Свежие анекдоты на каждый день

Предложение
Не моё, но очень понравилось:
--------
Часть 1. Автобиография деда Стёпы.
Внучку он как-то пришёл встречать, так мы с ним и познакомились. Любил дед Стёпа повспоминать свою трудовую жизнь. Дальше от первого лица:
Вот ты думаешь, что при СССР тоталитаризм был и простой народ власть притесняла? Да ничего подобного. У меня вот гараж в центре, у Исполкома, ну ты знаешь, там только начальникам места давали. Я там чуть не один рабочий человек затесался. Остальные - всё больше начальники и не маленькие. У меня даже машины тогда ещё не было — только мотоцикл Иж . Максимум что и могли бы дать под мотоцикл - место под малый бокс, так мы с женой и в Исполком, и в Обком, куда только не ходили. Добились!
Соседи по гаражу у меня всё больше дураки были набитые, как им только областью и городом доверили руководить? Но меня все уважали. Так и говорили: «Ты Степан Батькович у нас — голова! Один на весь наш гаражный кооператив такой! Совета по всем-всем вопросам спрашивали...» Сейчас то конечно у нас в гаражах всё больше бизнесмены с бандитами. Они да — простой народ не уважают совсем. Не прислушиваются...
Опять же. Я на том Иже спину застудил почти сразу. Продал его с обиды. Жалко конечно, мотоциклу всего полгода... Но радикулит шуток не любит. Пошёл справку взял, что на дальних рейсах пассажиров возить не могу. Так власть родная советская меня вмиг на ближний маршрут перевела и автобус новый большой дали. Хотели средней вместимости, но я сразу сказал: трудовые люди должны ездить сидя, давайте большой. Прислушались. Мой то опыт в перевозках, а тут открытие маршрута в новый рабочий посёлок.
Опять же открытка на Волгу через месяц после этого пришла: «Есть гараж? Пожалуйста, можешь Волгу по гос. цене приобрести». Ни рассрочек тебе, ни кредитов не надо... Трудовой человек должен был хорошо жить.
Но и работали мы дай Бог каждому! Я план каждый день выполнял, да что уж греха таить — маршрут то у меня убыточный был, я без кондуктора ездил, так сам бывало из своих докладывал денег, чтобы до плана хватило. Во как было!
Начальство у нас в автоколонне так со мной всегда первым здоровалось: и начальник, и мастер выпускающий, и из бухгалтерии нормировщик. Потому что знали: я на маршруте — всегда порядок будет. А какого сменщика я себе подготовил! Прям после ПТУ парень пришёл, я вижу — толковый, понимает прям с полуслова, опыт чувствует и уважает поэтому. Взял и ни разу не пожалел. Смену, так сказать, сам подготовил.
А народ меня на маршруте как уважал! Я же сам ходил в Исполком, чтобы маршрут удлинить. До посёлка довели, а деревенька там рядом в 5 километрах — так топай по грязи. И добился! Удлинили. Во власть какая была! Ну конечно и моя заслуга там была. Это я всегда знал, у кого бумажку взять, кому - отдать. С кем комиссию собрать, чтобы людей к ответственности приобщить, чтобы подписей много было, солидно.
Вот ты говоришь с жильём плохо было при Советах? Может и плохо, только власть своих героев уважала. Вот у меня отец на фронте без вести пропал. Так матери, как вдове павшего защитника, трёхкомнатную квартиру, в центре, прямо у Исполкома дали. Мы с мужиками, с гаражей которые, потом неделю у меня каждый вечер новоселье праздновали.
И 'сдулась' эта власть совсем недавно. Я ещё увольнялся — была народная власть, но чувствую - не долго продержится. Вот я на пенсию и ушёл. Мне почётного присвоили и сумму ...хм... ну кто получал, знают что круглую, дали, как премию при выходе.
А сейчас, конечно, уже не та стала власть... Нет. Не та.
Часть 2. Наследница.
Внучка его — шустрая очень. Деда послушала-послушала. Да мне что к чему растолковала. Далее от первого лица:
Ты деда Степана не слушай — шифруется он, по привычке от ОБХСС. Он так-то самый нормальный в нашей семье. Я — вся в него.
Баба Маня, жена его, заведующей столовой работала. Был у неё, конечно, обвес и лишний запас продуктов на складе. Не сегодня-завтра ревизия придёт, и ей КАМАЗом надо бы со склада всё вывозить, чтобы не попасться. А тут — повезло. Крупная шишка из Исполкома пришла — нужно сына женить и свадьбу надо обслужить. Вот баба Маня себе и людям доброе дело сделала: продукты по дешёвке под это дело продала.
Шишка та увидела, что человек с пониманием, да и подсказала, как в гаражный кооператив пролезть: Иж купить, чтоб место дали, и у кого бумажку подмахнуть. Ну а дед Степан в том гаражном кооперативе прямо золотую жилу нашёл: он же всю жизнь при машинах. А тут людям кому масло сменить, кому свечи, автосервисов то тогда почти и не было. И в благодарность, чем могут соседи — тем помогают. У всех же связи. Кто в очередь на Волгу вместо какого-то ветерана поставил (машину же тогда по гос. цене не купить, ну ты же знаешь), кто с работой, кто с квартиркой помог, а кто ему и почётного пробил (там же выплата ты знаешь какая!)
Тем более на маршрут деда очень бойкий поставили. Там нужно было пару автобусов средней вместимости, но дед Степан умный, он быстро смекнул и выпросил один, но большой. Пассажиры у него в тот автобус на остановках настояться, как следует, и как селёдки в бочку набивались. Пластами. А нормировщик план специально занижал. Дед нормировщику кинет, опять же начальнику, чтобы кондуктора не ставил, мастеру, чтобы новый автобус давал. Мальчишку хитрющего подобрал себе в напарники, чтоб всё чинно-благородно. Вот все и живут припеваючи.
И опять же маршрут они удлинили. А до деревни той дороги как не было, так и не сделали. Дед там один раз показательно в луже побуксовал и бабкам вмиг объяснил, что не сахарные — 5 км. и пешком до посёлка дойдут. Тем более что та деревня — три дома, две бабки. Некому там жаловаться. А это же 10 км, да помножить на 6 ездок за смену. Солярка то под это выделяется. Деду Степану опять в карман экономия и по бумагам всё у деда чин чинарём выходит..
У деда денег с того маршрута столько было, что всегда всех своих друзей поить водкой мог. Да и баба Маня с мяском-колбаской помогала. Они с нужными людьми всегда дружить умели. А я — вся в деда! Я жить умею: где дать, где взять, с кем поделить! За мной не пропадёшь! Женись на мне! Да и дед Степан не сегодня-завтра того, так я ещё и невеста при деньгах буду. Я тогда таких дел с тобой закручу!
Как я представил, как она меня по случаю продаст, а потом курс снизится и обратно купит, чтобы с выгодой в аренду сдавать, так чувствую — совсем жениться не хочется, не та закалка...
КАПИТАН НЕМО.
"Богачи из людей,которые добывают деньги, чтобы жить, превращаются в людей, которые живут, чтобы сберечь деньги, которых им некуда девать"
Василий Осипович Ключевский
Я сразу, еще по дорогущей железной двери понял, что новый сосед – очень богатый человек в масштабах не только этажа, но и всего нашего дома.
Дверь у него была настолько мощная, тяжелая и солидная, что так и казалось будто однажды она откроется, из нее выйдет задумчивый капитан Немо и скажет что-то типа: - «Море не подвластно деспотам. На поверхности морей они могут ещё чинить беззакония, вести войны, убивать себе подобных. Но на глубине тридцати футов под водою они бессильны, тут их могущество кончается..!»
Но эта дверь, практически никогда не открывалась, видимо наш богатый сосед, квартиру прикупил просто на всякий случай и она у него примерно восьмая по счету…
За последние полгода, я видел соседа всего раза два, но мы успели «шапочно» познакомиться.
И вот, пару дней назад, я вышел из лифта и сразу попал в Бородинское сражение.
Дым, копоть, искры, конский мат, скрежет металла. Все как полагается.
Присмотрелся и вижу – стоит новый сосед и дает сварщикам ценные указания, ему устанавливали новую дверь, а рядом лежала старая, которая оказалась еще толще, чем я предполагал.
Но зачем? Зачем ему новая дверь, ведь и старая от «Наутилуса», была гораздо крепче несущей стены, к тому же старой ее назвать язык не поворачивается?
Сосед остановил сварку и пригнув голову вошел в дверной проем:
- Э, а не слишком ли низко!?
- Нет, ну что, вы? Все строго по чертежу, как в заказе: высота 175 сантиметров. Давайте при вас померим.
- Точно? Ну, ладно.
Я, невольно, сравнил взглядом высоту новой двери соседа со своей и понял, что… ничего не понял. Зачем ему дверной проем 175 сантиметров, при росте под метр девяносто? Ладно бы еще расширять, но занижать..?
Я заинтересовался, постоял, поглазел на новую дверь и вдруг заметил, что это еще не все ее сюрпризы. Дверь оказалась, как бы это сказать, не особо гостеприимна, то есть, она была так устроена, что не способна открываться полностью, а только градусов на девяносто… В том закутке и так тесно. Зачем…?
Сосед-капитан Немо поймал мой удивленный взгляд и только грустно улыбнулся.
Прошло два дня, но странная дверь, все не выходила у меня из головы, думал, я думал, но так и не разгадал тайну «Наутилуса», а вот сегодня я снова встретил соседа, не выдержал и спросил:
- Сосед, а зачем тебе такая низкая дверь и почему она открывается только наполовину? Какой в этом практический смысл? Поделись, может и я себе такую сварганю?
Капитан Немо слегка помялся и ответил:
- Да, видишь, тут в чем дело, я в этой квартире бываю редко, хоть и сигнализация есть, но мало ли…?
Просто «плазму» себе прикупил на всю стену, почти миллион отдал. Вот и пришлось рассчитать и поставить такую дверь, чтобы эта хренова «плазма» уже никак не смогла выйти наружу, ни лежа, ни стоя. Самому, правда, заходить не очень удобно, все время башкой бьюсь, но ничего, привыкну.
Сосед продемонстрировал, как он наловчился пригнувшись входить и выходить из своей квартиры, я понимающе кивал, но мне было его чуточку жаль…
КВАРТИРА В УЛЬЯНОВСКЕ
Купил я стиральную машину для дачи и для меня не стоял вопрос – как ее отвезти?
Конечно же на Славике.
Со Славиком мы знакомы уже лет двадцать. Когда-то, когда мы с женой еще были бездомные, он частенько перевозил нас с квартиры на квартиру. Теперь уж встречаемся редко, раз в несколько лет, если подворачивается негабаритная нужда, не влезающая в нашу машину.
Вот загрузили «стиралку» Славику в «Газель», едем.
Спрашиваю: - «Как поживаешь, что у тебя новенького?»
Славик аж заулыбался, как будто бы давно ждал повода ответить на мой вопрос:
- Да, есть что рассказать, месяца полтора назад у меня как раз случилось кое-что. И даже, не кое-что…
- Я надеюсь все нормально?
- Ты даже не представляешь, как нормально. Нам еще часа полтора пилить, если хочешь, то я начну с самого начала, чтобы было понятнее?
- Давай.
- Когда-то, году в 92-м, тогда я еще на «буханке» ездил, так вот, однажды после рейса убирался я в машине. Мусор, там всякий, картонки от ящиков, вдруг вижу, валяется на полу провод метра полтора. Красивый такой, фирменный, блестящий, видимо, откуда-то выпал при переезде.
Подождал я пару дней, никто не позвонил, хозяин не объявился. Ну, думаю, если его грамотно продать, то на бутылку «Рояля» вполне хватит. Заехал по пути на Митинский рынок и разговорился там с одним понимающим мужиком. Слава Богу, порядочный оказался, он мне и сказал: - Не глупи и не продавай его тут за бесценок. Такой шнур штуку баксов стоить может, а может и все три. Только их должна быть пара. Сходи-ка ты лучше в дорогой музыкальный салон-магазин, спроси у них, может купят, мало ли.
И адрес дал, спасибо ему.
Прихожу в салон, там красота как в музее: дорогая аппаратура, кожаные диваны, все по буржуйски, а я сам, весь как был с работы: грязный, небритый и в сандалиях, так и ввалился. Ну, вообще не к месту.
Продавцы морды скривили, типа – чего тебе работяге тут надо?
Я рожу тяпкой, «включил делового» и говорю: - Да вот, шнурочек у меня такой. Один есть, а второй потерялся. Нет ли у вас запасного?
Они как увидели мой кабелек, аж затряслись все. Тут же на «вы» перешли, в кресло усадили и кофеек поднесли. Слава Богу похожего шнурка у них не оказалось, но они сказали примерную цену. Я как услышал, чуть чашку не проглотил – пара таких проводков – это моя зарплата за три года!
Посидел я у них часик, послушал разные колонки с «усилками», и ты знаешь, мне так понравился их звук, просто до слез. Веришь ли?
Прошла неделя, а в голове все крутился тот звук. Никак не мог забыть.
Пришел в другой салон, выбрал глазами самый дорогой усилитель, тычу пальцем и говорю: «Здрасьте, у меня вот такого типа «усилок», хочу прикупить к нему новые колонки, я тут и кабель свой захватил, чтобы с ним попробовать.»
Меня опять усадили в кресло и до вечера давали слушать разную музыку. Так я и стал наркоманом. Без настоящего звука уже не мог, причем в машине и дома музыку слушать перестал – уши не принимали… Будешь смеяться, но я начал на концерты в консерваторию ходить.
Так я со своим кабелем обошел все самые дорогие московские салоны. Еще немного и меня бы вычислили, но голь на выдумки хитра. Я тогда развозил товар по точкам и иногда собирал выручку.
И вот, представь, приходил в салон, а меня там все уже знали, брал «усилок» штук за десять баксов по тем деньгам, типа проверить как он у меня дома заиграет. Потом ехал с ним в другой салон и говорил, мол, хочу подобрать под свой усилитель колонки или «вертушку», крутился там, слушал музыку, а вечером отвозил «усилок» обратно где взял, забирал ДЕНЬГИ и гнал сдавать выручку. Как вспомню, аж самому смешно.
Зато воспринимали меня серьезно, я всех знал и вся тусовка знала меня. Каждый мог сказать – этот Славик солидный человек, он как перчатки меняет «Левинсоны» на «Бурмастеры» и обратно. А я каждый день просто ходил и слушал, ходил и слушал.
Знакомые аудиофилы звали в гости, обмыть и заслушать что-нибудь новое. Только я никого к себе не звал… показывать-то нечего, кроме одного шнурка. Обидно, хоть плачь. Но зато у меня не было кладбища ошибок, как у всех.
- Что за кладбище?
- Ну, у аудиофила, за каждым его «усилком», «сидюком» или ЦАПом, стоит целая гора проб и ошибок. Купил – послушал, не то, продал за копейки и так до бесконечности. Только мне с моими доходами не светило купить того, чего хотелось, а дешевое даром не надо. Я уже научился слышать и отличать «потолок» недорогой аппаратуры.
Я даже подробный список себе составил – чего бы я купил, если бы мог? Тебе смешно? Но я чуть ли не по именам знал всех американских, канадских и британских рабочих, которые собирают серьезную аппаратуру на своих заводах…
Короче, я был как бульдозерист из анекдота.
- Что за анекдот? Не знаю.
- Ну, приходит пациент к сексопатологу: «Добрый день, вы знаете, дело в том, что я гeй»
Сексопатолог: «Ничего страшного в этом нет, не переживайте – это вполне нормально. А скажите, вы по профессии актер?»
«Нет»
«Может быть, режиссер?»
«Нет»
«А, вы, наверное, стилист?»
«Нет»
«Работаете на телевидении?»
«Нет»
«Так кто же вы по профессии? Я уже прямо теряюсь»
«Я Бульдозерист, работаю на стройке»
«Бульдозерист!?»
«Ну, да»
«Мужик, так какой ты нафиг, гeй, ты же просто пидop…»
Смех – смехом но так продолжалось двадцать лет, а кстати, я все-таки нашел хозяина того шнурка и отдал. Он был просто счастлив и очень мне потом помог…
А год назад, в Ульяновске умерла моя любимая тетя и оставила мне трехкомнатную квартиру.
И вот, уже месяца полтора, благодаря тете, Царство ей небесное, как у меня появилась своя аппаратура. На всё квартиры, правда, не хватило, нужно со временем еще докупить кой-чего, но слушать уже вполне можно. Еду сейчас с тобой и не могу вечера дождаться, чтобы включить...
Если бы жена узнала – развелась бы наверное. Я ей соврал, что аппаратура – это все что мне досталось от покойной тети. Хотя, в принципе, и не соврал в общем, но цен ей лучше не знать. Да ей и по барабану, играет и ладно…
…Я сидел и думал – не слишком ли по моему лицу заметно, что я смотрю на Славика, как на полного идиота? Целую трехкомнатную квартиру, пусть даже и в Ульяновске спустить на «усилок» с двумя колонками и что там у него еще?
Конечно же я не мог не напроситься в гости.
В тот же вечер, с тортиком и бутылкой я прибыл к Славику.
Обычная панельная квартира работяги-газелиста. Все, как у всех. Но вот мы прошли в дальнюю комнату и попали в полумрак. Пол стены и, кажется, даже потолок, были оббиты войлоком.
В первую секунду я слегка струхнул, увидев двоих самураев в полном боевом облачении. Пригляделся - ими оказались большие странноватого вида колонки в человеческий рост.
Между «самураями» покоилась башенка аппаратуры, в полумраке она походила на модель Чикагского небоскреба 30-х годов.
Первая моя мысль была – неужели – это и все, во что превратилась Ульяновская квартира?
Славик поползал на коленях по полу и вдруг в небоскребе кое-где зажглись окошки, а через минуту в комнату сквозь стены и потолок, вихрем ворвался Джерри Малигэн со своим баритон-саксофоном, Жобим, с веселыми креолками и черт его знает кто еще.
За свою жизнь мне доводилось слышать много разной аппаратуры, но я и представить себе не мог, что электричество и вибрирующие картонки, способны выдавать такой потрясающий звук…
Я был смят и ошеломлен.
Слушал и с ужасом понимал, что после такого звука, уж больше никогда не смогу видеть, а тем более слышать свои домашние колонки. Я разлюбил их. Мурашки бегали по спине и щипали в носу.
Даже маленькая Славикова собачка все никак не могла поверить в происходящее, она крутила головой и тщетно пыталась разглядеть хоть одного джазмена, чтобы укусить его за лакированный ботинок…
…Однажды, когда мне было года четыре, я рассмешил свою маму, она до сих пор это вспоминает.
Мама дала мне понюхать два флакончика духов (наши и французские) чтобы узнать - как они мне понравятся?
Я понюхал, подумал и ответил: - Наши духи делают приятно в носу, а французские делают счастье в душе…
…Прошло уже два дня, как я побывал у Славика. И теперь хожу и размышляю – и как бы это мне, черт возьми, раздобыть квартиру в Ульяновске…?
МОСКОВСКАЯ ФИФА
"Мы всегда начинаем больше уважать людей после того, как попробуем делать их работу"
(Уильям Федер)
Жили-были в городе Туле два брата бизнесмена.
Чем только они в жизни не занимались: и квашеной капустой на рынке торговали и в Китай за товаром ездили, одно время даже ассенизаторская машина у них была, по деревням туалеты выкачивали.
И вот решили они подняться на новый уровень на пути к счастью и богатству.
Арендовали большое помещение и затеяли открыть в нем магазин модной одежды.
Одна беда, братья ничего не понимали ни в моде, ни в одежде, ни в магазинах. Тогда младший, по совету друзей, решил обратиться к первоклассному московскому специалисту, чтобы тот помог грамотно запустить это дело.
Старший брат, неохотно, но все же согласился, он считал это лишней тратой денег.
И вот, в Тулу на недельку прибыла Московская Фифа – специалист широкого профиля по такого рода бизнесу.
Тетенька развернула бурную деятельность. Она с утра до вечера «грузила» братьев всевозможными рекомендациями, от рекламы, марок одежды, ассортимента и количества продавцов, до системы вентиляции, освещения и цвета стен.
И братья со скрипом, но соглашались с Фифой, все же специалистка, ей виднее, но когда дело дошло до организации примерочных кабинок, нашла коса на камень:
- Вы как хотите, но в этом коридоре можно сделать только четыре кабины и ни одной больше.
Братья уперлись:
- Каких четыре? Что за глупости? Да тут места навалом. Мы сделаем десять кабин – два ряда по пять штук, а посередине проход. Больше людей в примерочных – больше покупок.
- Вы с ума сошли! Никаких «десять»! Вы ждете солидных покупателей и хотите их трамбовать как в скотовозку? Существуют же стандарты, людям должно быть комфортно в ваших кабинках. Забудьте про десять, четыре и все. Тем более, что очереди у вас не будет, не обольщайтесь, не тот сегмент рынка.
Вот тут старший брат и взбрыкнул:
- Мадам, хватит уже вставлять нам палки в колеса. Может в ваших ГУМ-ах примерочные кабинки по сто квадратных метров, но мы не можем себе позволить эти московские понты, у нас тут люди попроще. Примерочных кабин будет ровно десять. Короче, вы денежки получили, спасибо за работу, в ваших услугах мы больше не нуждаемся. Привет Москве.
Дамочка даже в лице не изменилась, она улыбнулась и пошла к выходу. В дверях остановилась и сказала:
- Хозяин – барин, хотите десять, делайте десять, но напоследок я дам маленький совет: в ваших кабинках все зеркала обязательно должны быть ударопрочными.
Братья переглянулись:
- С хpeнa ли ударопрочные? В смысле, зачем?
- Вы меня уволили, так что я позволю себе не отвечать на этот вопрос. Прощайте, господа и счастливо оставаться.
Естественно, последний совет по поводу небьющихся зеркал, братья пропустили мимо ушей.
Прошло два месяца, закончился ремонт и модный магазин, наконец, открылся.
Все бы ничего, народ пошел, магазин неплохо раскручивался, но вот беда – в первую же неделю были разбиты почти все зеркала во всех десяти примерочных кабинках.
Люди в тесноте выбивали их коленями, когда пытались натянуть брюки…
…Сели братья в машину и поехали в Москву к фифе, во-первых: чтобы извиниться, а во-вторых: задать ей целый ворох вновь накопившихся вопросов…
Я тут услышал про то, что в России захотели организовать электронную систему для здравоохранения, и вроде как деньги уже на нее потратили то ли год, то ли два назад, только она ни фигa не работает, и Счетная палата пыается понять почему, и "где же все-таки деньги".
Я видел, как такую систему внедряли в Штатах, начали это делать лет 15 назад. Врачи активно матерились своим американским матом, т.к. наряду с необходимыми действиями (осмотр, опрос пациента, ОБДУМЫВАНИЕ полученной информации, выписка назначений или рецептов) врачей обязали ЗА ТО ЖЕ САМОЕ ВРЕМЯ еще и машинисткой поработать. Т.е. все данные забить еще и в компьютер.
Это при том, что традиционно американцы на подобные операции записи информации в больницах ставили профессионалов-машинисток (зарплата которых раз в 10 ниже чем у врача) в специальном больничном машбюро, куда доктора по телефону надиктовывали свои заключения - это позволяло ЭКОНОМИТЬ ВРЕМЯ ВРАЧЕЙ НА ПИСАНИНУ и принимать больше пациентов!
Неудивительно, что американские врачи были ОЧЕНЬ недовольны своими дополнительными обязанностями и прилагали все усилия, чтобы самим в компьютер ничего не вводить.
Что сделали страховые компании? Элементарно! Они начали доплачивать врачам, которые сами вводили данные в компьютер, около 1 тыс долларов в месяц. И - не прошло и 15 лет (всего-то), как 80% врачей в США стали пользоваться электронными системами.
Ну, я думаю, вы понимаете, что в России Минздрав ежемесячную ДОПЛАТУ врачам за ввод данных в компьютер в 65 тыс руб (с их средней зарплатой в регионах около 15-20 тыс) платить не будет НИКОГДА... Да и 10 тыс не заплатят...
А отсюда понятна и ожидаемая эффективность внедрения инновационных технологий в России...
По поводу вчерашей истории про зарплату медиков и про козни злобного модератора на врачебном форуме.
Будучи в прошлой жизни медиком, мог бы вспомнить почти бесконечное число историй на тему "зарплаты врачей в постсоветской России".
Большая часть из них, будет, скорее, грустного свойства, как, например, история про то, как в одном из районов Нижегородской области в 2001 г. сотрудникам немаленькой ЦРБ выдавали зарплату навозом - по пол-машины в месяц санитарке, по машине медсестре, и по полторы машины каждому врачу. День зарплаты выглядел вполне себе апокалиптично. А запах! О, какой запах был в районе бухгалтерии ЦРБ в солнечный денек... В райцентр за такой сенсацией приехал аж корреспондент Лос-Анджелес Таймс, накропавший потом статейку из серии "Умом Россию не понять"...
Привередливые врачи были не очень рады тоннам навоза в качестве "средства накопления капитала и всеобщего эквивалента", т.к. раньше им давали зарплату мешками сахара, и это им нравилось гораздо больше.
А два года назад мне зачем-то потребовалось оценить средние зарплаты врачей в другой области, кажется, Тверской, сейчас уже не вспомню точно. В центральной России, в любом случае. Зашел на областной сайт вакансий, забил в поиске слово "врач". Выкатилось мне аж 470 свободных вакансий врачей, предлагались зарплаты от 4500 до 11500 руб. Самая популярная цифра была 9879 руб в месяц или как-то так. Понятно, что это голая ставка, а там будут и дежурства, и полторы ставки, и т.п. И все равно, даже если 9800 превратятся в 19800, сильно это уровень жизни медиков не поменяет - плюс, эти деньги надо же отрабатывать, они не за просто так даются - т.е. человек дома уже, можно сказать не появится всю рабочую неделю.
Как я уже сказал, поиск был задан по слову "ВРАЧ". Так вот, на фоне всех этих 470-ти мест для потенциальных нищебродов, мне понравились три вакансии, попавшие в выборку.
Первые две "ветеринарный ВРАЧ - зарплата 45 тыс руб, ежемесячная премия 25%".
И, в заключение: "Секретарь главного ВРАЧа, девушка от 18 до 25 лет - зарплата 65000 руб"
КОРОЛЬ НИЩИХ
Ящик в прихожей окончательно переполнился, монеты из него начали выпирать бугром.
Хоть и лень, но нужно уже было что-то с этим делать, не заводить же второй, такой же.
Я с трудом оторвал кубышку от столика, она, бедняга, аж затрещала, потому что весила килограммов пятнадцать.
Года два мы с женой, походя, ссыпали туда лишнюю мелочь из кошельков и карманов и вот результат - теперь хpeн поднимешь.
Я кое-как загрузил ящик в багажник машины, приехал в банк, поднялся по ступенькам и гордо водрузил свои накопления на прилавок кассы. Прилавок был очень недоволен, прогнулся весь. Кассирша тоже не в восторге, она вручила мне охапку пластиковых мешков и велела возвращаться домой, чтобы все рассортировать по номиналу.
Делать нечего, вышел я на улицу, но домой ехать не хотелось, сел на заднее сидение своей машины, взвалил ящик на колени, обложился мешочками и начал сегрегацию.
Дверь пришлось держать открытой – жара.
Мимо шли люди, улыбались и отпускали игривые реплики: «Богатенький буратино», «Зарплату получил», «Так вот он какой - король нищих» и все в таком же духе.
Тут проходил мужик, лет сорока пяти. В руке бутылка пива, во рту железный зуб. Остановился, постоял, бесцеремонно позаглядывал мне через плечо и, наконец, простодушно спросил:
- Слышь, а откуда у тебя столько мелочи?
Я удивился наивности вопроса, но виду не подал, а скорчил дружелюбное лицо и, разминая уставшие пальцы, так же простодушно ответил:
- Да, прикинь, ехал тут вчера в метро с этим ящиком на коленях, он вообще-то пустой был. Ехал, да и уснул. Прозевал свою станцию и доехал почти до конечной. Чувствую во сне, что у меня ноги отнимаются, просыпаюсь, смотрю и действительно - ящик полный этих сраных копеек, тяжелый, cуka, совсем ляжки отдавил, а люди, идиоты, мелочь все бросают и бросают.
Ну, что делать? Не выбрасывать же. Припер домой. Все же деньги. Теперь сижу, вот, перебираю, а иначе не принимают.
Мужик хмыкнул и сказал:
- Да ладно так гнать, ну ты и шутник.
Я ничего не ответил, пожал плечами и вернулся к «звону злата».
А бесцеремонный мужик отошел и сел на лавочку допивать свое пиво.
Прошло еще полчаса, наконец, я все рассортировал и опять потащился к кассирше, на этот раз она нехотя, но все же завела свою машинку и та, с дикой скоростью самолетного унитаза, пересчитала мои кровные.
Минут через пятнадцать, я - легкий, богатый и счастливый, вышел на улицу и направился к машине.
Мужик, уже без пива, завидев меня поднялся с лавочки, подошел и без раскачки спросил:
- Ну, и сколько там всего получилось?
Меня он начал сильно раздражать и я ответил:
- А тебе какая разница? Ты что, налоговый инспектор?
- Нет, мне просто интересно: сколько может быть денег в такой куче мелочи?
- Восемь с копейками. Еще вопросы будут, или я могу уже ехать?
- Ох, нихера себе! Восемь штук! Извини, браток, у меня еще один, последний вопрос. Слушай, а как ты вчера был одет, когда в метро с ящиком уснул…?
Как я полюбил Африку
Как-то лет 6 назад занесла меня судьба, а вернее бизнес, в Африку.
Перелет был сложный, с несколькими пересадками: Гонконг - Доха (Катар) - Дакар(Сенегал) - Луанда (Ангола).
С самого начала поездка не заладилась - в аэропорту Гонконга милая девушка на регистрации со счастливой улыбкой сообщила, что, несмотря на то, что мистер явился во-время, на этом рейсе мистер не полетит, так как его место уже занято другим мистером из первой точки полета - города Крайстчерч (Новая Зеландия). Авиакомпании ценнее был тот безвестный новозеландец, чем я, купивший билет только на половину рейса в Доху.
Ну да ничего, я прикинулся веником, не понимающим законы авиабизнеса, и после десяти минут сования билета в лицо милой девушке получил от авиакомпании компенсацию 300$ (небольшая часть стоимости билетов) в виде купонов duty free и обещание отправить меня на следующем рейсе через два часа, чтобы я успел на пересадку в Дохе. Но настроение уже было испорчено.
Cамолет оказался A380 - тот самый, двухэтажный. Летел на нем впервые, но впечатление оказалось холодным душем, причем в прямом смысле - всю дорогу новый мощный кондиционер, вершина англо-французской технической мысли, сыпал мне за шиворот небольшие льдинки. Но терпимо.
Дальше - больше. В Дохе еле успел отоварить купоны Duty Free (набрал парфюма на подарки, а не то, что вы подумали). Захожу последним в самолет в Дакар - ни одного белого лица, включая стюардесс. Амбре соответствующее. Я ничего не имею против афро-африканцев, но у них немного другая химия тела. И запах тела другой. Довольно сильный. Терпеть, конечно, можно, но от обеда пришлось отказаться, как, впрочем, и от сна. 10 часов и вот я в первый раз на земле Субэкваториальной "Черной" Африки (не считая ЮАР, но это другое). Она встретила меня сухой жарой и запахом нагретой пыли на аэродроме. Надо сказать, что следующий рейс на Луанду должен был состояться только на следующий день вечером и я предполагал получить визу по прибытию, которая, как я выяснил на сайте министерства иностранных дел Сенегала, мне с моим паспортом точно полагалась. Пока стояли в очереди в предбаннике аэропорта - разговорились с одним бизнесменом с Мадагаскара. Его здорово забавляло, что я, такой белый и наивный, первый раз в настоящей Черной Африке. Рассказал мне, что "Африка хороша тем, что у нас тут все можно, если деньги есть. Только в тюрьму попадать не надо". "Всего" мне не хотелось. Хотелось лишь побыстрее попасть в город, снять номер в отеле, принять душ и завалиться спать. Но, как выяснилось, не тут-то было: в будке погранконтроля меня встретил настоящий черный властелин: толстый, бритоголовый, усатый, наглый и еще и черный, как cboлoчь. Одет по последней местной моде - в синюю шелковую пижамку с узорами золотой нитью. Все мои сентенции насчет visa on arrival он пресек на корню - по-французски со странным, "квакающим" акцентом (как позже выяснилось - типично сенегальским) он ответствовал: у нас, в международном аэропорту имени Леопольда Седара Селангора, вообще никому визы по прибытию не дают (и во взгляде его читалось: а уж белым - тем более). А то, что я приехал без визы в Сенегал на рейс, который состоится больше чем через 24 часа - это вообще страшное преступление, поэтому он еще будет решать, что со мной делать. Мои попытки указать на официальный сайт министерства иностранных дел Сенегала были с негодованием отметены. Тогда я вспомнил про деньги. Тот же эффект - наглый нeгp сообщил, что такие предложения он вообще слушать не намерен. Забрал паспорт и отослал обратно в международную зону. Усталость от перелета сказалась - я не выдержал и стал повышать голос, но добрый человек с Мадагаскара исподтишка показал мне международный знак из четырех пальцев - решетку. И мое желание скандалить как рукой сняло. Спрашиваю мадагаскарца - ну а душ, хотя бы, в международном аэропорту имени Леопольда Седара Селангора есть? За деньги же в Африке можно всё! "Все, конечно, но в разумных же пределах!" было мне ответом.
Веселый сын Мадагаскара ушел в город, помахивая кейсом, а я остался в транзитной зоне, в заднице Африки, без паспорта, без душа и с неясными перспективами. Поспать после суток перелета на стульчиках там не представлялось возможным - они почти все были заняты. На полу и думать нечего - холодные растрескавшиеся каменные плиты времен французских колонизаторов, так же как и весь аэропорт. В конце концов нашел, так называемую, VIP-зону, где за 25 евро за три часа предлагались кожаные диванчики, телевизоры с африканскими мыльными операми и дешевый местный алкоголь в неограниченных количествах. Алкоголь меня не интересовал, а вот диваны приглянулись - на них можно было лечь, тем более что клиентов у ВИП зоны почти не было. Только засушенный японский бизнесмен давился местным "виски" и с ненавистью глядел в экран, где разгорались африканские страсти на фоне картонных декораций. Я лег, прикрыл лицо курткой от слепящего света люминисцентных ламп и подумал - после сегодняшних радостей, да под всхлипывания африканских рабынь изаур (все с тем же квакающим акцентом) с экрана, вряд ли засну. И, разумеется, немедленно уснул.
Утром проснулся, умылся в Вип-туалете (там были туалетная бумага и мыло). Вип-зона мне начинала нравиться. Даже черные актрисы, все также заламывающие руки на экранах, показались милее. За исключением одного момента - в Вип-зоне, как ни странно, нельзя было курить - а я тогда курил. Заплатил 75 евро и пошел в общую зону искать курилку. Курилки нет. Никто не курит.
Перекусил, сижу, жду прихода усатого начальника. А рядом работает местный уборщик - грузный, но проворный, и, разумеется, черный. Ca Va? Ca Va bien! Разговорились. Объясняю - все прекрасно и удивительно в моей жизни, только курить очень хочется. Нет проблем, говорит уборщик (чьего имени я, на всякий случай, называть не буду), пошли! Я думал, он проведет меня в курилку - мы зашли в отпертую уборщиком дверь для персонала, но спустились в какие-то катакомбы, идем. Ну, думаю, подстава - сейчас подойдет офицер, спросит паспорт. Паспорта нет и будет простой, всем известный выбор - большая взятка или маленькая тюремная камера. И совсем не на одного. А в Африке в иммиграционной тюрьме люди сидят годами. Обычное дело. Но бежать назад поздно - дверца-то заперта. Идем. В голове, почему-то, вертится "Не ходите, дети, в Африку гулять". Вышли в подземный зал, где сортируют багаж, прошли. А вот и они - пограничники в форме. Сейчас начнется. Но нет - мой провожатый говорит небрежно - это со мной. Они тут же теряют ко мне всякий интерес. Поднимаемся по какой-то винтовой лестничке. Открывается узенькая дверца - из нее бьет яркий свет. И мы оказываемся прямо на площади перед аэропортом. Напротив - песчано-желтые городские дома. Лениво переговариваются таксисты в цветных пижамах или белых ночнушках. Уборщик говорит - ну что смотришь, кури! И сам с улыбкой закуривает самокруточку (судя по запаху - не только с табаком). Я, несколько офигевший, курю свою голимую гонконгскую сигарету. И думаю - значит на обратном пути подстава будет. Решили дать покурить перед тюрьмой, доброхоты. К гадалке не ходи.
Но нет, покурив, мы возвращаемся тем же путем. Приходим обратно. Значит сейчас денег попросит. Опять неверно - уборщик, как ни в чем не бывало, попрощался и пошел дальше работать (позже я его встретил снова и-таки вручил ему 20 евро, хоть он честно отказывался).
И вот тогда, сидя в транзитной зоне замшелого аэропорта имени Леопольда Седара Селангора, я по-настоящему проникся Африкой и полюбил ее. Это довольно страшное, в целом, место. Но тут возможны чудеса. И пока я об этом думал - ко мне подошла симпатичная девушка, с извинениями отдала паспорт и пожелала счастливого пути. А наглый усач в синей пижаме с золотыми узорами так и остался в том первом дне моего знакомства с Черной Африкой.
Недавняя история про тщедушного программиста, не способного совладать с собственной супругой, напомнила мне случай из собственной практики.
У меня, правда, все обошлось без продавщицы из вино-водочного. Да и вообще без романтизьму.
Сдавали мы тогда большой объект федерального значения, на открытие которого должен был приехать ни много, ни мало, а цельный президент. Сроки горели. Пахали по 14-16 часов в сутки. Соответственно домой я приходил лишь с целью упасть на диван, а поутру вновь отправиться на любимую работу, ковать победу. Супруга же моя в ту пору начинала писать диплом. Т.е. просыпалась ближе к обеду, под настроение шла в институт. Или не шла. Тут уж как повезет.
И вот в один прекрасный вечер, прихожу я домой, а вместо вкусного ужина, на худой конец, расстеленой постели, ждала меня претензия:
- Дорогой! Мы с тобой совсем перестали общаться! Мы никуда не ходим, не смотрим кино, даже не разговариваем! Давай поговорим. Прямо сейчас.
Мои робкие попытки объяснить, что третьего числа, меньше чем через неделю, нам торжественно перережут все ленточки, я высплюсь и мы сходим и в кино, и в театр и на выставку в Манеже, а сейчас мне нужно поспать, упирались в ее железо-бетонный аргумент:
- Нет, мы семья! Давай разгваривать!
Подробности скандала я вам описывать не буду. Во-первых, я их не помню, а во-вторых - и не хотел бы помнить. Среди ночи супруга была упакована в такси и отправлена к родителям.
На утро я ей позвонил, с целью поинтересоваться, когда же мы пойдем в ЗАГС разводиться, но моя вторая половинка сказала, что сама была не права, попросила у меня прощенья. Однако мы договорились, что до конца объекта она поживет у родителей.
Итак... Третье число! Нас открыли! Нас похвалили! Нам пообещали выдать премии! Я звоню своей благоверной. Она радостная, через всю Москву мчит ко мне на крыльях любви, или на чем они обычно мчат. Я, не через всю Москву, но тоже еду в свой дом. Но по пути не поленился и не пожалел денег, зашел в cekc-шоп и купил кляп с замочком.
С тех пор, когда я приходил домой уставший, а супругу тянуло на разговоры, я молча показывал на этот кляп, висящий над супружеской постелью.
Вот так мы и жили. Долго, счастливо и без скандалов. Пока не развелись.
О СПЕЦИФИКЕ МОСКОВСКОГО АЛКОГОЛИЗМА.
Modus vivendi
Мой сорокалетний сосед Леха уже многие годы нигде не работает. Ему некогда всякой фигней заниматься - он постоянно лечится от алкоголизма. В урочный час Леха заглатывает чекушку и идет ложиться в наркологическую клинику (бесплатную). Его кладут без лишних вопросов - видимо, система ОМС достаточно выгодна медучреждениям. Там к его услугам стоматолог, дерматолог, хирург, терапевт, эндокринолог и прочие специалисты, Леха говорит, что обслуживают куда лучше, чем, к примеру, в поликлинике. Есть хорошая библиотека с детективами, телек. Кормят, правда, хреново, и приходится подкармливаться за свой счет. А если хочешь ноутбук с вайфаем, надо "договариваться". На выходные при условии хорошего поведения отпускают домой, в этом случае Леха идет к своей знакомой.
Недели через три лечащий врач его спрашивает: не ощущает ли Леха позыва к выпивке? Он - мол, еще как ощущаю. Тогда заботливые врачи оставляют его на очередные три недели. Но в конце концов соседа выписывают, он заглатывает чекушку и идет ложиться в другую наркологическую клинику. Потом в следующую, и так по кругу. Везде его знают и встречают как родного, всюду дружный спаянный коллектив.
Но вот наступает лето, он выписывается и едет на юга. Дальнее зарубежье Леха не любит и постоянно приезжает в Крым, в местечко Новый Свет, где много лет снимает задешево у одной и той же тетки комнатку. Месяца два-три Леха потягивает легендарное местное шампанское "Новый Свет" и предается курортному разврату.
Осенью сосед начинает очередное турне по наркоклиникам.
А откуда же он берет деньги на отдых, шмотки, жратву и прочее? - спросите вы.
Секрет прост - поскольку Леха постоянно лечится или пребывает на югах, то дома он не живет и сдает свою двушечку в не слишком престижном районе за полторы тысячи баксов в месяц. Деньги держит в банке под 11%. В месяц у него выходит 50 000 рублей чистыми.
Вот такая вот модель жизни. А вы не хотите ее испробовать?
Кстати, во всех наркобольницах имеются и женские отделения.
Коллега затронул работу на "Скорой", публику, злоупотребляющую вызовами...
И у нас такое бывало, память выдала много таких вызовов - Моя собачка съела виноград, это ничего?
Не могу заснуть - очень часто бывало, если один и тот же адрес повторялся часто - барбитураты давались вместе с мощным мочегонным, особо злостным - добавляли слабительное. После таких мер пресечения желание вызвать "Скорую" не по делу сильно уменьшалось.
Немного забавного - вызов в женскую баню, упала в парилке, разбила голову - перевязывал и эвакуировал, окружённый толпой голых и абсолютно равнодушных к присутствию мужской бригады женщин. Надо же додуматься - столько женщин на "Скорой" работают, нет - надо мужиков послать, не иначе, диспетчер прикальнулся!
Или вот ещё предание, легенда из подстанции в спальном районе: гуляли и пили, занимались сексом сотрудники виноводочного магазина. Одна разбитная сотрудница обслужила оральным способом пару сослуживцев, выпили ещё и.... ей поплохело, полуобморочное состояние и тошнота, вызвали - правильно, "Скорую", молоденькая фельдшерица, краснея, подробно её расспросила о событиях ночи, отвергла очевидный диагноз передозировки бухла и выдала не столь очевидный диагноз - "отравление спермой"!
Это всё байки, а служба "Скорой помощи" - тяжёлая, помогали многим, неслись по гололёду, бездорожью и глубокому снегу (я ещё немного сельской помощью занимался), бились на Рафиках и УАЗах только так, сколько коллег потеряли в авариях - жуть!
По старой памяти - увидите "скорая" мчится - дайте дорогу, это чья-то мать или отец в ней, спешат в больницу...
К слову говоря, за проституцию меня однажды всё же замели.
Ну, на деле не совсем так чтобы замели, а на самом деле даже не совсем за проституцию, но получилось весело.
Времена тогда вообще такие были. Развеселые. Начало девяностых, кто-то еще помнит, может быть.
История сама себе банальная.
Была в те времена у меня приятельница, у приятельницы дочка в подростковом возрасте. Соответственно, у дочки приключились боли в животе. А семья вся из себя насквозь интеллигентная была, пробу ставить некуда. А интеллигентному же человеку «неотложку» сразу беспокоить как-то не с руки, меня, понятно, проще на ночь глядя вызвонить.
Мне-то что, я человек отзывчивый, приехала. Диагностировала я аппендицит, дальше как положено: «неотложка» — и в стационар. Стационар, естественно, дежурный, не по выбору.
Приятельница с дочкой поехала и меня с собой уговорила — для моральной поддержки. И не зря, поскольку маме дурно стало, как только она больничку эту издалека узрела.
Дело-то, напомню, в девяностые происходило, реформаторы тогда как раз во вкус вошли и вовсю разруху учиняли. Так что изнутри больницу лучше было вообще не рассматривать, а то еще увидишь чего. Вот дочка и увидела.
Увидела она, правда, всего-навсего таракана, но изумилась так, словно ей утконоса какого показали.
— Ой, — говорит, — а кто это?
Дежурный хирург, который только собрался ей живот помять, тоже удивился. От такого удивления.
— Девочка, — отвечает, — ты что, тараканов никогда не видела?
— Нет, — чадо говорит, — ни разу, никогда!
Н-да, тяжелое у человека детство, что уж тут поделаешь. Папа — профессор литературоведения, мама — кандидат филологических наук. Там если где и были тараканы в доме, только в головах. Где ж ребенку к жизни приобщиться!
Ничего, хирурги чаду быстро объяснили, что тараканы — это пустяки, а вот если она будет себя хорошо вести, ей даже крысу живую покажут.
Приятельница вся аж побелела, но смолчала. И правильно сделала, потому как тараканы тараканами, а хирурги там отличные были. Быстренько болящую в операционную утащили, а уже через полчаса сообщили, что шоу благополучно закончилось и можно нам по домам отправляться.
По домам — это, конечно, хорошо. Вот только времени два часа ночи, метро закрыто, а пешком по криминальной столице топать неохота. Да и далековато, честно говоря. Так что выгребли мы из карманов всю наличность, вызвали такси и пошли под единственный фонарь на всей улице машину дожидаться.
А места вокруг дикие. Больничный садик весь такими кустами зарос, что и под фонарем не слишком-то светло. За углом бензоколонка, а напротив больницы — общежитие неизвестной принадлежности.
А на бензоколонке периодически постреливают — раздел госсобственности бодро происходит, криминальная же революция в стране. Из общежития усатые люди рыночной национальности как те тараканы вылезают. И ментовская машина раз примерно в пять минут по улице зачем-то проезжает.
Только она появится — стрельба на бензоколонке стихает, южные люди в тень прячутся, а мы с моей приятельницей в ожидании такси, наоборот, на шум мотора из кустов вылезаем. Только она проедет, бензозаправщики опять собственность делить начинают, южные люди к нам приставать пытаются, а мы от них в кусты поглубже лезем.
Когда эта машина в третий раз проехала, менты на нас нехорошо поглядывать стали. Меня сомнения начали терзать…
— Похоже, нас сейчас арестовывать будут, — я своей знакомой говорю.
— За что? — приятельница недоумевает.
— За нелицензированную торговлю в ночное время, — говорю.
Приятельница всё равно не понимает:
— Чем?
Объясняю для интеллигенции:
— Собой!
А менты уже на нас конкретно целятся…
Мою приятельницу это страшно оскорбило. Я б за нас глядишь и отбрехалась, а она — в амбицию. Нет, ну вот какого черта надо было объяснять ментам, что никакая она им не блядь, а целый кандидат филологических наук?! Как будто кандидат филологических наук блядью быть не может!
На сей оптимистичной ноте нас и загребли. Прямиком в ближайшее отделение.
А в итоге получилось всё же весело. Давно известно: мир тесен, Питер — город маленький, а пути врачебны неисповедимы. Старшим в этом отделении оказался мой знакомый мент. Он еще во времена моей скоропомощной юности на станции метро «Василеостровская» тамошним гадючником заведовал, пьяных-битых мне регулярно спихивал.
Тогда меня он тоже иногда, бывало, выручал, когда я в пьяном безобразии в метро… ладно, дело прошлое.
Короче, если бы не он, нам с приятельницей в этом околотке до утра пришлось бы куковать. А так — нас коньяком сначала напоили, а потом со всем почтением развезли нас по домам с сиреной и мигалкой на милицейском транспорте. Так что в конечном счете мы еще и на такси изрядно сэкономили.
А пути врачебны впрямь ведь неисповедимы. Дочку той моей знакомой так это знакомство с медициной впечатлило, что она сама в медянки подалась. Поступила в медицинский институт, закончила и работает теперь врачом чуть ли не в той самой больничке.
Кстати, тараканы, говорят, там так и не перевелись.
А вот ее мама после этого со мной поспешно раздружилась. То ли так она за дочкину карьеру оскорбилась, то ли всё-таки за то, что в грешном моем обществе ее за проститутку приняли…
Хотя казалось бы — а я-то здесь при чем?
© Диана Вежина
«Пока папа новый мобильник не купит, будешь, как лох с пейджером
ходить…»
В конце 90-х, начале 2000-х, модно было заниматься «цветниной»,
принимать и сдавать на перерабатывающие заводы лом цветного металла.
«Выхлоп» был достойный, поэтому матерые металлисты, имеющие 2-3 точки
(приемки) ездили на немного подержанных иномарках и носили мобильники.
Кто поплоше, обходились «девятками» и пейджерами.
Артем Коньков, по прозвищу «Конь», был из начинающих, поэтому приобрел
пейджер. В один прекрасный день, на этот самый пейджер пришло непонятное
сообщение: «Артем, Жду тебя сегодня у «Мира» в 12 часов. Зая». Надо
заметить, что Конь особым успехом у слабого пола не пользовался, да что
там, успехом, прямо скажем, категорически не везло ему на любовном
фронте! Поэтому, что за Зая ждет его в 12 часов, он не представлял.
Вообще, само прозвище намекает на близкие отношения… Последний раз Конь
имел близкие отношения с пьяной проституткой в сауне месяц назад… Как
бишь, ее звали? Не, точно не Зая… Короче говоря, к половине двенадцатого
Артем окончательно извелся! Он уже выслушал наши «советы бывалых» по
поводу цветов и шампанского, тщательно причесался перед зеркалом,
поплевал на ботики, мазнул по ним тряпкой, отряхнул джинсы, выпятил
перед зеркалом хилую грудь… Красавец!
Минут через двадцать крайне огорченный конь с помятым букетом и бутылкой
шампанского ввалился в офис и плюхнулся на диван: «В общем, там Зайдулла
из Октябрьского машину цветнины привез, я ее разгружаться отправил,
тысяч двадцать займет кто-нибудь?»
- А что с Заей? - хором поинтересовались мы.
- Так он и есть Зая! Зайдулла, козел, непарнокопытный! Цветы кому
подарить?
Про "милицейско-свинскую" жизнь.
Или наоборот...
Наверное, многие слыхивали байку про "свиней, прыгавших из
железнодорожного вагона на расстояние свыше двух метров и впоследствии
погибших в борьбе с водной стихией". Вроде бы даже Задорнов эту историю
по ТВ травил. Не знаю правдой ли была эта история или нет, но сейчас
попробую рассказать то, что реально имело место быть, так как лично
видел документальное подтверждение.
В одном из райотделов нашего республиканского МВД работал участковый -
отличный мужик, хохмач и весельчак, душа компании, правда, малость
раздолбай. Разумеется, это раздолбайство в один прекрасный момент
руководство достало. Вызывает участкового начальник райотдела,
"разносит" беднягу по полной программе и под конец заявляет, что если до
конца месяца на территории участкового произойдет еще хоть одна кража,
которая останется "глухой", то есть нераскрытой, участковый может идти в
народное хозяйство сам, не то официально помогут.
И тут через день как назло с заявлением о краже в райотдел приходит
дедок. Он, дедок, дескать в принципе житель городской, но сельское
хозяйство любит, а посему завел в своем дачном хозяйстве порося,
которого холит и лелеет с надеждой в один прекрасный день сожрать.
Несколько раз в неделю дедок приезжал на свою "фазенду", чтоб дать свину
чего-нибудь пожрать да подприбраться за зверушкой. И в один не очень
прекрасный день вместо порося обнаружились выбитая дверь сарайчика,
проломленный забор и полное отсутствие вышеупомянутого животного. Ищите,
родная милиция.
Естественно, кража произошла на территории нашего участкового, иначе
истории бы не было.
Начальник райотдела, злорадно ухмыляясь, вызывает участкового, вручает
ему материал о краже и напоминает про ранее состоявшееся предупреждение.
В принципе, кражу должна была раскрывать оперчасть, но не мог же
начальник райотдела упустить такой шанс. Материал попал к нашему герою.
Проблема... Что делать? Найти свина - нереально, понятно, что свин давно
уже в желудках местной бичевы. Отказать в возбуждении уголовного дела -
нет оснований, но иного выхода у участкового не было. В результате
отыскиваются три "свидетеля", своими глазами видевшие "произошедшие
события". Итогом стало постановление об отказе в возбуждении уголовного
дела о краже, которое далее цитирую практически дословно:
«…результаты осмотра места происшествия, а именно характер повреждений
двери сарая и ограды подтверждаются также и показаниями свидетелей А.,
Б. и В., пояснивших, что видели, как свинья выбила изнутри дверь сарая,
вышла, затем проломила ограду участка и с грустными глазами направилась
в сторону акватории озера. Изложенные обстоятельства указывают на то,
что свинья покончила жизнь самоубийством путем утопления. … В
возбуждении уголовного дела отказать. Дата. Должность. Подпись.
Фамилия».
Говорят, что районный прокурор после 10 минут истерики материал об
отказе в возбуждении дела утвердил. И участковый на работе остался.
Шедевр об отказе в возбуждении дела широко разошелся в копиях по
соседним райотделам. А свинку жалко…
Памяти Димы Горчева
О животворящем слове
Вот все сейчас ругают милицию.
Спохватились бля.
А я наоборот стал относиться к ней не то чтобы с любовью, но, во всяком
случае её наверное уже понимаю. Они бы и рады в ангелы, да копыта куда
спрячешь?
Вот у меня был случай года два назад. Ну да, маленькому мальчику тогда
ещё и года не было.
Купил я жетонов на станции метро удельная, а сам очень задумчивый. Не
помню уже после вчерашнего или просто так. Бросаю жетон в щель - красный
свет. Ещё раз бросаю - опять красный. Сломался, думаю, аппарат, иду к
другому турникету - опять красный. Тут соображаю, что вместо жетонов
бросаю двухрублёвые монеты, но уже поздно: "Пройдёмте", - говорят.
Ну пройдёмте, куда ж денешься.
В линейном отделении милиции пахнет застарелой бедой и люди мрачные.
Играют в подкидного дурака. "Документы", - говорят.
А фокус в том, что я как раз ехал за своим паспортом, где мне должны
были продлить регистрацию ещё на три месяца за три тыщи рублей. "Нету, -
говорю, - документов".
Но они ж зоркие. "А вот паспорт у вас в кармане", - говорят. А я по
этому паспорту матери моего ребёнка собирался по пути заплатить за
кредит на стиральную машину. Небольшой кредит - тысяч восемь, что ли.
"Ага! - сказала милиция. - Значит вас зовут Екатерина Александровна.
Кредиты берёте судя по этой бумажке. Интересно-интересно. Плательщик
Дмитрий Анатольевич Горчев, гражданин Казахстана. Это ещё интереснее!
Это вы видимо?" "Ну я" - говорю неохотно. "А Екатерина Александровна вам
кем приходится, позвольте поинтересоваться?" "Женой" - отвечаю угрюмо.
"Однако же в паспорте Екатерины Алексанровны написано, что мужем её
является гражданин Мартынов". "Они разведены давно, - говорю. - Штамп
только не успели поставить". "Это понятно, - кивает головой милиция. -
Не успели. Поднимите-ка ручки".
Обшарили карманы. Извлекли из них семь тысяч рублей, телефон и
фотоаппарат (у меня тогда ещё была мыльница).
"Это мы приобщаем к делу как вещественные доказательства, - сообщила
милиция, распихивая добычу по карманам. - Сумочку позвольте посмотреть?"
И достали из моей сумки Пакет Белого Порошка. Грамм двести, то есть, лет
на десять-пятнадцать. "Ууу, бля", - сказала милиция и посмотрела на меня
с большим сочувствием. "Это не мой пакет, это вы мне подкинули! Требую
занести мои слова в протокол!" - истерически сказал я. Милиция
посмотрела на меня почти что с нежностью: "Занесём-занесём. А ну-ка
закатайте рукавчик. Ага. Всё понятно". "Я кровь сдавал, когда студентом
был" - сказал я из совсем уже бездонных пучин отчаяния. Я действительно
сдавал кровь. За деньги, вот такая cboлoчь, потому что жрать было
нечего. "Донор" - юмористически кивнула головой милиция.
И тут я очнулся. "Господи! - сказал я с очень большим чувством, - Иисусе
Христе, сыне Божий, помилуй мя грешного!" И медленно и торжественно
перекрестился.
Милиция вздрогнула и заморгала. Тот милиционер, который держал в руках
Пакет с Белым Порошком, раскрыл его, макнул туда палец и осторожно
лизнул. "Соль! - сказал он с изумлением. - Вы всегда носите с собой
соль?" Я задумался, вспомнил: "А, да это мы летом ещё ездили по
набоковским местам, в Рождествено, помидоры ели".
Тот, который читал паспорт, долистал до страницы с детьми: "Горчев
Дмитрий Дмитриевич, 2006 года рождения - это ваш?" "Мой". "А на жизнь
чем зарабатываете?" "Писатель я", - ответил я дерзко. "Про что пишете?"
Стандартный вопрос, стандартный ответ: "Про вас".
Два милиционера, не говоря ни слова, вышли. Видимо в книжный магазин,
что при станции. "Вы курите, Дмитрий Анатольевич, сказал оставшийся
милиционер, подвигая мне пачку парламента. "Да у меня есть", - ответил я
и закурил свою оптиму.
Минут через пятнадцать вернулись ушедшие милиционеры. Утвердительно о
чём-то кивнули. Неохотно достали из карманов вещественные
доказательства. "Вы уж поосторожнее с порошками, Дмитрий Анатольевич, -
сказал сидевший за столом милиционер. - А вот это вашему сыну. Купите
ему что-нибудь", - и протянул мне ещё тысячу рублей.
И тут я действительно oхуeл. Чтобы милиция вернула отобранное - это я
чисто теоретически могу себе представить. С трудом, но могу. Мало ли
чудес бывает в этом мире. Тем более, что это только что на моих глазах
случилось. Но чтобы отдала СВОЁ - нет, это невозможно вообще и в
принципе. "Ну и нам на пиво дайте сколько не жалко"- продолжил
милиционер. Не жалко мне было пятьсот рублей, каковые я отдал с большой
радостью.
Я вышел из отделения и не стал дёргать судьбу за уши: никуда не поехал,
а пошёл домой и по дороге всё пытался совместить невозможный факт с
реальностью. И на полпути меня осенило: бля! у меня же в совсем заднем
кармане была заначка на самый крайний случай. Вот её-то мне милиция и
подарила.
Жизнь моя сложилась так, что долгие годы родная милиция не касалась
своим зорким взором моего российского паспорта, а остальным было пофиг.
Я то жил за границей, то летал туда прямыми рейсами, напрочь забыв, где
пылится мой российский паспорт – зарплату мне давали и так.
Но однажды меня угораздило возвращаться из США во Владивосток через
Москву, и этот паспорт я с собой прихватил. Это было жуткое время, когда
в Москве рвались жилые дома, а в Шереметево-2 под личиной таксистов
дежурили сплошные гопники. Бандиты покруче выхватывали опытным глазом
перспективных жертв ещё на выходе из самолёта.
Я был идеальной жертвой – летел один-одинёшенек с крупной для меня
коллекцией бледно-зеленых портретов Джорджа Вашингтона в кармане.
Я не сомневался, что на моём открытом интеллигентном лице эта сумма
будет отпечатана самыми крупными буквами.
Поразмыслив над ситуацией, я решил косить под пролетария.
Ещё в Хьюстоне я купил контактные линзы, которых до этого терпеть не
мог, оделся во всё черное и неброское, включая потёртую кожаную кепку, и
за два дня до отлета перестал бриться. Сутки перелёта с пересадкой в
Атланте и ночью в JFK довершили моё вхождение в образ – вместо
бесхребетного задумчивого интеллигента по трапу самолёта спускался
озверевший тёртый перец без следов даже среднего образования на лице. На
меня не позарился ни один таксист – видимо, признали за своего. Я прошёл
сквозь эту стрёмную орущую толпу как нейтрино и добрался на микрике в
Шереметево-1 без всяких проблем. Проблемы начались при посадке на
владивостокский рейс.
Невесть откуда взявшаяся в таком количестве милиция отвела меня под белы
руки в отдельную комнатку и попросила предъявить паспорт.
При взгляде на его титульную страницу милиция принялась ржать, без слов
показывая мне пальцем то на фотку в паспорте, то на зеркало. «Надо было
всё-таки вклеить фотку на 25 лет» - с тоской подумал я.
Со школьной фотографии на меня трогательно смотрел наивный,
светлоглазый, ни разу не целованный очкарик-отличник, из глаз которого
светилась вся российская литература вперемежку с мировой наукой. А из
зеркала на меня злобно таращилась насмерть загорелая под техасским
солнцем, густо заросшая чёрной щетиной, совершенно чеченская физиономия
в чёрной кепке. Под сильными линзами в помещении зрачки расширились и
казались угольно-чёрными, глаза бешено сверкали – я опаздывал на рейс.
Это были глаза человека, который видел всё в своей жизни, но бомбу свою
не отдаст никогда.
Довольно скоро мне стало ясно, что этим рейсом я во Владик не попадаю –
мой город уже спал, время для проверок и разборок наступит позже.
Спешить мне было некуда. Чёрт несёт меня шутить не вовремя в стрессовой
ситуации. Я широко и криво ухмыльнулся прямо в лицо родной милиции,
обнажив длинный ряд по-волчьи белых зубов со стальными и золотыми
коронками на периферии, и недоуменно произнес с откуда только взявшимся
кавказским гортанным акцентом:
«Нэпохож, да?»
Вчера милиция задерживала людей не только на Манежной площади.
Со мной и
приятелем произошла забавная история в тихом спальном районе.
Идём по улице, болтаем, никого не трогаем. Уже стемнело, под ногами в
свете фонарей блестит гололедица. Зимний вечер, обычный вечер... В
какой-то момент мимо нас быстро проходят двое ментов, приглядываются
подозрительно. Мы за собой никакой вины не чувствуем, идём-болтаем
дальше. Через пять секунд - пронзительный свист, окрик сзади:
- А ну-ка, стоять!
Стоим. Я быстро прикидываю, в чём может быть дело. Скорее всего, облава
на призывников. А у меня с собой, как назло, нет военника. Ну, это
ладно. Вот то, что приятель без студенческого и не служил - гораздо
хуже.
- Сержант милиции Пастухов, - представился патрульный.
Милиционер объяснил, что двадцать минут назад на женщину напали двое
неизвестных маленького роста и отняли сумочку с крупной суммой денег.
- Во мне метр восемьдесят пять, товарищ милиционер, - ненавязчиво
заметил я.
Сержант Пастухов помялся и сказал, что в моём приятеле как раз метр с
кепкой (это правда), а раз так, то его обязанность доставить его в ОВД
для допроса. И совсем шёпотом добавил, что за низкую раскрываемость их
вот-вот лишат премии. Кажется, он ещё хотел стрельнуть у нас сигаретку,
но мы оба не курим.
Приятеля забрали в ОВД. Я обещал его дождаться, но, честно говоря, я не
любитель стоять два часа на морозе. Напротив отделения был кинотеатр, и
я пошёл на вечерний сеанс. Только возвращаюсь из кино - вижу, топает мой
приятель. Счастливый, смеётся. Я даже испугался за него - вдруг это
истерика такая?
- Ты не поверишь, - говорит, - менты пьют шампанское!
Вот как было дело: приятеля моего доставили в ОВД вместе с дюжиной таких
же "разбойников" - среди задержанных оказались двое мальчишек лет
четырнадцати; один сухонький, сгорбленный старичок, который если б и
напал на женщину, то был бы ею прибит на месте и уж точно не мог далеко
убежать; трое таджиков (эти проходят подозреваемыми всегда, независимо
от роста, пола и возраста) и прочие персонажи. Наконец, через полчаса
какие-то молоденькие менты привели в клетку... лилипута.
Следователи, увидев лилипута, загоготали.
- Вы где ж его взяли?
- Да вот, шёл по улице. Рост маленький, ну мы и взяли.
Лилипут смотрит на милиционеров, лицо злобное, чуть не плюётся.
- За что меня задержали?! - шипит.
Следователя раззадорила такая реакция. Он решил пошутить - брови сдвинул
и говорит лилипуту угрожающим басом:
- Конкретно вас, уважаемый, мы задержали за грабёж! Вы ведь не станете
отрицать, что являетесь опасным преступником-рецидивистом?
- За грабёж? - тихонько спросил лилипут. - Х-хорошо. Я всё понял.
Минут через пятнадцать, когда у всех сняли отпечатки пальцев,
следователи стали решать, кого первым допрашивать. Решили начать с
лилипута. Тот как-то весь поник после окрика, лицо стало
грустное-грустное, того и гляди заплачет. Отвели его в камеру для
допроса. И что-то уж очень долго он там просидел. Десять минут прошло,
двадцать... Наконец, из камеры выходит следователь с тремя листами
бумаги - радостный, весь сияет:
- Мужики, да вы знаете, кого мы поймали?! Это Митя-форточник, он мне
чистосердечное написал!
На зов сбежался весь отдел милиции. Лилипут оказался неуловимым
квартирным вором Митей, который обчистил в Москве больше сорока квартир
и учреждений - маленький рост позволял ему ловко проникать внутрь через
форточки. А чистосердечное он написал в полной уверенности, что раз
следователь так сурово бросает ему в лицо обвинения, то задержали его
неспроста, по горячим следам.
Всех подозреваемых "по сумочке" тут же отпустили, в отделе милиции
начался праздник. Ведь теперь не только премии, но и повышения по службы
- гарантированы.
История из середины 80-х годов.
Возможные совпадения с сегодняшними
событиями - чистая случайность.
В то время милиция еще не стыдилась своего названия. Но желающих
работать в данном уважаемом учреждении постоянно не хватало. А сверху
требовали улучшать кадры. А как? Вся работа по улучшению кадров
сводилась к двум действиям: приему на работу и выпиз... (прошу прощения)
увольнению за различные нарушения. Не смотря на то что оба этих
направления вполне логичны и обоснованы, уместно предположить что оба
они - лишь очень малая область деятельности по улучшению кадров. Но на
большее фантазии не хватало.
А чтобы было с кем производить два выше указанных действия, до каждого
сотрудника, кого еще не выгнали, была доведена разнарядка, сколько
человек он должен уговорить пойти работать в милицию.
Итоговое совещение. В зале полторы сотни сотрудников отдела внутренних
дел. Начальник отдела поднимает то одного то другого и требует
отчитаться о результатах работы. Итоги не впечатляют.
Наконец очередной сотрудник в качестве довода приводит:
- Да зачем нам этот Петров (объект уговоров) нужен? Он же на учете в
инспекции по делам несовершеннолетних за кражи стоял!
Но начальник отдела непреклонен. (Разнарядку-то выполнять надо!).
- Товарищи, - обращается он с трибуны зал. - Ну что же нам на эти мелочи
внимание обращать? - И далее с возрастающим эмоциональным пафосом, - Ну
кто из нас... Кто, я вас спрашиваю, не совершал в детстве кражи, не
хулиганил, не бил стекла, не разбивал физиономии сверстникам? Кто?! Кто,
я вас спрашиваю?!
В воздухе повисла пауза. Начальник отдела вложил в свой вопрос бльшой
поток эмоций и теперь переводил дух. Сидящие в зале молчали. Не то
вспоминали свое золотое детство и бурную юность, не то лихорадочно
придумывали что сказать, когда до них очередь дойдет. Если и такие
доводы на отмазку уже не катят.
И в это время из зала раздается робкий одиночный мужской голос:
- Я!
Минут пять стены зала сотрясались от хохота.
Сын моих друзей поступил на службу в американскую полицию.
Стал
разъезжать (как и мечтал) на служебном автомобиле с мигалкой и воем
сирены, нарушая любые правила и ограничения скорости. В заднем отсеке
такого автомобиля находится камера для арестованных, куда человека
достаточно лишь втолкнуть, да захлопнуть за ним дверь, и никуда уже тому
ни за что не выбраться – двери его тотчас же автоматически наглухо
запирают.
Однако вскоре выяснилось, что арестованные имеют очень неприятную манеру
выражать своё неуважение к полицейскому плевками на его повёрнутую к ним
затылком голову через соединяющее отсеки машины окно. Причём,
полицейский ничего не может сделать, так как ведёт в это время машину и
смотрит на дорогу, а не на арестованных, чтобы заметить, кто из них
плюнул?
Русская смекалка тотчас подсказала новоиспечённому полицейскому
блестящую рационализаторскую идею: вставить в проём неразбиваемое стекло
и таким путём навсегда оградить свой затылок от плевков. Попросил своего
более продвинутого в технике брата помочь в установке этого стекла. Но
делать это на территории полицейского участка побоялись – неизвестно:
как к этому новшеству отнесётся начальство и коллеги. Ещё чего доброго
позавидуют и наябедничают куда-нибудь, что новичок видите ли плевков
испугался и машину без разрешения переделывает.
Выехали за город в безлюдное место, отключили систему запирания и
сигнализации, успешно установили стекло, но вот после этого почему-то
перестала запираться камера. Что бы с ней наши мастера ни делали – она
элементарно открывалась изнутри. То есть, любой арестованный мог в любой
момент нажать на ручку двери и сбежать. Время поджимало, пора была
передавать автомобиль и смену, братья взмокли в напряжённой работе, но
не могли ничего поделать с проклятой дверью и её замком.
И вот, наконец, их упорство было вознаграждено: дверь захлопнулась
именно так, как ей и полагалось – намертво, без малейшей надежды для
арестованных выбраться из машины наружу. Жаль только, что этот
заслуженный успех пришёл к братьям именно в тот момент, когда они оба в
этой самой камере и находились. А место-то для модернизации автомобиля,
не забудьте, было ими выбрано самое что ни на есть безлюдное.
Теперь полиция города уже не имеет проблем с трудной фамилией их нового
сослуживца: все немедленно понимают, о ком именно идёт речь, если просто
сказать «который себя в машине запер».
Стою на Садовом кольце возле ремонтной мастерской и жду, когда она
откроется.
Невдалеке от меня - на том же Садовом кольце! - старикан с
козой! Сидит в тулупчике на стульчике, к которому коза - тоже, можно
сказать, в тулупе - и привязана. Перед ней кошелка с какой-то жратвой,
откуда она не вынимает морду. Эту композицию завершает копилка -
картонная коробка - и воткнутый в снег плакат, призывающий сочувствующих
жертвовать бабки на развитие козловодства в России. Сочувствующих
маловато, копилка пополняется слабо.
И тут из черного входа находившего по соседству крутого универсама
выплывает мордатый мужик, волочащий две здоровенные сумки, набитые
настолько, что пакеты с деликатесной, видимо, жратвой чуть ли ни
вываливаются из этих сумищ.
Вдруг на его лице отражается крайнее изумление - он заметил козопаса с
животным. И направил к ним свои стопы. Он так пылал гневом, что это даже
отразилось на поведении козочки, которая высунула свою симпатичную физию
из кошелки с пищей.
- Я сегодня не при исполнении, - объявил мордатый мужик,- но это мой
участок. Так что вали отсюда со своим козлом, пока я наряд не вызвал.
Старикан стал нехотя собираться, ворча:
- Чем гонять нас, бедолаг, с места на место, лучше бы внес свою лепту на
развитие козоводства в матушке России.
- Я попрошайкам не подаю! - отрезал мент и, развернувшись, пошел отсель
прочь.
Но, хоть и невольно, он "свою лепту" внес. Проворная коза, как только
мент повернулся к ней задом, выхватила у него из сумки какой-то
объемистый пакет и сразу же приступила к вскрытию.
Мент ничего не почувствовал и почухал дальше. Хозяин козы благоразумно
промолчал.
А я почему-то исполнился уверенностью в светлом будущем козловодства в
России.