге бывает
иначе?), но, тем не менее, не лишена изящества. Гера вдул в уши своей
красавице, что он затевает что-то типа отмечания помолвки в кругу
друзей. Инна, услышав это, потекла от невыразимого ощущения счастья. Она
чувствовала, что сегодняшний вечер будет самым важным в ее жизни после
того памятного летнего дня, когда она, вчерашняя восьмиклассница,
лишилась девственности с хмельным комбайнером на деревенской дискотеке.
Все начиналось, как и было задумано. Ели тушеную картошку с мясом, пили
водку, закусывая ее солеными огурцами, которые Кривой приволок после
очередной поездки на родину. Инне галантно подливалось крепленое вино,
предварительно сильно охлажденное, что мешало понять его истинную мощь.
Радикальный Степан предложил ранее надыбать где-нибудь клофелина. Однако
филантропичный Кривой убедил его, что и подливания водки в портвейн
будет вполне достаточно. Так оно и вышло. Не прошло и двух часов, а
счастливая Инна была уже кривая, как турецкий ятаган. Она, было,
пыталась уйти домой поспать, но Гера изобразил на своем лице ужасную
обиду, сказав, что своим уходом она просто плюнет в его израненную
нежную душу. Инна осталась. На свою беду.
Следующим этапом спланированной операции стал временный Герин уход. Он
типа должен был срочно сбегать на почту позвонить маме и оповестить о
грядущей свадьбе. Инна, Кривой и Степан остались его дожидаться.
Естественно ни на какую почту Гера не пошел, а просто спустился на пару
этажей ниже в комнату Медузея, где они тут же начали разговляться пивком
и слушать The Cure.
В родном блоке на 12-ом этаже происходило следующее. Степан быстренько
убрал верхний свет, зажег свечи и врубил Chris Isaak’а, как наиболее
подходящий музыкальный продукт. Кривой немедленно пригласил Инну на
танец. Топтание двух пьяных туловищ происходило поблизости от кровати,
куда можно было быстро упасть. Степан "вспомнил" о каком то неотложном
деле и также свалил из комнаты. Поле боя было предоставлено Кривому в
безраздельное пользование.
В течение следующих 15ти минут Кривой использовал весь арсенал
"танцевального соблазнения". Он нервно и тяжело дышал Инне в ухо,
прижимался своей могучей грудью к ее сиськам, "случайно" касался губами
шеи и, естественно, терся ширинкой о бедра. Помогло. Еще через танец
ничего не соображающая Инна уже игриво хватала Кривого за междуножье и
тыкалась своим языком где-то у него в гландах. Спустя еще несколько
минут, она в абсолютно голом виде лежала на кровати с зажмуренными
глазами и заплетающимся языком бормотала что-то на тему того, что, как
честная девушка и практически замужняя жена, она не должна себе ничего
такого позволять. Впрочем, ей это не мешало стаскивать с Кривого трусы.
Первая попытка орального cekca закончилась плачевно – Кривому облевали
мошонку. Пришлось принимать холодный душ в районе гениталий. Когда
Кривой вернулся в комнату, с кровати раздавался богатырский храп с
повизгиваниями и похрюкиваниями. Усилению либидо это абсолютно не
способствовало. Кривой уныло побродил вокруг кровати, с тоской глядя на
спящее тело. В этот момент дверь блока тихонько скрипнула и в дверном
проеме показалась глумливая и любопытная репа Степана.
- Ну что там??? – Степан живо интересовался воплощением плана Барбаросса
в жизнь.
- Да ничего, бля! Вон, смотри, заснула cуka...
Степан вошел и с интересом уставился на Инну. Внешний осмотр сильных
впечатлений, похоже, не прибавил. Степан скривился.
- И что Гера в ней нашел? Талии нету, на жопе прыщи и ноги волосатые...
- Ну так и Гера не Мел Гибсон, - защитил девушку Кривой.
- Ладно! Шутки в сторону! Ты ее хоть трахнул? – Степан захрумкал взятым
со стола огурцом.
- Не-а, - горько отозвался Кривой. – Не успел, заснула.
- М-да... Ну а что стоим тогда? Действуй!
- Как это? – искренне удивился мачо. – Она же спит!!!
- Ну и что, - философски пожал плечами Степан. – Зато лежит удобно...
Кривой ошалело смотрел на Степана, пытаясь найти в его лице какой-нибудь
намек на шутку. Намек не находился. Степан сосредоточенно жевал огурец,
разглядывая грудь девушки. Было похоже, что хотя бы одна часть тела не
вызывала у него нареканий. Затем он подошел к кровати поближе и пятерней
ухватил Инну за сиську.
- Гм... Настоящая вроде... Ну так что, Кривой? Будем Гере помогать или
глазки строить?
- Степан, а может это... Может ты сам ее... того? – с надеждой посмотрел на
друга Кривой. Тот брезгливо поморщился.
- Не... Она не в моем вкусе...
Кривой еще раз уныло обошел вокруг кровати и тяжело вздохнул.
- Да ну ее в жопу! Не хочу!!!
- Ну... в жопу как раз необязательно, - глубокомысленно изрек Степан. – Но
в целом, ход твоих мыслей мне понятен и вызывает уважение...- Но делать то
что-то надо. Гера на тебя надеется.
- А давай ей просто скажем, что я ее трахнул! – озарило Кривого.
Степан задумчиво покачал головой.
- Не поверит, следов нет.
- Каких следов? – изумился Кривой.
- Ни типа трахались вы... Ты же как бы кончил? А cпepma где? Подмываться
пойдет и поймет, что разводилово.
Да блин, засада... - Кривой погрустнел. – А что делать?
- Что, что... Надо как-то создавать улики...
- А как???
- Ну... Придумал!!! Надо ей во влагалище чего-нибудь залить! Чтобы на
сперму похоже было!!!
Кривой впал в глубокий ступор. Он всегда знал, что Степанова фантазия и
изворотливость не знает границ, но ТАКОГО он не ожидал. Однако, время
шло, надо было действовать. Степан куда то свалил, но через пару минут
появился в блоке, держа в руках клизму. Метод введения субстанции стал
вырисовываться. Осталось определиться с веществом. Поиски в холодильнике
особых результатов не дали. У сметаны была хорошая консистенция, но
неправильный цвет. Варенье, майонез и мед тоже с негодованием отмели.
Степан предложил воспользоваться силикатным клеем, но Кривому эта идея
почему то не понравилась. Поиски продолжили в ванной. На глаза попался
шампунь. И цвет и консистенция подходили на 100%, однако настораживал
запах яблок и возможное появление мыльных пузырей из причинного места.
Камрады уже совсем было, отчаялись, но тут Кривой нашел изящное и
правильное с медицинской токи зрения решение.
Когда через 15 минут в блок осторожно вошел накидавшийся пивом Гера, то
его челюсть упала на пол и начала нервно постукивать по ножке стола.
Картина поражала своей живописностью. Голая Инна лежала на кровати на
боку. Кривой стоял рядом, подняв и удерживая на весу ее правую ногу,
таким образом, открыв Степану свободный доступ к девичьим гениталиям.
Степан с весьма сосредоточенным лицом сидел рядом с кроватью на полу и
дрожащими руками вставлял пластиковый конец клизмы в интимную точку
туловища. Ошалевший Гера наблюдал. Наконец у Степана все получилось, и
он резко сжал рукой резиновую грушу. Дальнейшее происходило в ускоренном
режиме.
У Инны резко открылись глаза и уверенно полезли из орбит. Изо рта
раздался дикий рев самки белого медведя, у которой отняли сразу всех
детенышей. Вырвав ногу из цепких лап Кривого, она тут же засандалила
пяткой точно в лоб сидящему на корточках Степану. После этого, не
прекращая издавать сигналы воздушной тревоги, она вскочила с кровати,
мутным взором обвела комнату, схватила в охапку свои шмотки и через
мгновение исчезла в коридоре шустрой походкой кавалериста с широко
расставленными ногами.
Степан встал, потирая лоб, копчик и спину, тихонько ругаясь матом.
Кривой глупо улыбался. Гера наконец поднял свою челюсть и, слегка
заикаясь, произнес:
- А что вввы ей туда за...за... пихнули???
Степан индифферентно пожал плечами.
- Да ничего особенного. Сметану с минералкой смешали, - и он кивнул
головой в сторону стола.
Гера медленно подошел к столу, взял стоящую на нем бутылку, с интересом
посмотрел на нее и зачем-то понюхал. После этого он поставил ее на
место, с грустным вздохом опустился в кресло, обвел несчастными глазами
товарищей и произнес:
- Идиоты... Это уксусная эссенция...
Как бы то ни было, но о свадьбе Инна в будущем не заикалась и, встретив
случайно кого-либо из троих друзей в институте, она, болезненно
вздрагивая всем телом, пыталась моментально спрятаться в любом
подходящем месте.
Жарко.
Жарко... Ох, как жарко в конце июня в насквозь продуваемом восточными
ветрами волжском городе. Эти ветра начинают свой разбег в прокаленной
казахской степи и приходят в город сухими и горячими.
Жарко... Город этот узкой лентой протянулся почти на сотню километров
вдоль Волги, а трубы заводов добавляют ароматам летнего зноя ароматы
производственного происхождения – в каждом районе свои: тут тебе тяжелый
запах чугунки на тракторном, и "лисий хвост" сталелитейного, и
неповторимые ароматы химических предприятий. Впрочем, не об экологии
речь.
Студенческая общага. Конец июня. Сессия уже закончилась и большая часть
студентов уже разъехались, а абитуриенты еще не приехали, поэтому в
опустевшем общежитии непривычно тихо и пусто. На нашем этаже жизнь
теплится всего в двух комнатах: в моей – ваш покорный слуга, и через
пару комнат от меня напротив по коридору Вовка Перестукин, но все знали
его в основном по прозвищу Джон – метр девяносто росту, красавцем не
назовешь, но была в нем, как теперь сказали бы харизма – обаятельный
ебарь-террорист, он начинал учиться еще на два декана раньше меня, и
сейчас после академов был на курс моложе. Я задержался в городе, так как
попал на практику на краснознаменный, известный всем своими тракторами и
танками гигант, а Джон, кажется, пытался "рубить хвосты".
И так. Жаркий летний день перешел в не менее душную летнюю ночь, без
малейшего дуновения. Заснуть в такой жаре невозможно, а завтра в
утреннюю смену, поэтому спать надо. Открыл дверь в коридор, чтобы
устроить хотя бы подобие сквознячка, бросил матрас на пол, т. к. на
кровати казалось слишком жарко, намочил простыню, укрылся ей, почти не
выжимая и наконец ощутил блаженное состояние проваливания в сон. Но не
тут-то было: на лестнице раздался топот множества ног, дверь в секцию с
грохотом открылась, в холле послышались взвизгивания и пересмешки.
Остановились у моей двери:
- Вить? Это ты там? – спросил Джон
- Ну? – я встал и вышел, как был, в трусах к двери.
Джон, Андрюшка-артист (и вправду артист местного дрянь-театра, но
постоянно ошивающийся в нашей общаге) и стайка девиц в белых выпускных
платьицах в количестве семи (!) штук.
- Ты че, один? Пошли с нами.
- Не, Джон, мне в утреннюю на тракторный.
- А... Ну спи... Только, дай магнитофон, он же тебе сегодня не нужен.
- Да, забирай.
Толпа протопала к комнате Джона, прихватив магнитофон.
Блин! Разбудили – гады. Попытка заснуть номер два. Где-то через полчаса,
в коридоре снова раздались шаги и голос Джона с порога:
- Вить, ты спишь?
- Уснешь тут с вами? Чего тебе?
- Слышь, Вить, у тебя пожрать есть?
- Только хлеб и икра кабачковая. На столе. Забирай.
Ушел. Я провалился в сон почти мгновенно, но не надолго. Опять Джон:
- Вить, а у тебя водки нет?
- Ну не хера запросы у тебя, Джон. Ну откуда у меня водка? Таксисты в
городе на что?
- У таксистов водка – чирик, а тебе я бы завтра бутылку отдал.
- Гони к таксистам – нет у меня водки.
Молчание. Сопение.
- А одеколон..?
- Ты че, свой гарем одеколоном поить будешь? Ну вот, забирай, - достаю
ему три пузырька. После короткого осмотра найденных спиртопродуктов –
двух "Тройных" и одного "Русского леса" в разной степени наполненности
решено было считать эти три за два полных, которые Джон и пообещал
отдать завтра.
Ушел. Матрас манил, сон казался недостижимой мечтой. Все-все. Сплю... Не
тут-то было! В следующий раз меня разбудили громкий мат под окном,
журчание струи и флегматичный голос Джона произнес:
- Блин! Я что из своего окна и пописать не могу?
Подумалось, действительно, а почему-бы и нет?
- Гад! Убью! Зарежу! – неслось снизу. Орали они громко. Ну, какой тут
сон!
Консенсус вскоре был достигнут, Джон пообещал спуститься и совместно
разобрать претензии. Действительно, вскоре под окном зазвучали аргументы
Джона – он настучал по башке обоим претензерам, которые вскоре
ретировались, пообещав прийти завтра с земляками.
Так. Опять тихо. Все-все. Засыпаю...
И вдруг! Тишину ночи прорезал девичий визг, доносящийся из комнаты
Джона. Я аж подпрыгнул на матрасе, решил, что там пришли мстители и
теперь девиц без Джона убивают или, по меньшей мере, насилуют. Метнулся
к двери, щелкнул выключателем в своей комнате и первое что увидел: в
полутемном, освещаемом только светом из двух комнат коридоре стояли
мужики в фуражках, как оказалось милицейских, по Джоновой комнате с
воплями на ультразвуке носились семь голых девиц, пытаясь из кучек
одинаково белых платьев, лифчиков и трусиков найти свои.
- Ты кто такой? Что тут делаешь? – рявкнул на меня лейтенант.
- Студент. Живу я здесь.
- Ну, вот и живи дальше, студент.
Сна как не бывало. Через полчаса в дверь постучали и, не дожидаясь
ответа, в нее ввалился Джон, слегка помятый и разгоряченный.
- Вить, что тут было? Куда все делись?
- В милицию...
- Не понял... , почему в милицию?
- По качану.. Сам иди выясняй, комната-то твоя.
- Вот, блин! Наверное, вахтерша настучала, карга старая, не спится ей.
- Да, Джон, зрелище было, я тебе скажу, знатное. Видел я, конечно,
немного – менты не дали, но и того, что видел, мне хватило. Вы че, в
"ромашку" играли?
- Ну, старик, ладно тебе... , - неожиданно засмущался Джон. - Слышь,
Вить, дай три рубля...
- Три рубля-то тебе зачем? В три-то часа ночи...
- Дык, понимаешь, их, наверное, в "желтый дом" повезли, надо ехать,
выручать. Жалко девчонок, молодые ишшо, того и гляди групповуху
пришьют...
- Стоп, Джон. Кому групповуху пришьют? Им семерым или вам с Андрюхой
двоим? Хорошая такая групповуха...
- Нам, наверное – почесал в затылке Джон.
- Ладно. Вот тебе трешка. Иди, спасай свой гарем, герой-любовник. Я,
может, усну, наконец.
Джон взял деньги и уехал. Как ни странно мне удалось заснуть и даже
выспаться, видимо в молодости организм быстрее релаксируется.
Следующий день был не менее жарким и вечер не менее душным, чем
предыдущий. Джон прибился ближе к ночи, сияющий как новый пятак и с
новой девицей в купальнике.
- Представляешь, мы так и шли от набережной, - тарахтел Джон, отдавая
мне три рубля и два пузырька одеколона.
Подумав, пузырьки он забрал назад, кивнув на девицу.
- Может, пойдешь с нами, - без особого энтузиазизма предложил Джон, – С
тебя выпивка, с меня порево.
- Нет, Джон. Мне завтра на работу.
- А. Ну, как хочешь, - буркнул Джон, выставив пузырьки назад на стол и
подтолкнув девицу к своей комнате.
- Слышь, Джон, а с вчерашними-то девицами что?
- С какими такими девицами? – напрягся Джон.
- Со вчерашними.
- Со вчерашними? – на лице Джона отразилась работа мысли. - Да все
путем. Отпустили их еще до рассвета. Оказывается им с классом рассвет
встречать надо.
- А в милиции что?
- Ну, менты потребовали написать объяснительную.
- Ну, и...?
- Написали.
- Че написали-то?
- "В половые сношения не вступали, а голые были, потому что жарко". Вот!
Жарко...
Действительно, жарко.
Сперто с
Это самые необычные и самые типичные сны' которые за последние десять
лет прислали мне в редакцию для моей коллекции самые разные люди.
*... снится мне, что моя собака Альма принесла мне двух щенков. Подходит
ко мне' ластится, а потом вдруг говорит человеческим голосом: "Это твои,
помнишь..." Я проснулся в холодном поту' а потом у меня целую неделю
было желание избавиться от этой псины' как будто, в самом деле было
(мужчина' 38 лет).
*... мне приснилось, что я' извините, писаю в лифте. На пол и на стену,
куда же еще. И эта моя мало драгоценная жидкость вдруг превращается в
золотые самородки разной величины. Я на колени - собираю по крохам.
Прибежал домой' напился чаю и в туалет, а там золото не получается.
Стараюсь, стараюсь, но не получается. Я снова в лифт - золото собирать.
Очень сон заразительный был, но закончился плохо. Проснулся немного
влажным (инженер' 36 лет).
*... всю ночь я отбивалась от аиста, который хотел заразить меня
ребенком, а я очень не хотела его брать, потому как я еще учусь
(школьница' 13 лет).
*... у меня сон был с явью. Наполовину, правда. Мой двухлетний сын в
садике что-то съел или у меня чего, в общем, его пропоносило. Всю
субботу сидел у меня на горшке. Громко сидел. Все уже прошло, а в ночь
на понедельник мне снится сон, что у него снова понос, и я его посадила
на горшок. Только отвернулась, как моя свекровь (во сне) на меня орет:
"Ты что ребенка к горшку не привязываешь! Ищи его теперь..." Я
обернулась и обмерла: горшок разорвало, вокруг на полу море поноса и
сына нет - улетел. Я в слезы и руками лажу по каке - ищу ребенка. Слышу
его плач... и мгновенно просыпаюсь. Мой сынишка чего-то испугался во
сне, проснулся и закричал. Говорят, что мать даже во сне чувствует
ребенка (женщина, 24 года).
*... приснилось, что я с подругой иду по лесу и собираю малину. Вдруг
подруга резко останавливает меня, предлагает не шуметь и показывает
рукой на полянку. "Видишь'- говорит' - спонсоры летают. Не вспугни". Я
внимательно присмотрелась: действительно' над цветами и травами летают
мужики лет по 20-25 и улыбаются нам. Одного видела и постарше - лет 30.
Моя подруга стала показывать мне' как нужно спонсоров подманивать: упала
на траву и стала кататься, как часто делают на улице кошки. Спонсоры
сразу оживились, и один из них, а потом и второй подлетели к ней и сели
на плечо. Я решила не отставать и тоже немного покаталась по земле. Но
меня спонсоры боялись, и я стала красться за ними и хватать за ножки.
Они были тоненькие и отрывались. Одного я все-таки поймала. Но как ни
вертела, так и не поняла, зачем он мне. Так и проснулась (женщина, 43
года).
*... приснился сон, где я крутила любовь с Клодом Ван Даммом' ходила с
ним на дискотеку и целовалась в подъезде, но нас увидела моя мама и
увела меня. "Он' - говорит она' - тебе не пара! Найдешь себе и получше".
Я как заору от обиды... и проснулась (девушка' 16 лет).
*... приснилось мне, что я занимаюсь любовью с конем. Мне было
противно', но' что странно' приятно. А какой оргазм был! Я почти
влюбилась в этого коня, но вдруг я разглядела, что это не жеребец, а
кобыла, видимо, лошадь-лесбиянка (женщина' 35 лет).
*... во сне за мной гонялось шесть мужиков, чтоб изнасиловать. Догоняли
где-то у гаражей, а я убегала от них и кричала, что вон сколько баб
ходит, всяких разных, насилуйте их. А они все равно смеялись и
преследовали только меня. Загнали в угол и один придурок с идиотской
улыбкой подходит ко мне. Расстегивает штаны и достает свой этот, а
"этот" у него отваливается. Он смотрит с недоумением и злостью на свое
уже бесхозное место и на меня. А я про себя думаю, что как теперь эта
сволочь дальше жить будет. И тут же засмеялась смехом ведьмы и без
страха крикнула: 'Следующий! ' (женщина, 34 года).
*... во сне инопланетяне подарили мне маленького инопланетного мужчину.
Ростом он был сантиметров двадцать. Я его кормила и заботилась. Однажды
(или сразу же, не помню) мы решили заняться с ним любовью. Он был
прекрасным любовником, но его везде приходилось подсаживать (девушка, 24
года).
*... мне приснилась та замужняя женщина, которая давала объявление об
оральном сексе. Я ее' конечно' никогда не видел, потому что сторонник
обычной любви. Но сон был как в кино. Вокруг зубы' губы' гениталии,
хвосты и позвоночники. Все шевелится и мерзко хлюпает. Я чудом вырвался
и уцелел (мужчина' 42 года).
*... мне приснилось большое дерево, на котором' словно орехи' висели мои
бывшие мальчики. А я со своими лучшими подругами ходила хороводом вокруг
этого дерева. Мы узнавали своих бывших поклонников, но они почему-то
этого сильно боялись и прятали свои мордочки в листве (студентка' 19
лет).
*... мой самый приятный сон в последнее время, будто из окна несущегося
автомобиля я в упор расстреливаю из автомата "Узи" любовника своей
бывшей жены. Отчетливо вижу и автомат' и превращающегося в дуршлаг
противника (парень' 24 года).
*... спал и во сне давил прыщик на носу, а вместо стержня из дырочки
выдавилась записка, свернутая в трубочку. Я прочитал ее и побежал на
свидание с какой-то девушкой... и проснулся совсем (парень' 18 лет).
*... мне часто снится, что у меня четверо детей. На самом же деле я мать
троих детей. Смешно, но когда я просыпаюсь, то мысленно их пересчитываю
(женщина' 42 года).
*... приснилось, что моя теща разбила бутылку водки, а я назвал ее мамой
и отложил топор (мужчина' 32 года).
*... приснилось, что меня судят в суде за изнасилование обыкновенной
кошки. Причем эта моя кошка Лепантина дает против меня же показания. А я
к ней' как женщине-кошке' и пальцем не прикасался. Только гладил по
спине и кормил рыбой. Смешно' конечно, но мне дали восемь лет тюрьмы. Во
сне это было не смешно (мужчина' 33 года).
*... приснилось, что в Москву ворвалась армии хана Батыя. Татары бегают
по улицам и грабят магазины. Снилось, что горело здание мэрии, а в
"Манеже" у них была конюшня. Татары были почему-то все симпатичные. Я
все ждала, когда они начнут насиловать русских женщин. Ждала-ждала, но
так и не дождалась - проснулась (девушка' 19 лет).
*... мы с подружкой зачем-то попали в банду, которая готовилась к
ограблению банка. Я подружке шепчу, чтобы она ничего не делала, чтобы
нас потом не посадили. А главарь услышал и сказал, что нам предстоит
самое ответственное дело: первыми войти в банк и соблазнить охрану. Мы
отнекиваемся, но нам показали большую бритву' и мы сразу согласились. В
день ограбления нас облили эротическим дезодорантом и накинули шубы на
голое тело. Я помню длинный коридор, по которому густо стоят охранники.
Когда я подходила к каждому, то на секунду распахивала шубу и показывала
ему свои прелести. Все падали в обморок. Так мы с подругой уложили всю
охрану, и зашли в кассу. Кассиры-мужики почувствовали неладное, и
схватились за свои пистолеты, но я успеваю их опередить. Распахиваю
перед ними шубу, но почему-то под ней я уже не голая, а в платье.
Банкиры уже прицеливаются, чтобы меня убить первой, а я рву на себе
платье' чтобы обнажить перед ними грудь... С криком просыпаюсь: звенит
будильник' я вся в слезах, а на груди разорвана ночная рубашка
(студентка' 21 год).
*... так отчетливо запомнился сон. Приснилось, что можно сдавать в
комиссионку своих старых мужей, а взамен получить талон на приобретение
нового' непьющего' мужа. Я ночью встала' очередь занимала, сдала' талон
получила' вся счастливая... вдруг просыпаюсь по-настоящему где-то в
начале пятого утра и начинаю собираться' дочь просыпается и спрашивает,
куда это я наладилась, а я ей в ответ: "В комиссионку"... Как мы потом
смеялись (женщина' 38 лет).
*... приснилось, что я сдаю в поликлинику мокрые и твердые анализы. Мне
очень стыдно, так как санитарка очень молоденькая и красивая. Она берет
в руки коробочку с какашками' заглядывает внутрь и радостно прижимает ее
к груди: 'Я так люблю клубничное! ' (парень' 18 лет).
*... вижу себя во сне на лесной опушке. А из-под травки тянутся кверху
мужские достоинства. Да все такие ядреные, что дух захватило. Пока
опомнилась - они пропали. Ищу - не нахожу. Только под листиком один
остался' да такой плохонький (женщина' 44 года).
*... мне нехорошо снится мой непосредственный начальник. Он заставляет
ходить по его приемной в полуголом виде, а вместо моего обеда занимается
со мной любовью. А когда я противлюсь этому, он говорит, что кадры
делают все, мол, родишь ему заместителя по маркетингу, тогда и на обед
ходить будешь (секретарша' 24 года).
*... в моем странном сне я вышла замуж, у меня каждые полчаса стали
рождаться дети. Штук двадцать за день родила и не устала нисколечки
(девочка' 16 лет).
*... приснилась большая и чистая любовь. Утром проснулась и решила
записать сон, но постеснялась (девушка' 21 год).
*... мне недавно приснился сон: ко мне в гости пришла подруга и, как
только я раздел девушку, раздался звонок в дверь. Я открыл и увидел на
пороге военкома. Он привязал мне погоны прямо к рубахе и сказал: "Иди в
армию, сынок, а я пока ее за тебя постерегу" (парень' 18 лет).
*... мне приснилось, что моя мама продала меня за 100 миллионов долларов
Андрею Губину. Я стала его женой' жила в особняке и тратила его деньги.
А когда потратила все, то вернулась к маме (девочка' 13 лет).
*... занимался любовью сразу с тремя симпатичными девушками. Это мой
любимый сон. Жаль, что редко вижу! (парень' 17 лет).
*... я уснула прямо на пляже и уж не знаю, что мне там такое приснилось,
но я вдруг подскочила со своего коврика и дала пощечину случайно
проходящему мимо незнакомому мужчине. Так мы и познакомились, но через
неделю расстались (студентка' 22 года).
*... мне приснилась моя собственная свадьба. Жених смотрел на меня
нежными глазами и шептал о любви. Вдруг все попробовали салата и
закричали "горько"' и мы стали целоваться, а когда обернулись на гостей,
то увидели, что они все отравились и умерли от салата (девушка' 21 год).
*... в моем сне мой муж, а у меня в реальной жизни мужа нет, мне
изменил, а я бегала за ним с кинжалом в руках. Бегала - бегала, да так и
не поймала. Проснулась и думаю: надо было в школе физкультуру не
пропускать (женщина' 27 лет).
*... мне приснилось, что я целуюсь со своей кошкой. Она очень упирается,
не больно царапается, у нее мокрый нос и вытаращенные глаза. Как у
Светы, с которой мы летом поцеловались в лагере (школьник, 13 лет).
*... лишь только я уснула, как во сне попала в свою школу. Сижу в
классе, но знаю, что по школьному коридору бегают страшные монстры и
ждут' когда наступит перемена, и все мы выйдем из класса. И вот
прозвенел звонок, и школьники выбежали в коридор. Монстры с двумя и
тремя головами разочарованно смотрели на нас - таких маленьких и тощих.
Тогда одно из страшилищ сказало остальным: "Что тут есть' одна мелкота.
Айда в учительскую!" (девушка' 16 лет).
*... приснилось, что я шла по улице и встретила своего старого друга. На
улице было жарко, а он шел в зимней ушанке. Когда я спросила: "Что с
тобой?"' - он ответил: "У меня растут рога!" Со слезами на глазах друг
попросил меня помочь избавиться от них. Мы пошли к нему и сначала
пытались их оторвать, но ничего не вышло, и тогда пришлось пилить. Не
помню, отпилили мы их или нет, но, когда я встретила его на самом деле,
он жаловался на головные боли (женщина, 27 лет).
*... я почти каждую неделю во сне рожаю мальчика или девочку, а так как
я еще не замужем и веду монашеский образ жизни' то все это довольно
странно. Я ходила к экстрасенсу и попросила объяснить мои сны. Он взял
деньги и сказал, что нужно рожать по-настоящему. А сны мне теперь снятся
немного по-другому: роды стал принимать этот экстрасенс. Хоть небольшая,
но все-таки помощь (девушка' 23 года).
*... самый кошмарный сон: всю ночью защищал Мавзолей, из которого
пытались сделать платный туалет. Сам не писал и другим не давал
(мужчина, 54 года).
*... у меня есть красивый' ласковый' рыжий кот Барсик. Он меня очень
любит, и я его обожаю. И вот однажды приснился мне такой сон. Приходит
Барсик с гулянки, и сразу на кухню - есть хочет. Я наливаю ему суп в
мисочку, а он смотрит на меня и говорит по-человечески: "Что же ты меня
так плохо кормишь? Дала бы колбаски, а то суп какой-то! Ты ведь не
смотри' что я кот, а я на самом деле - человек' мужчина' только вот
заколдован в кота". Я от удивления рот раскрыла. Вот' думаю' надо же,
как в сказке. А кот опять: "Мне и самому уже надоело котом ходить. Вот
стать бы человеком. Помоги мне' ты ведь меня любишь, а я на тебе
женюсь". Ну, я и спрашиваю, что же мне нужно сделать. Оказалось, что я
должна съесть мышь, которую мне Барсик принесет. Сначала-то мне жалко
его стало, я согласилась, а когда он вернулся с мышью в зубах, я чуть не
умерла от страха. Как я ее в рот возьму, как жевать стану, как потом
проглочу? (женщина' 35 лет).
*... мне приснилось, что я постепенно становлюсь похожим на чеченца. Мои
товарищи по танку смотрят на меня очень подозрительно и прячут от меня
гранаты. Я не хочу превращаться, но все больше превращаюсь. Каждые пять
минут брею и стригу свою черную бороду, но она все растет (парень' 21
год).
*... приснилось, что я отморозил ухо, и оно отвалилось совсем. Уж, точно
не помню' но, кажется, я приклеивал его резиновым клеем, но ухо таким
клеем приклеить нельзя, и я пошел' наверно' к врачу. Иду по улице и несу
ухо на вытянутой руке. И вот где-то там я его потерял. Вы представляете
кошмар: всю ночь искать собственное ухо. Под все скамейки заглядываю,
снег разгребаю, у прохожих спрашиваю, в урнах ищу. Попадаются много
ушей, но чужих. Кривые такие или очень маленькие' даже черные (от
негров) находил, но все ерунда какая-то. Так ни с чем и проснулся.
Вспомнил сон и весь день смотрел на уши проходящих людей. И знаете - в
реальной жизни тоже ничего путного не попадалось. Такую дрянь носят!
(мужчина' 37 лет).
*... приснилось, что ко мне в гости пришел президент Путин и принес
четыре пузыря водки. Мы сели с ним за стол' и у нас не оказалось
стаканов. Я всю кухню перерыл' но не нашел ничего' чем можно зачерпнуть.
Мы с Путиным идем тогда по соседям и просим у них стакан. Совсем
дурацкий сон. Я звоню' соседи таращатся и молчат' я кричу им: президент'
так-перетак' а вам стакана жалко. Долго ходили. В конце сна мы снова с
президентом в подъезде глушим из одного стакана. Он мне в сердцах
признается, что в этом подъезде его президентом не выберут, раз даже
стакан не дали. И плачет. Я тверезый почти, а он едва на подоконнике
сидит. Тогда я его в Кремль провожать пошел и... проснулся (мужчина' 52
года).
*... я всю ночь доил корову. В первый и' надеюсь' в последний раз
(директор фирмы' 44 года).
*... мне приснился в бане Владимир Жириновский. Он держал в руках кусок
хозяйственного мыла и говорил: съем его, если не выполню свои
предвыборные обещания. И тут же почему-то съел (пенсионерка, 59 лет).
*... снится мне, что я освободился после шести лет отсидки. Приехал
домой' встретил друзей и с ними пошел праздновать освобождение. Изрядно
выпив, мы пошли на дискотеку. Ну, так вот' завязалась драка. Меня
забрали в милицию, и оказалось, что в драке убили человека' и этот труп
шьют мне. В это время я проснулся и понял' что это только сон - и очень
обрадовался, что я еще сижу (заключенный' 23 года).
*... совсем ужасный сон. Ко мне в постель забралась большая чужая
собака. Легла' как человек' и молчит. Я не шевелюсь, думаю, уснет, тогда
я от нее на кухню сбегу и там пережду. Смотрю, а она не спит, а как-то
по-человечески на меня смотрит, лапу высунула' как обыкновенный мужик' и
меня вдруг за грудь потрогала. Я зажмурилась, делаю вид, что мне это все
показалось. А она мне' собака-то, вдруг шепчет так на ухо, что она ко
мне по объявлению из брачной газеты пришла и номер ее абонента М-23541.
Что, мол, молчи теперь. Раз уж выбрала меня. А сама так лапой меня и
лапает. Я ору: что ж ты, гадина, прямо в шкуре ко мне в кровать
забралась! Грязная же. А сама упираюсь двумя руками... И проснулась. В
руках подушка, которую сама же сгребла, а на подушке отпечатки зубов.
Даже дрожь от этого по спине прошла. Присмотрелась, а зубы-то мои
(женщина' 33 года).
*... приснилось, что я сижу "старушкой" на берегу реки у прохудившегося
корыта. По берегу - множество старичков с удочками. Я же зорко
высматриваю, кто первый поймает золотую рыбку. Но дождаться не смогла -
проснулась (молодая женщина).
История более чем реальная, так как кое-кто имел в ней непосредственное
участие.
Весна. Теплый солнечный субботний денек. Глубокая уральская загородная
трасса.
Редкий поток саддистов-любителей тянется в свои угодья с целью посадки
овощных и плодово-ягодных культур.
В левой полосе трассы летит, порхая и рассеивая «твою - мою свежесть»,
стойко отдающую суточным перегаром с примесью свежайшего похмельного
пива, Mitsubishi Раjеrо серебристо-графитного цвета.
Яркое весеннее солнце и не менее яркое субботнее похмелье напрочь
притупило внимание водителя и пассажира беглой иномарки: ни тот, ни
другой не в состоянии был распознать пост ГАИ и уж тем более - сужение
проезжей части до размеров одной «автомобильной морды». Когда до
заветной изгороди остается метров 100 (при скорости а/м 120 км/час),
водителя озадачивает вопрос: почему все едут очередью посередине, а он
один топит по левой? И тут его осеняет разом все: ГАИ, похмелье, плотная
колонна машин слева и неминуемое ж/б ограждение впереди.
Сориентировавшись не на шутку быстро, что в случае перестроения влево
его ждет столкновение с симпатичной жопкой потертого москвича, водитель
жмет на газ и проскакивает в ограждение на 160-ти прямо перед
изумленными лицами стражей порядка и офигевшим от неожиданности лицом
водителя москвича.
ГАИшники сдали все нормативы по бегу на 100 м с элементами передачи
эстафетной палочки, прежде чем им удалось осадить серебристого коня
метрах в трехстах от художественного виража нарушителя.
Далее картина маслом.
Запыхавшегося гаишника встречает невинная улыбка милой барышни, явно не
подозревающей, чего от нее желают.
ГАИшник:
- Как вы водите?! Как вы водите?!!! Ваши документы!!!!
Пассажир:
- Намально она водит, намально.
Водитель:
- Какие именно документы? - вытаскивая паспорт, права, медицинский полис,
абонемент в бассейн, временный талон и свидетельство о рождении.
ГАИшник:
- ПРАВА!!!!! ПРАВА!!!!! Я ХОЧУ ВИДЕТЬ ВАШИ ПРАВА!!!! Как вы водите?!
Как вы водите?!!!
Водитель, продолжая улыбаться как пациент дантиста, протягивает права.
ГАИшник:
- Документы на машину.
Водитель толкает в бок пассажира, который в свою очередь протягивает
стопку бумаг.
ГАИшник:
- Вы Зальцман?
Пассажир:
- Я Табулович.
ГАИшник:
- Владелец - Зальцман!!!!
Пассажир:
- См. ниже.
ГАИшник:
- ….. Зальцман доверяет … Файнбергу.. Вы Файнберг?
Пассажир:
- Я Табулович. См. ниже.
ГАИшник:
-….. Файнберг доверяет … Мительману. Вы Мительман?
Пассажир:
- Я ТАБУЛОВИЧ!!!!- приходя в сознание, вопит пассажир, тыкая в самый низ
листка.
ГАИшник:
- Как вы водите?! Как вы водите?!!!
Пассажир:
- Намально она водит, намально.
ГАИшник:
- НОРМАЛЬНО?!!! МИМО ПОСТА 160?!!!!
Пассажир:
- Зато мы депутаты.
ГАИшник с явным интересом:
- А по какому району?
- КАКАЯ РАЗНИЦА?!!! НАС ВСЕ РАВНО ВСЕХ ЗАВТРА РАЗГОНЯТ!!!!!
Что-то подобное, наверное, мог бы рассказать каждый.
И тем не менее…
Как-то я приболел. Поскольку человек я молодой, то дело оказалось для
меня новое и, когда высокая температура продержалась у меня неделю, я
немного растерялся. То ли из-за отсутствия опыта, то ли из-за высокой
температуры, но для того чтобы справиться с недугом, я решил обратиться
к врачу. Для начала я пошел в свою университетскую поликлинику. Дело
было летом и поликлиника была пуста. Я мгновенно попал к врачу. Мое
появление вызвало у изнывающей от скуки и жары женщины только
положительные эмоции и она с интересом выслушала мой сбивчивый рассказ о
своих проблемах. Мало того, она даже пощупала мой пульс, измерила
температуру и заглянула в рот. Немного поразмыслив, врач, видимо решив
прервать порочную цепь традиционных и порядком надоевших ей диагнозов,
твердым голосом заявила: «Ну, что ж - все ясно, у Вас очень опасное
заболевание - МАЛЯРИЯ. Возможен и летальный исход». Сказать, что я был
поражен - это не сказать ничего. Поскольку ни малярия, ни летальный
исход не ассоциировались у меня ни с чем хорошим, я начал робко
возражать. Но женщина, явно не желавшая упускать так внезапно
свалившееся на нее развлечение, довольно резко пресекла все мои
поползновения, заявив, что у нее достаточная квалификация и большой опыт
работы, поэтому никаких сомнений быть не может. Правда, несмотря на
квалификацию и опыт, лечить она меня отказалась, сославшись на слабость
лабораторной базы. Посоветовав мне обратиться в районную поликлинику,
врач исписала латинскими каракулями десяток каких-то направлений. На
прощанье, глядя на меня увлажнившимися глазами, она заметно потеплевшим
тоном произнесла: «Ну, если им все-таки удастся тебе помочь, ты уж зайди
потом ко мне, расскажи…». Меня несколько насторожило отсутствие в ее
голосе уверенности в положительном исходе моего лечения, но делать было
нечего - и я отправился в путь, на другой конец Москвы.
Попав в районную поликлинику, я сразу, как говорится, почувствовал
разницу. У дверей участкового врача собралось штук двадцать старушек,
которые явно не видели во мне собрата по несчастью. В течение всех трех
часов ожидания мне постоянно приходилось слышать, как бы брошенные в
некуда, фразы типа, что «некоторые здоровенные бугаи только палец
оцарапают и сразу к врачу бегут». Словом, интерфейс был недружественный.
Наконец попав в кабинет, я сразу окунулся в классическую ситуацию - «а
она все пишет, пишет…». Оторвавшись от писанины, изрядно потрепанная
старушками врач вяло поинтересовалась о цели моего визита. Я начал
путано рассказывать ей о моей температуре, малярии и слабой лабораторной
базе нашей университетской поликлиники. Свои слова я подкреплял
размахиванием выданными мне бумажками с латынью. Однако мои прозрачные
намеки на возможный летальный исход не произвели на представительницу
самой гуманной профессии никакого впечатления. Она брезгливо взяла у
меня направления и, отложив их в сторону, уже более настойчивым тоном
осведомилась, что мне от нее то надо. Я опять пустился в пространные
рассуждения, общий смысл которых сводился к тому, что меня было бы
неплохо осмотреть. Ее ответ: «А смысл?» застал меня врасплох и я
затих, сильно сомневаясь в конструктивности нашего диалога. «А смысл? -
продолжала врач, - «Я о тебе ничего не знаю, надо сделать всестороннее
обследование. Вот тебе направления на анализы и общую диспансеризацию,
но начни со снимка легких - это самое главное для оценки ситуации при
малярии. Талон возьмешь в соседнем кабинете».
Постучавшись в соседний кабинет, я услышал в ответ нечленораздельное
мычание. Рассудив его как приглашение войти, я это и сделал
незамедлительно. Войдя в кабинет, я увидел перед собой неопределенного
пола и неопределенной комплекции существо. Оно трапезничало и было
раздражено моим появлением. Испросив у существа талон на снимок легких,
я услышал буквально следующее: «Опомнился - сегодня же 26 число, талонов
на снимок легких уже нет, могу предложить талон на снимок желудка».
Поскольку тонкая зависимость между числом месяца и наличием тех или иных
талончиков находилась за пределами моего понимания, да и вообще мне все
это начинало надоедать, я с металлом в голосе пояснил, что для моего
врача очень важно знать состояние моих легких и поэтому мне нужен снимок
именно их. Существо удивленно посмотрело на меня и довольно спокойно
ответило, что если я не перестану скандалить, то не получу талон и на
снимок желудка, и тогда врач будет судить о состоянии моих легких по
снимкам более отдаленных органов. Произнося последнюю часть фразы,
существо гаденько хихикнуло, приведя в легкое движение бесчисленное
множество своих подбородков. Учитывая опасность моего заболевания, я не
стал затягивать дискуссию и чтобы не трепать себе нервы, взял талон на
снимок желудка…
Всю последующую неделю я сдавал анализы, делал рентгеновские снимки и
посещал одного специалиста за другим. Надо сказать, что где-то между
посещением окулиста и невропатолога я почувствовал себя значительно
лучше, а концу недели ко мне и вовсе вернулись ощущения здорового
человека. Но, пройдя такой сложный путь, я все-таки решил вернуться к
участковому терапевту, чтобы получить полную информацию о состоянии
моего здоровья.
В отличие от первого посещения участковый врач приняла меня довольно
доброжелательно, видимо у нее вызвали уважение многочисленные
бумажки-результаты, которые я ей принес. Она даже измерила мне
температуру и давление. Затем врач довольно долго сравнивала показание
градусника со снимком моего желудка, но найти какую-то интересную
взаимосвязь между ними ей, видимо, так и не удалось. Наконец она
отложила бумаги в сторону и сказала: «Ну, что ж - ничем не могу тебе
помочь». Холодная струйка пота еще не успел сбежать по моей спине, как
участковая продолжала: «Я ничем не могу тебе помочь, потому что ты
совершенно здоров». И тут же она поставила финальный и почти
хрестоматийный аккорд: «Ты здоров, а ко мне за помощью обращаются только
больные».
«Да, пожалуй, лучше и не скажешь!», - подумал я и перешагнул дверь
кабинета, надеясь больше туда никогда не возвращаться.