Ну так вот.
Внемлите, отроки. И не перебивайте...
Давно это было. Ещё в восьмидесятые.
Проходил я тогда службу в одном военно-инженерном училище. Считалось то училище самым что ни на есть образцовым. Бывало, приедет какой-нибудь грозный проверяющий с инспекцией. Ходит он по территории, выискивает недостатки, а придраться-то и не к чему. Всё окрашено, размечено и отранжировано. Поштучно, по номерам и по комплектности расставлено. Прошито, пронумеровано и опечатано. Травка (если надо - и в декабре) зеленеет; краники в умывальных комнатах при казармах, что то солнышко, блестят – поэзия!
Желает тогда проверяющий посмотреть на выправку личного состава. Не вопрос. Команда «Становись!», и вот уж «коробки» строевые такие чудеса слаженности являют – куда там танцевальному коллективу певца негритянской национальности М. Джексона.
Или, скажем, строевой смотр. Это ж заглядение! Подворотнички белее белого, стрелки на брюках того и гляди, чтоб не порезаться. Бляхи так начищены, что случись во время смотра затмение, никто его толком и не заметит. У сержантов лычки во исполнение директив Генштаба и Эвклида строго параллельны, расстояние от края погона, микрометром мерь, чётко по нормативу. Все бриты, стрижены, рожи радостные, но взгляд волевой. Ну прям хоть сейчас на плакат: «Красив в строю – силён в бою!».
Доволен проверяющий, но виду не подает. Ещё пуще строгости добавил, говорит: а как, мол, обстоят дела с теоретической подготовкой?
Пожалуйста! Спрашивай кого хочешь – Устав аж от зубов отскакивает. Вот, к примеру, курсант Зелимханов Ибрагим - он тот Устав страницами без запинки наизусть шпарит (правда так и норовит своё «Иншалла» вставить, есть ещё над чем поработать командирам).
Но опять же в нашу эпоху не столько знание Устава войны выигрывает, сколько научно-технический прогресс, тем более, что училище-то инженерное.
А у нас и с этим полный порядок – в оборудованных по последнему слову лабораториях профессора, катээны, адъюнкты и простые курсанты колдуют на тему создания новой и усовершенствования уже стоящей на вооружении козьей морды, которая при первой же необходимости будет неотвратимо продемонстрирована любому агрессору.
Заходит проверяющий в одну такую лабораторию, а там до хрипоты спорят: куда б половчее засандалить ещё один тройной интеграл в хитроумную формулу, что целиком учебную доску занимает. Дискуссия идёт жаркая, за малым не дерутся, невзирая на звания, даже на высокого гостя ноль внимания. Что и говорить, наука - вещь серьёзная.
Устал проверяющий. Самое время обедать. Ну так пжалте в столовую. А училищная столовая - что твой Метрополь. Ну может и не Метрополь, но близко к тому. Скатерти, как давешние подворотнички на смотре, белоснежные, полы сорока водами вымыты, тараканы беспощадно депортированы. Меню, конечно, без изысков, но сытное.
После харчей оно уже и не до строгостей, тут либо спать, либо веселиться.
Ну если в плане веселия, извольте – самодеятельность. Курсант Садыкбаев на домбре-двухструнке исполняет и свои соплеменные мелодии, и «Калинку», и токкату заодно с фугой в ре-миноре (автор - Бaх, аранжировка - Садыкбаев), а то и «Пёрплов» (правда, только для своих, это с проверяющими не прокатывает). Сержант Гвинитадзе искромётно лезгинку отжигает, а у рояля, то бишь у аккордеона и барабана, курсанты Акопян и Алиев соответственно. Или там КВН - курсанты Пицук, Дацюк и Охнаровский как начнут на своём наречии балакать – смысла даже не поймёшь что говорят, а смешно до коликов.
Так и день миновал.
А на следующие сутки ждёт проверяющего уже персональный отдых за пределами училища – охота с рыбалкой и банька на дровах. А после парной - чай с вареньем, водкой, коньяком и прочими вкусностями.
И пишет по оконцовке такой проверяющий в свой Московский штаб докладную: так и так, проинспектированный ВВУЗ в очередной раз подтвердил, что боевая и политическая подготовка находится на самом высоком уровне.
Ясное дело, что от таких результатов Генералу – начальнику нашего училища, везде почёт и уважение. На любом совещании Генерала в пример остальным ставят. Газеты его фоты на передовицах печатают, журналисты допытываются – откройте, говорят, секрет вашего успеха. А Генерал скромно улыбается, типа нет никакого секрета, а есть только лишь тяжёлый повседневный ратный труд.
Лукавил Генерал, был секрет. Ну не ста процентов успеха, конечно, но, так скажем, немаловажный.
Дело в том, что тесть нашего Генерала был в ту пору чуть ли не членом Политбюро. Плюс со многими очень важными персонами из Минобороны Генерал лично корешился ещё со своих лейтенантских, а то и с курсантских времен.
Положа руку на сердце, и строевая, и наука, и прочее – всё реально было на высоте, ну может чутка я прибрехнул.
Всё... За исключением физической подготовки.
Нет, не то, чтобы все до единого военнослужащие училища были слабосильными дафлетами. Имели место спортсмены, бегающие стометровку в сапогах, как тот Бен Джонсон, или иной какой знатный бегун, и выжимающие гири, как тому Бену Джонсону даже и не снилось. Но вот в целом...
Что, кстати, было не удивительно, учитывая что кафедрой физо заведовал не по годам шустрый, но очень уж старичок, ветеран Броуновского движения, экс-заслуженный мастер спорта по всем видам спорта, имевший устоявшуюся кличку «Стаканыч».
Да ладно бы просто старичок. Беда была в том, что Стаканыч пил горькую, напрочь забив на всё остальное. Запил он на следующий же день после коронации М.С. Горбачёва, как объяснял сам Стаканыч – в знак протеста. И никакой «сухой закон» помехи ему не создавал.
Злоупотребления его были активными, то бишь с обязательным привлечением других преподавателей несчастной кафедры («Я ж не алкаш какой-нибудь, сам на сам бухать» - говорил он), что ну никак не способствовало спортивным успехам.
Ужаснее всего для Генерала было то, что он ничего с этим не мог поделать. Ибо не то, что уволить, но даже критиковать Стаканыча не имелось решительно никакой возможности по причине наличия у него куда как более крутых, чем у Генерала, связей и знакомств. При том, что Стаканыч был вообще личностью легендарной в спортивных и околоспортивных кругах, а слава его уходила корнями в далёкое-предалёкое прошлое - по некоторым неподтвержденным данным карьеру свою Стаканыч начинал инструктором по плаванию у самого Чапаева...
Генералу только и оставалось, что ожидать окончания схватки Стаканычевского организма с неумолимым временем и алкоголем (пока Стаканыч выигрывал по очкам), а до той поры - лавировать, разными способами отводя внимание проверяющих от бедового положения с физподготовкой.
И до поры это успешно удавалось. Но всё проходит очень быстро. А хорошее – даже ещё быстрее...
В один год произошла масса неприятных событий: набирала обороты перестройка, досрочно помер политбюрошный Генеральский тесть, на Красную Площадь приземлился хулиган-провокатор Руст... Даже в далёкой африканской стране Бурунди, и то состоялся внеочередной государственный переворот.
В итоге многие и многие достойные люди наверху (в Москве, конечно, не в Бурунди, хотя и там тоже) полишались должностей, а их места заняли молодые, да рьяные. И, как результат - наш Генерал остался практически без поддержки.
А дальше всё пошло в соответствии с народными мудростями: «Пришла беда – отворяй ворота» и «Где тонко, там и рвётся».
Не успели в главном военном ведомстве завершиться кадровые мастурб... или как их там? А! – пертрубации, как получает училище телеграмму: «НВ РКТ ВСЕМ МАНДЭЦ ПРИКАЗЫВАЮ ОБЕСПЕЧИТЬ ТОТАЛЬНУЮ ПРОВЕРКУ ФИЗПОДГОТОВКИ ТЧК ЗА НЕСДАЧУ НОРМАТИВОВ МЕРЫ БУДУТ ПРИНЯТЫ САМЫЕ ЖЕСТОКИЕ ТЧК С ПЛАМЕННЫМ ПРИВЕТОМ ЗПТ ВАШ НОВЫЙ ГЛАВКОМ ВСКЛ».
Стаканыч, до убитого алкоголем и непомерными годами сознания которого телеграмма была доведена в первую очередь, ушёл на новый круг запоя. Хотя телеграмму и прокомментировал: «Плевал я, хоть стреляйте... Керенский, помнится, тоже слал... А пруссаки как полезли... А мы их – тапками, тапками... Три дни штурмовали... А маршал говорит – сутки на кураж, но потом всех вас, скотов, к стенке без жалости... Патрон кусай! Багинеты примкнуть!... ».
В общем, стало ясно, что с таким начфизом за короткое время из полутора тысяч разгильдяев сотворить команду спортсменов-разрядников нечего и мечтать.
Надо было искать иные, нетривиальные пути выхода из ситуации.
И вскоре выход был найден:
- Через оставшиеся в Мин.обороны каналы руководство разузнало ФИО, звание, должность, семейное положение и прочие компроментирующие данные на направляемого к нам проверяющего, а также сведения о номерах поезда и вагона, в котором он поедет.
- Из бессрочной опалы был экстренно отозван капитан Бурым – завзятый баламут, балагур и пьяница, которому объявлялось о снятии с него всех ранее имевшихся взысканий и о индульгенции на будущие залёты в течение года в случае успеха операции.
- С капитаном состоялся подробный инструктаж с постановкой задач, по окончании которого ему с секретного склада были выданы неразменный червонец и запасная печень.
- После этого капитан был телепортирован в движущийся из Москвы поезд.
Капитан Бурым с заданием справился. В точке прибытия представители принимающей стороны перегрузили тела капитана и проверяющего из вагона в машину и отвезли к месту опохмела. А проводница на деньги, вырученные от продажи пустых бутылок, оставшихся от досуга двух офицеров, купила своему сыну импортный кассетный плеер.
На протяжении суток проверяющего всячески ублажали и опекали, не давая ему при этом достигнуть трезвого состояния. На другой день он был вывезен на территорию училища. Проверяющий икал, глупо хихикал, по-отечески называл сухопутных курсантов матросиками и лихо подписывал все ведомости.
Командование праздновало победу.
Но тут...
... Генералу позвонил один из оставшихся знакомых, близкий к новому Главкому, и сообщил, что к нам на всякий случай направлен дублёр проверяющего, который уже вылетел самолётом и вот-вот прибудет.
Это было фиаско.
Капитан Бурым объективно не восстановил потраченные силы, механизм заброски живого человека в движущийся по небу объект, по всей видимости, находился в стадии предварительного расчета математической модели. В общем, что-то предпринимать было уже поздно...
Новый проверяющий быстро добрался до места, наотрез отказался от застолья, аннулировал все прежние ведомости, провел повторную проверку, выставил училищу суммарный «неуд» по физо, после чего убыл, даже не прихватив с собой тушку ужаленного изумрудным аспидом коллеги.
Генералу только и оставалось, что уповать на Божью и нового Главкома милость. Хотя он и подключил всех немногих оставшихся друзей и знакомых, чтобы как-то снизить накал критики в свой адрес.
Что там сработало – неизвестно, но через некоторое время из Штаба спустился на удивление либеральный приказ:
1. Выгнать к чёртовой бабушке запойного Стаканыча, невзирая на заслуги, а прочих преподавателей кафедры – достойно покарать;
2. Провести повторную проверку физподготовки через шесть месяцев;
3. Генерала до поры не увольнять, однако же довести до его сведения, что если по результатам повторной проверки ситуация не изменится - он будет отправлен на досрочный пенсион с правом ношения военной формы в пределах своей квартиры.
Вскоре личному составу был представлен новый Начфиз – майор Ли.
Ну натурально фамилия у него такая была – Ли. Чи китаец, чи кореец, при том, что имя-отчество у него были вполне себе русскими.
Вот это, доложу я вам, был спортсмен! Всем спортсменам спортсмен!
Не знаю, как оно на самом деле, но здорово смахивало на то, что закончил этот Ли с отличием какой-нибудь сверхсекретный военно-спортивный университет Краснознамённых Ниндзя имени 26 тысяч Нанкинских комиссаров. Уж до чего юркий и проворный - что там твои шаолини и джекичаны вместе взятые!
А как он полосу препятствий бегал! Это ж не передать!
Ну так скажу – если на сцене Большого театра выстроить стандартную нашу армейскую полосу препятствий... Да чтоб ансамбль, засевший в траншее перед сценой, вдарил бы что-нибудь на тему полёта – валькирий там, или шмеля... Да выпустить не неё (в смысле, на полосу) майора Ли...
Уверен, что после такого выступления публика по обе стороны Атлантики рукоплескала бы, как одуревшая. Мировая пресса заговорила бы об очередной недосягаемой высоте, взятой Советским балетом. А юный Коля Цискаридзе считал бы дни до призыва и обивал бы пороги военкомата, только чтоб его побыстрее взяли в армию и научили такие же финты выписывать. Так что, лажанулись хореографы из Большого, проворонили талант.
Ну да Бог с ним, с балетом. Организатором майор Ли оказался тоже отменным.
В рекордные сроки курсанты и офицеры под его руководством достигли должного уровня в беготне на разные дистанции, в подтягивании на перекладине и прочих занимательных спортивных дисциплинах.
Вскоре состоялась обещанная Главкомом повторная проверка, по итогам которой училищу была выставлена общая оценка «хорошо». При том, что проверяющих спиртным не поили, деликатесами не кормили и вообще демонстративно действовали без показухи.
Тут уж даже сам новый Главком удивился столь разительным метаморфозам. Генералу обратно уважуха попёрла. На всех совещаниях ему одни только решпекты. Да ладно совещания, газета «Красная Звезда» Генерала нашего отметила, как безоговорочно победившего в номинации «Прорыв года».
Само собой, Генерал понимал, что своими успехами он обязан исключительно майору Ли. Задумал тогда Генерал Начфиза как-то по особому поощрить.
Ну благодарности с занесением, разные дипломы-грамоты, часы «Командирские», представление на подполковника досрочно – это само собой, это даже не обсуждается. А вот что-то такое, чтоб для души – поди придумай...
Оно ж только в сказках Царь беспроблемно выдает Герою по накладной и счёт-фактуре полцарства и дочь-царевну. В реальности у Генерала имелись лишь сыновья, а училище, хоть ты тресни, поделить на дроби физически не получалось.
И призвал тогда Царь... тьфу ты, Генерал Начфиза. И сказал Генерал: Не могу я дать тебе ни злата, ни серебра. Но ежели пожелаешь – назначу тебя Начпродом! Получишь власть великую над многимя активами: складами тучными и хозяйствами приусадебными (со свинарником!). Холопами отпишу тебе всех поваров, завскладов и прочих материально ответственных лиц. А коль понадобится рабсила – бери без меры. И глаза закрою на все нюансы. А там уж злато-серебро само покатит.
И отвечал ему Начфиз: Не надо мне ни ни складов, ни свиноферм, ни татей кухонных. А желаю я, батюшка товарищ Генерал-майор, организовать при училище секцию восточных единоборств. И чтобы все что ни на есть воины ходили бы в сию секцию, и называли бы меня «Сенсеем», а я бы их учил тому как ближнему своему харьку качественно и грамотно начистити. А большего-то мне и не надо.
И повелел тогда Генерал: Быть по сему! Ну или как-то так.
В общем, появился в училище кружок единоборств...
Нельзя сказать, что мы до этого никакого представления о рукопашном бое не имели. Занятия проводились, и весьма качественные. Ясно, что не так, как в Рязанской десантуре или у Благовещенских морпехов, много проще. Хотя на мой взгляд, чем проще, тем эффективнее.
Я, кстати, по сей день свято убежден, что единственно действенным был, есть и останется такой прием, как «Защита от агрессивного взгляда ударом пехотной лопатки по наглой морде противника». А всякие там высокохудожественные «Ки-й-йя!» – суть понты.
Ну так вот...
Кружок-то организовался. Да только записываться в него никто не спешил. Максимум человек пятнадцать стали в секцию на постоянной основе ходить. А дальше всё, ступор, насыщение рынка.
Нет, конечно поначалу многим было интересно посмотреть, что там и как. Но когда с третьего-десятого посещения выяснялось, что удары по голове и конечностям вкупе с изнурительными тренировками не способствуют усвоению постулатов векторной алгебры и прочих заумных дисциплин, за несдачу которых могут запросто отчислить, к затее Начфиза быстро охладели.
Майор Ли негодовал!
А потом в его китайско-корейской башке возник по-восточному коварный план...
В один день на училищной Доске объявлений появился листок: «В субботу в спортзале состоятся соревнования по боевому ушу. Сбор в 15.30 в клубе. От каждого курса предоставить по 6 участников».
Чтобы это не восприняли как шутку, Генерал провёл особое совещание, на котором в приказном порядке обязал командиров всех уровней хоть в армянский лаваш раскататься, но состязания личным составом обеспечить!
Приказ-то он приказ, исполнять его надо беспрекословно, точно и в срок. Но поди найди боевых ушуистов, да ещё в таком количестве. Понятно, что те, которые к Ли в секцию ходят, само собой участвуют. А остальных где брать?
Есть в Русской армии во все века славная традиция – добровольцы. Но и тут дело застопорилось. Это ж не Родину защищать, а просто так, на потеху промеж собой дубаситься. Дурков нема.
Но вот один мудрый начальник курса нашёл стимул. Говорит своим курсантам: «Кто примет участие, тому сразу же опосля соревнований - увольнительная. А ежели кто вдруг сдуру победит хоть в одной схватке – увольнение на сутки!».
А тогда с дисциплиной-то было жуть как строго, не то, что сейчас. Редко кто более раза в месяц в город выходил, иные по кварталу в казарме кулючили. А уж увольнительная с ночёвкой – это просто из сферы недосягаемых утопий.
Так что когда высветились такие заманухи, добровольцев набрали более чем достаточно. Передовой опыт тут же подхватили и другие начальники.
В назначенный день сперва в клубе прогнали лекцию про героическое сопротивление свободолюбивых народов Дальнего Востока японским милитаристам, и про то, какая вообщем-то добрая и даже оздоровительная штука - ушу.
Потом для, так сказать, возбуждения боевого духа, показали художественный фильм «Хонгильдон» - это когда корейский юноша призывного возраста, что тот Орлёнок, с места взлетает выше солнца и лупсует врагов налево-направо.
Далее, уже в спортзале, состоялись показательные выступления Начфизовской секции и краткое объяснение основных движений и ударов.
И, наконец, сами бои...
Это было ну чисто в книжках и фильмах про древний Рим и Спартака! Добровольцы рубились отчаянно, не щадя ни себя, ни других. Очень уж стимул мощный («Я ж Натаху свою два месяца не щупал, cуka, на тебе!»... «А я вообще к казарме прирос, получи, гад!»...). Даже подготовленные и натренированные Начфизовские бойцы нет-нет, но огребали от изголодавшихся до воли «гладиаторов».
Зрелище и страшное и красивое одновременно. Хотя и не совсем, вернее совсем не ушу, пусть и боевое.
По окончании состязаний командование слово своё сдержало – всем участникам увольнительные записки были выписаны. Правда, не все в тот же день смогли пойти в город, очень уж наглядно динамика боя отразилась на фейсах.
Месяца не проходит, и на тебе – новое объявление: «Состоится соревнование по таэквондо...» на тех же условиях, по шесть рыл с роты.
Опять изыскали охотников до увольнительных. И снова – бои, и снова - неимоверный успех у масс и расцвет теневого тотализатора.
Через какое-то время опять, бац! - «Состязание по тайскому боксу...»
Особо прохаванные, оценив тенденцию, стали записываться в секцию, чтоб хотя бы знать куда и как грамотно бить.
Майор Ли аж светился от счастья, что сработала его хитрость. Но на достигнутом и не думал останавливаться. И каждый раз он какой-то новый вид единоборств выискивал, а там названий этих - до адской жути! Ему-то что, только успевай ватманы с объявлениями на доску прибивать.
Сценарий один и тот же: сперва познавательная лекция, затем показательные выступления, потом «Хаджиме!» - и понеслось...
А гадский Ли даёт очередную затраву – мол, кто у меня в секции более трёх месяцев провёл, тот от боёв освобождается, если сам не пожелает обратного.
Добровольцев здорово поубавилось, спрос на увольнения резко упал. Дошло до дичи полнейшей – курсанты стали жребий тянуть, кому на очередное мочилово идти. Ну как при царском режиме, ей-Богу!
Покатили тогда Генералу жалобы.
Профессорско-преподавательский состав возмущён. Мы, мол, всё-таки инженеров готовим - ну как завтра война, а у нас курсанты толком не знают, с какой стороны к двойному дифференциалу подступиться! Успеваемость стремительно падает, на лекциях сидят товарищи с лицами пьяных пчеловодов – глаза и скулы заплывшие.
Замполиты и курсовые офицеры тоже недовольны – дисциплина хромает, личный состав все вопросы привык мордобоем решать.
Но Генерал на всё это - полный игнор.
Ещё бы! Училище как раз заняло первое место по рукопашному бою в Округе. А самого Генерала уже не то, что в «Красной Звезде», бери круче – в программе «Время» показали, исхвалили всего вдоль и поперек.
Напротив, после такой славы полюбил он Начфиза пуще прежнего. Одно на каждом совещании Начфиза спрашивает: «Как там у вас дела? Макивары не прохудились ли? Киманы не пообтрехались? А то может заказать вам какой дополнительный инвентарь? Палок бамбуковых? Трезубцев там, или сетей? А то может пару-тройку диких тигров для полного комплекта? Вы только скажите!»
А майор Ли, чуя, что масть ему вовсю прёт, продолжает развивать свой успех: «Что это у нас в научных лабораториях адъюнкты балду гоняют? Я их давеча опросил, так они, даром что учёные, уракен от урамаваши отличить не могут! Надо бы их тоже массово привлечь к единоборствам».
И ведь хер ты Генерала переубедишь, что всё хорошо в меру. Уже и минуя его, выходили через голову, так сказать, на самые верха вплоть до Главкома – ничего, никакого эффекта.
Стал народ училищный роптать. Всё как по классику – верхам по-кайфу, а низам кунг-фу это регулярное уже в печенках сидит...
В старые-то времена оно попроще было. При тех же Романовых примется какой монарх-новатор чудить, а гвардейцы и прочее мурло до поры терпят. Но как допечёт, соберутся и айда гуртом венценосцу импичмент объявлять – кто со шпагой, кто с шарфом, кто с табакеркой полпудовой на цепочке.
Ныне эпоха другая, резать-душить и до геморроидальных приступов доводить вроде как не комильфо. А вот подставу организовать, когда другие меры результата не приносят – это самое то.
Оставалось только ждать подходящего момента...
... А тем временем в СССРе бардачина заваривалась нешутейная! Ну кто ж мог подумать, что натовцы будут наши воинские части как свои диснейлэнды запросто посещать. Так ещё и стало это за великую честь почитаться. А политики наши не нарадуются – во, мол, как нас гласность-то нахлобучивает, нет у нас теперь врагов, скрозь одни партнёры...
Дождались и мы заокеанского «счастья» - приходит в училище депеша: «В свете нового мЫшления и внезапного приступа дружбы народов надлежит вам обеспечить визит группы американских офицеров». Сам Главком подрядился делегацию сопровождать.
Ну, закипела работа! Одно дело своих встречать-привечать, а тут – американцы!
Чистили-блистили всё, как никогда до этого. А ну как какой внучатый племянник дяди Сэма заметит, что отдельно взятая ножка отдельно взятого табурета испачкана? То-то будет над чем ехидно посмеяться Президенту США в его Овальном кабинете...
Мало наших усердных дураков, так ещё и особисты, из Москвы присланные ну просто душу вынули - вплоть до того, что бычки в урны не кидать, а уносить с собой, после чего проводить их захоронение на глубину не менее метра, желательно за пределами училища.
Замудохали всех с этой подготовкой вусмерть. И это при том, что всё мероприятие на один только день запланировано.
У руководства тоже голова кругом: Как действовать? Как встречать? Хлебом-солью или просто так? Да надо бы кого-то из своих штатовцам в гиды определить. А кого? Первый Зам в больницу с язвой слёг, отмазался. Зампотыл толстый и круглый, что тот сказочный колобок, товарного вида не имеет. От Замповооружению даже после пятой шайки в бане напалмом и порохом за версту несёт, могут не так понять. Против Зампонауке резко высказались особисты...
Как-то сама собой нарисовалась кандидатура Замполита училища. А что - молодой, активный, с фантазией. Даже по-английски мал-мал волокёт. Ну распиздяй местами, так это даже плюс - путь видят наши заатлантические коллеги, что и у нас демократизация махрово колосится.
После долгих и мучительных прений и согласований с Москвой решили-постановили: курсантов в кокошники не наряжать, хлеб-соль-чарку гостям не подносить, действовать строго по Уставу, ответственным за экскурсию назначить Замполита.
Наступает день Х и час Ч.
Подъезжает к училищу целая канитель чёрных бибик. Выходят из них Главком нашенский, американы американские в своей чуднОй форме, гражданский с ними какой-то.
Только минули они КПП, как звучит могучий рёв Генерала: «СМИР-Р-Р-НА!!!». Аж стрижи пернатые в воздухе крылья к бокам плотно прижали, потому как команда «Смирно» - она всех касается. Даже штатовцы прониклись, по струнке вытянулись и а-ля воинское приветствие изображают. У одного только даже не фуражка - пилотка на бестолковке, а остальные к пустым головам ладошки приладили. Хотя у них вроде так и положено.
Подходит наш Генерал к Главкому чётким строевым и докладывает: За время Вашего отсутствия никаких скандалов не случилось, и в целом, и по-мелочи - всё ничтяк.
Главком его выслушал и скомандовал «Вольно». «ВО-О-О-ЛЬНО!!!» - продублировал Генерал, и те стрижи, в количестве не менее пяти единиц, так и попадали наземь от перенапряжения.
Покатило знакомство. Вот, товарищи, полюбуйтесь - живые американцы: кемэл... тьфу ты, кёнэл Томсон; мажор Джеррисон, офицер-воспитатель в ихнем понтовом ... как там его... в Вест-Пойнте; этот, черненький на личико – секунд-люфтенент Ватзефакингз какой-то. В штатском - переводчик Степан Абдуллаевич Краузе. Главкома и так все знали.
Генерал тоже представил свою челядь. Особо выделил молодого Замполита, мол, именно он будет вас сопровождать и всё показывать.
Амеры бошками закивали: «Ес, ес, вэри гуд!» и ручонками машут, типа погнали уже смотреть чё тут и как, нехера тормозить.
... И понеслась Кубань в хату...
Десятка шагов не сделали, как упёрлись в Доску объявлений.
А на ней висит яркий, невесть откуда взявшийся плакат: «Завтра, в субботу, в 17.30 состоится соревнование по СУМО. От каждого подразделения...» и т.д.
Амеры в русском вроде как не секут, но бойкий толмач мигом всё дословно перевёл. У штатовских глаза округлились: «Ва-а-ау! Риали?! Сумо? Джяпан Сумо?! Дыс ыз инпосибля!».
Наши – в замешательстве, понять не могут о чём речь. Главком на Генерала очами зыркает, Генерал на Зампотыла. И тэ дэ по ранжиру...
Главком тайком шепчет на ухо Генералу: «Твой Начфиз никак совсем сбрендил? Докладывали мне, да я, дуpak, не верил. Ах ты ж Конфуциё-мать!..»
Генерал лепечет: «Это какое-то недоразумение... Ну, товарищ Ли, дзэнбздец тебе...».
В общем, возникла крайне неприятная пауза.
Тут Замполит, видя, что ситуацию надо спасать, перехватывает инициативу и вполголоса спрашивает переводчика: «Скажи-ка мне, браза, интуристы к нам точно на один день приехали?».
Тот говорит: «Истинно так, Христом Богом клянусь. Завтра утром всё, салям алейкум, нах хаузе цурюк».
«Ну тогда переводи!» - бодро заявляет Замполит: «Видите ли, господа, в прежние времена нами чисто теоретически рассматривалась возможность вооруженного столкновения с Японией. На освобожденной территории надо было бы как-то организовывать досуг граждан ЯпССР. А сумо, как известно – неотъемлемая часть японской культуры. Поэтому было принято решение готовить специалистов в данной отрасли. Потом от этих планов отказались, однако привязанность к сумо осталась... Да что и говорить – даже некоторые старшие офицеры до сих пор ни дня без тренировки не проводят».
«Вау!» - говорит кёнэл Томсон: «Я отслужил в Японии десять лет и там полюбил сумо. Но никогда бы не подумал, что и в России... А скажите, вот этот прекрасный мистер...» - и тычет пальцем в сторону Зампотыла-колобка: «...Неужели тоже суматори? А то я думал, что это просто очень полный человек».
И пока командование продолжает находиться в прострации, Замполита несёт: «Отнюдь! Вопреки сложившимся на Западе стереотипам Советская армия тучных офицеров без повода не держит. Указанный Вами полковник Борзинцов – самый что ни на есть главный мастер по сумо. Правда теперь он не практикует. Хотя нет-нет, но и может показать Кузькинз мазэр любому... как там? Сумоторию? Вот именно ему... А сейчас давайте не будем задерживаться возле такой вообщем-то банальной мелочи, и проследуем далее. Вас ждёт ещё масса сюрпризов и открытий».
Амеры дружно проследовали.
Главком кивком головы одобрительно протелепатировал Генералу, мол, а Замполит-то твой - молодец! И неодобрительно: а Начфиз-то гaндoн и cboлoчь, чуть не подвёл под монастырь...
Генерал взмахом густых бровей также телепатически ответил: по поводу Замполита – херню не держим, а на тему Начфиза – выясним и накажем со всей пролетарской строгостью...
Вроде как, слава Богу, отбрехались.
Ну а дальше погнала плановая бижутерия: осмотр казарм и аудиторий-лабораторий, любование спортгородком, созерцание строевой подготовки и прочие аттракционы.
Генерал, оставив гостей на попечение Замполита-молодца, решил немедленно разобраться с крамольным объявлением и срочно вызвал к себе Начфиза. Но тот божится: «Ничего я ни сам не писал, ни приказаний на то не отдавал. Никаких состязаний и в планах не было, клянусь Буддой, Лао-Цзы и великими братьями Сунь-Ят-Сеном и Джо-Да-Сеном! Это не иначе как козни интриг».
«Ладно» - говорит Генерал: «Подождём. Если всё прокатит, то, считай, тебе повезло. За малым не оконфузились...».
К тому времени основная программа экскурсии закончилась. Предполагалось, правда, ещё и посещение столовой с дегустацией блюд. Но штатовцы когда узнали, что борщ не на кока-коле сварен, чизбургеров в меню нет, да и забавные игрушки к каждой порции не выдаются, от наших харчей наотрез отказались. Зря только столовую мыли.
На после обеда был запланирован строевой смотр, ну и так кое-что, по-мелочи.
Пошли все американцев в гостиницу провожать. И тут вдруг кёнэл Томсон говорит: «А нельзя ли сумо-бои перенести на сегодня? А-то чёта меня прям плющит на это дело позырить...».
Блин, да что ж такое... Опять наши напряглись, как трансформаторы, на Замполита-спасителя с надеждой смотрят.
А тот (откуда у него в башке всё это берется?!) выдаёт: «А известно ли вам, достопочтенные сэры, такое понятие, как толерантность? Сегодня ведь что за день недели? Правильно, пятница. А пятница, да буде вам известно – священный день для всех мусульман. У нас в училище несут почётную службу ребята и с Кавказа и из Средней Азии. Мы должны уважать их традиции. Может это у вас там в Америке с правами человека как-то по-другому, не знаю... Так что сегодня ну никак нельзя».
Гости натурально обалдели, ажно рты раззявили. Главком сияет - ну до чего, мол, красавэла, этот Замполит, в чистую уел переносчиков демократии.
Мажор Джеррисон, пытаясь спасти престиж своей страны, заявляет: «А устраивая мероприятие в субботу вы нарушаете права иудеев!»
Замполит этот вялый довод лихо парирует: «Таки где вы видели у нас хоть одного иудея? Не хотят они в наше училище записываться, уж как мы не старались... А на нет, как у нас говорится, и суда нет».
Ввиду отсутствия контраргументов на том прения и закончились. Америкосы отправились в гостиницу свои фаст-фуды трескать да донесения в ЦРУ стряпать.
Наши ликуют. Главком Генерала поздравляет, Замполиту намекает на необходимость изыскания шила для продырявливания погона на предмет новой звёздочки.
В шестнадцать-ноль опять нарисовываются американцы. И с ходу: «Этеншен! Найс ньюс! Мы тут договорились на самом высочайшем уровне, и наш визит продлён ещё на день. Так что вы сможете оказать нам честь и показать выступления ваших сумоистов»...
Это был попадос. Такой попадос, что попадосней некуда. Международного уровня. Попадосинг. Попадосгейт.
Дальнейшие мероприятия того дня прошли кое-как, без энтузиазма.
Не успели за амерами закрыться ворота, как созывает Генерал экстренный курултай. На повестке дня единственный вопрос: «Как избежать завтрашнего позора?»
С самого начала договорились: розыск отщепенцев, изготовивших подлое компроментирующее объявление, оставить на потом. Равно как и придумывание кар излишне говорливому Замполиту, рейтинг которого упал так же быстро, как и даве поднялся.
Сперва был заслушан Начфиз Ли, доложивший краткую суть сумо, как такового.
Оказалось, что дело не особо хитрое – необходимы товарищи попузатее; их попочно-паховая область должна быть обмотана тканью неким затейливым способом; по сигналу они должны выпихивать друг дружку за пределы поля, действуя строго своей массой, воздерживаясь от ударов по мордасам, сусалам и мундиалям. Нужна ещё особого вида площадка из глины и песка...
Генерал тут же дал команду выдать Начфизу новые простыни для обеспечения внешнего антуража. С площадкой решили не заморачиваться и использовать имеющиеся татами и спортивные маты.
С личным составом дело обстояло несколько сложнее ввиду дефицита объёмных и массивных курсантов.
Генерал сказал Начфизу: «Идите, товарищ Ли, готовьтесь. Сделайте всё возможное и невозможное. А насчет бойцов... Если в ближайший час сидящие здесь великие умы не придумают что-то дельное, они поступят в ваше распоряжение. Устроим, так сказать, бои ветеранов. Ступайте!»
«Итак!...» - продолжил Генерал, как только Начфиз удалился: «Товарищи офицеры, у вас есть ровно шестьдесят минут, чтобы решить проблему. Исходные данные вам известны. На кону – имидж державы и ваш личный позор в виде задорного пхания пузиками на радость супостатам. Сейчас я заведу будильник, после чего начинается мозговой штурм. Мне нужны идеи. Три-два-один... Поехали!».
Ну поехали так поехали. По-первоначалу робко, а потом разошлись...
Разумеется, самым заманчивым было - используя дружбу родов и видов войск попросить ребят из РВСН или подплава как бы случайно пульнуть одну ма-а-аленькую ракетку мегатонны в полторы, не больше, в сторону какой-нибудь никому не нужной Оклахомы, а там уж за общим бардаком никто про сумо и не вспомнит. Однако, взвесив все за и против, пришли к выводу, что согласование с ракетчиками займёт слишком много времени, до завтра точно не успеть.
Или вот идейка! – набуцкать сегодня же вечером наших американов, благо отчаянных бойцов, взращённых Начфизом, предостаточно. Однако Генерал был категорически против. Это, говорит, международный конфликт и уголовщина, уж лучше вернуться к варианту с Оклахомой.
Во ещё вариант! Бляде... то бишь проверенных и соответствующим образом проинструктированных дев направить в стан противника, аки тех библейских Далил! И пусть они в течение суток сосу... в смысле – ублажают наших гостей, не выпуская их за пределы гостиницы. Но Генерал и тут недоволен. Это, говорит, аморально и не по-советски. Хотя, говорит, определенное рациональное зерно имеется.
Другие идеи, как то: объявить карантин по поводу бубонной чумы, холеры, или иной какой заразы; просто закрыть ворота КПП и тупо не открывать; обвесить все стены плакатами «Янки, гоу хом!»; изобразить забастовку сумоистов с требованием усиленного питания и проч., Генералу тоже не улыбнулись.
А часики-то тикают, вот уж и семь минут осталось до трагического «Бззы-ы-ынь!».
А Генерал-то шутить не любит и не умеет.
Иссякли все, сидят, молчат. Только Зампотыл-колобок, с легкой руки Замполита заочно записанный в сумоторические корифеи, обхвативши голову руками, всё бубнил: «Долбаный Замполит! Да чтоб он сдох! Сдох! Гадёныш!..».
И тут Генерал как подорвался с места! Стал бегать по кабинету и бормотать: «Так-так-так... А ведь это мысль!... Значит, Замполит сдох... А Замполит ведь хороший!.. Его американцы любят!.. Опочил во цвете... Вечная память... И тогда что?... Ага... ага... конь на Е2... слон на Н6... И пешка в дамки... А ежели?.. Да ну нет...»...
«Итак, товарищи офицеры!» - провозглашает Генерал: «Поздравляю, Вы все тупари! Решение найдено мною! Надо убить Замполита!»
Ну тут все как загалдели! Что ж вы раньше-то молчали, товарищ Генерал-майор! Давайте прибьём гада, давно пора! Особенно если это делу поможет!
Замполит совсем поник, мол, делайте, что хотите, я ведь старался как мог.
Генерал командует: «Фу! Фу!!! Отставить! Я не в том смысле! Речь идёт о, так сказать, виртуальной смерти! Сейчас объясню...»
Назавтра на Доске объявлений висел новый плакат: «Скоропостижно скончался незабвенный Заместитель начальника училища по политической работе. Скорбим, помним». Плакат содержал фото Замполита с чёрным уголком, а также краткое описание его славного боевого пути от сперматозоида до подполковника.
Прибывшим штатовцам было объявлено, что у нас форс-мажорный траур. Соответственно, ни о каких там сумошных соревнованиях и речи быть не может.
Американцы поскорбели, удивляясь столь неожиданным жизненным перипетиям, дипломатично уклонились от участия в погребальной церемонии и поминках (хотя сценарий был разработан мощнейший) и не солоно хлебавши укатили обратно в своё США.
Главкому, понятно, объяснили всё заблаговременно. Тот, покачав головой, обозвал всех ... - плохо так обозвал, непечатно. Но затею в принципе одобрил.
В общем, подстава удалась на славу, сработала на все сто.
Кружок единоборств остался, но дикие побоища прекратились навсегда.
Начфиз Ли вскоре после этого был переведен в Москву с повышением.
Хотя о "смерти" Замполита знал очень ограниченный круг лиц, но оставлять его в училище было глупо – рано или поздно все всё узнают и жизни не дадут, засмеют.
Замполита взял под свою опеку Главком - очень уж импонировала ему способность Замполита выкручиваться из трудных ситуаций. Он лично обеспечил его перевод в Москву, в Главный Штаб. Там Замполит быстро развернулся - полковника получил и даже докторскую защитил на тему что-то типа: «Особенности проведения политических занятий в эпицентре ядерного взрыва». В 93-м он уволился и ушёл в политику. Сейчас нет-нет, да и мелькнёт его рожица в телевизоре.
Генерал благополучно вышел на пенсию. Дом себе купил под Краснодаром, индоутей разводит. Они у него, говорят, выдрессированы, по подразделениям рассчитаны, каждое утро: построение, постановка задач и, шагом марш, на занятия, жирок нагуливать.
Так что никто из невольных жертв подставы внакладе не остался, никому она жизни не испортила.
Авторов объявления так и не нашли. На встречах выпускников и сослуживцев каждый себе в актив этот «подвиг» записывает. Их послушать, так человек сто объявление писало и ещё столько же приклеивало его на доску. Правды уже не сыщешь. Да и не надо.
Такая вот история...
Как мы беглого зэка ловили.
Благодаря моей любимой учительнице, попал я в конце 90-х в археологическую экспедицию под Запорожьем.
Копали там студенты местного ВУЗа и примкнувшие к ним выпускники, многим из которых было далеко за 30. Но они продолжали по старой памяти ездить на раскопки не столько ради науки, впрочем, сколько ради вечерних похождений.
В своем логове на Камчатке, дальней лагерной полянке, эти "старички" в темное время суток предавались веселым гуляниям, инфильтруя в свои ряды симпатичных первокурсниц и особо юморных первокурсников. Я был довольно замкнутым старшеклассником, но пару раз все же попадал на стариковские вакханалии.
В один из таких вечеров я опять там оказался. Старики пели под гитару атмосферную песню "Не труби глашатай", грудастые студентки пили алкоголь, приближенные первокурсники юморили, я тихонечко сидел и украдкой пробовал водку. Все как всегда.
Как вдруг подошел комендант.
- Оооо, комендант, садись к нам!, - дружелюбно предложил гитарист, прервав песню на "...радуйся торговец, закупай мыло".
- Я лишь на минуту.
По давнему правилу, комендантов археологического лагеря назначали тоже из первокурсников, но именно этот комендант был серьезен и представителен, как генерал Лебедь. Только толще раза в три.
- Шеф просил передать, что из колонии возле Каменки сбежал уголовник. Милиция выставила посты на дорогах.
- Да ерунда это все, давай лучше выпьем.
- Позже..., - глаза лагерного функционера зловеще сверкнули в отблесках костра, - мне нужно всех обойти.
Комендант скрылся в деревьях, но чуть погодя все же вернулся и влился в коллектив. Веселье шло по нарастающей, прямо пропорционально выпитому. Студенты блаженствовали.
Потому расслабленное общество не сразу обратило внимание на шум и треск в кустах - кто-то продирался сквозь посадку не разбирая дороги. Честно говоря, в тот момент сквозь палатки мог спокойно проехать на воловьей повозке сам торговец мылом, спешащий в умирающий Рим - никто бы бровью не повел. Но комендант проявил бдительность.
- Эй! Кто там! Стоять!!!
Из зарослей репейника вышла сгорбленная фигура в брезентовой плащ-накидке и попыталась обойти крайние шатры. Тусклый свет костра не позволял разглядеть детали.
- Это он! Беглый! Зовите милицию!, - трезвый и сообразительный комендант моментально оценил обстановку.
Но не тут-то было. Распаленные мужики делиться славой с органами не хотели и сами кинулись хомутать преступника. Мысленно они уже видели в газетах заголовки "Особо опасный преступник обезврежен храбрыми студентами". Чего греха таить, бросился в атаку и я, картинно держа пустую бутылку за горлышко.
Мгновение- подозреваемый окружен и нервно озирается в предчувствии самосуда.
- У него тапооооор!, - вдруг заорал комендант.
Но реакции нет, топор и топор, нас все равно больше.
И тут произошло страшное. Громко и протяжно завизжала дородная студентка.
В этом визге было все: расчлененные топором трупы сокурсников, ужас перед кровавым чудовищем и ясное осознание того, что жизнь разделилась на "до и после" и прежней уже не станет никогда...
Эмоциональный посыл был столь мощным, что паника охватила всех из присутствующих до последнего. Студенты и старики ринулись кто куда, бросая женщин на произвол судьбы. От выпитых пятидесяти грамм водки я чуть замешкался и бежал одним из последних, удивляясь проворству остальных: вот только балагур-первокурсник храбро бросался на фигуру в темном, а через мгновение он уже скрылся в посадке, молнией пролетев мимо меня - я едва успел проводить его взглядом.
Пришел в себя я где-то среди кустов и хвороста, прислушался - резни вроде нет. Может зэк убежал? Хорошо бы.
Выбрался к людям и вижу картину полного разгрома: брошенные ножи и фонарики, перевернутые бутылки, слетевшие при убегании тапочки. Вернувшиеся беглецы выглядят смущенными.
На лавочке комендант пьет водку с человеком в плаще на голое тело, оба ржут. Капюшон сброшен и видно, что это один из молоденьких студентов. Шутка удалась.
АВТОМАТНАЯ ЭПОХА
"В мечте есть сторона, которая лучше действительности; в действительности есть сторона лучше мечты.
Полное счастье было бы соединение того и другого..."
(Л.Толстой)
Я тут взялся, недавно, выгуливать своего десятилетнего сына и двоих его одноклассников.
Сидели в кино, хрустели ведрами попкорна, ждали начала и пацаны между собой беседовали.
Саня:
- А вы бы хотели, если бы нам сейчас дали три коня и три автомата?
Олег:
- Да, класс, я бы хотел.
Саня:
- Я бы тоже. И чтобы патроны в автоматах никогда не кончались.
Казалось бы, отличная мальчишеская мечта: три коня, три автомата с вечными патронами, ну что еще в десять лет нужно для полного счастья? Но тут в разговор вступил мой Юра.
И в кого он такой циник? Я ведь абсолютно не такой, да и вокруг дети – как дети, а мой иногда ведет себя, как пожилой, надменный лилипут, затесавшийся в песочницу к детям.
Юра:
- Три коня, три автомата и вечные патроны – это конечно вау! Только хорошо бы еще, чтобы кони были надувными и чтобы не ели и не какали.
Саня:
- Почему надувными?
Юра:
- Ну, представь, порысачил ты по району, пострелял чуть-чуть, подрулил домой, а дальше что? Куда коня? В квартиру тащить? Или у подъезда к урне привязывать? За ночь угонят, или сам замерзнет. А сколько кони жрут, ты знаешь? А какают? Вы будете с пакетами за ними ходить? Нет, лучше надувной. Домой прискакал, сдул и на балкон бросил. Да и автоматы нафиг не нужны, один раз на улице стрельнешь, а через полчаса тебя приедет брать вся московская полиция: - "Идиоты на конях, сдавайтесь и бросайте оружие, вы окружены! Повторяю..."
Саня с Олегом призадумались и спросили:
- Юра, а тогда, что бы ты сейчас хотел?
Юра:
- Я бы хотел, чтобы киномеханик забыл бы сейчас включить рекламу и сразу начал показывать кино…
Выключился свет и я, конечно же, вспомнил своего дедушку Васю и как лет сорок назад я был абсолютно счастлив.
…Дед хитро улыбался и просил рассказать стихотворение, а я сразу понимал, ЧТО мне за это будет и с глубоким чувством начинал:
- Шел вчера я мимо школы.
Сколько там детей, родная!
Как рассказывал учитель,
Долго слушал у окна я…
В конце дед гладил меня по голове, запирал в дачном домике (чтобы я не узнал – где тайник) и через пять минут возвращался с черным, тряпочным мешком, застегнутым на пуговицы (он специально его сшил), сажал меня на диван, долго возился с пуговицами и наконец складывал мне на коленки тяжелый, холодный и колючий… автомат.
Да, коня у меня не было, патронов тоже, но страшный, черный и железный автомат был! И это было настоящее счастье.
Когда мы с братом вспоминаем какие-нибудь моменты самого раннего детства, в первую очередь, выясняем – в какую эпоху это было, до автоматную, или после?
В конце шестидесятых, дедушка Вася строил дачу, и каждый день ходил за чем-нибудь полезным на местную свалку, там он и нашел наш автомат.
Практически новый, ни капли ржавчины, даже кожаный ремень на месте. Одна беда – магазина не было, а без него вид совсем не тот. До сих пор обидно, ну какая фашистская cboлoчь выбросила на свалку автомат без магазина?
Я всегда пытался пристроить вместо него что-то суррогатное: бабушкину фотографию свернутую трубочкой, дедушкину логарифмическую линейку, ну, или на худой конец, брусок черного пластилина, за что, тут же получал подзатыльник, и мое краткосрочное свидание с автоматом прекращалось до следующего раза…
Жаль, что дедушка мне так и не дал поползать с автоматом даже по клубничным грядкам, вся война проходила исключительно в домике и только за закрытыми дверями. Конспирация.
Автомат наш, хоть и был немецкий, но я почему-то был уверен, что немцы делали автоматы только с одной целью, чтобы с закатанными рукавами войти с ним в лес, глупо повертеть головой, получить от партизана камнем по каске, тут же умереть и завещать свой автомат партизанскому отряду.
Вот и мой автомат был стопроцентно-партизанский, во первых - партизаны у себя в землянке приделали ему для красоты темно-коричневые пластиковые накладки ( телевизоры тогда были черно-белыми и я думал, что обычно автоматы у немцев полностью металлические, без всяких там пластиковых щечек)
А во вторых – на нем партизаны сами выбили русскими буквами, что, Мы, мол, Русские и нас в партизанском отряде целых 40 человек, но поскольку на автомате места было немного, то написали они все это сокращенно: М. Р. – 40
Даже сейчас, спустя столько лет, я могу нарисовать свой «автомик» с закрытыми глазами, помню каждую грань, каждый винтик и заклепочку, я даже горьковатый привкус его помню. Каюсь, лизал…
Но любое счастье штука временная (если конечно – это настоящее счастье)
Так случилось и со мной, я сам спалил лягушачью кожу - в первом классе, как-то задал деду простой и логичный вопрос:
- Дедушка, у меня есть лучший друг – Сережа, он очень хорошо умеет хранить тайны, можно он приедет к нам на дачу и тоже посмотрит на «автомик»?
Дед закинул ногу за ногу, задумался и после долго молчания, грустно сказал:
- Э – эхэ-хэх, ото ты дурнэ…
Потом принес автомат, ящик с инструментами и часа за два разобрал мое счастье на горстку невзрачных железяк. Каждую деталь замотал в газетку, чтобы не звенело, нагрузил сумку и мы пошли.
Через два часа и один автобус, мы уже были на Комсомольском озере.
Дед договорился с лодкой, сели и поплыли.
С тех пор, мой любимый автомат, разбросанный по кусочкам, покоится по всему дну озера…
Как же я рыдал и убивался тогда, чуть не умер от горя.
Теперь то я понимаю, что мой дедушка Вася был добрейшей души человеком, я бы на его месте, автомат перепрятал, а в Комсомольском озере утопил бы внука…
…Вот, вспомнил деда, нашу автоматную эпоху и не могу теперь отделаться от навязчивой идеи – выбрать день, съездить на блошиный рынок и все-таки найти и купить тот дурацкий магазин, которого мне так в детстве не хватало. Не знаю зачем, но очень хочется…
В Иркутской области из библиотек изъяли "Карлсона", "Дюймовочку" и "Колобка"
В одном из районных отделов народного образования посчитали, что эти книги отрицают семейные ценности и пропагандируют насилие
Москва.
26 марта. INTERFAX.RU - В Иркутской области запретили для прочтения детям и изъяли из библиотек "Карлсона", "Дюймовочку", "Колобка" и ряд других книг из-за содержащейся в них вредоносной информации, сообщил советник президента РФ Владимир Толстой.
"Мне прислали из Иркутской области, Качугского района распоряжение районного отдела народного образования список литературы, полностью запрещенной для прочтения детям всех возрастов, список вредоносных литературных произведений, запрещенных для распространения среди детей согласно ФЗ 436 о защите детей от информации, причиняющей вред их здоровью", - сказал Толстой в Госдуме на заседании "круглого стола" на тему роли литературы в патриотическом воспитании.
Он зачитал названия некоторых произведений из списка с пояснениями о том, почему они вредны. Так, в книге "Карлсон, который живет на крыше", содержится информация, отрицающая семейные ценности и формирующая неуважение к родителям, а в "Приключениях Тома Сойера и Гекльберри Финна" - информация, способная вызвать у детей желание заниматься бродяжничеством. "Сказка о Золотом Петушке" опасна из-за сцены убийства Додона Петушком.
"Это не юмор, это изъяты книги из библиотек", - подчеркнул Толстой.
По словам Толстого в список литературы, запрещенной к прочтению детям до шести лет, вошли "Иван Царевич и Серый волк" - из-за сцен воровства коня и Елены прекрасной, а также "Колобок" - из-за физического насилия над Колобком. Кроме того, из-за сцены нападения на теремок Лисы, Волка и Медведя в опалу попал "Теремок".
"Это не анекдот, это учительница русского языка и литературы прислала мне сейчас", - вынужден был подчеркивать советник, видя реакцию участников заседания.
Детям до 12 лет запретили читать книгу "Волк и семеро козлят", так как там содержится описание смерти Волка, а также "Гуси-лебеди" - из-за описания похищения детей гусями. В немилость районного отдела народного образования попала и "Дюймовочка" - "из-за насильственного удержания Дюймовочки мышкой и принуждении к вступлению в брак".
"Это официальный документ! Поверьте, ничего веселого тут нет, на местах так понимают правоприменительную практику закона. Все, на чем мы вырастали и наши дети, нашим внукам уже запрещено", - сказал Толстой.
Президент Российского книжного Союза Сергей Степашин на это предложил законодателям внимательнее относится к своей деятельности.
"Каков закон - таков ответ, я сам был законодателем и знаю, что говорю, надо тоже думать, когда законы принимаете, и к кому эти законы попадают, я к законодателям обращаюсь, вы что только не напринимали в последнее время", - сказал Степашин.
Причина смерти - расстрел
"Репрессия – наказательная мера, применяемая государственными органами"
Репрессии тридцатых годов сломали миллионы судеб.
Истинную боль людей, их горе, не могут отразить цифры статистики. Воспоминания, устные рассказы позволяют понять и почувствовать мрачную для многих действительность тех лет.
...
- Я родилась 28 января в 1926 года в городе Амвросиевка. Нас было трое детей в семье. Мама не работала в связи с инвалидностью «по сердцу». Отец - Михаил Федорович Гончаренко - преподавал математику, физику и астрономию в средней школе. Его уважали коллеги и любили ученики. Семья у нас была благополучная. Отец – выходец из обычной крестьянской семьи, в которой был старшим из девяти детей. Жили они в селе Благодатное недалеко от Амвросиевки. В школе он учился настолько хорошо, что его при царском режиме бесплатно отправили учиться в Ростов в церковно-учительскую семинарию. После окончания семинарии он работал учителем в сельской школе. С началом Первой мировой войны в 1914 году был призван в армию. Как имеющему образование, ему присвоили первый офицерский чин – прапорщик. После революции 1917 года их часть перешла на сторону красных, но какое-то время он провел в лагере, где его проверяли на благонадежность. Проверку он прошел благополучно, его выпустили, и назначили заведующим школой в селе Новоивановка под Амвросиевкой.
Он заочно учился и закончил Ворошиловградский учительский институт и одновременно учился в Московском госуниверситете. Я храню его студенческие билеты и зачетные книжки.
1 марта 1938 года его забрали последним из 12 учителей школы. Тогда было ходовое слово – «забрали». Не «арестовали», не «осудили», конечно же, не «репрессировали», а «забрали».
Это случилось ночью. Пришли, перетрясли всю квартиру, все его книги, записи… Детям не разрешили вставать с постели… Я была средняя по возрасту, - мне было одиннадцать. После обыска, когда отца уже выводили, мама хотела подойти к нему, обнять, попрощаться, - ей не разрешили. Отец полуобернулся в дверях, сказал ей: «Таня, учи детей!». Это были последние его слова, которые мы слышали. Так мы его потеряли.
После его ареста многие школьники переживали за него, и интересовались его судьбой.
Житье у нас наступило нищенское. Мама положила все силы, чтобы нас учить. Очень много времени она провела под стенами тюрьмы – хоть что-то о нём узнать, услышать… Никаких известий мы о нем не получали. На наши запросы и обращения либо ответов не было, либо нам отвечали, что он «находится в северных лагерях».
Началась война – три раза через нас перекатывался фронт. Жили не в доме, а в степи, чтобы не попасть под снаряды. В оккупации сажали кукурузу – ею выживали. В 1941 году я была в восьмом классе. Когда нас освободили в 1943, - пошла учиться в девятый, потом – в 10 класс. Старший брат погиб на фронте. Я окончила школу с Золотой медалью в 1945 году, и была принята без экзаменов в Днепропетровский мединститут. Студенческие годы тоже были очень трудными. Особенно памятен голодный 1947 год. Весомой поддержкой к скудной стипендии были выплаты за сдачу донорской крови.
После института в 1950 году по распределению три года работала в железнодорожной больнице на станции Яр Пермской железной дороги. Потом меня перевели на Донецкую железную дорогу, в большую больницу в Иловайске. Все хирурги в этой больнице были с фронтовым прошлым и, работая с ними, я приобрела бесценный опыт.
В Воскресенск перебралась, выйдя замуж. Мой муж Андрей Михайлович Захаров был главным инженером Восцемзавода. Работала во второй городской больнице, в других больницах и поликлиниках. Здесь у нас родился наш единственный сын. Он трагически погиб в зрелом возрасте. У меня есть внук, с которым у меня прекрасные взаимоотношения. Он – врач. Занимается и клинической медициной и научной работой, и я горжусь его успехами.
Я продолжаю трудиться по специальности в медкомиссии воскресенского военкомата. С 50-года по сегодняшний день продолжается мой трудовой стаж.
Что до информации об отце, то во времена Хрущевской оттепели нам ответили, что он умер в «северных лагерях» от брюшного тифа. Но и это оказалось неправдой. В 90-х годах были открыты новые архивы, и я в Москве получила официальный ответ, что он был расстрелян через полтора месяца после ареста. В справке так и написано – «Причина смерти – расстрел».
Состою членом Воскресенской ассоциации жертв политических репрессий, всегда посещаю эти наши печальные митинги, и вспоминаю отца.
Эх рыбалка, рыбалка …
Скажу сразу, сам я любителем, а тем более профессионалом рыбной ловли
никогда не был, да наверно и не буду.
А убедил меня в этом увиденный
раз случай.
На берег моря, где мы отдыхали веселой компанией, старый, умудренный
опытом и жизнью кореец привез «молодую поросль», по всей вероятности
внука и его друзей. Выгрузив из прицепа машины такую же старую, как он
сам, деревянную весельную лодку, кореец отдавал необходимые
распоряжения. Обстоятельно и досконально объяснив, что и как надо
делать, он подтолкнул корму в сторону прибоя, и молодежь весело вдарила
веслами по набегающей волне. Наставник, оставшийся на берегу, устремил
свой взгляд куда-то за морской горизонт, погрузившись в нирвану
многолетних воспоминаний. Минут через пятнадцать он вышел из этого
состояния, и по его лицу пробежала волна удивления. А удивляться было
чему - за все это время лодка с его учениками даже не сдвинулась с
места. Нет, весла работали исправно, выбрасывая на берег пучки
водорослей и очумевших от такого действа медуз. Иногда лодка даже
срывалась вперед, но волна прибоя возвращала ее на место. «Под волну
уходи, под волну», начал отдавать распоряжения наставник, показывая на
руках, какое направление надо взять, чтобы преодолеть прибой. Правда,
молодежь не слушала его, скрипели уключины, из под рук, держащих весла,
попахивало дымком горелой древесины, а глаза светились восточным
упорством. Еще через минуту старый кореец, совместив русский мат с
животными, которые обитали на его национальной родине, давал своим
ученикам такие названия, что воплотись они в реальности, побережье
превратилось бы в «остров доктора Моро». Плюясь во все стороны слюной,
он швырял в лодку камни, стараясь привлечь внимание к себе. Трижды
забегал по колено в воду, один раз волна накрыла его по пояс, но эффект
оставался нулевым. Народ в лодке греб! Греб, невзирая ни на что. Еще
через полчаса лодка, зависнув на последней волне прибоя, взвизгнув
уключинами, перевалила и мягко заколыхалась на ровной поверхности.
«Якорись - якорись! Бросай якорь! Якорь бросай! » - с трудом переводя
дыхание от наступающего инфаркта, из последних сил заверещал
наставник. Его слова были восприняты в лодке положительно, и один из
ребят, широко размахнувшись, швырнул якорь в море …. Вместе с
булькнувшим и уходящим под воду якорем, на берегу рухнул и старик, а
что он мог еще сделать, если якорь не был даже привязан к веревке.
С того дня я рыбу покупаю только в магазине, чтобы, не дай бог, и мне
не пришлось учить этому нелегкому делу своих потомков.
Это были 90-е и мы зарабатывали как могли.
В феврале 1994 года поехал в славный город Будапешт за своим первым авто.Оставив свой газовый пистолет в камере хранения жд вокзала городка Чоп,я сел в поезд "на Будапешт" и отправился в путь.Был конец зимы,поэтому в вагонах с удивительными (для меня)креслами в купе было невероятно холодно.Хотя не так-холодно было потому что не топили.Венгерские железнодорожники ходили по вагонам и предлагали всем перейти в единственный отапливаемый вагон.Вагон для курящих.Был курящим,поэтому легко согласился.В проплывающем мимо пейзаже не запомнил ничего примечательного,поэтому сразу прибываем в столицу Венгрии.На вокзале,осмотревшись,выделил из толпы двух парней,явно прибывших с целью,аналогичной моей.Ребята оказались украинцами с опытом и желанием мне помочь,поэтому мы сразу отправились в отель."Отель" оказался небольшой частной гостиницей при каком-то заводе.Купив бутылку венгерской водки и консервов сели обсуждать планы на завтра.Вопросов у меня было много,поэтому пришлось бежать за второй.Потом была полночная беседа с пожилой хозяйкой отеля(она же горничная и буфетчица).Несколько раз спрашивала-"министр Ельша хорошо или плохо?".Кто такой Ельша(Борис Николаевич)понял не сразу.Поскольку находился в чужой стране сказал что "Ельша-хорошо".Соврал.
Утром поехали на авторынок.Там я с хлопцами расстался,договорившись встретится возле сарая посредников,в котором оформлялись сделки купли-продажи.Бродил со своими полутора тысячами долларов в кармане и, глядя на ценники, физически ощущал как моя мечта о автомобиле медленно становится несбыточной.Делая третью "змейку" по рынку наконец увидел ЕЕ. Ярко-красно-перламутровая,вымытая и отполированная она сверкала как бриллиант на столе сельской учительницы! Жаль,что это видел только я.Остальной народ ходил вокруг двадцатилетних мерседесов,фольксвагенов и трабантов не замечая моей красавицы.Что мне "тер" на непонятном языке хозяин авто я абсолютно не слушал,а жаль.Помимо обычной лапши продавца он озвучил заветные цифры шифра на крышке бензобака.Также он видимо объяснил,что на "семерке" за пять лет эксплуатации не появилось никакой магнитолы,а отверстия под динамики в задней полке были заводским браком.Наверное он мне объяснил что машина шла на экспорт с "набором" инструментов из крестовой отвертки и ключа на 13, а грыжа на переднем колесе ей даже идет.Наверное он все это говорил.
Сторговав 50 зеленых, оформил покупку(как я наивно думал-по закону),нашел одного из своих новых украинских товарищей.Как уже говорил,ребята были опытные и один,не дожидаясь нас умчался в сторону границы занимать очередь на пропускном пункте.Пристроившись за вторым хлопцем я на СВОЕМ автомобиле отправился в путь.Дорога была узкой, но хорошего качества,и вобще все было хорошо,пока мой ведущий не остановился,получив камнем в лобовое стекло.Постояли,обсудили,решили ехать.Включив поворотник он стал выезжать на дорогу.Тут раздался визг заблокированных колес,а в зеркале я увидел быстро приближающиеся фары.Почему они выбрали для ДТП зад стоящего автомобиля а не удаляющегося,я не знаю.Вышел,побеседовал-наши ребята,повреждений не было,поэтому получив извинения,пожелал им доброго пути и поехал догонять своего ведущего.Через 20 минут нагнал,зацепился за его габаритные огни и поплыл,стараясь думать только о хорошем.Через час,в свете встречных фар увидел,что в машине, за которую я вцепился,сидит 2 человека.Я целый час,не глядя на дорожные указатели, ехал за посторонней машиной!Задавив ростки паники, остановился в первом населенном пункте и обойдя несколько ночных магазинчиков выяснил-таки дорогу.Отклонился от маршрута на 90 градусов,но совсем недавно.Дальше все было хорошо,спустя часа 2,будучи дезинформированным показаниями топливомера я обсох.Через пару минут из под земли появился мадьярский патруль:-Проблема?
-Нет проблем!
-Аварийку включите!
-Окей!
-Удачи!
-Спасибо!
Простояв на почти пустой дороге полчаса и остановив еще одних соотечественников,поехал с ними на АЗС.Там нашел полторашку,купил бензин и потопал пару км к своей ласточке.Возле нее уже терся другой мадьярский патруль:-Проблема?
-Нет проблем!
-Включите аварийку!
-Окей!
-Удачи
-Спасибо
Дальше был подбор пароля к замку на бензобаке методом перебирания всех комбинаций1-1,1-2,1-3...Медвежатник я был никудышный,поэтому заветную комбинацию на первом круге "проскочил".Вобщем до пограничного городка Захонь я добрался к двум часам ночи.Где граница не знал,поэтому, попетляв пришлось залезть на высокий забор и оттуда провести разведку местности.Границу выдала длинющая вереница красных габаритных огней.Спустился,отряхнулся,Господи-опять возле машины менты,теперь пешие.Откуда вы выныриваете?
-Проблема?
-Нет проблем!
-Удачи
Очередь была гигантской,но я,помня уговор со своими украинскими товарищами,отправился их искать.Нашел-середина очереди.Благородно пропустили вперед,ура!Дальше бало еще 4 часа мучений:сон-подвижка,сон-подвижка.Вот она граница.Бумажки сюда,деньги туда.Ребята проехали,у меня заминка.-В чем дело?
-Поставьте машину вот туда!
Поставил.Пройдите туда.Прошел.Через 10 минут венгеро-русско-англо-украинского диалога понял,что у меня неприятности.Среди всего пакета документов у меня нехватало одной бумажки об обмене валюты доллар-форинт.Естественно,что ее не было-я валюту не менял.А ведь меня предупреждали.-Что делать?
-Езжайте в Будапешт,решайте там.
-400 км?
-Всего хорошего!
Ехать обратно не было смысла.Продолжил разговоры с персоналом таможни.Безрезультатно.Денег не предлагал,побоялся,может и намекали,не знаю.Скоро я знал на границе всех и меня знали все,а знакомые люди должны помогать друг другу! Ко мне подошел молодой таможенник и сказал,что скоро у них смена,заступит другая,с хорошим начальником.Спасибо!Появился хороший начальник.Скорее всего он и человек был хороший-я пересек границу.Далее было немного мозгоимения на украинской границе и вот,забрав в "чопской" камере хранения свой бесполезный Вальтер я полетел домой.Летел недолго.Остановился на поднятую руку и открытый капот.Капот закрылся,а за ним трое или четверо плохих парней со сломанными носами.Подошли,предложили оплатить проезд по их дороге.
_Денег к сожалению нет,ребята! Я поехал!
Поехал я ,по-моему, по носкам их ботинок.Сопровождали меня минут 20-30(как мне показалось),периодически махая чем-то через окно автомобиля.К счастью начались великолепные Карпаты с дорогой похожей на зеркало.-Парни,у нас такая трасса 6 месяцев в году,ПРОЩАЙТЕ!
Да,резина на моей ласточке была летняя,поэтому мерзкие червячки в моем животике шевелились наверное не меньше,чем у этих хлопцев.Вобщем отстали.Потом был пост.Даишник пригласил меня на беседу в свой скворечник.Беседа была короткой,но беспонтовой.-Номера у Вас транзитные не те,нужны местные!
Что делать?
-Немного казначейских билетов или возвращайтесь в Чоп(Ужгород?) за номерами!
Возвращатся к ребятам со сломанными носами мне не хотелось,поэтому достал билеты,попросив оказать услугу и написать мне какую-нибудь охранную грамоту.Товарищ в погонах на купчей написал-"Транзитные номера не выдавались.Капитан такой-то."Я поехал дальше.Волшебство охранной грамоты растворилось на следующем посту ДПС.-Я тоже такую могу написать!
-У меня уже написано!
-Капитан такой-то здесь не авторитет!
-А Вы?
-Давайте гроши!
-Нате!
К следующим постам ДПС я стал черстветь.Деньги уже не давал и спрашивал про совесть.Стали брать сигаретами.
На сороковой час за рулем почему то стал засыпать.Сперва лес возле дороги густо пророс небоскребами,потом какие то голоса стали шептать в моей голове какие-то ласковые слова,моргать стал надолго.Очнулся прыгая по обочине,к счастью широкой.Докатившись до ближайшего села нашел гостиницу.Прикольная.Вместо горячих батарей отопления,мне предложили 3 одеяла и обмотанный проволокой кирпич.После включения в розетку проволока становилась красной и горячей.Мне большего не надо,спокойной ночи!
Дальше была Россия,дорога,ГАИ,легкое ДТП,ремонт.
Когда асфальт на моем пути домой закончился и начался зимник,я понял,что слишком долго ехал и весна меня нагнала..Зимник представлял лесную дорогу с большим количеством спусков и подьемов,коротких но глубоких.Внизу,как правило были ручьи и эти ручьи уже вскрылись.Выглядит это как трещина во льду с бегущей водой.Ширина трещин была от 10 см до метра,глубина до полуметра.Приходилось одной стороной машины по ледяной дороге,другой по снежной обочине сползать вниз,преодолевать ручей и.. И все.Летняя резина абсолютно не хотела поднимать автомобиль в гору.Тут я вспомнил венгра-продавца добрым словом-он же укомплектовал автомобиль отверткой!Вобщем у каждого спуска-подьема на зимнике,для таких как я ,есть куча песка.Правда заледеневшего.Надолбив отверткой на картонку сколько поместится,я поднимался наверх,посыпая песком две дорожки под колеса.Нормально,едем.В одной их низин чуть не вьехал в МАЗ, который вырвал себе в ручье заднюю ось,пытаясь разогнаться перед подьемом.Хотя водила-парень говорил,что помощь скоро придет и был спокоен как танк,я ему не завидовал.Отдав последние сигареты я отправился дальше.200 км зимника удалось осилить за 13 часов.Потом был родной город и единственная рюмка водки, которую я закусывал уже во сне.Это был мой первый автомобиль.
Иудаизм.
К чему спрашивать, почему глючат программы? Hадо ждать патча!
Католицизм.
Первая программа была безглючной. Hо захотела идти на компьютере Apple и
заглючила. Все программы являются версиями первой и сохраняют глюки в
целях совместимости.
Православие.
Hельзя спрашивать, почему глючат программы. И пользоваться патчами тоже
нельзя, Особенно западными. Hадо заботиться не о том, чтобы программа
работала, а о том, что с ней будет после деинсталляции.
Протестантизм.
Программист так любит программы, что позволяет им глючить, падать и
вешаться. И
вообще, надо больше работать с глючными программами. Глюков это не
исправит, зато заработаете больше денег.
Свидетели Иеговы.
Только у нас есть настоящий патч, исправляющий любые глюки! И мы готовы
предложить его всем практически бесплатно. Hо он не будет работать, если
вы не уверуете, что он действительно исправляет глюки. Если вы поставили
патч, а глюки не исчезли, значит вы не уверовали.
Мормоны.
Программы глючат потому, что их запускают на неправильных компьютерах.
Правильные компьютеры есть только у нас. Еще немного, и мы узнаем, как
их включить.
Ислам (сунниты).
Если программа глючит, значит, она неверная. Hеверные программы надо
стереть.
Безглючны только верные программы. Если верная программа выдает, что
2х2=5, значит, глючат все программы, дающие другие результаты.
Ислам (шииты).
Только один программист писал верные программы. Верными являются также
последующие версии этих программ. Все остальные программы глючат по
определению.
Индуизм.
Программы глючат потому, что в них были глюки до инсталляции, когда они
были другими программами и на других компьютерах. После деинсталляции
они снова станут другими программами и будут глючить из-за глюков,
которые в них есть сейчас. Патчи тут не помогут, потому что все
предопределено.
Буддизм.
Программы глючат потому, что вы задаетесь этим вопросом. Hе следует
стремиться избавляться от них. Патчи лишь умножают глюки. Hет никакой
разницы между хардом и софтом, программой и программистом. Программа,
избавленная от глюков, впадает в нирвану. Программы в нирване не глючат,
но и не работают.
Дзен-буддизм.
Глючит ли программа, распечатывающая сама себя? Как выглядит программа,
не записанная ни на одном носителе? Однажды ученик спросил учителя, как
избавиться от глюков в программах, и учитель дал ему вирус CIH. Однажды
другой ученик сказал учителю, что хочет программу без глюков. "Дуpak! -
крикнул учитель, - почему ты не просишь глюк без программы?", - и ударил
его винчестером по голове. Если вы еще не обрели просветление, с вами не
о чем говорить.
Даосизм.
Глюк, который можно отловить, не есть истинный глюк. Патч, который можно
написать, не есть истинный патч.
Конфуцианство.
Программы глючат из-за неверного понимания порядка вещей. Попытки
исправить их с помощью патчей, как делают западные варвары, противны
этикету и должны быть упразднены. Совершенно мудрый постигнет истинный
смысл и необходимость глюков.
Сатанизм.
Каждая программа имеет право глючить! Постыдность глюков - христианская
пропаганда!
Растафарианство.
О, и программы тоже? А где они траву берут?
Экуменизм.
А давайте глюки всех программ объединим в одну!
Атеизм.
Вера в так называемый патч - средство оболванивания пользователей.
Глючность программ - объективный закон природы, и с этим ничего не
поделаешь.
Социализм.
Программы глючат из-за неравенства. У них разная длина, разное
расширение и разные запросы к памяти. Патчи не помогут бороться с
глюками, ибо не устраняют причину. Следует сделать все программы
одинаковыми, уничтожить все операционные системы, кроме одной, отобрать
у всех пользователей персоналки и сделать вместо них один большой
компьютер.
Коммунизм.
Программы глючат из-за вредительства! Hадо расстрелять программистов. А
заодно, на всякий случай, производителей компьютеров. Да и вообще, зачем
нам какие-то программы? У нас уже есть Программа партии!
Hацизм.
Кстати, и воды в кране нет по той же причине.
Hицшеанство.
Программы глючат потому, что они - всего лишь программы и достойны
презрения.
Только сверхпрограмма будет безглючной.
Критики ницшеанства.
У сверхпрограммы будут сверхглюки, ха-ха!
Фрейдизм.
Hа самом деле все графические оболочки предназначены для просмотра
порнокартинок. А все текстовые редакторы для печатанья порнотекстов. А
все языки программирования - для написания оболочек и редакторов,
используемых для просмотра порнокартинок и порнотекстов. Если их
использовать для других целей, глюки неизбежны.
Юнгианство.
Программы глючат потому, что в коллективном бессознательном существует
архетип глюка, которому противостоит архетип патча. Таким образом,
ошибаются те, кто думает, будто патчами они смогут победить глюки; на
самом деле, работая на архетип патча, они тем самым укрепляют и архетип
патча.
Экзистенционализм.
Hа самом деле вас не интересует, почему глючат программы. Если вы
спрашиваете об этом, значит, у вас уже есть патч.
Феминизм.
Программы глючат из-за дискриминации по расширению! И вообще, миф о
глючности программ придумали шовинистические свиньи из служб
техподдержки, которые боятся потерять работу!
Сексуальные меньшинства.
Hазывать это глюками - оскорбительный предрассудок! Это не глюки, а
особенности! Которыми можно гордиться! Они, между прочим, есть даже у
таких знаменитых программ, как Microsoft Windows, Netscape Navigator и
Borland Delphi!
Пролайферы (движение противников абортов).
Глючные программы тоже имеют право на инсталляцию!
GreenPeace.
Программы глючат из-за загрязнения окружающей среды! 500 лет назад,
когда промышленность не отравляла Землю, о глюках программ никто и не
слышал! Что, скажете не так?
К слову о футболе и скромности.
В юности у меня было много впечатлений, но это одно из тех, которые при всей своей простоте врезались в мою память на долгие годы.
В те годы мы жили впятером в простенькой трешке с маленькой кухней и зассаными подъездом и лифтами. На лестнице лежали шприцы и бутылки, и даже кого-то изнасиловали. В общем приятного было мало. Школа у меня была хорошей, но уж больно заумной. Учиться приходилось очень много, и с учетом математического уклона и постоянного недосыпа на спорт времени отводилось крайне мало. Поэтому, когда набирали команды для игры на уроке физкультуры, я всегда попадал в лучшем случае в команду лузеров, а в худшем - на скамейку запасных. Особенно хреново было с футболом. Играть совершенно не получалось - из-за недосыпа была плохая реакция, да и вообще не получалось у меня играть как–то. Кроме меня, в классе был ещё один неспортивный парень, которого тоже постоянно оставляли на скамейке запасных. Мы с ним общались, но дружить особо не дружили.
И вот как-то раз мы остались с ним на этой скамейке на весь урок. Физрук отошел по делам и команды на замену просто не было. А играть очень хотелось – на поле был почти весь класс, включая тех, кто играл хуже нас. Но наши предложения замены никто не слушал – дружбы в классе, кроме отдельных парочек, не водилось.
Мой сосед по скамейке был обижен почти до слез – хотя это был восьмой класс и ребятами мы были вполне уже взрослыми. После уроков он подошел ко мне и предложил прогуляться вместе – мы жили в одном районе.
Мы пошли домой длинным путем – мимо линии магазинов вдоль одного из проспектов города. И тут на нашем пути возник магазин спорттоваров. Причем это был наверно один из самых крутых спортивных магазинов того времени (это был конец 90-х).
Мой приятель встал напротив витрины, посмотрел полными смешанных чувств глазами на стоящего в витрине футболиста, затем на меня и вдруг сказал:
«Если ты дашь мне честное слово, что это останется между нами, то у нас сегодня с тобой будет самый крутой футбольный матч, о котором ты будешь всю жизнь помнить». Я дал слово (сейчас уже больше 15 лет прошло, думаю на условиях анонимности меня простят).
Маленькое отступление – в нашем классе ребята учились не только бедные, но и весьма скромные – в самый расцвет моды гриндерсы были у 1 парня, который на них сам заработал. И приятель мой ходил в одном комплекте одежды и не имел даже математического калькулятора, оный был у половины класса и считался предметом первой насущной необходимости.
В общем, меня взяли за руку и повели в магазин. Приятель купил нам 2 комплекта самой дорогой формы и какой–то крутейший футбольный мяч. Я конечно охренел от такой щедрости, но главное было впереди. Мы дошли пешком до нашего микрорайона и приятель сказал, что «сейчас пойдем играть». Поля для футбола у нас в районе не было, посему я был сильно удивлен.
Но вот мы дошли до только что построенного дома. Мое удивление росло – парень жил неподалеку, и что нам делать тут – нас ведь даже на территорию не пустят (это была единственная элитная новостройка в районе). Но у него был пропуск. Не отвечая на вопросы, куда мы идем, он нажал последнюю кнопку в лифте. Приехав, я увидел шикарную отделку лифтового холла и крутяцкую дверь. За которой….
Была квартира. КВАРТИРА без ремонта. Одна квартира на весь этаж. То есть не этаж, а «срез» или уровень. То есть жилплощадь занимала пространство всех подъездов этого дома, оных было 8 с каждой стороны. В середине этой квартиры был зал. Да, он уступал по размерам школьному спортзалу, но не сильно. Реально не сильно. С обоих сторон зала начинались анфилады комнат, и начало их было похоже на ворота.
Мы переоделись и начали играть. И играли в футбол. Одни. В квартире. Высота потолков позволяла бить навесными, а когда мяч улетал в ворота, найти его было целой эпопеей.
Домой я возвращался со смешанными чувствами, похожими на переживания студентки из убитой комнаты в общаге, которая возвращалась с вечеринки на огромной цековской даче. Парень вскоре ушел из нашей школы, и я так и не узнал «кто он».
Но каждый раз, когда меня потом оставляли на скамейке запасных, я вспоминал тут игру, и на душе становилось как-то радостно и легко.
Брат рассказал.
Учится он в очень крутой школе- хоть и государственной, но участнице всех возможных рейтингов. Восьмой математический углубленный по самое немогу класс. Полноценно блатных ( то бишь тупых) в школе крайне мало - попросту не выдерживают нагрузки, а она запредельная, плюс олимпиады и прочие прелести жизни.
Правда- есть исключения. В их классе этих исключений двое. Первый, Миша - наш соотечественник, крайне сильный в точных науках и даже победитель чего-то там районного, но при этом, как впрочем нередко бывает, отличается редкостной нелюбовью к прочим предметам. Особенно к литературе. Второй - достойный сын горных народов, который хорошо( но без высших достижений) учится, но обладает одной своеобразной особенностью - ну очень любит что-нибудь схомячить. И ещё ладно, если бы парень был жирдяем - он вполне стройный джигит, причем весьма симпатичный. Просто такая особенность пищеварения - повышенная сжигаемость калорий. Эта вроде весьма безобидная склонность периодически проявляется, хоть и крайне тихо, во время уроков, и особенно во время разных докладов, рассказов и тп. , где не нужно записывать. Оба этих кренделя держатся в школе благодаря известно чему, но, что важно - никому своим присутствием не мешают.
И ещё - литературу в их школе преподает не просто учительница- педагог высшей категории, которая, несмотря на свой почтенный возраст и крайне тихий нрав, пользуется благодаря своим знаниям и регалиям искренним уважением учеников. На её уроках всегда тихо.
Хотя периодически отдельные личности пытаются над ней подшутить и вывести из себя, это не удавалось ещё никому - по крайней мере, так говорили старожилы учительской.
Это собственно преамбула.
А теперь амбула.
Нелюбимый Мишин урок по литературе. Круглая отличница Настя читает у доски доклад о русской литературе какого-то периода. Доклад подготовлен на пять с плюсом и реально интересен. Миша, сидящий на первой парте напротив учительницы, слушает доклад из чистого уважения, но по лицу видно, как крепко он скучает по математике.
На задней парте сидит наш восточный друг, тоже внимательно слушает, но тяга к калориям побеждает, и совершенно бесшумно и не отвлекая уже привыкших одноклассников, он начинает хомячить очередную нямку.
Учительница наметанным глазом видит это дело и делает замечание на тему того, что доклад очень интересен, и его никак нельзя променять на какую-то пищу, тем более во время урока.
И тут наш скучающий Миша, глядя прямо на учительницу, таким грустным и вдумчивым голосом произносит:
- А там доклад не слушают
- Там шашлык едят!
Лицо учительницы резко меняется - на нем высшая степень изумления, которую за прошедшие годы видели ученики.
- Миша, а ты хоть знаешь, ОТКУДА эти строки?
- Конечно знаю! Это же великие строки!
И тут Миша начинает с хорошо поставленной интонацией читать Галича.
Когда Миша закончил, на учительнице не было лица - это была сплошная эмоция. И это был первый случай, когда она извинившись, прервала урок и вышла из класса.
P.S. Если не верите - зайдите в любой маткласс любой школы города и за пару сотен баксов предложите любому ученику 8 класса СХОДУ ( без мобильного) прочитать Вам любой стих Галича. Уверен, что деньги останутся при Вас.
Хммммм, начнем...
Я живу во Франции, давно уже. Тоска по родине, знаете
ли, господа, так что раз в 3 месяца "Париж - СПб" и обратно. "Пулковские
авиалинии" форева! Как говорят франзузы, с округлившимися от ужаса
глазами "Кааак, ты летаешь на ТуполЕфф?" Да-да, и этот ТуоплЕфф я ни на
какие "Эр Франс" никогда не променяю!!! Господи, чего я там только не
насмотрелась!!! И пьяный пилот, и цирк, возвращающийся с гастролей,
пьяный настолько в жопу, что развлекал нас киданием бутылок, мячей,
жонглированием, ползаньем в проходах и курением под сидениями (Господи,
именно в тот день я поняла, почему же падают самолеты!). Была еще
авиаэкскурсия над Парижем (ну сбились с курса, что ж такого!). Зато
хорошего настроения - куча!
Вот одна из самолетных зарисовок: Семейка: утонченная францужека,
худенькая, элегантная, с ароматом дорогих духов (лирическое отступление:
дорогие русские мужики, ну кто вам вбил в голову, что бывают красивые
француженки? Ха-ха!), а рядом с ней - огромный два-на-два мужик -
пшеничные волосы, голубые глаза - в общем, родное русское лицо, так и
вспоминаются каникулы на деревне у дедушки и песни бурлаков на Волге. А
еще у этой пары киндер лет пяти, жутко похожая на папку малая,
нормальный русский ребенок, этакий Вовочка в юбке. Киндер времени зря не
теряет, носится по проходу, бьет папу по голове и кидается журналами,
чем вызывает негодование у французской части самолета и умиление у
русской, в том числе у меня. Когда создание наконец решило забраться на
спинку пустого сиденья, и постоять на ней на одной ножке, мама переводит
не нее взгляд учительницы младших классов и спокойным тихим голосом
по-французки заявляет: "Марго, будь послушной девочкой, слезь оттуда".
Ноль эмоций. Мама, повторив пару раз заклинание "Ну Марго!", толкает
папу локтем. В самолете раздается зычный богатырский голос "Ритка,
зараза!!! Сейчас, сверзишься оттуда, башку расшибешь на хpeн!!!"
А вы говорите, Марго!
Как обещал Задорнов, меня-таки взяла гордость за то, что я русская.
В 1995 году я пошел в 6-й класс частной гимназии.
Учебное заведение было детищем кого-то из тогдашних «новых», вложившим часть своей широкой души в организацию крайне качественного по тем годам учебного процесса. Отличительной особенностью этой гимназии было то, что там была дифференцированная система оплаты обучения в зависимости от успеваемости. А так же крайне эффективная система борьбы с взятками - я ни разу не слышал, что бы кто-то из учителей брал деньги. А директору, бывшему совладельцем, это было просто неинтересно. Так вот, ученики, учившиеся на все «отлично», платили в квартал сумму около 50 долларов – даже по тем временам для Москвы эту сумму могла легко потянуть практически любая семья с 2 работающими на более–менее сносной работе родителями. Те, у кого было до 2 четверок, платили уже 100 долларов. 3 «четверки» - 150 долларов. Вся школа собственно держалась на «троешниках», родители которых платили за обучение суммы в тысячи долларов в квартал, и ещё на одном парне. О нем нужно рассказать отдельно. Я ушел из этой школы в 1998, но много общался со своими одноклассниками. И никто так и не смог мне объяснить, что это за парень и откуда он такой взялся. Дело в том, что ни папа, ни мама этого «чуда» не производили впечатления более – менее состоявшихся в «новой жизни» людей. Сам же он явно страдал недетскими отклонениями. Не говоря о том, что это чудо ходило в отличие от всех учеников в спортивных штанах и майке ( но при этом вид имело не бандитский, по тогдашней моде, а скорее деревенско-спортивный, до того вид его был смешон), так ещё наш дорогой шестиклассник систематически поливал одноклассников отборным матом, дрался ногами по малейшему поводу и донимал окружающих без него. Но главным достижением был забег за физруком со спущенными штанами и криками о предстоящих развратных действиях по отношению к оному.
Когда же делегация родителей пришла к директору просить отчислить нашего героя, тот, потупив взор, попросил подождать, пока они найдут ему замену, ибо его семья неким немыслимым образом обеспечивало почти треть бюджета школы, и отчисление парня увеличивало финансовую нагрузку на семьи лучших учеников в разы.
БАЙКИ НОВОГО УРЕНГОЯ:
Схороненные в дерновнике.
Студенческий стройотряд лет 30 тому... Н.Уренгой, поселок Заозерный, нынче уже - микрорайон Нового Уренгоя. Сам город через дорогу, но там ничего интересного, а вот тундра – самое то для пополнения знаний об особенностях природы бескрайнего Севера. О природе как-нибудь потом, хотя это и прикольно – березки-елки до подбородка, качающиеся под ногами кочки с пригоршнями голубики и морошки, стада грибов. И чудной пористый лед вечной мерзлоты под сапогом – это если провалиться между кочек в дерн.
Все это почти плоско – до горизонта. Лишь некоторые песчаные «сопки» и «лужи-озерца» разбавляют монотонность пейзажа. Солнце в июле почти не прячется, спать приходится, закрывая окна фанерой и одеялами.
Ни к нефте-, ни к газодобыче студентов не подпускали, ясен пень, доверили нам (и то – натихую) только транспорт. «Урал» пользую я, а трактор К-700 (складной такой, кто в курсе) – водит Серега. Катаемся с двумя группами студентов туда-сюда по тундре целыми днями, короче – лафа, еще и деньги плотют… Перед отъездом из «зеленки» в поселок закурили, ждем загрузки последних «кубов» чего-то там. Из-за соседней сопочки появляется мужик, просит помощи – застрял на ЗиЛе. Чутка тягнуть надо. Отчего ж не помочь-то? Тут так принято – все бросай, а «попавшему» помоги. Отрядили Серегу, ибо у него прицеп отстегивающийся (мы-то оба загружены). Минут через двадцать из-за сопки приходит опять тот же мужик.
- Давай, – говорит, - и ты подъезжай. Чо-та там не того, ЗиЛ наш из лужи не достается.
Ладно, поехали. ЗиЛ стоит на краю линзы-озерца (нахрена вдоль озера-то переться, приснул, что-ли?), врылся в дерн до вечной мерзлоты, как раз где-то на полметра. «На мостах», называется. Колеса в воде, конечно же – по вечной мерзлоте аки по мылу жужжат, с посвистом. Серега на К-700 на сопку влез, тросом подцепился, но, видимо, чуть поелозив, содрал всю зелень и на песке тоже юлит, не тянет. Ладно, еще один трос к морде трактора, я становлюсь «паровозом». Никак. Серега открыто намекает, что очень неуютно болтаться распятым на тракторе между двумя тросами, но, все равно мы его пристраиваем «средним», однако, уже переехав на другую сторону – перецепившись вдвоем к «заднице» ЗиЛа.
Ухнули, вытянули. Сели курить. Вот тут-то мужик и рассказал уренгойскую байку, ибо – было «по теме».
Году эдак в восемьдесят-затертом у япошек была закуплена очередная партия бульдозеров «KOMATSU». Ха-а-арошие такие бульдозеры, с ковшом где-то под 15 кубов и габаритами примерно 10х4х4 метра. Тяжелые – жуть, тонн 50. Но – нужные, ибо… Ибо… Ну хpeн знает зачем, но – по зарез. Привезли их до соседней станции (километров 70 до Н.Уренгоя) по «железке», а дальше, так как рельсы кончились – своим ходом. Автобаны в Сибири несколько оригинальные, если кто не в курсе. Поверх тундры в нужном направлении насыпается много чего (в основном щебень, конечно), кладется «дарнит» - искусственный такой, типа синтепона, материал, песчаная подушка и ж/б плиты. Двухполоска, так сказать, приподнятая на метр над тундрой. Без шика, но для строительной техники самое то. После зим, под воздействием многотонной техники многие плиты разъезжаются, а посему эти «шоссе» чуть ли не ежегодно перестилают. Когда участками, когда километрами.
Ездит по этим бетонкам всяка-разна многотонная техника, включая и «KOMATSU». Непонятно, что заставило два из трех бульдозеров сползти прямо перед Уренгоем чуток в сторонку, с трассы. То ли кому дорогу уступали, то ли по стыкам меж плит надоело скакать, но они съехали в чисто поле. Упс… В «чисту тундру» Всего-то на пару-тройку метров от трассы. Ну, съехали и съехали, правда, дело к вечеру – чо шоссе в ночь шебуршить-то, правильно? Вот завтра поутру и погоним, фигли тут осталось? Тракторист решил - тракторист сделал, все пересели в третий бульдозер и погнали ужинать.
Начальство поутру самоволку трактористов не одобрило, пообещав люлей и премию «с гулькин пeниc». Утренняя попутная «вахтовка» довезла механизаторов к уныло стоящим бульдозерам, и уехала по делам. Механизаторы чуток удивились факту уменьшения высоты бульдозеров «в холке», так как вчера на лесенку приходилось забираться после карабканья на гусеницу, а это чуть ли не метр высоты. Сегодня же лесенка была чуть не вровень с кустиками голубики. Ладно, пох, как говорится. Завели, тронулись. Ну, в смысле – взревели и покачались. Оба бульдозера, видимо, все-таки загребали гусеницами (судя по волнениям кочек), но не ехали ни вперед, ни назад.
- Ха! Йоптать! – пришла трактористам мудрая мысль. - Япошки же умеют поднимать ковш чуть ли не вертикально!
Подняли, стали похожи на бульдозеры под зонтиками, но, заразы, с насиженных мест – ни-ни.
Оп-паньки. Попадалово. На попутке один из трактористов отправился каяться и договариваться с начальством о возврате третьего собрата на место событий. Начальство или было в отъезде, или долго кочевряжилось в назидание, но третий «KOMATSU» с механизатором прибыл только к вечеру. Опять, казалось бы, вечер – не время коверкать шоссе, но напутствие начальства было сопровождено слухом, что ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ в Н.Уренгой приезжает то ли Громыко, то ли Подгорный, короче – кто-то из аксакалов политбюро. И поедет аксакал как раз по «центральной авеню», мимо двух украсивших собой унылый пейзаж «KOMATSU», ибо больше негде.
Дело уже попахивало гарью. За несколько последующих часов проделана следующая полезная работа: был раскурочен отрезок трассы длиной метров по 50 в обе стороны от двух засевших бульдозеров; эти сто метров развороченного шоссе заполнились талой водой; третий «KOMATSU» был спасен от сползания к братьям. Вследствие проведения указанных мероприятий движение на трассе приостановилось, образовав пробки в обе стороны на пару километров. Пора было уже что-то делать, поэтому приехало начальство и раздало пряники по собственному усмотрению. Механизаторов и третий «KOMATSU» отправили спать. На место действия были вызваны дорожники. К утру движение вдоль сироток-бульдозеров восстановили, но сиротки ушли в мерзлоту еще где-то на полметра - метр.
Случайно проезжающим открывалось несколько аляпистое зрелище. Нудная серая тундра и торчащие по уровень моторов ярко-канареечные «KOMATSU». Как два наскоро посаженных апельсиновых деревца на футбольном поле нижегородского «Шинника» в трех метрах от скамейки запасных. Вроде и полезный цитрус, но как-то он неуместен при игре с «Манчестером». Не поймут и не оценят. Впрочем, члены политбюро не оценили бы тоже.
Следующий день был посвящен каранию причастных с отвлечением на поиск решения по эвакуации техники. Если первый вопрос еще как-то решался, то все телефонные переговоры даже с вертолетчиками (млять, и здесь вертолеты!) ни к чему не привели. 100 тонн никто не брался эвакуировать воздушным путем, пусть даже и по частям, «два-по-пьсят».
Решение выработалось к утру, за три часа до прибытия «самого-самого», когда от обоих «KOMATSU» виднелись только трубы и остекленные кабины. Был подогнан самосвал, в кузове которого болтались баллоны с ацетиленом и кислородом. Дядя Вася-газорез мужественно добрался до крыш кабин и за час срезал их к бениной маме. Под грозным надзором начальства, сопровождающий дядю Васю ученик-помощник заложил дерновыми квадратиками скорбное место захоронения обоих бульдозеров, после чего вся процессия удалилась.
- - - - - -
Мы случайным образом навестили оставшегося в живых третьего «KOMATSU», посидели в его кабине. Это лайнер. Электроники в нем – как блох на дворовой шавке, не говоря уже о кондиционере, гидроусилителях, попогрейках, гидроседенья и прочих коммунальных услугах в кабине бульдозериста. Стоимость его в те времена (по слухам) была чуть больше пресловутого танка Т-80. Но кто в партийные времена считал нефтедоллары? Это сейчас мы умеем переводить рубли в йены или пиастры, а раньше просто пользовались тем, что вручили. Независимо, у нас это сделали, или в Японии. Как могли, так и пользовали.
Случилось советской школе году так в 89-м перестать быть десятилеткой и начать мучить бедных детей аж 11 лет.
Поэтому всех, кто поступал в десятилетку, переводили через класс, в моем случае – из седьмого сразу в девятый.
Училась я в школе неплохо, троек не было совсем, да и четверки редко проскакивали. Что вы хотите – мать – учитель математики в той же школе и у меня же преподавала. И вот объявляют нам, мол, детки вы с 1-го сентября не восьмиклассники, а девятиклассники! Ну, нам-то фиолетово, в каком классе мы будем учиться, скорее бы это мучение совсем окончилось.
Прихожу домой в последний учебный день, как сейчас помню, суббота была. Дома – отец борщ варит. А я, по натуре, очень люблю спорить. Думаю, надо что-то с этой инфой сделать. Оп-ля, отец (а он такой же заядлый спорщик)! Подхожу и с самым серьезным видом заявляю, что, я такая вся умница-отличница и РОНО приняло решение о переводе меня через класс. Отец отреагировал вяло – заливаешь, мол! А меня уже понесло!
- Ну хочешь, давай поспорим…. На сто долларов! (А тогда это были достаточно большие деньги, тем более для подростка.)
Папаша в ахуе от моей борзоты и АБСОЛЮТНО уверенный, что такого просто не может быть НИКОГДА, очень резвенько соглашается, ставя свои условия:
- Если ты брешешь, все лето просидишь в деревне не хлебе и воде и никакого моря тебе не светит.
Я, делая вид, что условия уж очень жесткие, нехотя соглашаюсь…
И вот он – финал. Через пару часиков возвращается мама из школы, а она-то уж точно в курсе этой ситуевины. Папаня мой – к ней, мол так и так, что за хрень и правда ли это? Видели бы вы лицо моего дражайшего папульки, когда мама полностью подтвердила мои слова!
Р.S. Правда, денег в руки мне все равно не дали. Но в то лето отец не отказывал мне ни в одной просьбе или покупке, честно отдавая проигрыш.
P.P.S. Кстати, по возвращению с моря, меня сослали в деревню и меркантильный подросток таким же способом развел еще и деда!
Не знаю, где как, а в Е-бурге грипп свирепствует.
Из-за него в аптеках (любых) очереди и ничего из полезных колес нету,
ни ремантадина, ни у пса уже иногда не бывает... И вот стою в такой
очереди и наблюдаю:
Вроде бы довольно быстро все шло, но что-то там заткнулось и на лицах
аптекарш некоторое изумление написано. Дай, думаю, подойду, узнаю --
чего это. Далее: действующие лица -- молоденькая ученица, беленькая
такая, и интеллигентного вида бабуля в котокроловой такой шубке
(стриженый кролик) и с ужжасно вежливым голосом. И вот эта старинная
дворянская бабушка хорошо поставленным, повторяю, голосом выпускницы
Смольного говорит: -- Девушка, будьте добры, НИПИЗДИФИН, пожалуйста.
Девушка от подобной бабушки такого издевательства не ждет, жутко
краснеет, но идет искать на полки. Естессно, нет такого препарата!
Рядом, в некотором отдалении, сползают по стенке более умудренные
фармацевтши. Бабушка вежливо ждет с рецептом в руках.
Шоу продолжалось минут пять... Потом деве (с малиновыми ушами)
все-таки помогли и выдали бабушке ее лекарство -- нифидипин.
От чего -- уже не помню. А бабушка прочитала правильное название
и тоже очень повеселилась.
ПС. Есть, говорят, такая ягода -- непиздика... Вот и таблетки
придумали.
9 или 10 класс средней школы.
Наш, ничего не подозревающий класс, снимают с уроков и выгоняют в рекреацию, не объясняя причин. Выходим, пытаясь понять, что происходит, видим, что другие классы так же выходят в рекреацию, и сюда же подтягиваются классы с других этажей. То есть всех учеников, которые были в школе с уроков согнали в одну рекреацию и построили вдоль окон. Народ пытается понять, что происходит, все переглядываются с глупым видом и ждут объяснений. Перед строем учеников выходит директрисса. Все понимают, что произошло что-то ужасное, так как никогда не было такого, чтобы всю школу посреди урока строили в коридоре. Директрисса, трагическим тоном, делая паузы между словами, начинает говорить:
- В нашей школе произошло чрезвычайное происшествие (вся школа замерла, прекратились шепотки и гудение, слышно как летают мухи, все находятся в напряжении, понимая что произошло непоправимое).
Директрисса продолжает в полнейшей тишине:
- Вчера (пауза) в этой рекреации (пауза) был зверски (послышались охи и ахи, легие шепотки "Господи!", "Ужас!") ... изрезан (после этого слова кто-то из девочек пытается упасть в обморок) ... ЛИНОЛЕУМ
Небольшая пауза и ржач почти пятисот старшеклассников сотряс стены старенькой школы и сделал невозможным дальнейшее продолжение этой линейки.
Меридианы, параллели и благие начинания 2.
Политинформация по понедельникам
«Дед был левый уклонист,
распрямлял его чекист.
Дед стал слишком то уж правым,
ГПУ его поправил»
Народная частушка. 10 лет лагерей.
Предыстория. История эта началась в давнее перестроечное время, когда я учился в общеобразовательной школе Тулы и ежедневно мечтал поскорее «слинять» учиться в лицей. Раньше это произошло или позже того, что изложено уже мной в миниатюре «Как слёт пожарных и снятый кумачовый галстук идеологически подточили СССР» я уже сейчас и не вспомню. Но явно истории имеют причинно-следственную связь.
Итак, в связи с горбачёвской Гласностью ввели у нас в школе по понедельникам двадцатиминутную 'Политинформацию'. Наша классная так нам и сказала: «Чтобы вы не выросли Иванами, родства не помнящими, и знали в какой замечательной стране вы живёте». Только не учла она одной малости: в прессе уже во всю публиковали «Архипелаг ГУЛАГ» Солженицына, «Жизнь и необычайные приключения солдата Ивана Чонкина» Войновича (я их перечитал несколько лет назад, сейчас они уже не воспринимаются с теми чувствами прикосновения к запретному плоду, как тогда, в конце восьмидесятых). Пока классная сама к этим политинформациям готовилась и зачитывала нам идеологически выдержанные места из передовицы газеты «Правда» всё было хорошо. А потом она попыталась переложить эту работу на нас и у неё начались проблемы. Так как никто не хотел готовиться к политинформациям, то все эти занятия свелись к её диалогам со мной на темы вышеозначенных произведений и критике сталинских репрессий вообще. Всем в классе становилось интересно, а глаза классной выражали нечто, что сейчас, повзрослев, я бы перевёл: «Уже пора сдавать его в КГБ или ещё подождать?»
Как-то после очередного особо жаркого понедельничного спора пошёл я в учительскую относить журнал (как-никак староста класса) и услышал обрывок фразы: «Да Махрин у нас здесь лево-троцкистскую группировку скоро организует... прикрывать надо эту лавочку».
Всё. С этого момента больше у нас политинформаций не было. Только ОБЩИЕ ЛИНЕЙКИ, на которых нам рассказывали об успехах родной страны в чём-угодно, чего у нас никогда простой народ не видел: например компьютеризации школ.
Непосредственно история. Иду я по школьному саду домой. Слышу подростки в соседних кустах орут во всю: оказывается мальчонка из моего дома проспорил своему однокласснику и в качестве проигрыша получает от него большое количество щелбанов. Ну да ладно, дело-то житейское.
Экзекуция у них тем временем закончилась, мальчонка успокоился и вместе со мной домой побрёл, а я начал интересоваться что происходит в его жизни интересного и поведал он, что у них в школе по понедельникам ввели уроки 'Активной гражданской позиции' («Готовится теперь к ним надо, блин!»). Классная им так и сказала: «Чтобы вы не выросли Иванами, родства не помнящими, и знали в какой замечательной стране вы живёте». Чувствую - «в масть»! Говорю: «Хочешь, поспоришь с тем, кто тебе щелбаны отвешивал и долг вернёшь? А спорить будешь на то, что урок 'Активной гражданской позиции' не позже, чем через месяц отменят, и вместо него ОБЩУЮ ЛИНЕЙКУ введут?» И подкинул я ему для доклада тему: «Кто есть кто в Государственной Думе РФ» (кто долларовый, а кто всего-навсего рублёвый миллиардер и откуда денежки, соответственно) и сайт откуда доклад «слямзить» назвал (для читателей Анекдотов ссылочку приводить не буду, а то скажут Политическая Реклама!)
Через пару месяцев совпали мы по пути к дому с тем мальчонкой ещё раз. И юный ангел мщения сообщил мне, что после его доклада ОБЩУЮ ЛИНЕЙКУ вместо 'Активной гражданской позиции' ввели уже через неделю! Старый способ-то работает! Страна-то не изменилась, а школа - тем более!
«Какая омерзительная рожа!
» сказал профессор-археолог из фильма «Джентльмены удачи». Именно такая фраза пришла мне в голову. На входной двери подъезда висело объявление местного УВД относительно участившихся квартирных краж. С объявления на читателя смотрела абсолютно криминального вида физиономия, запечатленная внутриподъездной камерой видеонаблюдения. Гражданин, изображенный на фото, воровато озираясь, ковырялся в замке явно чужой квартиры. Весь его облик указывал на преступные намерения в отношении чужого имущества. Шариковой ручкой на объявлении было указано «Петя-жoпa».
В целом событие это было не слишком примечательным и быстро бы забылось. Жуликов в наши дни вагон и вагонетка, а разрекламированная петина жoпa, судя по фотографии, ничем выдающимся не отличалась от соответствующих частей тела иных граждан. Я бы скорее обратил внимание на рожу.
Но на следующий день от экрана компьютера меня оторвал звук хлопнувшей входной двери в приемную. И в нашу депутатскую приемную (я помощник депутата) проследовал обладатель этой самой рожи и прочих органов.
С одной стороны, меня успокаивала мысль, что это все-таки грабитель, а не убийца. Грабить же депутатскую приемную средь бела дня, даже не взирая на бутафорскую охрану, вообще не самая умная идея. С другой стороны, нет предела самосовершенствованию, и где гарантия, что гражданин не освоил смежную профессию: где грабеж, там и до разбоя недалеко. Кроме того, агрессию проявляли при общении со властью и гораздо более мирные с виду избиратели. На всякий случай я приготовился к глухой обороне и бегству кружным путем. Средство самозащиты в виде раритетной механической счетной машины «Феликс» несколько успокаивало. Да и одет посетитель был относительно цивилизовано.
«Добрый день!», - провозгласил избиратель. И сама формулировка приветствия и приятный баритон никак не вязались с уголовным обликом. В доверие втирается, подумал я, точно, домушник. Чтоб значит, бдительность я ослабил, а он противоправно завладел депутатским имуществом. Хотя критическое осмысление ситуации показало, что самое ценное, чем можно завладеть в приемной – древний компьютер, доставшийся нам с барского плеча металлургического завода. Все ценное, что не было прикручено к полу и прибито к стене похищалось избирателями с космической скоростью. Еще было государственное и партийное знамена, шкаф с папками и документами и старый пыльный райкомовский графин с водой. То есть в целом ничего привлекательного. Вид грабителя с принтером под мышкой и партийным знаменем в руке вызвал у меня нервный тик.
«Меня зовут Сбышевский Петр Николаевич, - доложил обладатель протокольной рожи, - я актер театра оперы и балета». «Ага, - подумал я, академического. Больших и малых академических театров. А фамилия моя слишком известна, чтобы… Точно, как там было написано на объявлении, Петя!».
- Понимаете, меня уволили по сокращению штата, а трудовая книжка у них пропала. Что мне делать?
Такого оборота я не ожидал. Видимо несоответствие ожиданий такому повороту событий было уже явно написано на моем лице и душа поэта не выдержала.
- А Вы в курсе, что Ваше лицо по всему городу расклеено в связи с совершенно другими обстоятельствами? Так сказать, далекими от области покровительства Мельпомены?
- Ах, это… - актер неожиданно зарделся как майская роза. - Вы тоже видели… Понимаете, тут такая история была, мы с товарищами отмечали спектакль в кабачке. Ну и немного перебрали, повеселились от души. В итоге администратор вызвал милицию, и нас забрали. Точнее все разбежались, а забрали одного меня. И начали протокол оформлять за хулиганство. А тут их главный приходит и говорит, что дескать привлекать не будем, если окажешь нам помощь. На предмет наглядной агитации жителей района, внешность у тебя подходящая. Сейчас, говорит, иди проспись, а завтра придешь фотографироваться. Будешь делом доказывать, что артист. А если не придешь, то протокол на тебя оформим и на пятнадцать суток сядешь. А мне на пятнадцать никак нельзя, у меня организм, диета, мне таблетки пить надо. Пришел я на следующий день, они на меня кепку одели, в ближайший подъезд отвели и дали какую-то железку. Ковыряйся, говорят в замке, изображай вора. Ну я и изображал. А они фотографировали. Я потом месяц на работе объяснял, что это спектакль был, так сказать. А соседка на меня донос написала в милицию, что опознала по фотографии грабителя. Ко мне даже милиционеры приезжали, но другие, не те, которые фотографировали. Снова в милицию возили, побили даже немного, верить не хотели. Но потом разъяснилось все.
Я на всякий случай в райотдел позвонил, спросил, правду ли глаголит пришелец. Усталый дежурный подтвердил, что все истина, что все их уже заколебали с этой историей.
Дальше было неинтересно, дядьке объяснил, как вести себя в ситуации с трудовой книжкой и отправил с богом. А про себя подумал, что зря актера уволили, натурально очень сыграл, даже пострадал за искусство. Одно слово, старая школа!
Год этак 92-й, 93-й точно не вспомню.
В те постсоветские смутные времена появилось много всяких там сект,
проповедников и т. д.
Так вот в по всему нашему институту (Киевский Авиационный) и по
окрестным районам появились объявления о приезде некоего КОРЕЙСКОГО!
(уже смешно) христианского проповедника.
Ни у кого из студентов и мысль бы не шевельнулась, чтоб сходить на
проповедь. НО! Прошел по общагам слушок, что при входе на проповедь к
этому проповеднику бесплатно раздают зубную пасту, зубные щетки и еще
какую-то гигиеническую дребедень. Ну, за халявой сходить, нас два раза
не надо просить. Собрались, пошли. И действительно при входе раздали
первому - пасту, второму - щетку. Но, блин, пришлось отсидеть всю
проповедь, ибо все выходы из зала перекрыли, дабы все осчастливленные
предметами гигиены прихожане, не могли смыться, не получив дозы
религиозной лабуды.
В частности, в проповеди говорилось, что, типа, покайтесь, ибо грядет
конец света (не ново, думаю, многие наслышаны). Но интересно было то,
что конец света грядет не когда-то там, а в точно указанный день и
указанный час! И что самое интересное конец света предреченный корейским
пророком наступает в следующий (точно не помню, ну допустим..) вторник!
Причем за уши притянутые цифры из библии, путем несложных математических
преобразований, с точностью до секунды указывают на вторник такого-то
числа в 11:55!
Халявные щетки и пасты продолжали раздавать исправно 4 раза в день всем
пришедшим. Соответственно ВСЕ студенты проживающие в общежитиях и на
квартирах вокруг института по десятку раз умудрились сходить за
халявными щетками и пастами и были осведомлены о точной дате и времени.
В институте все прикалывались, что теперь весь КИИГА после конца света
попадет в рай, ибо невозможно отправить в ад человека растратившего за
неделю на свои зубы 5-10 тюбиков пасты. :-))
И вот наступил долгожданный вторник. Лекционный зал, мест на 300-400
весь забит. Сидит весь поток и напряженно НЕ слушает лекцию по физике.
Почему собственно спросите вы, а потому что все ждут конца света и всем
не до физики.
И вот в 11:54 в тишине лекционного зала, нарастающей волной начинают
пибикать, завывать и играть мелодии всевозможные Монтаны, Касио, Сейки и
разномастные Электроники которые были заведены, чтоб не пропустить
"конец света" :-)).
В 11:55 какафония, орущих в огромном зале часов, достигла максимальной
мощности и пошла на убыль.
В 11:56 допибикал и затих последний звонящий сын рода электронного и
воцарилась звенящая тишина.
- "И что это собственно было?" - не выдержав, спросила преподаватель.
- "Да вот, собственно, конец света" - раздалось в зале.
... Стекла дрогнули от раскатистого ржания. Истерика в зале продолжалась
еще минут пять, пока преподавательница не схватив журнал и указку не
выбежала в корридор.
P.S. Так, наверно, над тематикой библейского апокалипсиса еще никто не
смеялся.
P.P.S. Потом группа студентов в коридоре рассказывала преподавателю
причину безудержного смеха, показывая в качестве доказательства плакаты
корейского проповедника и собранные на утренний проповеди зубные пасты и
щетки. Преподаватель потом сама звонко хохотала и, забрав плакат в
качестве сувенира, ушла в учительскую.
P.P.P.S. Как потом ходили слухи, проповедник бесследно смылся
непосредственно пред "началом апокалипсиса". Интересно почему? :-))
Во времена, когда советский народ жил "все как один", в магазинах царило единогласие, а газеты были похожи на братьев-близнецов, советские загранжурналисты всеми силами сеяли в неокрепших умах западного обывателя мысли о преимуществах социалистического образа жизни, а их жены шли в западный народ сеять все то же доброе и вечное, например – преподавать русский язык.
И вот, одна дама подрядилась вести курсы в одном из американских
столично-престижных университетов. Русский язык, язык потенциального
противника, был очень популярен среди школяров.
Работа пришла неожиданно, литературы с собой привезено не было и нашелся
только учебник русского языка для иностранных студентов, обучающихся в
СССР – с идеологически-выдержанным подбором текстов: "Москва - столица
СССР" или "Большой Театр – Главный театр страны". Молодая преподша была
знающа и остроумна, классы пользовались популярностью.
Очередное занятие. Проходят статью "МГУ – главная кузница советских
кадров". Читают вслух, сначала учительница, а школяры за ней повторяют
фразу. Будущие Джеймсы Бонды, послы, послицы и прочие антисоветчики в
джинсах и футболках старательно стараются выговорить трудные названия.
Стандартный текст - о Михайле Ломоносове, о Воробьевых Горах, о том, что
сначала было три факультета, а вот сейчас, в дружной семье советских
народов их стало уже намного больше, и перечисление этих самых
факультетов в алфавитном порядке.
"Биофак", - спокойно читает учительница. "Био-F...ck", - послушно
повторяют студенты. Аудитория оживляется – вторая часть слов оказалась
исконно-английской. Тогда на Руси не много знали о Голливуде, грубое
слово Фак не было известно и злостно просочилось в
идеологически-правильный учебник.
История развивается. "Химфак" - звучит с кафедры, "Хим - F...ck!!! ", -
дружно отзывается из рядов. Радио-Фак! , Физ - F...ck! Хим-фак, фил-фак, и
весь последующий славный список факов. Учительница уже не подавляет
улыбку, студенты, икая от смеха, сползают под парты. Веселье и братание
народов, встреча на Одере.
Кульминация. Какой факультет должен идти последним в
алфавитно-составленном списке? – ЮрФак, звучит уж совсем по-английски.
YourF..ck! Триумф и занавес.