Свежие анекдоты на каждый день

Бабушка Тамара однажды сильно заболела и её внучка, тоже Тамара - восемнадцатилетняя питерская студентка, отодвинула все дела и примчалась спасать бабушку.
Доживала бабушка в тридцати километрах от Москвы, в выцветшем деревянном домике, ещё довоенной постройки. Огородик, колодец, навес, под которым дед хранил битые кирпичи и ржавые колёса от Москвича. Все это выглядело довольно грустно и безнадёжно. А ведь когда-то, когда Тома приезжала сюда в детстве и дедушка был ещё жив, по двору бегали куры, гуси и даже козочка. А в этот приезд дом смотрелся пусто и тоскливо, как неизлечимо больной пациент. Из живых, в доме была только сама бабушка Тамара и Тимур. Куда ж без него?
Тимур был огромным серым волком, но по счастью, волком он был не слишком породистым, поэтому считался собакой.
Бабушка Тамара, пыталась бодриться, встречая дорогую гостью, но получалось плохо.
Даже Тимур не выглядел орлом, чего с ним раньше никогда не бывало. Обычный затравленный серый волк. Вот в былые времена, Тимур производил неизгладимое впечатление, он вёл себя так, как будто весь дом был переписан на него и бабушка с дедушкой тут нужны были, только чтобы подливать воду в миску, да накидывать сахарные косточки.
Тамара сходила в ближайший магазин в километре от дома, накупила лекарств и всяких вкусностей, напоила бабушку чаем с малиной, уложила в постель и начала хозяйничать по дому. Ну, точнее, выбрасывать мусор и испорченные продукты.
Бабушка только ойкала:
- Тамарка, а хлеб, хлеб куда понесла?
- Бабуля, он же позеленел.
- Батюшки, беда какая, позеленел. Ну, дык срезать немного и все. Нормальный ведь хлеб.
- Бабушка, а как часто ты ходишь в магазин?
- Летом, раз в две недели, а если погода хорошая и нормально себя чувствую, то и каждую неделю иду. Вот у меня тележка есть, взяла и покатила. По дороге на ней посижу, отдохну и дальше пошла. А этот раз, думала, что весна уже наступила. Солнышко пригрело, я обрадовалась и в одной кофте в магазин побежала, пропотела и застудилась вот. А зимой вообще боюсь так далеко ходить, ну, может раз в месяц и схожу. Да и пенсия у меня не та, чтобы каждый день по магазинам шиковать.
- Бабуля, а к тебе вообще, кто-нибудь в гости заходит?
- Ну, заходят, иногда.
- Кто, тётя Лена?
- Да ты что, Лена уж года два, как померла. Царство небесное.
- Ну, тогда кто?
- Кто? Кто. А, ну, получается, что и никто. А кто ко мне должен ходить? Кому нужна старая бабка с волчищем?
- Вот, что, бабуля, тебе нужно не киснуть, а придумать себе какой-нибудь хороший бизнес план.
- Что?
- Ну, бизнес план. Я в универе такое изучаю. Представь - каждый человек может для себя придумать и организовать, какой-нибудь посильный бизнес. Главное придумать бизнес план.
- Томочка, ты видишь в каком я состоянии? Какой мне бизнес? Мне восемьдесят лет. Со дня на день ноги протяну. Ты хоть Тимурку не бросишь, если что?
- Перестань. Слушай, а может тебе торговать чем-нибудь простеньким? У тебя же трасса за забором, да и автобусная остановка под домом.
- Чем торговать? Собой?
Шли дни, больная потихоньку вставала на ноги, а внучка с утра и до вечера ходила по двору и размышляла над бизнес планом для бабушки. Однажды, часов в шесть утра Тамару разбудил вой волка. Лаять он не умеет, а выть и рычать – это с полуоборота.
Глянула Тамара в окошко и увидела Тимура стоящего на крыше будки, так ему удобней через забор заглядывать. Бабушка уже не спала, она, как всегда вязала, слушая радиоприёмник.
- Бабушка, а на кого он там ругается?
- Так люди же на работу идут.
- На какую работу?
- Да, откуда ж я знаю на какую? На любую. У каждого своя. Идут на нашу остановку, садятся на маршрутку, или автобус и едут в Москву на работу, а вечером обратно.
Тамара призадумалась:
- Бабушка, а что это за люди, в смысле, откуда они все идут?
- Как, откуда? Наши – это, деревенские. За озером знаешь дома? Даже и оттуда некоторые идут. Час, наверное целый оттуда пешкодралом добираются . А что делать? Семью кормить надо, вот и приходится. Это мне хорошо, я на пенсии всё-таки, а люди каждый божий день вынуждены в Москву ездить. Голод не тётка, тут ведь нигде работы нет.
До самого вечера внучка ни с кем не разговаривала, ни с бабушкой ни даже с Тимуром, а поздно вечером вдруг закричала, испугав бабушку:
- Бабушка, бабуля, проснись! Помнишь, я в детстве рисовала раскраски? Цветные карандаши ещё остались?
Бабушка удивилась, но выдала кучу карандашей и давно засохших фломастеров.
Всю ночь Тамара трудилась и к утру создала стопку трогательных, разноцветных объявлений с узорчиками.
А утром, даже не позавтракав, прихватила тюбик клея и ушла. Дошла, аж до деревушки за озером и начиная оттуда и почти до самого дома, она расклеивала на столбах и заборах своё нехитрое объявление:
« Уважаемые соседи!
Вы можете оставлять свои велосипеды в доме N2 по нашей улице. (дом у остановки, с зелёным забором) Спросить Тамару Павловну.
За сохранность отвечает серый волк.
Оплата чисто символическая, вам понравится»
С тех пор прошло три года, Тамара Павловна расцвела и передумала умирать.
Каждый день, с утра и до позднего вечера, во дворе дома, под навесом, ждут своих хозяев тридцать, а может быть и все сорок велосипедов и даже пара мопедов. Более точными цифрами располагает только серый волк Тимур. Тимур тоже похорошел и стал выглядеть, довольным и важным, как будто бы только что сожрал и Красную шапочку и Тамару Павловну.
Тимур всегда стоит на приёмке и на выдаче. Обслуживает людей быстро, вежливо и корректно. Он никогда не выпустит из двора, клиента с чужим велосипедом. Даже эксперименты специально проводились. Просто волк сличает запах клиента с запахом велосипеда. Надёжней, чем штрих-код.
Вся деревня полюбила Бабушку Тамару, ведь она сохраняет людям самое дорогое что у них есть – время сна. Кому сорок минут, а кому и два часа в день. На велосипеде мчаться – это ведь совсем не то же что грязь ногами месить.
Студенты и те, кто помоложе, платят бабушке Тамаре рублей по триста в месяц, таджики почистили колодец, отремонтировали крышу и настроили антенну, кто-то домашние яички приносит и хлеб, кто-то банку молочка из-под своей коровы на велике привезёт, кто-то просто спасибо скажет, а при случае, всегда в магазин для бабушки сгоняет.
И так, с ранней весны и аж до первого снега, даже зимой пару снегоходов и мотоколяску оставляют.
Бизнес работает как часы.
Хотя, если честно, был однажды небольшой сбой. Как-то один таджик забирая свой велосипед, попытался погладить Тимура. Волк, разумеется, прокомпостировал руку.
Очень странный случай. Я, например, даже не представляю себе, как это можно додуматься, чтобы в банковском хранилище, получая золотые слитки из своей ячейки, погладить по голове вооружённого охранника при исполнении…
Анекдоты про студентов Вицове про бабушек и дедушек Вицове про банки и банкиров Вицове про деньги Вицове про церковь Шутки про велосипедистов
В подростковом возрасте я перенёс операцию на колене.
Доктор принёс мне фломастер и сказал пометить кружочком нужное колено, а второе крестиком, после чего вышел из комнаты. Я всё сделал в точности, как он сказал.
А потом дорисовал стрелочки к кружочку и написал "Оперировать тут", добавил больше крестиков на другое колено и надпись "Не трогать". От скуки следующие полчаса я провёл разрисовывая собственное тело и оставляя послания вроде "Аппендикс не отдам", "На что уставился? Колено находится ниже". Я даже попросил свою маму написать у меня на спине что-то вроде "Если ты это читаешь, не та сторона. Переверни."
Когда появился анестезиолог, я успел накрыться простынёй. Рассказывали, что я нёс всякую чушь перед тем, как отключиться, но это уже другая история. Операция прошла успешно, на ночь пришлось остаться в больнице. Позже доктор зашёл проведать меня и рассказал, как я умудрился сорвать им график операции.
В общем, когда персонал снял простыню и прочитал те самые пометки, то все рыдали, не переставая, минут десять. Наконец, успокоившись, с большим трудом взяв себя в руки, они стали меня переворачивать, чтобы положить на операционный стол... И тут увидели последнюю надпись...
В итоге, операция началась аж на полчаса позже запланированного, и всё благодаря моей любви к рисованию.
Анекдоты
Прочитана в журнале израильского общества солдат-инвалидов.
----------------
Война Судного дня. Израильские больницы завалены ранеными. Которых принимают потоком, делают все что могут для спасения жизни и забывают, поскольку идет поток тяжелораненых.
В одной больнице в соседних палатах оказываются на соседних через стенку кроватях два солдата. Загипсованные с ног до головы . Оба тяжелораненые. Незагипсованы у них только руки.
Оба кричат от боли и через стенку будят друг друга. Cтенка тонкая и изоляции никакой.
При этом фазы сна у них не совпадают, и когда один кричит, второй стучит в стенку, чтоб тот перестал... Потихоньку боли утихают, но они уже привыкли стучать в стенку и продолжают перестукиваться, изобретая по ходу дела код. Типа "Как дела ?" и "Все в порядке?".
Потом решают познакомиться. Криком через стенку. Остальные раненые в палатах в таком состоянии, что не замечают.
Выясняется, что это солдат и солдатка. У солдата тяжелые ранения на поле боя, а солдатка попала в тяжелую аварию.
Быстро выясняется, что без друга они не могут, и мешают больным своими разговорами.
И тут в госпиталь приезжает Рафуль - тот самый, члeн партии которого... Увидев этих пациентов, он приказывает поставить им телефон...
Совсем быстро оба объясняют врачам, что хотят увидеть друг друга. Вестимо "Не положено!"
Ну и понятно, что медсестер им удалось уговорить... Ночью медсестры вывозят кровати в коридор, где солдат как это положено по логике истории, начинает встречу словами "Ты согласна выйти за меня замуж?", и, естественно - "Да!"
Через полгода обоих выписывают из больницы. После снятия гипса оказалось, что ноги солдата в таком состоянии, что он никогда не сможет ходить.
Начинается тяжелая семейная жизнь...
У них рождается ребёнок. Оба работают, чтобы содержать семью, на бензоколонке, где далеко ходить не надо.
И тут отец решает учиться ходить вместе с сыном. Вываливается из коляски и ползает вместе с ребенком, потом становится на четвереньки. Копируя его движения. И падая немного чаще, чем ребенок... Когда ребенок пошел, он пошел вместе с ребенком. Шок был у всех.
И когда ребенок побежал, он тоже побежал... Хотя и медленно...
Когда ребенок сел на велосипед, он купил велосипед...
Через пару лет им позвонили, что надо поменять коляску на новую модель, и удивились, что коляска больше не нужна.
Врачи написали статью про неизвестный до сих пор науке метод реабилитации.
Сейчас они на пенсии. Четверо детей, десять внуков. До сих пор он ходит сам. Правда, уже на небольшие расстояния...
Военные анекдоты Шутки про велосипедистов
Говорят, история армянского радио началась с оговорки ереванского диктора:
«При капитализме человек эксплуатирует человека, а при социализме все происходит наоборот». После этого радиостанция стала персонажем многочисленных анекдотов, начинавшихся с фразы «у армянского радио спрашивают».
Анекдоты эти были настолько популярны, что представителям настоящего армянского радио приходилось несладко. Как-то в начале семидесятых в Москве, в Колонном зале Дома Союзов проходило Всесоюзное совещание работников радио и телевидения. Когда председательствующий объявил: «Слово предоставляется представителю армянского радио», в зале стоял такой хохот, что бедному представителю долго не давали начать выступление. Когда смех, наконец, стих, этот самый представитель взял микрофон и произнёс: «Нас часто спрашивают...» Говорят, после этого работа совещания была полностью парализована.
Вицове про церковь
Про одного дагестанца (рассказ офицера запаса)В 91 служил на окружных складах.
Воинская часть в черте Москвы. Был дежурным по части, когда вызывали на КПП сообщением, что привезли к нам двоих новобранцев.
Прихожу на КПП – в сопровождении офицера сидят два солдатика-дагестанца. Направлены к нам на прохождение срочной службы. Предвижу кучу проблем в связи с этими ребятами, забираю документы на них у сопровождающего офицера, иду с бумагами к командиру части.
Тот хватается за голову, и начинает названивать по телефону. От одного дагестанца ему удалось отказаться, а второй остался у нас.
Он был единственным кавказцем в части, и ему пришлось хлебнуть лиха. Синяки не раз мы у него видели, а однажды даже челюсть ему в казарме ночью сломали.
Я ему говорю: «Скажи – кто». Мы его сразу под трибунал, а тебя выведем из части. Надо – в другую переведем. А дагестанец всегда – «Это я сам. С табуретки упал».
Прикидывал я - как его отделить от остального личного состава. Спрашиваю:
- Что умеешь делать? Может строительные какие работы знаешь?
Говорит:
- Знаю строительные. Дома всё, что нужно, сам строил.
- Штукатурить умеешь?
- Умею.
Показываю ему склад. Здание ещё дореволюционной постройки. Метров четыреста длиной.
- Фасад сможешь один заштукатурить?
- Смогу!
Я ему тогда сказал, что, если эту работу сделает, получит отпуск и благодарность от командира части.
И вот каждый день после утреннего развода он брал тачку, инструмент, цемент, и шел к этому складу. Соорудил себе из подручных средств мостки, стремянку и каждый день – туда. Рота на другие работы, а он – приносит себе цемент с другого склада, воду ведрами, замешивает, штукатурит и штукатурит. В столовую без строя ходит. В казарму – после отбоя приходит. Сам по себе – и на виду всё время. Деды и вся борзота перестали его дергать. Зампотылу его работу проверяет. «Качественно», - говорит.
Я про него уже и забыл, - проблем же не создает, - когда однажды приходит: «Товарищ старший лейтенант, разрешите обратиться!»
- Что такое?
- Ваше приказание выполнено! Склад оштукатурен!
- Ну, молодец! А чего пришел-то?
Мнётся…
- Вы про благодарность говорили.
Тут я внутренне охнул. Про обещанный отпуск он молчит, а я вспомнил. Напомню – 91 год. В армии нищета, и война на Кавказе. Отпускать его домой никак нельзя – велики шансы, что не вернется, придется за ним кому-то ехать, а кто поедет – тоже могут не вернуться. Да и бланков «Благодарность» нет. Хорошо – были у меня большие открытки типа к 23 февраля, но без надписей. Там орденская лента, героические лица бойцов, ещё что-то соответствующее. На этой открытке машинистка штаба написала под мою диктовку примерно следующее:
- Уважаемая Хатима Магомедовна (имя-отчество здесь условны)!
Ваш сын … … с (дата)… по настоящее время исполняет почетную обязанность защитника Родины в вверенной мне воинской части №…
За время несения службы рядовой …(фамилия) показал себя … проявил…
Благодарю вас за воспитание…
С искренним уважением – командир войсковой части № …. подполковник …
Дата подпись, печать.
Командир подписал, печать в штабе поставили, отдал эту открытку бойцу. Он, как я потом узнал, отправил эту открытку матери заказным или даже ценным письмом, что подразумевало вручение адресату лично в руки. Что касается отпуска, - ему объявили отпуск по месту дислокации части. То есть, - после утреннего развода он волен покидать территорию части, гулять по Москве, приходить или не приходить на приём пищи в солдатскую столовую, снова покидать территорию части, но в 21-00 возвращаться в казарму. Не будем углубляться – насколько это поощрение соответствовало уставу. Но я пообещал, и моё обещание командир реализовал таким образом.
Отгулял парень свой отпуск. В роте его отношения с сослуживцами давно уже нормализовались, когда в часть пришло заказное письмо из Дагестана.
Мама этого парня на двух страницах каллиграфическим почерком и с безукоризненной грамматикой благодарила командира части за полученное письмо о сыне. Сообщила, что это письмо прочитали все ближние и дальние родственники (это я здесь нам говорю «дальние» а у них нет дальних родственников. Все ближние.), сказала, что гордится своим сыном, и рада, что он попал служить в такую хорошую часть, с такими хорошими командирами и сослуживцами.
Тогда, среди других дел и обязанностей, я выбрал время пообщаться с парнем.
Его отец рано умер, и их троих воспитывала мама – учительница русского языка в маленькой школе. На медкомиссии в военкомате у него нашли что-то в лёгких, и маме пришлось назанимать у родственников денег, подмазать врачей, чтобы парня признали годным к воинской службе.
И это письмо командира части о хорошей службе сына мама отвезла одним родственникам, те отвезли другим… Письмо это прочла половина Дагестана.
Такая вот история.
Чуть не забыл сказать, - за всё время моей офицерской службы, этот дагестанец был единственным из знакомых мне солдат, который писал по-русски с безупречной грамотностью.
Анекдоты про школу Военные анекдоты Вицове про церковь
На обычной приподъездной скамейке обычного московского дома сидят двебабушки.
Глядя на них, кажется, что так было всегда, но дом и скамейка
появились только в 1978 году. Снесли типовую московскую деревню и на ее
месте выстроили новые, многоэтажные дома. Сейчас бабушкам по девяносто
лет и происходят они из той самой снесенной деревни.
Обычные бабушки на обычной скамейке. Все жильцы подъезда, без всякого
исключения, здороваются со старушками с улыбкой и некоторым пиететом.
Раз в две недели к дому подъезжает большой черный джип, нехарактерно
долго паркуется, так чтоб никому не мешать, из машины выходит высокий
сорокалетний пижон с объемистыми пакетами "Азбуки вкуса" - специального
магазина по продаже съестных понтов. Бабушки называют пижона Толстым,
хотя из лишнего веса у него только пакеты со снедью, пижон же величает
бабушек Павлой Сосипатовной и Марией Ильиничной. Толстый подходит к
старушкам, и они недолго разговаривают. Через полчаса, оставив пакеты на
лавочке, Толстый тепло прощается и уезжает. По праздникам вместе с
пакетами остаются цветы. Обходительного пижона можно было бы принять за
внука одной из бабушек, но почти все жители дома знают, что это не так.
Толстый - продюсер одного из российских телеканалов и родственных связей
с нашими старушками не имеет вообще: никого из родни у бабушек не
осталось и бабушки сидят на скамейке.
Сидят, иногда обсуждают "куда катится этот мир" и зачем сын тетки со
второго этажа уехал в Америку, когда и здесь неплохо работал на заводе.
Они разные. Павла Сосипатовна охотно откликается на "баб Пашу", а на
"баб Машу" Мария Ильинична обиженно поджимает губы. Мария Ильинична,
сидя на скамейке, обычно читает Донцову с Марининой, а баб Паша не
читает ничего, зато так внимательно разглядывает проходящих мимо и так
много о них знает, что любой офицер ЦРУ за такие подробные сведения
заложит свой агентский значок. Если, конечно, офицера заинтересуют
жители обычного дома в спальном районе Москвы.
Они разные, хотя родились в одной деревне. Мария - в семье сельских
учителей, а Паша - в нормальной деревенской семье. В семнадцать лет
Мария собралась в институт и замуж, а бойкая комсомолка Паша никуда не
собиралась, но завербовалась на Колыму и уехала, увезя вместе с собой
жениха Марии Ильиничны. Так получилось. Потом получилось так, что Мария
Ильинична, отучившись в институте, до семидесяти проработала
учительницей литературы, замуж так и не вышла и детей завести не успела.
Как и Паша. Пашин муж и бывший Машин жених, через год после отъезда на
Колыму замерз там по пьяной лавочке, Паша вернулась в деревню и стала
работать в колхозном саду.
Колхоз сделали совхозом и закрыли, колхозный сад частью вырубили,
деревню снесли, построили на ее месте дом и поставили лавочку. В доме
дали квартиры почти всем деревенским. Баб Паше однокомнатную на седьмом,
а Марии Ильиничне как учительнице целую двухкомнатную на пятом.
Прошло некоторое время и они встретились на лавочке. Старость и
одиночество приглушили старые обиды и они подружились. Подружились до
такой степени, что решили жить вместе у Марии Ильиничны, а баб Пашину
квартиру сдавать. Вдвоем жить дешевле, да и от сдачи квартиры неплохая
прибавка к пенсиям вышла. Квартирантка нашлась быстро. Таких
квартиранток в Москве пруд пруди: красивая молодая девушка приехала
покорять телевидение, эстраду и цирк сразу, театр и кино чуть погодя, а
потом и всю Москву целиком, чтоб не размениваться. Жиличку звали Ленкой,
платила она аккуратно, в квартире не безобразила, а что к ней иногда
мужики ходили, так и дело молодое, как сказала баб Паша, и на
телевидение можно попасть только через постель, я читала, как
согласилась с ней Мария Ильинична.
Они, как всегда, сидели на лавочке, когда перед домом появился большой
черный джип. Большие колеса нагло преодолели невысокий бордюр, джип
влез на тротуар и замер в полуметре от старушек, почти перегородив
проход и закрыв бабушкам обзор.
Мария Ильинична хотела было попросить водителя убрать машину подальше и
уже начала литературно-правильную строить фразу, а баб Паша уже открыла
рот, чтоб послать водителя еще дальше, чем Мария Ильинична, как дверь
джипа открылась, из нее выкатился пижонистый толстый мужик, вытащил за
локоток хихикающую Ленку, крикнул старушкам "Привет девчонки" и скрылся
в подъезде.
Девчонки и слова сказать ему не успели. Только чуть погодя баб Паша
выругалась, Мария Ильинична обижено нахохлилась, они обсудили куда
катится мир с черными джипами, телевизионными квартирантками и ейными
толстыми пижонами. И решили попенять Ленке на неправильную парковку
машины ее молодого человека, иначе они на ейного хахаля в милицию
заявят.
Разговор с Ленкой результата не дал. Вообще-то Ленка полностью
согласилась, но через день опять приехал черный джип и запарковался еще
ближе к лавочке.
Не возымели действия и разговоры с толстым пижоном. На все справедливые
претензии Марии Ильиничны и на еще более справедливую ругань баб Паши,
толстяк неизменно отвечал: "не ворчите, старушенции, я не на долго, а
только до утра", - подхватывал Ленку под локоток и скрывался в подъезде.
Целую неделю шел дождь. Бабушки не выходили на улицу, но и из окна им
было прекрасно видно, что большой черный джип продолжил наглеть,
докатился прям до скамейки и индифферентно поблескивает мокрой крышей.
- Так больше нельзя, - заявила Мария Ильинична, - в нашем дворе стало
невозможно жить, надо что-то делать.
- Я ему колеса проткну, - решительно ответила баб Паша, - ножиком. Раз -
и все. А, Марья, ты на шухере постоишь в подъезде.
- Он же вообще отсюда не уедет, если ему колеса проткнуть, - логично, но
робко возразила Мария Ильинична.
- И пусть! - баб Паша не теряла решительности, - пусть не уедет! Зато
когда приедет в следующий раз, будет знать!
Подруги еще немного поспорили, а когда кончился дождь они спустились
вниз, Мария Ильинична заговорила с консьержкой, а баб Паша быстро вышла
из подъезда, и оглянувшись, полоснула ножом по колесу джипа. Колесо не
поддалось. Потыкав в колесо ножиком для убедительности и не добившись
результата, баб Паша вернулась в подъезд, оторвала Марию Ильиничну от
разговора с консьержем и потащила в лифт.
- Не берет твой ножик его резину, - громким шепотом начала она еще в
лифте, - хилый. Надо еще чегонить придумать. Думай, Машка, теперь твоя
очередь, не зря ж тебя в институте учили.
- Можно сахара в бензобак насыпать, - подсказала Мария Ильинична, - я у
Марининой читала, - и, неожиданно для себя продолжила, - а можно
пpeзepbatиb с водой из окна скинуть, как у Донцовой.
- Чего скинуть?!! - остолбенела баб Паша, - чего?!!
- Пpeзepbatиb, - повторила Мария Ильинична и покраснела.
- Гондон, значит, - резюмировала баб Паша, - хорошая мысль! И нечего на
него сахар переводить! Шиш ему, а не сахар. У кого, говоришь, читала?
- У Донцовой так написано, - начала оправдываться Мария Ильинична, -
или у Бушкова. Не помню я, Паш.
- Бывает и у твоих Донцовых в книгах нужные вещи, Маша. Надо будет
почитать послезавтра.
- Да я прям сейчас тебе книгу дам, - Мария Ильинична решила отвлечь
подругу чтением, - прям сейчас.
- Не, прям сейчас я устала и спать хочу, - подытожила баб Паша, - только
послезавтра получится. Потому что завтра мы идем за презервативами.
Знаешь, хоть, где их продают-то?
- Конечно знаю: в аптеке? - полувопросительно полуутвердительно ответила
Мария Ильинична и опять покраснела.
- Эх, - вздохнула баб Паша и подбоченилась, - отсталая ты Машка. Их
сейчас в любом магазине продают. Но пойдем мы в аптеку. Она к нашему
дому ближе любого магазина, раньше всех открывается и там аптекаршей
Лидка работает, Серегина дочка. А сейчас давай чай пить и спать
ложиться. Темнеет уже.
Через час баб Паша похрапывала у себя в комнате, а в соседней комнате
ворочалась Мария Ильинична. Она никак не могла заснуть и все пыталась
понять, как правильно построить фразу, чтоб она не звучала наименее
пошло: "Лида, дайте мне, пожалуйста, пpeзepbatиb" или "Будьте так добры,
Лида, дайте мне, пожалуйста, пpeзepbatиb". Ничего не придумав, она
все-таки заснула.
Чуть только открылась аптека, бабушки проскользнули во внутрь и
зашептались возле витрины: Мария Ильинична пыталась отговорить подругу
от покупки.
- Представляешь, - шептала она, - вот попросишь ты у Лиды презервативов
и что она о нас подумает?
- А ничего не подумает. У нее работа такая: продавать чего скажут, -
возражала баб Паша, - не хочешь помогать - отойди, я без тебя справлюсь.
Старший провизор Лидия Сергеевна сразу обратила внимание на двух
знакомых старушек.
- Баб Паш, Баб Маш, - окликнула она их, - вам непонятно чего? Вы
спрашивайте, я поясню.
- Все нам понятно, Лид, - баб Паша наконец-то вывернулась от подруги, -
все понятно, ты нам гондонов дай на все!
И ляпнула на прилавок сторублевую купюру.
- Вам какие, гладкие, ребристые, со вкусом клубники, или банана, - на
автомате выпалила Лидия Сергеевна, и тут до нее дошел смысл просьбы, -
Чегооо?!!!
- Презервативов по-вашему, - поправилась баб Паша, - на все давай. А
ребристые они или клубничные нам с Машкой уже похеру. Сама понимать
должна не маленькая чай.
Дома бабушки попробовали наполнить пpeзepbatиb водой в кухонной мойке.
Изделие растянулось, раздулось, заняло весь объем раковины и начало
выползать наружу.
- Батюшки...- удивилась Павла Сосипатовна, успев закрыть кран, - как же
мы его отсюда достанем-то, чтоб он не лопнул?
Старушки задумались. Наконец у Марии Ильиничны появилась идея.
- Давай воду сольем, положим его в пакет с ручками, а потом воды нальем
и из раковины вынем.
Все было выполнено. Пpeзepbatиb, наполненный почти пятнадцатью литрами
воды, оказался в полиэтиленовом пакете с ручками, а "горлышко" его
перевязано веревочкой для надежности. Совместными усилиями бабульки
вытащили пакет из мойки и приспособили его на подоконник, надев ручки
пакета на оконную завертку.
Оставалось только дождаться благоприятного момента и скинуть пакет вниз
на джип. Благоприятным моментом старушки сочли тот момент, когда толстый
пижон садился в машину. Целилась баб Паша.
- Поехали! - злорадно сказала она и пакет полетел вниз.
Старушки отпрянули от окна. Внизу сильно хлюпнуло, раздался тихий, но
внятный "памп" - так пробка вылетает из бутылки шампанского и мужской
голос матерно выругался.
- Попали! - обрадовалась Мария Ильинична, - давай посмотрим?
- Убилииии!! - заголосила внизу какая-то женщина, - человека убиииили!
Милиция! Вызовите милицию!
- Я тебе посмотрю! - мгновенно отреагировала баб Паша, - а ну отойди от
окошка. Не в джип мы с тобой попали-то, а в толстого этого. Насмерть
видать. Слышь, как внизу надрывается?
- И что же теперь делать? - растеряно прошептала Мария Ильинична, и
старушки задумались.
- Знаешь, что, Паша, - продолжила Мария Ильинична через полчаса, - я
думаю, что нам надо явиться с повинной. Убитому этим не поможешь, но
совесть наша будет чиста.
- С повинной, так с повинной, - согласилась Павла Сосипатовна, - за
такого вредного мужика много не дадут, а по старости могут и вообще не
посадить. Пошли. Только надо в чистое переодеться и теплое с собой
взять. Вдруг все-таки заберут?
Через полтора часа после запуска пакета по джипу, переодетые в чистое,
старушки спустились вниз и вышли из подъезда. В руках у каждой был
узелок с теплыми вещами.
Большой черный джип стоял там, где и стоял только вокруг были натянуты
красно-белые ленты, а на лавочке сидел милиционер и что-то писал в
блокноте. Невдалеке суетилась еще парочка в милиционеров и стояла машина
скорой помощи с открытыми дверями.
- Кто здесь старшой-то, милок? - заискивающе спросила баб Паша, - не ты
ли?
- Я, - устало ответил милиционер, отрываясь от блокнота, - я здесь
старший, а вы гражданки проходите, здесь посторонним любопытствовать не
положено.
- Так, какие же мы посторонние, - еще более заискивающе удивилась баб
Паша, - мы не посторонние, ведь это ж мы его...
- Что "вы его"? - опять не понял милиционер, несмотря на подполковничьи
погоны, - проходите, бабушки, не мешайте работать бригаде.
- Экий ты непонятливый, - заискивания в тоне баб Паши стало меньше, -
русским языком тебе говорят: это мы его грохнули. Случайно.
- Кого грохнули? - до подполковника никак не доходило.
- Так труп же, господи! - рассердилась на глупого милиционера баб Паша,
- труп мы грохнули.
- Вы грохнули труп? - подполковник все еще ничего не понимал.
- Разрешите я объясню, - вмешалась в разговор Мария Ильинична и не
дожидаясь разрешения продолжила учительским тоном, - вы говорите
глупости молодой человек: труп грохнуть нельзя - он и так уже труп.
Правильно?
- Правильно... - отозвался милиционер
- Вот видите? - продолжила Мария Ильинична, - с трупом мы разобрались. А
мы с Павлой Сосипатовной были очень недовольны тем как паркуется эта
машина, мы неоднократно делали замечания водителю, он нам нагрубил, мы
решили отомстить и скинули на машину пpeзepbatиb, наполненный водой.
Хотели в машину, а попали в водителя. Случайно. Вам теперь все понятно?
И я хотела спросить: он сильно мучился прежде чем умереть?
- Теперь все понятно, - в глазах непонятливого подполковника запрыгали
веселые чертики, - кроме одного: мне непонятно где вы взяли пpeзepbatиb.
- Где взяли, там больше нет, - отрезала баб Паша, - ты нас или сажай,
или отпускай, нечего время тянуть.
- Ладно, бабушки, - смилостивился подполковник, - сажать вас я не буду
потому что не за что.
- Эй, Колесников, - крикнул он в сторону скорой, ну-ка давай сюда этого
пострадавшего! Хватит ему валерьянку пить. Тут его дожидаются.
Дверь кареты скорой помощи немного приоткрылась, и на асфальт мягко
выпрыгнул омоновец - большой человек в камуфляжной форме и бронежилете.
У бабушек похолодело внутри.
- Милиционера уделали, - подумала баб Паша и закрыла собой Марию
Ильиничну, - а может и обойдется, ишь здоровущий какой, такого одним
гондоном не пришибешь…
- Прям сейчас и посадят, - мысленно отозвалась Мария Ильинична, вылезая
вперед баб Паши, - а может и расстреляют.
Омоновец, чертовски напоминающий трехстворчатый гардероб, доставшийся
баб Паше от родителей, пошарил в машине правой рукой, ухватил там,
что-то невидимое бабушкам, извлек оттуда небольшого роста мужичка в
мокрой черной одежде и повел его к лавочке.
Голова черного мелко тряслась, из уголка рта бежала слюна.
- Вот, граждане бабушки, любуйтесь на дело рук, - ухмыльнулся
подполковник. Бабушки удивленно разглядывали черного.
- Ну что, мокрушник, - взгляд милиционера уперся в мокрого насквозь
мужчину, - рассказывай, кто такой, кто заказчик, где взял оружие.
Мужчина тряс головой, пускал слюни и молчал. На последних словах
подполковника глаза его закатились, он пошатнулся и упал бы, но был
ловко подхвачен омоновцем.
- Дааа, - протянул подполковник, - увози его, Колесников, все равно
толку не будет. За всю свою практику первый раз вижу, чтоб контрацептивы
так на людях сказывались. Увози. И это, сильно не пинайте в дороге, а то
совсем ухайдакаете убивца.
- Посмотрели? – подполковник повернулся к ошарашенным бабушкам, - все
понятно?
- Все! – соврала баб Паша, - только я не поняла, где наш Толстый-то?
- Вашего толстого я до магазина и обратно отпустил. Очень он хотел свое
спасение обмыть и спасителей отблагодарить. Вон он, кстати, тащится, -
подполковник кивнул в сторону дороги.
По дороге действительно приближался Толстый. В одной руке он держал
объемистый пакет, в другой…
- Гиря-то тебе зачем? – Брови подполковника взлетели вверх, -
двухпудовая еще.
- А! – Толстый поставил гирю на асфальт, пакет на скамейку и отчаянно
махнул рукой, - такую жизнь надо в корне менять, раз в меня стрелять
начали. Вот и купил по дороге. Хотите шампанского, подполковник? Или
коньяку? – Толстый зашуршал пакетом, - я ж как второй раз родился
получается.
- Коньяк ты мне в машину положи, - качнул головой подполковник, - я при
исполнении не употребляю при посторонних. А шампанское… Шампанское вот
им, спасительницам твоим. Увидели старушки из окна, что нехорошее
затевается и вмешались, удачно применив средство контрацепции, похожее
на пpeзepbatиb. Так было, бабушки?
Старушки закивали, а подполковник улыбнулся:
- Такие вот у нас пожилые люди сознательные. Геройские, прямо скажем, у
нас люди.
Эту историю в доме знают все жители от мала до велика. Именно поэтому
все очень вежливо и даже с пиететом здороваются с бабушками на лавочке.
Своим пакетом они спасли толстого пижона и предотвратили заказное
убийство.
Так получилось, что толстый продюсер разозлил не только бабушек, но и
гораздо более влиятельных людей. Гораздо более влиятельные люди
продюсера "заказали".
Киллер дожидался благоприятного момента, прячась за открытой дверью
мусоросборной камеры. Когда толстяк вышел из дома и открыл дверь
большого черного джипа, киллер сделал несколько быстрых шагов вперед и
поднят пистолет с глушителем. И даже успел выстрелить. Но не попал.
Потому что за долю секунду до выстрела ему на голову приземлились
пятнадцать килограмм воды в презервативе и полиэтиленовом пакете с
рекламой магазина Копейка.
Почти сразу после событий характер Толстого изменился. Он похудел, стал
обращать внимание на окружающих его людей и даже женился на Ленке. С
купленной гирей он теперь не расстается. Может это произошло потому, что
"гораздо более влиятельных людей" не нашли, как ни искали и он решил
сменить стиль поведения, не знаю. Но во всяком случае спасших его
старушек Толстый не забывает до сих пор.
Лучшие анекдотические истории Анекдоты про школу Вицове про бабушек и дедушек Военные анекдоты Вицове про судебную систему Шутки про американских президентов
Приходит Дед Мороз в ЦИК:
-Здравствуйте, зарегистрируйте меня, пожалуйста, кандидатом в президенты.
Памфилова:
- Да вы в своём уме!? Вы же живёте в каком-то своём мире и понятия не имеете, как живётся простому народу! Когда вы приезжаете, то везде чисто, полные столы еды, все нарядные, и вы думаете, что все всегда так и живут! Когда вы делаете подарки людям, то делаете это за их же счёт, а пафосу столько, будто это лично от вас! На разные шоу, вам никаких народных денег не жалко, готовы всё спустить! А пенсионеры...!? Такое впечатление, что для вас их вообще не существует! И вообще, никто не видел вашей программы кандидата в президенты...- неожиданно замолкает, грустнеет.
- Блин, всё сходится, придётся регистрировать.
Вицове про церковь
Еду в автобусе.
Напротив парень сидит. Выглядит аккуратно, одет со вкусом. Рядом с ним бабка сидит. Типичный представитель подкласса городских. А между нами стоят три пацана, на вид лет 14-16.
Подъезжаем к остановке, парень поднимается, на ходу доставая мелочь, и вот у него из кармана выпало несколько пятитысячных купюр. У бабки глаза загорелись, остальные пассажиры тоже напряглись. Даже у меня мелькнула порочная мысль. А подростки, быстро усадив на место подскочившую уже бабку, подняли деньги и окликнули уже выходящего парня. Тот обернулся, увидел у них в руках деньги и быстро захлопал по карманам. Короче, деньги вернули владельцу.
Бабка через пару минут завозмущалась:
— Ироды поганые, ни себе ни женщине пожилой, &б вашу!..
На что ей отвечают просто эпической фразой:
— Мы пропащее поколение.
Дальше в автобусе было тихо.
Вицове про деньги
Мой папа родился в Крыму. После революции, когда общество «Джойнт» помогало выжить сиротам, он мог оказаться в Америке, но сбежал с корабля со своей маленькой сестренкой, единственным близким человеком, оставшимся от его семьи.
Молодая Советская власть с радостью предоставила ему, как и всем беспризорникам, широкий выбор: умереть от голода, холода или болезней. Но папа, отучившись два класса в церковно-приходской школе, и кое как дотянув до совершеннолетия, оставил сестренку на дальних родственников и отправился в Москву.
Отучившись на курсах ДОСААФ и получив заветные права, папа завербовался водителем на Беломорканал. В 1938 он был призван на службу. Финская война продлила службу еще на один год, аккурат к началу Великой Отечественной.
В начале войны папа был старшим минометного расчета, но когда по приказу Сталина, нуждающегося в хоть сколько-нибудь грамотных бойцах, умеющих управлять техникой, папа вышел из строя, его карьера резко пошла в гору. Ему дали полуторку, на которой он прошел всю войну, захватив вдобавок несколько послевоенных месяцев.
Когда я был маленьким, папа не казался мне героем. Разве это геройство, когда во время Финской в тебя стреляет снайпер и пули проходят от тебя в паре сантиметров? Разве это геройство - выйти из строя после прочтения приказа товарища Сталина о выявлении технически грамотных бойцов, несмотря на угрозу растрела со стороны командира, усмотревшего в этом практически дезертирство? Разве это геройство, когда осколок сносит голову молодому лейтенантику, сидящему рядом с тобой? Разве это геройство, когда другой лейтенантик, решив показать мастер класс по выезду из грязи полуторки с прицепленной противотанковой пушкой сорокопяткой, рвет в клочья дифференциал и дает три дня на ремонт? Само собой - ни еды, ни воды, ни запчастей, ни инструментов. Только страх, что не выполнишь приказ! Героям же страх не ведом! Разве это геройство, когда снаряд разносит землянку, в которой ты должен был спать, но испугавшись вшей, пошел ночевать в кабину полуторки? Разве это геройство, когда утром, практически под колесом, видишь мину, до которой не доехал нескольких сантиметров? Разве это можно назвать отвагой, когда ночами едешь по Ладоге с разбитыми фарами, стеклами и сломанной печкой? Это же рутина, когда попадаешь ежедневно под бомбежку по дороге Жизни к осажденному Ленинграду? А что можно сказать об угрозе растрела за саботаж, когда тебе дают полчаса на переборку двигателя лендлизовского Виллиса! Ну не растреляли же!
Папа не был награжден орденами или медалями, за исключением юбилейных. Его даже не ранило. Он просто служил, как и миллионы других солдат! Ему просто повезло остаться в живых! И только став старше я понял, что вот такие же незаметные солдаты, как мой папа, и есть настоящие герои. Они не рассуждали о долге, чести, любви к Родине, патриотизме, а просто делали свое дело, выполняя невыполнимые приказы, замерзая, голодая, надрываясь и не рассчитывая на медали или ордена.
Папа умер через 39 лет после окончания войны. В День Победы. Когда его хоронили, шел дождь. Я взглянул на него в последний раз и мне показалось, что он безумно устал от этой суеты и хочет просто свернуться калачиком, как в кабине полуторки, которая унесет его наконец туда, где вечная тишина и где уже лежат миллионы таких же незаметных солдат, как и он.
Вагоновожатый ©
Военные анекдоты Вицове про церковь
- Не то, чтобы я верила в Деда Мороза, - задумчиво произнесла моя девятилетняя дочка утром 31-го декабря, - Но письмо ему напишу.
Хочу набор «Голубые кристаллы»!
У меня ухнуло сердце. Набор для выращивания кристаллов, причем непременно синего цвета, был её давней мечтой. Я спрашивала его по детским магазинам весь год, но коварные кристаллики были неуловимы. И вот: тридцать первое, в доме уборка и оливье, искать времени нет… Дочка скребет карандашом по бумаге, царапая мне душу. Ну нельзя же так издеваться над сказкой! С тоской представляю, как утром буду объяснять, что письма Деду Морозу надо писать заранее, за две недели минимум, потому что возможности волшебства не безграничны… Понуро иду запускать «Иронию судьбы» - обязательный фон новогодних хлопот.
В середине дня закончилось масло. По пути в супермаркет, в витрине зоотоваров (!) вижу коробку с кристаллами. Подхожу. Распродажа игрушек. Кристаллы. Голубые! Беру!
Это я все к чему? Я, конечно, взрослая. И в сказки мне верить не полагается. Но пофиг.
Дед мороз, спасибо тебе большое!!!
Анекдоты
Неделю она тянула меня к себе на дачу, всячески намекая на непристойности, в итоге на даче мне была вручена лопата и 6 соток не вспаханной земли, когда черенок уже начал прирастать к моим рукам, в руки перекочевала пила и поставлена новая цель, старая яблоня, в обхвате больше на дуб смахивающая, далее милое создание посетовала на отсутствие полки в летней кухне, что расценивалось как новая цель, для моих трудовых подвигов.
Ближе к вечеру, когда даже рабы-негры на плантациях видят третьи сны, а пролетариат молится на меня как на коммунистическое божество, сделавшее пятилетку за день, мне за труды был выставлен снаряд на 2,5 литра с компотом из хмеля и солода, далее я натруженной спиной учуял под собой божественно мягкий матрас и сказочно пуховую и сладостно зовущую подушку. Скорее всего, уже во сне, я заметил силуэт на фоне окна, который как-то плавно двигался и что-то делал со своей кожей, наверное снимал с себя...
И вот уже неделю в офисе ходит тема о том что я ИМПОТЕНТ, а ведь она так красива, на ней было такое бельё и она оказывается для меня стриптиз танцевала!!!
Лучшие анекдотические истории
Уважаю!
=========
Первоапрельские шутки надо организовывать
В бытность свою студентом я слушал лекции одного русскоязычного профессора в Беершевском университете. Профессор этот имел одну особенность: каждые пятнадцать-двадцать минут он прикладывался к поллитровой бутылочке из-под колы, в которой держал воду. Ну жарко в Беер Шеве! Первого апреля я, конечно, подготовил точно такую же бутылку наполненную не самой лучшей водкой «Голд» и в перерыве подменил оставленный на столе сосуд...
После возвращения в аудиторию профессор взял бутылку сделал большой глоток и продолжил вещать что-то о диффурах... Минут через десять он остановился, опять глотнул и, найдя меня взглядом, страшно сверкнул глазами. «Ага!...» - подумали мы с Пятачком.... Но как держится старик!
В конце лекции преподаватель отозвал меня в сторонку и сказал:
- А теперь достань «МОЮ БУТЫЛКУ» оттуда куда ты ее спрятал и попей! А попив, почувствуй разницу между «Голдом» и «Абсолютом»...
Уважаю
Анекдоты про студентов
Пишу со слов подруги:
«У моих родственников из Рязани сын учится в 9 классе, в этом году они сдают ЕГЭ (специально не буду писать с заглавных букв – слишклм много чести для этого идиотизма). У ребенка сахарный диабет 1 типа, он на инсулине. В школе подают списки, что необходимо пронести с собой на экзамен. Мальчику необходимы 2 кусочка сахара на случай гипогликемии, потому что сахар скачет, может быть высокий, а может и упасть. Так вот, завуч подал списки в комиссию от министерства образования, пришел ответ: сахар с собой нельзя.
Поехали в эту комиссию (психиатр, дефектолог, логопед и педиатр) со всеми справками и характеристиками на ребенка, 1,5 часа объясняли вот этим самым врачам - что такое гипогликемия и для чего нужен сахар с собой. Комиссия стоит на своем, категорически нельзя проносить ничего, потомучто (внимание!) ребенок будет рассасывать сахар, чмокать и вообще отвлекать других учеников от решения заданий. И вообще - раз у вас сахарный диабет, то сдавайте экзамен в коррекционном классе и учитесь в коррекционной школе (это где глухонемые, например, или дети с умственной задержкой в развитии). Ребенок учиться хорошо в обычной школе, всего одна четверка по русскому языку, без поблажек из-за болезни. Разрешение в результате дали, конечно, но нервы помотали и маме и ребенку из-за двух кусочков сахара.
Министерству образования мой пламенный привет! Что б вам этот сахар поперек горла встал, когда вы будете по утрам чай пить.»
Анекдоты про Врачей Анекдоты про школу
НА ЗАДНЕЙ ПАРТЕ1975-й год, весна. Город Львов.
Мы - повидавшие жизнь, октябрята, заканчивали свой первый класс, дело подходило к 9-му мая и учительница сказала:
- Дети, поднимите руки у кого дедушки и бабушки воевали.
Руки подняли почти все.
- Так, хорошо, опустите пожалуйста. А теперь поднимите руки, у кого воевавшие бабушки и дедушки живут не в селе, а во Львове и смогут на День Победы прийти в школу, чтобы рассказать нам о войне?
Рук оказалось поменьше, выбор учительницы пал на Борькиного деда, его и решили позвать.
И вот, наступил тот день.
Боря не подкачал, привёл в школу не одного, а сразу двоих своих дедов и даже бабушку в придачу. Перед началом, смущённые вниманием седые старики обступили внука и стали заботливо поправлять ему воротничок и чубчик, а Боря гордо смотрел по сторонам и наслаждался триумфом. Но вот гости сняли плащи и все мы увидели, что у одного из дедов (того, который с палочкой), столько наград, что цвет его пиджака можно было определить только со спины. Да что там говорить, он был Героем Советского Союза. Второй Борькин дед нас немного разочаровал, как, впрочем и бабушка, у них не было ни одной, даже самой маленькой медальки.
Героя – орденоносца посадили на стул у классной доски, а второго деда и бабушку на самую заднюю парту. На детской парте они смотрелись несколько нелепо, но вполне втиснулись.
В самом начале, всем троим учительница вручила по букетику гвоздик, мы поаплодировали и стали внимательно слушать главного героя.
Дед оказался лётчиком и воевал с 41-го и почти до самой победы, аж пока не списали по ранению. Много лет прошло, но я всё ещё помню какие-то обрывки его рассказа. Как же это было вкусно и с юмором. Одна его фраза чего стоит, я и теперь иногда вспоминаю её к месту и не к месту: «Иду я над морем, погода - дрянь, сплошной туман, но настроение моё отличное, ведь я уверен, что топлива до берега должно хватить. Ну, даже если и не хватит, то совсем чуть-чуть…»
При этом, разговаривал он с нами на равных, как со старыми приятелями. Никаких «сверху вниз». И каждый из нас начинал чувствовать, что и сам немножечко становился Героем Советского Союза и был уверен, что если нас сейчас запихнуть в кабину истребителя, то мы, уж как-нибудь справимся, не пропадём.
Класс замер и слушал, слушал и почти не дышал, представляя, что где-то далеко под нами проплывают Кавказские горы в снежных шапках.
Но, вот второй дедушка с бабушкой всё портили.
Только геройский дед начинал рассказывать о том, как его подбили в глубоком немецком тылу, так тот, второй дед, вдруг принимался сморкаться и громко всхлипывать. Учительница наливала ему воды из графина и успокаивающе гладила по плечу.
После паузы герой продолжал, но когда он доходил до ранения или госпиталя, тут уж бабушка с задней парты начинала смешно ойкать и причитать.
Мы все переглядывались и старались хихикать незаметно. Уж очень слабенькими и впечатлительными оказались безмедальные бабушка с дедушкой. Ну, да, не всем же быть героями. Некоторым, не то что нечего рассказать, они даже слушать про войну боятся.
Только недавно, спустя годы, я от Борьки узнал, что те, его - «слабенькие и впечатлительные» бабушка с дедушкой с задней парты, были Борины прабабушка и прадедушка. Они просто пришли в школу поддержать и послушать своего сына-фронтовика, а главное, чтобы потом проводить его домой, а то у него в любой момент могли начаться головные боли и пропасть зрение…
Анекдоты про школу Вицове про бабушек и дедушек Вицове о немцах
Ленка была в нашем бабском коллективе душой компании.
Оптимистичнее чем она, я в жизни людей не встречала. Её задор и настроение передавалось всем, кому доводилось с ней дружить или просто тесно общаться даже некоторое время. Не знаю, были ли у Ленки враги, но на работе её все любили. Её шуточки скрашивали наши тяжёлые швейно-закройные будни. Она умела общаться с самыми сложными заказчиками нашего Дома мод. Благодаря её неиссякаемой фантазии наши корпоративные Новый год и 8 марта становились просто фейерверками радости, и мы вспоминаем их до сих пор, хотя прошло уже почти 15 лет. Ленка была девушкой-праздником! С одной лишь оговоркой. Ленка была страшненькой. Мы все, конечно, не красавицы. Но Ленкино лицо некоторых неподготовленных товарищей поначалу даже отпугивало. Длинный несимметричный нос, большой рот, скулы, высокий до неприличия лоб (вот где умище-то!), уши, заметно торчащие в стороны, небольшие темные глаза… Впрочем, нам это не мешало совсем никак, как впрочем и самой Ленке… Если бы не один случай с её мужем.
Да, был и муж, который Ленку любил еще со школы, души в ней не чаял, и вообще, нам казалось, что идеальнее отношений не бывает.
А у мужа есть друзья. И как бы парни это не отрицали – они всё же обсуждают в своём кругу девушек. И вот товарищи Ленкиного мужа как-то пристали к нему, что он такого в ней нашёл? Ведь по всеобщему их мнению она страшная, а он персонаж видный, мог бы любую красавицу покорить. Он, конечно, сказал пацанам, что он просто любит Ленку, и жизни себе без неё не представляет. Да и страшной она ему никогда не казалась. Он знал её сто лет, с самого детского сада. Ленка как Ленка.
И вечером он, совершенно недоумённый, всё это Ленке и рассказал. Не знаю, насколько сильно ранили эти слова Ленку, не могли не ранить. Но вида она не показала совсем (какого высокого самообладания женщина!), а лишь улыбнулась и сказала: «Да что ты, Вить. Они просто тебе завидуют. Знаешь, как на меня мужики на улице смотрят?! Пошли, сам увидишь». И потянула Ленка мужа на улицу, где людей побольше. «Только, - говорит, - ты иди не рядом со мной, а позади, как будто мы не вместе. И смотри на прохожих».
И вот идёт, значит, Ленка, а муж её в десяти шагах за ней. Смотрит он, а встречные мужики и впрямь глаз с неё не сводят, а пройдя мимо – некоторые даже оборачиваются ей вслед. И еще раз убедившись, что жена его – настоящее сокровище, догнал её, обнял за плечи, расцеловал и пошли они домой вместе.
Про этот случай Ленка нам на работе рассказала. И ещё, по секрету, добавила, что каждому встречному мужчине она показывала язык.
Анекдоты про девушек
Дарья Донцова сделала очень нехилую рекламу мопсам.
Ну любит она эту породу. Я же владелицей мопса оказалась можно сказать волей случая. Вот теперь думаю – это у меня неправильный мопс или у Донцовой? В её рассказах они толстые, ленивые и неуклюжие. У меня – Карлсон с двумя пропеллерами в жопе. Носится шустрей соседской овчарки, а пардон, нассать на голову соседскому же бобику – святое дело. Ранее я держала эрделей – и уже не раз писала истории про них. Но тут к своему немалому удивлению обнаружила, что и в этой тупорылой лупастенькой головёнке водятся мозги!!!
Ежу понятно, что как охранник такая собачка… разве что в роли сигнализации. Но одно полезное применение ему всё же нашлось. Он работает у меня… будильником. Его задача разбудить меня ровно в 9 часов утра. И с этой миссией он успешно справляется.
Но сегодня я решила приколоться – раз уж так вышло, что проснулась на несколько минут раньше.
Люди! Я не поверила своим глазам – осторожно высунутым из-под одеяла:
пес уже не спал. Он сидел, неотрывно глядя НА НАСТЕННЫЕ ЧАСЫ!!! Как только дотикала секундная стрелка – запрыгнул на меня и принялся теребить, используя все имеющиеся способы – трогать лапами, скулить, чихать мне в ухо, стаскивать одеяло. Ну и так далее… Но я решила подшутить.
Просто не реагировала.
Блин, даже неловко за такую дурацкую шутку.
Потому что пес поднял ТАКУЮ панику, с привлечением всех членов семьи… Уж не знаю, по какому поводу он больше волновался – почему я не просыпаюсь,
или что он со своей работой справиться не смог…
Но больше так шутить не буду.
Анекдоты
Циганче пита баща си:
Анекдоты про афроамериканцев
Папа - это первый в моей жизни мужчина, которого я поздравила с 23 февраля.
В общем-то, я в три года вообще не понимала что это за праздник и зачем поздравлять папу, но, как и все детсадовцы, лепила из пластилина пушку, похожую вот вообще не на пушку, но в то время я таких плохих слов и не знала ещё, и вырезала из бархатной цветной бумаги танк со звездой. Вся вот эта неприлично-пластилиново-бумажная инсталляция задаривалась папе, а папа очень ржал и радовался. Между прочим, у папы, как я недавно узнала, есть коробочка, в которой лежат вот наши с сестрой аппликации и прочие новогодние открытки, в которых я совершенно искренне желала 28-летнему папе здоровья и просила не умирать от старости, потому что я его очень люблю.
Папа меня тоже любил. И всячески развлекал. Ну, как умел – так и развлекал. Когда мне было 4 года, а мама лежала в роддоме с моей младшей сестрой – неделю я оставалась с папой. У которого были чёткие инструкции по уходу за четырёхлетней девочкой. Мама их расписала на шесть страниц мелким почерком, а папа тут же этот талмуд потерял. Поэтому за эту неделю я научилась просыпаться по свистку и крику "Рота, подъём! Команда газы дана для всех!", одеваться за 45 секунд, завязывать шнурки, маршировать по квартире строем, зашивать свои колготки и громко и трагично петь с папой песню про «Лошади умеют тоже плавать». На ночь, вместо положенных мне сказок про колобка, папа с выражением читал мне гоголевского Вия. Потому что я уже взрослый человек, и на кой мне тот колобок? Надо читать классиков. Когда моя мама вернулась из роддома и увидела седого ребенка в коряво заштопанных колготках, но зато в намертво завязанных на три узла шнурках - папу я потом не видела два дня. То есть, он как бы в квартире где-то был, но из комнаты не выходил, потому что при каждом шорохе мама шёпотом, чтобы не разбудить младенчика, орала: Не попадайся мне на глаза, я тебя убью!
Через год папа вновь чудом отскочил от смерти. Мама попросила его просверлить на кухне дырку в стене, чтобы повесить туда крючок для полотенца. Папа просверлил. Но стена была гипсокартонная, даже не стена, а перегородка между кухней и туалетом, и дыра поэтому получилась вполне приличная. Внезапно прям. Мама обозвала папу рукожопом, папа возмутился и сказал что натырит на работе цемента и заделает эту дыру, чо ты орёшь-то? Ничего – ответила мама, разделывая курицу. Рукожоп ты, вот и всё.
Я в это время задумчиво сидела на унитазе, и думала о вечном. Дыра в стене меня совершенно не беспокоила. До тех пор, пока папа не додумался взять куриную лапу, страшную, жёлтую и когтистую, и не просунул её в дыру. И не подёргал за сухожилие, чтоб та лапа начала шевелить страшными пальцами. И не сказал: А это кто сейчас Лиду за жопу схватит?
...Мама била папу курицей, и кричала, чтоб он сейчас же звонил в профсоюз и просил срочно путёвку в санаторий на грязи, сломанные руки-ноги лечить. А я потом куриц боялась ещё лет десять. И туалетов. Поэтому я вот не знаю зачем все остальные бабы по двое в туалет ходят, а я хожу с подружками, потому что боюсь что меня там жёлтая рука за жопу схватит.
Кому-то может показаться, что мой папа мою маму недолюбливал. Но это не так. Хорошо помню Новый 1985-й Год, когда к нам пришли в гости мамины друзья, а после двенадцати мы всей толпой вывалили на улицу. У нас было трое санок, три мужика, трое их жён, и одна пятилетняя я. Безусловно, развлечение было придумано тут же: а давайте своих баб на санках катать наперегонки. Мужики сравнили свои бицухи и толщину жён, и поняли, что все они примерно в одинаковых условиях: и мой худой папа, у которого в санках худая мама и тощая дочка, и здоровенный мясник дядя Володя со стокилограммовой женой тётей Галей, и даже дядя Женя, чья жена тётя Нина была гимнасткой и весила всего 38 кг, но зато у дяди Жени рука была в гипсе. Это он накануне со стремянки свалился, когда ёлку наряжал. По папиному крику: на старт, внимание, марш! – три белых коня сорвались в галоп, и папа уверенно лидировал. Только потому, что на повороте санки перевернулись, мы с мамой вывалились в сугроб, а папа этого не заметил. Зато, пробегая своим галопом мимо компании нетрезвых тёток-бухгалтерш, сбил одну, самую мясистую. Тётка упала в папины санки, и ликуя проехалась в них полкилометра, пока папа не обернулся для того, чтобы показать фак своим отставшим соперникам. Бухая тётенька лет шестидесяти счастливо смеялась папе из санок, а папа закричал как раненый бизон. Потому что и тётки испугался, а ещё жена и тощая дочь где-то потерялись. А ведь он их любил! Несмотря на то, что жена его била курицей, а дочка дарила на 23 февраля пиписьки из пластилина. Больше папа меня никогда и нигде не терял. И даже когда шёл со мной гулять, а по дороге ему попадался пивбар – брал меня с собой, и учил тому, что «Не рассказывать маме про то, что я тебя в пивнушку привёл, и врать – это две разные вещи, Лида. Врать никому не надо, но и про пивняк тоже молчи. А я тебе за это куплю чебурек». За чебурек-то, знаете, я б даже и соврала бы, но не пришлось. Год спустя мы всей семьёй ехали куда-то на автобусе, и, проезжая мимо знакомой пивнушки, я радостно закричала на весь автобус: пап, а ты помнишь, как мы вот сюда с тобой ходили?
Мама отложила в сторону младенца и поиграла мышцами. Весь автобус радостно посмотрел на папу. А папа покраснел и сказал: Доча, ты ошибаешься. Это же омерзительная пивнуха! Разве ж я мог бы привести туда свою родную дочь?
Мог! – закричала и я, и счастливо засмеялась. - Ты просто старый уже, и забыл! Мы туда много раз ходили. Ты пиво пил, а мне чебурек покупал, чтобы я маме ничего не рассказывала.…
За неимением курицы мама попыталась стукнуть папу сумкой, но папа увернулся и выскочил на три остановки раньше.
Весь автобус папе аплодировал.
И к чему я вот сейчас всё это вам рассказываю? Да потому что для меня праздник 23 февраля никогда не был связан с вооружёнными силами, армией, защитой отечества и так далее. Это всегда был такой вот день, когда было принято поздравлять папу. Дарить ему пушки, смахивающие на фимозную гениталию, просить не умирать от старости в 28 лет, ходить с ним в пивнушку за чебуреком, и прощать ему Вия и куриную лапу. Поэтому все мужики, у которых сейчас есть свои дочки – знайте: это ваш праздник. Вне зависимости от того: служили вы или нет. Для ваших дочек – это День Папы!
Ну, за День Папы, мужики! С праздником вас.
И немедленно выпила.
Анекдоты про Семью Вицове о пиве
Один мудрец, выступая перед слушателями, рассказал им анекдот. Вся аудитория содрогнулась от смеха. Через несколько минут он снова рассказал людям тот же анекдот.
Только несколько человек улыбнулись.
После того, как мудрец в третий раз рассказал этот анекдот, уже никто не засмеялся.
Старый мудрый человек улыбнулся и произнёс:
- Смеяться постоянно над одной и той же шуткой вы не можете... Так почему же тогда позволяете себе постоянно плакать по одному и тому же поводу?
Анекдоты