Свежие анекдоты на каждый день

В бытность мою студентом поставили нам препода по физре, индуса.
Решил он прививать студентам карате, причём с довольно жёсткой физподготовкой. Падать своих падованов учил на твёрдые поверхности, "тачку" на кулаках по деревянному полу делать и прочие радости. Нас же, футболистов, считал сачками и неженками, о чём регулярно нам сообщал. Причём в довольно забавной манере, коверкая русские слова. "Вы меня не уважать, вы спорт не уважать", и всё в таком духе.
И вот как-то осенью выпал ранний снег, довольно много. Днём всё это подтаяло, а ночью снова приморозило. Результат - к утру наст превратился в кашу из миллионов кристалликов льда. Провести рукой - и она сразу покроется неглубокими царапинами, а если нажать - появлялась кровь, несколько крошечных капель, абсолютно не больно.
Многие пришли на стадион в шортах, абсолютно все - в футболках с короткими рукавами. Игра была жаркая, много падали, часто использовали подкаты(на снегу - самое милое дело). В итоге 2/3 открытых частей тела всех, кто играл, были покрыты засохшей коркой крови. У меня самого были ободраны обе руки по локоть и правая нога от щиколотки до бедра включительно. Вреда абсолютно никакого, уже на следующий день 90% всего этого осыпалось, но в тот момент выглядело страшно.
Итоговый путь в раздевалку был чем-то гротескным. Уже была перемена, народу и в зале, и перед ним было много, но шли в гробовой тишине. Сам сенсей круглыми, по 5 рублей, глазами проводил нас в раздевалку, и больше мы от него слова не слышали. Даже зачёты он нам ставил молча, ничего не спрашивая и не требуя.
Отличник военной подготовки.
Автор заранее приносит извинения специалистам за грубые ошибки в описании поправок при стрельбе. Ну, не помню я…
Во втором семестре второго курса университета мы начали военную подготовку. Один раз в неделю с утра до трех часов дня мы занимались на военной кафедре, чтобы по окончании университета получить звания лейтенантов запаса.
Меня сразу назначили командиром учебного взвода, состоявшего из студентов нашей учебной группы, поскольку я был старостой группы. Офицером, ответственным за наш взвод, был капитан К.К. Через год после начала наших занятий он стал майором. К.К. меня быстро полюбил за мой хорошо поставленный командирский голос; я мог своей глоткой переорать два взвода: «Сми-и-и-рна, мать вашу так!»
Для успешного продвижения по службе каждый офицер пытался пропихнуть кого-нибудь из своих студентов в отличники военной подготовки. К.К. остановил свой выбор на мне. Мне это было только на руку. Помню, выехали мы взводом «в поля». Капитан приказывает: «Отрабатываем газовую атаку. Взводу рассредоточиться цепью и окопаться. Командир (это ко мне), останься со мной». Мои сокурсники рассредоточились и окопались, т.е. в беспорядке плюхнулись в глубокий снег. Капитан мне командует: «Доставай дымовую шашку, поджигай». Исполняю приказ, ору: «Газы!» Студенты натягивают противогазы (то еще удовольствие натягивать резиновую маску на физиономию на сибирском морозе), а мне капитан говорит: «Пошли в сторонку, покурим, что ли. Она, зараза, долго дымить будет».
Прошло два года военной подготовки, приближался выпускной государственный экзамен. Я в полной степени осознал, что военного дела не знаю полностью и с трудом отличаю строевой устав от устава караульной службы. Надеялся немного позубрить уставы за те три-четыре дня, что были даны на подготовку к экзамену. Да вот незадача, моя подружка, которой я уже к тому времени сделал официальное предложение, сдавала последний экзамен на два дня раньше меня и собиралась уезжать на каникулы к маме. Жалко было с ней расставаться хотя бы на эти три недели, поэтому почти все дни, отведенные на подготовку, я провел со своей будущей женой.
В ночь перед экзаменом я спал, максимум, часа три. Пришли на военную кафедру – у меня в голове туман, ясность только в одном: вся надежда на К.К., не может он дать пропасть своему командиру. Перед экзаменом нам объявляют: «Командиры взводов заходят на сдачу экзамена последними». Я с тоской пытаюсь хоть что-то вспомнить из военного дела. Напрасно. Приходит моя очередь. Захожу в аудиторию, четко докладываю: «Товарищ майор, студент М. для сдачи выпускного экзамена прибыл!» Майор смотрит на меня с любовью и надеждой: «Тяни билет и садись вон там на первой парте». Сажусь, оглядываюсь. В аудитории три офицера. Наш майор сидит впереди на центральном ряду, по углам на последних партах еще два подполковника принимают экзамен у таких же бедолаг, как я, и пристально наблюдают, чтобы никто не списывал.
Да-а, ситуация... Что у меня в билете? Вопрос первый: «Действия командира взвода по управлению огнем в обороне». Что-то слышал, кажется этот параграф устава содержит 10 пунктов. Попробуем пофантазировать. Я написал ровно 10 пунктов (позже я из интереса сверился с уставом – у меня не совпало ни одного пункта; я же говорил, что с трудом отличал уставы...). Вопрос второй: «Структура роты связи мотопехотного полка армии США». Так, у меня в кармане лежит рабочая тетрадь с записями, попробуем списать, не смотря на бдительный офицерский контроль. Вопрос третий: «Устройство выстрела гранатомета РПГ-7». Это я, конечно, знаю, но только на уровне: «Вот эта загогулина бьет по этой хреновине, отчего вот эта штучка загорается и т.д.» Для сдачи этого явно недостаточно, нужно знать термины, как все эти штучки-хреновины называются на языке устава, что мне с недосыпу явно не по силам. Вопрос последний: «На расстоянии 300 метров слева направо бежит фигура. Отдать приказ на уничтожение». Какую же поправку надо давать при стрельбе, если она бежит? Я же физик, попробуем оценить. Начинаю списывать из шпаргалки второй вопрос. В этот момент в комнату заходит начальник кафедры: «Так, готов кто-нибудь? Ко мне для сдачи!» Смотрю, мой майор занервничал: если я попаду к начальнику кафедры, отличника подготовки ему не видать как своих ушей, об уровне моих знаний он, по-видимому, догадывается. К.К. быстро отпускает студента, сдающего ему, и обращается ко мне: «Командир, ты готов? Как нет? Командир должен отвечать без подготовки!» Ну, откуда ему знать, что я, из-за бдительного контроля его коллег, еще не до конца списал структуру этой самой роты связи? Ладно, приходится ему брать очередного студента, который вылетает из аудитории быстрее всех. Майор спешит, чтобы кто-нибудь из других офицеров не перехватил его любимого командира. «Готов?! – и уже с облегчением, – ну, давай».
– Товарищ майор, разрешите приступить к сдаче экзамена!
– Так, что тут у тебя? Действия командира взвода по управлению огнем в обороне? Ну, ты сам командир, этот вопрос, конечно, знаешь.
– Так точно, товарищ майор!
– Ага, рота связи? Как у тебя с этим?
Поскольку у меня при списывании не было времени разбираться что к чему, я просто скопировал всю страницу из своей тетради. Протягиваю ему:
– Я, товарищ майор, решил не мелочиться и нарисовал структуру всего полка сразу, включая роту связи.
Майор просматривает мой рисунок:
– Командир отделения сейчас вооружен не «Кольтом», а винтовкой М-16.
– Товарищ майор, нам на лекции так давали.
– Знаю, я тебе сообщаю новейшие разведданные. Запомни.
– Есть запомнить, товарищ майор! (И ведь запомнил же!)
– Так, третий вопрос. Ну, ты, брат, сам физик, как такая техника работает, понимаешь?
– Так точно, товарищ майор!
– Переходим к последнему вопросу. Отдай приказ на уничтожение.
Я, слегка приглушая свой командирский голос, ору:
– Прицел три, вправо четыре, короткими в пояс! Огонь!!!
Майор кривится и тихо спрашивает:
– А почему вправо четыре?
Я так же тихо отвечаю:
– Прицел плюс единица.
– Ну, что же ты так?
– Не может быть прицел пополам, товарищ майор. Я здесь сам вычислял...
– Конечно, правильно. Это не прицел пополам, что есть поправка на ... (сейчас уже не вспомню что). Но я же на лекции говорил: поправка на ветер – прицел плю-ю-юс единица, а на бегущего прицел ми-и-и...
– Минус единица?
– Правильно! Отдай приказ на уничтожение!
– Прицел три, вправо два! Короткими в пояс!!! Огонь!!!!!
Майор жмурится от удовольствия, наслаждаясь ревом моей командирской глотки:
– Молодец, командир! Отлично!
Я выхожу из аудитории в полном тумане и мы с друзьями сразу идем в ресторан отметить удачную сдачу. До выдачи зачетных книжек больше часа, мы еще успеем напиться, как и полагается настоящим офицерам...
История эта случилась в те давние-давние времена, когда планы партии были планами народа, комсомол, в свою очередь, был помощником и резервом партии, а на Харьковском Ракетном Училище почти два месяца провисел лозунг:
«Наша цель- Коммунизм».
Закончив школу и получив свой аттестат, я поступил в один из технических вузов.
Волчок жизни закрутился: пьянки, карты, учёба и девчонки. И замер этот волчок на слове «Сессия».
Опаньки, приплыли.
Сашка, наш староста, собрал группу. Человек он был рассудительный, решения принимал взвешенные, так что нам имело смысл его послушать.
- Значит так,- он повернулся ко мне. – Ты идешь первый на все экзамены. Берёшь билет, по-быстрому готовишься и идёшь отвечать.
- Это с какой такой радости? – возмутился я. Честно говоря, геройская смерть как-то в мои планы не входила.
- Ты создашь им хорошее настроение и позитивный фон для сдачи экзамена всей группы.
«Позитивный фон»- это вообще не из его лексикона, но на эти мелочи никто внимания решил не обращать. Все радосто закивали, сказали, что классная идея. Ну и кто они после этого?
Хотя в его словах был здравый смысл. Меня хорошо знали на кафедрах, где я частенько пропадал после лекций. Мне было интересно всё. Тогда я больше походил на щенка, которого впервые выпустили во двор.
- Ладно, первый – так первый. Но результат я не гарантирую.
- Всё нормально. Прокатит.
Прокатило на первых трёх. Перед четвёртым я подошёл к Сашке.
- Саня, давай менять схему. У меня нехорошее предчувствие.
Но тут Саша решил вспомнить своё сержантское прошлое.
- Расскажешь мне о предчувствиях после экзамена. Давай.
Экзамен был по начертательной геометрии. По начерталке. Если кто не знает, что это такое, то я этому человеку искренне завидую. Самой белой завистью.
Взял билет. Мельком глянул на вопросы. Вроде никаких проблем. Через 15 минут пошёл отвечать.
Профессор взял мои бумажки, посмотрел и сказал:
- Первый вопрос- неправильно, второй вопрос- неправильно, третий вопрос – неправильно. Вам удобно прийти на пересдачу через два дня?
- А..а..а
Через два дня. Большая аудитория, полностью забитая такими же как я студиозами. У каждого листок бумаги с изометрией пересекающихся многоповерхностных фигур. Нирвана.
Профессор спокойно прохаживался между рядами, периодически заглядывая кому-нибудь в задачу, и чтобы скрасить наше безрадостное существование, вещал.
Вначале он поведал об уровне нашего интеллектуального развития. Он был краток и точен в определениях и, на мой взгляд, тему раскрыл полностью. Потом он пожалел наших родителей, которые, конечно же, приложили огромные усилия, чтобы из нас выросло что-то путное, но не случилось.
Следом за этим шли воспоминания о тех временах, когда он был студентом, как он трепетно относился к учёбе, как он помогал маме по хозяйству, тёр коровке свеклу, а потом, уже ночью, при свете то ли лучины, то ли лампады, он чертил. Когда воспоминания заканчивались, он начинал всё заново.
К концу второго часа мы должны были в полной мере осознать свою никчемность и ничтожность, написать прощальное письмо родным на полях задачи и тихо пойти повеситься в коридоре.
В какой-то момент его шаги замерли чуть сбоку за моей спиной. Обличительная речь прервалась и его рука легла на моё плечо.
- Молодой человек,- голос звучал по-отечески тепло. – Молодой человек, Вы танцуете?
В аудитории стало тихо. То есть, совсем тихо. Я поднял голову. Нижняя челюсть следовать этому движению категорически отказалась. Мозг, работающий вхолостую вот уже два часа, на радостях, что уж теперь-то он сможет себя проявить, выдал: - «Нет» и затаился.
-Молодой человек, а, может, вы поёте?
Это был голос обречённого, у которого отнимают последнюю надежду. И я не смог сказть : -«Нет».
-Да.
-Молодой человек,- на этот раз голос звенел. -Идите отсюда в Театральный!
И Д И Т Е О Т С Ю Д А!
Пересдавал через два дня его ассистенту. Видеть мою физиономию ещё раз было выше его сил.
С Серегой мы дружим с детства.
Учились в параллельных классах, одна компания, общие интересы. В старших классах Сергей разрывался между спортивными секциями, одинаково хорошо играя во все игры с мячом, а также бегал и прыгал. Такая занятость сказывалась на учебе. Нет, конечно, не двоечник, ниже четверки оценок не было, а учителя, не без оснований, считали, что мог идти на медаль. Не миновал его и вирус влюбленности, который в старших классах подхватывали все. Объектом почитания он выбрал мою одноклассницу Иру. Комсомолка, отличница, ну, пожалуй, и все. Так себе спортсменка и совсем не активистка. Впрочем, внешность и фигурка вполне сносная. Поклонники у нее были. Сережа активно штурмовал крепость – прогулки, походы в кино и вот приглашение к Ирине домой на чай. Правда, торт пришлось делить на троих. Мама, Татьяна Ивановна, тоже принимала участие. Отправив после чаепития Иру на кухню мыть посуду, Татьяна Ивановна завела непростой разговор. Потом Серега вкратце пересказал. Она объяснила, что Ирочка готовится поступать в университет и отвлекаться ей нельзя. Потом аккуратно объяснила наше, так сказать, несоответствие. Ира отличница в математическом классе, а у меня с учебой непонятно что. Спорт? Какие успехи? Мимоходом коснулась и квартирного вопроса, который, как оказалось, портит не только москвичей. У них трехкомнатная квартира на троих (тогда это было очень круто), а у нас стандартная двушка на четверых. Татьяна Ивановна с мужем преподают в институте, а мои – ИТРовцы на заводе. В общем - не пара.
Сергей выводы сделал. Налег на учебу, выполнил кандидата в мастера и получил приглашение в технический ВУЗ. На четвертом курсе женился, диплом получал уже с сыном. Потом и дочка добавилась. Карьеру сделал быстро и уже много лет возглавляет большое предприятие.
Ира, окончив университет вышла замуж, родила дочку. Потом ее пригласили на практику во Францию. Оттуда она вернулась, развелась с мужем, отдала дочку маме и укатила обратно. Мы иногда переписываемся, поздравляем друг друга с праздниками.
Недавно были на свадьбе сына общего друга и – вот так встреча – Татьяна Ивановна. В соседнем зале отмечает с компанией юбилей коллеги. Поздоровались, поговорили пару минут.
- Я рада за вас мальчики, молодцы, что у вас все хорошо.
Потом помолчав добавила:
- Прости меня, Сережа.
Офигеть! Человек, который считал себя вторым после Самого, просит прощения.
Сергей не растерялся:
- Что Вы, Татьяна Ивановна! Вам СПАСИБО!
Ближе к вечеру Сергей вспомнил о встрече.
- Интересно, а как бы у меня с Иркой сложилось бы?
- А что тебя сейчас не устраивает?
- Да, нет, все устраивает. Просто интересно.
- Серег, история не знает сослагательного… Ну, если хочешь, могу рассказать. Поступили бы вы на один факультет. Темы диссертаций вам бы подсказали, подобрали бы и оппонентов. Сказали бы в какой квартире жить, какую мебель покупать, с кем дружить, где отдыхать, какие имена давать детям. Работал бы на кафедре, синус о косинус бы перетирал. Сейчас бы отмечал юбилей в соседнем зале. Да, и забудь о наших милых студенческих шалостях. Ты этого хочешь?
- Нееет…
Про "спрятал и не нашел".
Лет 20 назад я был на стажировке в одном ма-а-аленьком американском университете, расположенном в ОЧЕНЬ живописном месте, но ничем, кроме месторасположения, не примечательном. У меня это вообще была первая поездка в Штаты. Оплачивала всю поездку принимающая сторона, и не мудрено - тогдашняя моя зарплата завотделением в российском медицинском НИИ равнялась примерно 70-80 баксам в месяц, до Питера едва ли доедешь, не говоря про Америку.
Купила мне принимающая сторона невозвратные билеты на самолет туда и обратно (тогда еще не было электронных, или они только-только начинали появляться, но у меня были бумажные), дали какую-то сумму кэшем на прожитие (типа 250 или 300 баксов в месяц - мне это казалось огромными деньжищами!) и поселили в отдельной комнате в университетской общаге (правда, со всеми удобствами).
Хожу я каждый день из своей общаги в тот универ (хожу пешочком, на автобус не сажусь, баксы экономлю), занимаюсь своими делами, расспрашиваю местных, как там работает система здравоохранения, они делятся, что-то нахваливают, что-то ругмя ругают (особенно вмешательство страховых компаний в процесс лечения больных).
Но не забываем, что я живу в общаге, где со мной живут СТУДЕНТЫ, молодежь, в общем.
В один прекрасный день (точнее - часа в три ночи) в общаге срабатывает пожарная сигнализация. В Штатах это все по-взрослому - в каждой комнате общежития проблесковый маячок и сирена прямо над ухом. Т.е. не узнает о тревоге только слепоглухонемой.
Как потом выяснилось, одна герла решила, что ее бойфренд, возможно, в эту ночь не ночует у себя в комнате, а отправился заниматься сексом к другой герле из той же общаги. Покинутая герла была креативна, поэтому на общей кухне немного покурила перед датчиком дыма. Сирена, проблески маячков, через 10 мин приезжает с ревом и сиренами пожарная машина. Как ни хотелось спать в 3 ночи, все должны были выйти из общаги (на это и был расчет той герлы). Мне тоже пришлось что-то набросить на себя, взять паспорт, билеты и кэш с собой, и выйти на улицу.
Никто же не знал, что пожарная тревога фейковая, может, и в самом деле горим?
Полчаса подождали, пока пожарные облазили все подозрительные места.
Они, разумеется, не нашли ничего. Информация о ревнивой герле как источнике дыма появилась дня через два, не раньше, видимо, она сама проболталась.
Умирая от желания спать, я бросился в свою комнату, КУДА-ТО заныкал паспорт, деньги, и билеты, и БЛАЖЕННО заснул. О заныканных документах, деньгах и билете я вспомнил только дня через два, когда надо было идти в магазин за продуктами, а в бумажнике кэш закончился.
Короткие поиски результатов не дали.
Положение становилось аховым.
Ну, мб деньги мне бы заняли знакомые профессора - 3 профессора по 100 баксов каждый, не думаю, что они разорились бы. Другой вопрос, мне потом эти деньги им отдавать пришлось целый год, даже если по ползарплаты откладывать. Но билеты? Восстановят их мне или нет? Паспорт? Это надо ехать было в консульство, получать какую-то справку, до консульства надо было еще на чем-то доехать (ближайшее - миль за 400), там жить, пока бумажку не выпишут на проезд домой в Россию, под мостом не хочется (март месяц), на гостиницу опять же денег нет...
Но я взял себя в руки. Моя комната хоть была и не маленькой, с кучей всякой мебели, все же имела конечный, вполне обозримый объем и содержалась мною в относительном порядке. И я начал методично обыскивать каждый угол комнаты. Не прошло и двух дней, как я благополучно нашел заныканное...
После этого случая я стараюсь никогда ничего не прятать (и не менять пароли на компах) в полусонном состоянии.
На военной кафедре МГТУ им.
Бумана вёл военку у нас в общем-то не злобный "товарищ подполковник". Время стёрло его имя из памяти, но некоторые приколы помнятся. Свою незлобу он компенсировал требованием дисциплины, а конкретнее боролся с опозданиями.
Если кто-то опаздывал, то он сначала вежливо интересовался причиной, а потом заносил опоздание в журнал посещений, так как
уважительных причин для опоздания он вообще не знал. Происходило это в таком ключе:
- Студент (С): Товарищ подполковник, разрешите войти!
- Подполковник (П): Разрешаю, почему опоздали?
- С: *жалобно* Товариш подполковник, электричку отменили, прошлось на следующей ехать.
- П: *немного ухмыляясь, но серьёзно* так раньше же из дома выходить надо. Вы же знаете, что транспорт может опоздать. Проходите.
*открывает журнал посещяемости* так, что тут у нас - уже 2-е, ещё одно и будем поднимать вопрос об отчислении с военной кафедры.
- С: :(

Но как говориться однажды нащла коса на камень. Было дело, опоздал студент Александр К..кин. Далее
- Александр К..кин (АК): Товарищ подполковник, разрешите войти!
- П: Входите, Вы почему опаздываете?
- АК: *с придыханием, но чётко* ЗАДЕРЖАЛСЯ!
- П: эээ ... ну это .. тогда ... проходите.
Произошёл какой-то сбой в программе "товарища подполковника". Может он ассоциировал фразу ЗАДЕРЖАЛСЯ с начальством (начальство не опаздывает, оно задерживается) мы не узнам, но журнал забыл он посмотреть, и это опоздание осталось неучтённым.
(Шура если читашь напиши в коменты!)
Случилось это году так в 1992, в бытность мою студентом Бауманки.
Вела у нас термех Виляевская. Не знаю, сколько было ей тогда лет, но думаю за 70. Ходила она медленно, шаркающей походкой, говорила тихо. Предмет свой знала, от студентов требовала жёсткой дисциплины, не пускала опоздавших.
Занятия у нас по её предмету проходили поздно вечером, в дальнем крыле основного корпуса. Бауманка к вечеру пустела и во многих длинных коридорах в целях экономии выключали свет. Высокие потолки, мрачные стены - прямо "Хогвардс".
Однажды, заходя в алма матер, прочитали вывешенный некролог с фотографией Виляевской. Ну да, жалко "бабушку", но всё же возраст. А кто же теперь будет у нас термех преподавать?
Вечером того же дня вся группа ожидала в дальней аудитории нового преподавателя.
Света в примыкающем коридоре не было, а за окном ветер качал огромные деревья, которые отбрасывали корявые тени. Дверь в аудиторию была открыта. Вдруг в коридоре послышались шаркающие старческие шаги. Студенты оживились, побежали шутки о среднем возрасте предподавательского состава кафедры термеха, сравнения с генсеками и даже шутки о привидении Виляевской. Шаги неумолимо приближались и всё более походили на те, что мы привыкли слышать. Воцарилась натянутая тишина.
... из тёмного проёма в открытую дверь аудитории, кутаясь в шаль, вошла ... Виляевская!
Некоторые в предобморочном - большинство в шоке. Ведь некролог с фотографией все читали. Виляевская обвела взглядом нащи растерянные лица:
- Моя сестра-близнец умерла, тоже у нас на кафедре работала.
Да, бывают преподы, любящие поболтать "за жизнь"...
Когда я поступал в университет, ЕГЭ еще даже не снился никаким чиновникам министерства образования даже в самых жутких кошмарах. Сдав документы в приемную комиссию, я получил от них среди прочего бумажку с расписанием экзаменов. Среди экзаменов значилось "тестирование по английскому языку", напротив которого стоял прочерк.
"А что это?" спрашиваю. "А это тестирование, чтобы сформировать потом языковые группы по уровням", ответили мне. "А почему прочерк?" "Так у Вас же школа такая, что никакого тестирования не требуется, Вы сразу к высшему уровню отнесены".
Школа моя и правда носила гордое название "с преподаванием ряда предметов на английском языке". Правда, ко времени моей там учебы, "ряд предметов" состоял из собственно английского, таковой же литературы и технического перевода. То есть никаких физики или, на крайний случай, музыки, на английском не наблюдалось. Но грузили нас языком изрядно, в старших классах суммарно выходило 11 уроков в неделю, и для вузовской комиссии этого было достаточно.
По идее я должен был испытать гордость в связи с отнесением меня к элите. Но моя интуиция, более известная как задница, почуяла неладное. И точно: на первом же занятии по иностранному языку несколько человек (естественно, включая меня), отнесенных к "высшему уровню", были изъяты из группы и отправлены изучать немецкий. Ибо английский мы уже якобы знали во вполне достаточном объеме.
Как мы, физики, занимались немецким, героически борясь с "грамматише уебунген" в учебнике немецкого для химиков, который почему-то нам вручили, как Михаил Васильевич Ломоносов "гинг нах Москау цу фус" - достойно отдельной истории. Здесь же важно, что я почуял той самой задницей/интуицией, что забивать на университетский курс английского мне не следует.
Но как это сделать? И в учебном плане у меня стоял только немецкий, и занятия проходили, естественно, в одно и то же время. Впрочем, к моменту принятия решения мы с моим другом Лешей уже достали учебную часть разными дурацкими на их взгляд идеями. И когда я пришел с вопросом: "А можно мне сдать и зачет по английскому тоже?", инспектор курса только тяжело вздохнула, но психиатрическую скорую вызывать не стала, а разрешила.
Ну, промежуточные зачеты я сдавал "экстерном" без проблем, всё-таки сказывалась школа, но дело шло к экзамену в конце второго курса. И я понял, что здесь нужно посетить хоть несколько последних занятий. Проявил на немецком рвение, что-то заранее сдал, и выторговал себе разрешение пропустить несколько пар (именно на занятиях немецким с вопросом посещаемости было довольно строго).
Итак, явился я на семинар по английскому, да еще из-за каких-то переносов там оказалось две пары подряд. И что же?
Две пары, четыре академических часа препод травил байки про то, как он был военным переводчиком - сначала про жизнь курсантов в училище, потом - про практику в Египте во время Шестидневной войны. И травил эти байки он НА РУССКОМ, даже не подумав попытаться рассказывать по-английски (многие просто не поняли бы).
Вот это была засада из засад!
"Зачем я тогда проливал свою кровь, зачем ел тот список на восемь листов?" (Высоцкий). Зачем я заучивал и досрочно сдавал какие-то темы по немецкому? Зачем уговаривал "немку", что ну очень мне надо отсутствовать?
Закончилось всё благополучно.
Я достал тетрадь по английскому у кого-то, заранее заработавшего "автомат", перед экзаменом быстро просмотрел там "топики" и темы по грамматике (понятное дело мне в тот же день надо было и немецкий сдавать), и свой "отл" по английскому получил.
На третьем курсе нас раскидали по кафедрам, пересортировав группы. И поскольку теперь в нашей немецкой группе у каждого было свое расписание, эти занятия перенесли на вечернее время, с английским они уже не конфликтовали. "Англичанка" в моей новой группе была куда более адекватная и многому научила даже меня после "спецшколы". И финальный экзамен я также сдал на пять.
А потом выяснилось, зачем мне это было нужно. Нам предложили получить совершенно бесплатно дополнительное образование переводчиков. Тогда это называлось скромно "реферативная группа", это сейчас за такое выдают дипломы, снаружи неотличимые от основных. Но брали туда только тех, кто сдал на "отлично" оба экзамена по английскому!
То есть без всех моих ухищрений со сдачей английского я бы в эту группу не попал.
Но аллергию на "лекции" в форме баек о жизни я с тех пор сохранил. И сам никогда этим не страдал. Конечно, люблю ввернуть поучительную историю в качестве иллюстрации по теме лекции, но болтовни о посторонних вещах от меня студенты никогда не слышали. Они туда приходили не байки слушать.
ЛУЧШИЕ СПИЧКИ В МИРЕ
Прочитал здесь на днях историю про Сталина и бильярдную партию.
И по
этому поводу вспомнился рассказ дедушки, который я услышал ещё будучи
октябрёнком. В достоверности уверен на все 100, так как во-первых мой
дедушка работал (хоть и простым слесарем) на одной из нижеупомянутах
фабрик, а во-вторых, в те времена выдумывать из головы такие истории
было не принято, а иногда просто черевато.
Как известно, Сталин курил трубку. И разжигал табак он простыми
спичками, одна советская копейка за коробок, такими же, которыми
заключённый на лесоповале прикуривал свою "беломорину". Ну не было тогда
в СССР этих супер-мега-турбо зажигалок, которые сейчас продаются в
каждом табачном ларьке. Собирает как-то вождь советского народа у себя в
кабинете директоров всех спичечных фабрик, было их на весь союз не
много, с полдюжины. Некоторым пришлось ради этого короткого разогвора
ехать из-за Урала и с Кавказа. Иосиф Виссарионович молча достает из
ящика трубку, коробок спичек, пытается прикурить, чиркает, спичка
тухнет. Другой коробок, чиркает - спичка тухнет. Третий - спичка
ломается. Раза с шестого-седьмого Сталину прикурить все-таки удалось.
Выдохнув табачный дым и глядя на директоров, начавших понимать, к чему
клонит вождь и чем это может закончиться, Сталин произнес: "Так,
товарищи руководители, вопросы есть?" Вопросов не оказалось, посетители
молча отрицательно покачали головой. "раз нет - свободны."
Были "подпряжены" химики, технологи и прочии научные работники. Через
достаточно небольшое время была разработана какая-то пропитка для
древесины и советские спички стали самыми надежными спичками в мире.
Баба Галя.
Живет баба Галя в городе Сасово на улице Советской, 156. Ей 61 год, какое–то время она подрабатывала гардеробщицей в местном бассейне, куда устроилась после выхода на пенсию. На первый взгляд ничем не примечательная пенсионерка. Да и на второй тоже, если не считать, что она чем–то похожа на самую влиятельную женщину планеты — Ангелу Меркель. Похожа не только внешне. Еще и тем, что видимо, как и она, нашла свое призвание.
Призвание — такая штука, которую все без исключения хотели бы найти. Найти дело, занятие, которое станет по–настоящему любимым, в котором ты будешь лучше остальных, может быть даже самым лучшим, и потомки будут говорить про тебя "Он достиг в этом совершенства!". Многие ищут его всю жизнь и так и не находят. Не всем же быть юристами и программистами...
Однажды баба Галя, проживая свой очередной день в качестве гардеробщицы в сасовском бассейне и выдавая очередное пальто, услышала, что в родном городе открывается клуб метателей ножей. Что–то заставило ее сначала переспросить, а потом и пойти, попробовать. На тот момент ей было 57 лет.
Через полтора месяца она победила на местном турнире, обойдя 50 участников. И закрутилось...
Пенсионерка из Сасова Галина Чувина в составе сборной России участвовала в 13-м Европейском чемпионате по метанию спортивных ножей и топоров, который прошел в Чехии в середине сентября. Команду России представляли в основном спортсмены клубов метателей из Москвы и Санкт-Петербурга, однако представительница сасовского клуба «Метатель» Галина Чувина метала столовые приборы кучнее, быстрее и сильнее всех.
Две золотых медали она получила за метание ножей и топоров с расстояния семи метров. А с девяти метров она отметала ножи на «бронзу». Еще одну бронзовую медаль Галина получила за общую сумму очков.
Кроме того, она стала чемпионкой России, а позже заняла второе место среди женщин на чемпионате мира в Италии.
Вот так, неожиданно, ваше призвание может найти вас само. Не переставайте искать, друзья! Даже в 57 лет. Даже в гардеробе бассейна города Сасово.
ПРИКЛАДНОЙ ВИД СПОРТА
Одноклассник Валера позвал меня в гости, чтобы обмыть свой свежеекупленный телевизор.
Телевизор и вправду был хорош.
Черный, огромный, как классная доска и наверное такой же тяжелый, во всяком случае крепился он на болтах предназначенных для железнодорожных мостов.
Телевизионного кабеля пока не было и Валера наугад поставил какой-то старый пыльный диск, чтобы телик не простаивал, а уже прямо сию секунду начинал «отбивать» потраченный на него миллион.
Фильм оказался какой-то документалкой о спорте, хоть без перевода, зато изображение гораздо лучше, чем в жизни. А, хотя нет, в жизни тоже ничего.
Вскоре прибыл Валерин товарищ с большой бутылкой чего-то дорогого.
Звали товарища Жора, на вид ему под пятьдесят, седой, лысоватый, плотненький, небольшого росточка.
Мы пожали друг другу руки, познакомились, разговорились. Да вот только моя дурная способность помнить лица всех людей, которых я встречал на своем веку, опять не давала спокойно жить. Ну, где я видел этого Жору? И ведь видел же. Знать бы, хоть - когда? Тогда бы догадался – где?
Может по работе? Хотя вряд ли, Жора мелкий типографский магнат, печатает разные рекламные газеты, живет в загородном доме, в Останкино не бывает.
Но, где? Где я его мог видеть? Может нигде? Может, просто похож? Но тогда на кого похож?
Жора все время рассказывал какие-то очень смешные истории, я охотно смеялся в нужных местах, но совсем не слышал его, все мучился своим вопросом.
Но вдруг Жора смолк на полуслове и приклеился к действию на экране.
Там показывали фрагменты из американского футбола, как игрок носился через все поле, прижав к груди овальный мячик, ловко уворачиваясь от захватов и прыжков многочисленных врагов.
Валера махнул рукой и сказал:
- Тупой спорт, ни хpeнa же не понятно: Кто бежит? Куда бежит? И к чему стремится? Ну, давай, рассказывай дальше.
Я полностью разделил мнение Валеры:
- Американский футбол очень далек от нашего народа. Где вратари? Где ворота? Где бейсбольные биты? А хотя, биты в бейсболе. Ну, тем более.
Но Жора не отрываясь следил за происходящим и даже начал комментировать:
- Смотри, смотри – этот ему в ноги кинулся, а он сделал паузу, тормознул, перепрыгнул и дальше побежал. А вот, вот, видели? Как он крутанулся и эти двое натолкнулись друг на друга, а он - хоп и погнал, погнал. Молодец.
Я с вами в корне не согласен, спорт, конечно мутный, но вполне прикладной, вот эти моменты мне в нем очень нравятся. Кстати, я лет тридцать назад был чемпионом Львова и области по этому делу.
Валера сделал удивленное лицо:
- Жора, не гони, каким чемпионом? Я примерно столько тебя и знаю, твоим спортом всегда были девки и пьянки.
- Да меня хоть сейчас выпусти на поле, и я всех этих негров за пояс заткну, от любого убегу.
Ты помнишь, Валерчик, как я фарцевал на Краковском базаре?
- Ну?
- Так вот там через день были ментовские облавы. Бывало, бежишь как сайгак, только и уворачивайся в толпе от ментов, замешкался - пропал. Этого негра хоть свои прикрывают, а попробовал бы он с джинсами так по базару побегать, когда ты один и все против тебя…
И тут у меня от сердца отлегло, я все вспомнил и сказал:
- Жора, а ведь летом 85-го я у вас кроссовки «Ромика» покупал. Кстати, - это были мои первые в жизни «серьезные» кроссовки.
Почему-то мы с Жорой даже обнялись.
Не знаю, плохо это, или не очень, но хорошая память делает мир еще теснее, чем он есть на самом деле…
В годы «самого-самого» расцвета футбольного «Днепра» (с 1983 по 1989-й) и раньше в Днепропетровск с удовольствием наезжали дорогие гости.
А мне, как пресс-атташе команды приходилось их сопровождать – от известных журналистов из Чехословакии, президента великого «Реала» Рамона Мендосы – до целых команд. К примеру, ветеранов московского «Спартака», приехавших сыграть у нас пару коммерческих (межсезонных) встреч на Днепропетровщине.
Первый матч «Спартаку» предполагалось сыграть в Павлограде с командой знаменитого Ивана Обдулы – председателя богатого тогда колхоза имени XXII партсъезда КПСС. Базой «Колоса» было село Межирич, но матчи украинской второй лиги он играл в Павлограде, и даже занял в 1983 г. в ней второе место!
Ехал я со спартаковцами в Павлоград клубным автобусом «Днепра», и за полтора часа успел подружиться с главным человеком – капитаном команды красно-белых Евгением Ловчевым. Подкупали его простота и открытость.
Куй железо, пока горячо – железное правило журналиста. И, приехав на стадион, я предложил Ловчеву присесть на трибуне для короткой беседы.
Зрители собирались вяловато (был рабочий день), и затяжка со временем начала товарищеской встречи была мне только на пользу. Женя (он моложе меня на 10 лет) рассказал не просто много интересно, но как бы запретного – о своей команде, взаимоотношениях отдельных игроков и т.п. Но больше всего меня поразило его категорическое неприятие алкоголя. В любом виде – водка, вино, даже пиво. «Неужели ты не выпил, скажем, бокал шампанского на своей свадьбе?» — усомнился я.
- Клянусь, что – нет! — с жаром сказал Ловчев.
После этого визита в Днепропетровск мы довольно часто перезванивались. Сейчас Евгений Ловчев – один из самых авторитетных и непримиримых даже по отношению к родному «Спартаку» футбольных экспертов.
Но мне больше запомнился курьезнейший случай, который произошел перед началом встречи ветеранов «Спартака» и «Колоса».
Представьте себе картину: обе команды выстроились перед центральной трибуной в одну длинную шеренгу. Диктор с пафосом начинает объявлять составы. Начал он естественно, с гостей:
- Олимпийский чемпион и чемпион Европы, заслуженный мастер спорта Игорь Нетто!
Шаг вперед, шквал аплодисментов. И так до конца списка спартаковцев (с запасными).
Представление «Колоса» началось не с самого именитого (как в «Спартаке»), а по порядку – с вратаря:
- Вратарь – Лев Яшин!
Спартаковская шеренга тут же сломалась – ошалевшие москвичи уставились на молодого высокого парня в черном свитере, шагнувшего вперед. Да и нашему удивлению не было предела. Бывают, конечно, звучные однофамильцы (в украинском чемпионате играл второй Олег Блохин). Но Лев Яшин, да еще и вратарь – случай уникальный!
После матча поинтересовался: кто и откуда? Оказывается, местный, учится в Днепропетровском сельхозинституте.
ВЕЛОСИПЕДИСТ
«Коня!
Коня! Полцарства за коня!»
(У.Шекспир)
Рядовой Гусев пошел в самоволку, наступила его очередь.
Погода была отличная, настроение тоже ничего, почти гражданское, в кармане длинный список заказов и куча денег без сдачи, а за плечами пустой вещмешок.
Гарнизон маленький совсем: десяток пятиэтажек, два магазина и три воинские части.
На новеньком велике мимо проехал Витя - знакомый пацан лет тринадцати, когда-то на Новый Год, Гусев помог ему купить большие взрослые петарды.
Велосипед у Вити противно щелкал и хрустел, а поскольку рядовой Гусев в прошлой жизни был заядлым велосипедистом-перфекционистом, то эти звуки его просто убивали.
Пришлось Гусеву тормознуть пацана и послать домой за инструментами, а потом, сидя на асфальте, минут сорок регулировать переключение передач.
После полной победы над противными щелчками, довольный Витя сгонял за мылом, полотенцем и бутылкой с водой, чтобы мастер хорошенько отмыл руки от мазута.
Короче, рядовой Гусев совсем выбился из графика и в магазин он попал только перед самым закрытием.
Накупил полный мешок: лимонада, сгущенки, сигарет, лезвий, батареек и прочих солдатских драгоценностей из списка, даже бутылку пива прикупил, и тяжело нагруженный, быстрым шагом направился обратно на "базу", чтобы успеть к построению на ужин.
И тут, откуда ни возьмись, за спиной прозвенел противный голос:
- Товарищ солдат! Подойдите ко мне!
Кто бы мог подумать, что в этом Богом забытом городишке случается самый настоящий патруль?
Капитан и два солдата по бокам, все как положено. Были бы хоть свои, а то какие-то танкисты.
В переговоры Гусев решил не вступать, а использовать расстояние до патруля, как фору в беге.
Капитан за спиной дико кричал, обещая затеять беспорядочную стрельбу, но Гусев даже не оборачивался, старался не сбить дыхание.
Проклятый мешок тянул беглеца к земле и солидные пятнадцать метров форы постепенно превратились в жалкие десять. Если сбросить груз, то убежать, конечно, можно, но как потом рассчитываться со всей казармой?
Гусев резко свернул во двор, охотники заметили маневр и не отставали.
На лавочке сидел мальчик Витя и ел мороженое, велик лежал рядом.
Задыхаясь, Гусев прохрипел пару слов, типа: «Выручай брат, потом верну», схватил идеально-отрегулированный велосипед, оседлал его и растворился в вечерних сумерках. Даже нечеловеческий мат капитана быстро угас где-то далеко позади, смешавшись с лаем дворовых собак.
Мокрый от пота вещмешок был успешно доставлен в казарму, а спасительный велик надежно припрятан в каптерке.
На следующий же день, Гусев через товарища, который шел в увольнение, передал Вите – куда и когда подойти за своим великом.
Вечерком, после ужина, рядовой Гусев вместе с велосипедом перелез через забор части, закурил и стал ждать мальчика Витю в заданном месте. Даже подарок ему приготовил - почти новый кожаный ремень, чтобы без обид обошлось.
Вдруг, совсем рядом, за спиной, раздался до боли знакомый противный голос:
- О, кого я вижу?! На ловца и зверь! Что, бегунок, далеко ты от меня убежал?
Это был вчерашний капитан, начальник патруля, собственной персоной, но уже без солдат:
- Я смотрю, ты опять в самоволке.
- Никак нет, товарищ капитан.
- Что, «никак нет»? Ты за территорией своей части, а значит в самоволке - это губа, боец! Еще и с краденным велосипедом, а это уже на дисбат тянет!
- Я не украл, я…
- Молчать! Смирно! Короче так, велосипед я конфисковываю и можешь быть свободен, я сегодня добрый. Только больше мне на глаза не попадайся, в следующий раз точно пристрелю.
- Но, товарищ ка…
- Руки от руля убрал! Вот так. Кру-гом! Через забор, шагом - арш!
Рядовой Гусев сидел верхом на заборе родной части и тосковал. Уж лучше бы он вчера выбросил мешок и убежал. Велик гораздо дороже, придется теперь писать родителям, чтобы деньги выслали. Но, кто же мог знать?
Внизу "дзенькнул" велосипедный звоночек и раздался все тот же противный голос капитана:
- Да, кстати, боец, совсем забыл, тебе Витя привет передавал. Я его отец. Все, свободен…
В местности, где я родился и произрастал до отрочества, основным видом водоемов были огромные железные бочки, в которых под горячим солнцем согревалась вода для вечернего полива огородов, так что я научился плавать только в 9-ом классе, когда уже учился в физматшколе.
В начале второго курса университета мои друзья-однокурсники обнаружили в Академгородке клуб подводников «Нептун», члены которого, среди прочего, тренировались в скоростном плавании в ластах. Это был сравнительно молодой, но уже международно признанный вид спорта. Мы начали тренировки в сентябре, а в конце октября в клубе были устроены соревнования на дистанции 800 метров. Поскольку у меня, в отличие от моих приятелей, были какие-то предварительные навыки спортивного плавания, мне удалось пройти дистанцию за 11 минут, что соответствовало в то время третьему разряду. На самом деле, мне всегда казалось, что нормативы были занижены, т.к. вид спорта был слишком молод и эти нормативы еще толком не устоялись.
Через две недели состоялись городские соревнования и я был послан «защищать честь Академгородка». В клубе в то время было несколько второразрядников, но «старикам» было лень мотаться в город и напрягаться на дистанции, а выставление команды на соревнования было обязательным требованием «инстанций», дающих разрешение на клубное пользование бассейном. В первый день соревнований были заплывы на 100 и 800 метров. Старшие товарищи по клубу предложили мне выбирать. Я не был уверен, что смогу выполнить хоть какой-то норматив на стометровке, поэтому выбрал длинную дистанцию. Там я был уверен, что смогу пройти хотя бы по третьему разряду.
Наверно, нужно объяснить одну существенную техническую деталь скоростного плавания в ластах. Не знаю, как сейчас, а в то время пловцы, имевшие хотя бы второй разряд, обзаводились самодельными ластами. Первой ступенью мастерства было овладение раздельными ластами. Из стеклотекстолита изготавливались две пластины длиной около метра, к которым крепились «калоши» от обычных ласт. Следующим этапом была моноласта, т.е. одна пластина из того же текстолита размером примерно метр на метр. Чтобы плавать в такой ласте, нужна очень солидная подготовка. Скажу сразу, я до плавания в такой ласте никогда не дорос.
Итак, нас вызвали на предстартовую скамейку, а потом на старт. Смотрю, как-то очень настораживающе все выглядит. Мои соперники все без исключения в моноластах, а я один в коротеньких «резинках». Началось представление участников. Диктор бодрым голосом произнес:
– На первой дорожке старт принимает заслуженный мастер спорта, чемпион мира и Европы, рекордсмен мира и Европы, Салмин.
Смотрю влево. У-у-у, какая честь!
– На второй дорожке старт принимает мастер спорта международного класса, чемпион мира и Европы, рекордсмен мира и Европы, Загозин.
Продолжаю смотреть влево. Чести все больше. Скоро ее стало, ну, слишком много: со мной стартовали еще три «простых» мастера спорта (всего в заплыве было шесть человек). К Вашему сведению, в то время в Новосибирске была очень сильная школа подводного плавания и около половины всей команды Советского Союза жило именно у нас в городе. У меня начался мандраж: как мне плыть в такой звездной компании? Пытаться разложить силы на всей дистанции, чтобы хватило сил на финишный рывок, – значит после первой же стометровки отстать от моих именитых соперников на все двести. Влупить сразу во всю мочь, чтобы хотя бы какое-то время продержаться «на ласте» самого медленного из соперников, – могу сдохнуть и не закончить дистанции вообще. «Ладно, – думаю, – прыгнем в воду, а там как Бог даст».
Прыгнули. Бог дал мне влупить изо всех моих сил. Вода вокруг бурлит, ничего не видно, а я все высматриваю: где этот самый медленный из соперников? Прохожу триста метров. Смотрю, чья-то ласта передо мной на соседней дорожке. Смекаю. Объяснений может быть три. Первое, чисто гипотетическое: я влупил слишком резво и немного обогнал соседа, равномерно разложившего силы на дистанции. Он, конечно, меня обходит и я, судя по всему, должен вот-вот сдохнуть. Второе: мне удалось-таки продержаться на ласте соседа, я уже приустал, снизил темп мотания руками, вода бурлит меньше, следовательно, лучше видно. Третье: они уже прошли четыреста метров. «Ладно, – говорю себе, – Спиноза, размышлять, молоти ручками и ножками, будущее покажет». Это будущее не заставило себя долго ждать. Когда я, уже еле дыша, закончил 600 метров, краем глаза заметил, что кто-то из участников уже «висит» на тумбочке, отдышивается после дистанции. Соображаю: «Наверно, это Загозин или Салмин. С этими лосями поди потягайся! Но остальные-то еще со мной. Так мы еще посостязаемся!» Все мои честолюбивые мечты рухнули, когда я закончил 700 метров. Все остальные участники заплыва уже поснимали ласты и сидели на тумбочках. Кто-то направлялся в раздевалку.
Последние 100 метров я плыл в гордом одиночестве. В бассейне – тишина, и только мои редкие удары руками по воде: «Хлюп, хлюп»... А устал, ну не могу. Уже задыхаюсь... На вдохе поворачиваю голову из воды, смотрю – на трибунах всего человек 20-30 зрителей, и все так скучающе, я бы даже сказал, тоскливо на меня смотрят. Для меня до сих пор остается загадкой, как я не утонул на последних 50 метрах. Организаторы уже устали меня ждать. Обычно, к старту приглашают новых участников, когда прежние вылезут из воды. А тут уже их не только пригласили, но и представили, и даже дали команду: «На старт!» Я только коснулся рукой тумбочки, мне секундометрист орет в ухо: «Голову береги!». Я едва успел отпрянуть, слышу – выстрел, над головой жуткий хлопок – это следующий стартующий своей моноластой по тумбочке бац – пошел!
На следующий день были заплывы на 200 и 400 метров. Мне опять старшие товарищи предлагают выбирать.
– Нет уж, – говорю, – сегодня только короткую дистанцию. Так хоть свое одинокое «хлюп-хлюп» не очень долго придется слушать.
К моему беспредельному удивлению, через месяц в том же бассейне на областных соревнованиях я прошел 200 метров уже на второй разряд (я же говорил, нормативы были занижены!). Настала пора обзаводиться длинными ластами. Через полгода я получил первый разряд, все мечтал обзавестись моноластой и дойти до кандидата в мастера спорта. Жаль, не удалось...
А после того моего заплыва, кстати, организаторы соревнований стали мудрее, в заплыв начали набирать не по жребию, а примерно равных по силам: мастера – с мастерами, третьеразрядники – с третьеразрядниками, соответственно.
Как съездить на Олимпиаду бесплатно.
"Не победа, а участие"... Как-то начали забывать эти слова за всеми этими скандалами. Но одна спортсменка напомнила всему миру об олимпийском принципе весьма неожиданным образом...
На проходящей в Южной Корее Олимпиаде выступавшая за Венгрию американская фристайлистка Элизабет Суэйни просто проехала по "желобу". Как-то разукрасить свою программу - ни-ни! Выполнить хоть какой-нибудь трюк - боже упаси! Подозреваю, что и на дистанцию она вышла только для того, чтобы не пришлось возвращать родной федерации деньги. А сумма, с учетом билетов, гостиниц, командировочных, суточных и прочих подъемных участнику олимпийской сборной вышла бы не малая. Просто девчонке удалось провернуть лайф-хак под названием "как поиметь спортивных чиновников".
Как же так вышло, спросите вы? А легко! Оказалось достаточно уметь читать. Девушка просто внимательно прочитала регламент отбора в олимпийскую команду своей страны. А там было указано, что ввиду малой распространенности женского фристайла в Венгрии, в олимпийскую сборную будет принята та участница, которая на этапах Кубка Мира несколько раз попадет в тридцадку лучших. Девушка посмотрела таблицы результатов нескольких последних этапов и у нее родился гениальный план.
Как оказалось, в некоторых этапах Кубка Мира принимает участие менее тридцати спортсменок. Девушка, начавшая карьеру лыжницы только в 25 лет(!), заявилась на несколько таких этапов. Где заслуженно заняла последние места. Доподлинно неизвестно, заморачивалась ли она там съезжать вниз по желобу. И вообще - брала ли с собой амуницию. Не исключен вариант, что она сразу шла к организаторам за справкой о занятом месте... Известно только, что в какой-то момент она появилась в федерации фристайла Венгрии с официальными бумагами о занятых местах. Все они были не ниже тридцатого. На проходящей в Корее Олимпиаде ловкая девушка предсказуемо, с внушительным отрывом, заняла последнее место. Еще бы, с такой-то "фееричной программой"!
P.S. По результатам "эпопеи" венгерская федерация фристайла решила внести изменения в регламент отбора спортсменов...
Глава ГК «Автодор» Сергей Валентинович Кельбах объяснил почему в России нет хороших дорог.
В рамках конференции, посвященной олимпийскому дорожному строительству в Сочи, чиновник ответил на вопросы журналистов, касающиеся в том числе и общего состояния дел в отрасли. Вину за быстрое разрушение дорог Сергей Валентинович возложил на климат Матушки–России и ее фауну.
Прежде всего председатель правления госкомпании подверг сомнению способность иностранных компаний заменить российских дорожных строителей:
«Вот мне говорят, что иностранцы готовы придти и строить нам дороги. А они знают, что у нас за климат? Какие у нас условия эксплуатации дорожного покрытия? У нас зимой — холодно, летом — жарко, ночью — темно, а днем — светит солнце. Какие европейские страны обладают соответствующим опытом работы в таких условия? Никакие.
Были у меня в офисе импортные специалисты, приносили проекты, показывали чертежи. Рассказывали, как будет все хорошо, когда мы им заказ отдадим. Но все куда–то пропали, когда их на согласование в ГИБДД направили. Мне потом рассказывали, что они не могли выполнить элементарные требования МВД: сделать из пяти полос две на подъеме, в чистом поле поворот нарисовать, за которым можно машину патрульную незаметно поставить. У нас, говорят, все чертежи правильные, их институт целый разрабатывал, — почему мы должны слушаться какого–то майора, окончившего юридический колледж? Так что никто кроме нас, россиян, дорог в России не построит».
Дальше специалист рассказал, почему дороги в России так быстро разрушаются:
«Дороги у нас надежные и служат долго, гарантийный срок на них дается 25 лет, как в Европе, но там климат более мягкий, предназначенный для строительства дорог, если можно так сказать. У нас же условия более жесткие, поэтому дорожники вынуждены в асфальт добавлять специальный гудрон, который демпфирует суточные и годовые температурные колебания, не позволяя дороге ломаться. Да, дорожное полотно «ползет», но держится там, где его положили, достаточно точно. И все это благодаря особому веществу, которые не пять копеек стоит, между прочим.
Но есть серьезная проблема, которая портит радостную картину дорожного хозяйства. Супергудрон распадается под воздействием экскрементов животных, особенный вред наносят нашим дорогам перелетные птицы. Одна капля, оставленная пролетающей птичкой, разрушает гудрон на площади до 120 квадратных метров. Во время дождя область поражение увеличивается в 5–7 раз. Что происходит с дорогами в России во время осенней и весенней миграции даже страшно себе представить».
Психологическая стратегия.
С моим соседом, несмотря на довольно большую разницу в возрасте, мы дружили. Был он дядька мастеровитый, столярка своя, сделана его же руками. Так что если что-то подстругать, подпилить, то я к нему, а если по электрике - то он ко мне. Банька у него неплохая, каждую субботу вместе парились, да и после бани часто беседовали за рюмочкой. Ну, кроме меня, у него полдеревни паслось - то одному сделать что-то, другой инструмент просит одолжить.
Как-то зашел к нему домой, а он такой задумчивый ходит, всё лысину свою чешет.
- Знаешь,- говорит,- совсем стареть я начал. Склероз, будь он неладен, наступает. Неделю назад кто-то топор одолжил, обещал через день вернуть, а кто именно - не помню! Всё, пропал топор! Если до сих пор не вернули - капут!
- Да не расстраивайтесь вы, поспрашивайте, вернут ведь!
- Ты что,- замахал он на меня руками,- людей наших не знаешь?! Как прознают, что я забыл кому топор одалживал, тогда уж точно пиши пропало. Главное, если бы какой-то другой инструмент, то я бы вычислил, кто мог взять, а топор он всем в хозяйстве нужен. Я уже всех мужиков в уме перебрал, да видно точно склеротиком становлюсь, не помню, хоть убей! Нет, ходить и спрашивать - гиблое дело. Здесь другая стратегия нужна. Психологическая. Ты уж про топор никому ни слова, а я что-то к вечеру придумаю.
И вот наступил теплый, тихий летний вечер. Акустика такая, что слышно как на дальнем хуторе кошки мяукают да утки крякают. Вдруг эту тишину нарушает громкий крик соседа.
- Э-э-эй!!! Ты-ы-ы!!! Топор будешь отдавать или нет!!! Две недели прошло, а на день брал!!!
Думаешь, что я забыл??? А я всё помню!!! Завтра чтоб принес!!!
Утром, извиняясь, топор вернули. Вот такая психологическая стратегия!
Тут часто бывают шутки о проблемах с соседями.
Уже стали легендой соседи с перфоратором. У меня соседи не просто с перфоратором. Это большая турецкая семья, которая состоит из представителей аж 3 поколений, и все они живут в одном доме через стенку с нами, и у них не только перфоратор - но и паровой очиститель высокого давлениа, и электропила, и чего у них только нет. А самое главное - они орут. С раннего утра до позднего вечера. То есть, со своей, турецкой, точки зрения, они не орут, а просто разговаривают. Но когда требуется срочно сказать что-то с первого этажа на второй или из сада на 3-й этаж - получается сами понимаете что. Плюс взрывной темперамент и частые скандалы. Особенно замечательна в этом смысле матриарх семейства. На улице это тшедушное, сгорбленное, тихое, забитое создание 70 лет, закутанное до глаз в платок и говоряшее исключительно шепотом. Дома эта освобожденная женщина Востока - аки тигра лютая, пугающая своим ревом всех окрестных детей. Время от времени она устраивает дома Гранд-скандал (дикий визг на полчаса), после чего вся мужская часть семейства хмуро выползает во двор и начинает заниматься обшественно-полезным трудом - чистить ковры, убирать сад, чистить печку-гриль или плитки пола. Дам этого семейства в это время не видать. А вы говорите - шариат, притеснение женщин...
В какой-то момент меня этот бедлам здорово достал. Стала ставить им в ответ громкую музыку - не подействовало. Решила отыскать что-нибудь бронебойное, а самое бронебойное в моем представлении - это Раммштайн. Взяла в библиотеке все альбомы Раммштейна. Младший сын турецкого семейства стал поглядывать на меня с уважением и сам стал слушать Раммштайн у себя дома, а также его турецкие аналоги (вот это действительно ужас). Впав в депрессию, я стала слушать органные фуги Баха - и тут мне повезло. Соседи заметно притихли, пришибленные Бахом. А когда я принесла из библиотеки произведения Шнитке, Стокхаузена, Скрябина и Шостаковича - стали разговаривать шепотом и орать только час в день в строго определенное время. Перфоратор и другая техника тоже стали употребляться в приемлемые часы. Я не хочу думать, что нашла Атомную Бомбу против шумных соседей. Мне приятнее воображать, что их излечило Прекрасное.
Вчера ночью меня залили соседи.
Хорошо, не спал до трех часов, когда по стояку полилось. Потом полилось в коридоре. Но, в общем, обошелся малой кровью - даже может ремонт не буду делать, а полученные деньги пропью. Неважно.
Забавно другое. Надо мной залило три квартиры. В каждой - по мужику. В квартире, где сорвало трубу - тоже мужик. Так вот - лило минут 40 до того, как добралось до меня. Во всех квартирах сверху по 5 см воды во всей квартире. Все бегают, ищут телефоны аварийки, спасают вещи, мочат тряпки, черпают ведрами. Холодная вода хлещет вовсю.
И только я один, когда у меня потекло, поднялся наверх, нашел нужный кран и перекрыл воду. Напоминаю - по образованию я физик-теоретик, по работе - организатор-руководитель, по склонностям - менеджер-маркетолог, по хобби - программист-вебдизайнер. Ну то есть сферический пиZдобол в вакууме. Руками ничего делать не люблю, работаю головой и иногда - языком. Ну почему 4 взрослых упитанных мужика из квартир сверху, которых залило гораздо сильнее и раньше, чем меня, не додумались найти и закрыть кран????
Ну да, ремонт в той квартире делали буратинистые таджики. Основные краны там спрятаны за водогрейкой, так, что еле рука дотягивается, и их не видно снаружи в принципе. Но на выяснение и устранение ситуации у меня ушло примерно минут пять, из которых три минуты я боялся, что меня YOбнет током, т.к. по квартире уже плавало все, включая розетки.
Короче, почувствовал себя мачо. То ли правы злые тетки, которые стонут, что мужики совсем выродились.
Визир и макет АКМ:
Есть такие истории, которые имеют чисто тульский колорит, когда дедок из соседнего подъезда запросто может оказаться секретным конструктором знаменитых ракетных комплексов, а ребята из соседнего двора могут приехать на стареньком Запорожце с пулемётом на крыше (см. историю «Запорожец с пулемётом»).
Итак, всё те же — студенты МиСУ, если конкретно — дипломник Серёга и его дружки и всё то же время — бандитские девяностые. Жил Серёга в частном секторе и уже перед самой защитой притащил показать друганам свою разработку — визир к АКМ-74. Суть простая — на автомат крепится видиокамера, а перед глазом солдата видеоокуляр. Под любым огнём противника можно высунуть дуло автомата из-за укрытия и произвести прицельный выстрел, не рискуя получить пулю в лоб. Принёс он визир естественно с деревянным макетом АКМ — чёрным и очень натуральным.
Раз пригласил друзей — надо бежать в магазин для организации приёма гостей. А раз во дворе секретная военная разработка — надо закрыть калитку на ключ, благо забор глухой и что происходит во дворе с улицы не видно.
На его беду друзья включили колонки по полной, а сосед, и так уставший от Серёгиной громкой музыки, явился нецензурно качать права и очень громко постучал по калитке снаружи чем-то тяжёлым, потребовав открыть. Серёгины же друзья среагировали на мат с улицы мягко говоря неадекватно: не имея физической возможности (ключа) отпереть калитку они решили высунуть на улицу, сверху от калитки, визир, чтобы посмотреть, кто там мешает им культурно слушать музон. Макет АКМ они от визира, естественно, не открутили. Не успели наверное.
Вот вам смешно... А Серёга потом неделю чинил соседский забор, снесенный спасающимся от отстрела мамонтом!