if (!string.IsNullOrEmpty(Model.PrevPageFullUrl))
{
}
if (!string.IsNullOrEmpty(Model.NextPageFullUrl))
{
}
Новые анекдоты каждый день, Свежие анекдоты - Page 717
Skip to main content
Свежие анекдоты на каждый день
Навеяло рассказом о парашютистах.
Сам я тоже принадлежу к этой
ненормальной братии.
После очередных прыжков которые плавно перешли в очередное возлияние
(вполне умеренное - завтра опять прыжки), за очередным тостом встает,
назовем его Миша, и говорит: «я хочу выпить за наше парашютное братство.
Сам, как говориться, погибай, а товарища выручай». Все естественно
выпили за хороший тост.
Ну, сама история произошла через несколько дней. На показательных
прыжках досталось Мише делать «каплю». Делалось это просто – Мишу
пристегивал к себе другой парашютист, и они вдвоем выпрыгивали из
вертолета. «Пристежкой» было устройство, которое разъединялось, если
потянуть за фиксатор (особеность крепления в том, что Миша до него не
дотягиваеться и расцепить устройство может только напарник).
Дальше, по идее, немедленно открывается круглый купол, под которым они
висят секунд 20-30 вместе, а затем Мишу отцепляют – он падает метров 200
и открывает свой парашют. Так как у «напарника» Миши работа очень
простая – парашют раскрывается сам через секунду после отделения, то в
напарники ему определяют начинающего спортсмена.
И вот показуха, т.е. «показательные прыжки»
Я иду в следующей паре и вижу, как Миша с напарником отделяются и Миша,
почему-то начинает махать руками и ногами, что приводит к беспорядочному
падению. Делают два переворота, но раскрывающийся купол останавливает их
вращение. Как оказалось, при укладке забыли расчековать вытяжной парашют
- «шарик». Поэтому и открылся парашют на 4-5 сек. позже. Но за это время
Миша успел быстро посчитать, что у него все еще есть два своих парашюта,
а у напарника остался уже один. И начал кричать: «Отцепляй меня,
отцепляй» успевая добавлять (наверно для возрастания скорости реакции
партнера) удары по голове напарника. Напарника неоткрытие парашюта
привело в замешательство, поэтому он не реагировал на внешние
«стимуляторы». Пока Миша возрастающей частотой и силой стука по каске
убеждал напарника его отцепить, парашют наконец-то открылся. Дальше все
по заданию на нужной высоте Миша был отцеплен, раскрыл свой парашют и
приземлился без происшествий.
Мысль, о том чтобы, спасать товарища, у которого отказал парашют, не
приходила в светлую голову Миши.
Долго мы потом еще Мишу подкалывали, « сам погибай – товарища выручай»,
а сам на «первом скачке» товарища бросил.
Лет в 26 я, уже солидная состоявшаяся дама, решила прыгнуть с парашютом.
Не вышло – прямо на тренировке сломала себе левую ногу. Как водится –
гипс, костыли.
Передвигалась я при этом по Москве довольно резво – на восьмерке,
выжимая сцепление гипсом.
Ну, собственно.. Лето, жара под 30. Я поехала сдавать в МГУ экзамен и
надела самое изящное, что налезало на гипс – спортивные штаны. Поджидая
однокашников, села на что-то деревянное и порвала на попе штаны. Под
прикрытием доковыляла до машины ("не беда! Никто не видит, а я до дома
доеду и будет мне счастье! "). Только до дома не доехала – тосол выкипел
и заглохла я посреди Профсоюзной улицы (три ряда в каждую сторону). По
всем законам – сел мобильник.
Собственно, диспозиция – лето, жара, я в гипсе на костылях и с дырой на
попе, до телефона дойти не могу, машину к обочине дотолкать не могу, в
общем-то даже капот поднять не могу...
Стала голосовать (почти костылем %--)). Мужики проезжающие оглядывались
и, наконец, кто-то сердобольный за приемлемую сумму дотащил меня до
дома.
.........
Прошло три года. Как-то к слову рассказываю знакомому: "а вот было...". И
тут он начинает смеяться.. нет! РЖАТЬ! До слез, до колик, до икоты.. до
судорожных вдохов и разевания рта.. Нет, думаю, несмотря на всю
комичность ситуации это неадекватная реакция. А знакомый просмеялся и
рассказал: "как раз тем летом приезжает мой водитель и говорит: нет, ты
подумай, до чего бомжихи уже обнаглели!!! На собственных восьмерках
ездят и костылями голосуют!!! "
Историю рассказал знакомый тандем-инструктор по парашютному спорту во
время моего обучения фрифлаю.
Каждый студент-парашютист перед самостоятельными прыжками на спортивном
крыле по программе ускоренного обучения AFF обязательно совершает первый
прыжок в тандеме с инструктором, будучи прикреплденный к его парашютной
системе и, в принципе, представляющий собой простой живой балласт.
Приписали инструктору очередного студента для совершения такого прыжка.
Предварительной теорией уже загружен, пора осваивать практику. Пока
облачались в комбезы и надевали систему, молодой засыпал инструктора
вопросами, типа для чего то, зачем это? Дошел до некоего шнурка на груди
инструктора, с помощью которого можно одним движением основной парашют
отцепить на случай, если тот откажет и снова: "Зачем это?" Инструктор на
свою голову решил подшутить и ответил: "Это отцепка, чтобы можно было
пассажира сбросить". Ну пошутил и забыл. Пошли в самолет, взлетели,
набрали 4000 метров, выбросились, летят вниз в свободном падении, только
ветер свистит. Красота! На 1500 метрах инструктор выбросил вытяжной
парашют, и тот потащил за собой основной. Скорость замедлилась, студент
чувствует, как после тряски и свиста наступает тишина, и в душе его
счастье - ух, раскрылись, будем жить! Не тут то было. Парашют начинает
закручивать, перехлестывать стропы, и все попытки инструктора остановить
закрутку ни к чему не приводят. Выход в такой ситуации только один:
отцеплять основной купол и вводить запасной. Он кричит "отцепка!",
выдергивает шнурок, освобождается от основного парашюта и вновь
проваливается со студентом в свободное падение, пока не вводит в
действие запасной парашют. Дальше все штатно, купол наполнился, высоты
еще достаточно, можно покрутить виражей и дать порулить студенту, вот
только тот как-то подозрительно молчит. Покричав ему в ухо, постучав по
плечу, инструктор в конце концов оставил свои попытки добиться ответной
реакции, пару минут попланировал над аэродромом, мягко посадил тандем,
отстегнул студента и наконец смог посмотреть тому в лицо. Таких
расширенных от ужаса глаз ему еще видеть не приходилось! Несколько
секунд ушло, чтобы осмыслить происходящее и представить, как этот прыжок
выглядел со стороны студента. Тот вышел из самолета, отпадал свою минуту
в свободном падении, почувствовал, как раскрылся парашют, и только
блаженно расслабился, как вдруг услышал страшное слово "отцепка" и снова
провалился вниз. В течение нескольких секунд между отцепкой основного
парашюта и наполнением запасного он камнем несся к земле, будучи до
глубины души уверенный, что коварный инструктор просто скинул его как
балласт. Этих секунд ему хватило, чтобы мысленно попрощаться с жизнью и
впасть в ступор. На земле перворазника долго отпаивали шампанским и
приводили в чувство, однако обучаться дальше он не стал. Один прыжок и
неудачная шутка тандем-инструктора поставили крест на его возможной
парашютной карьере.
P.S. От себя добавлю, что сам, обучаясь на той же дропзоне, не раз
убеждался в высочайшем профессионализме инструкторов и почти
100-процентной безопасности прыжков. Привет всем влюбленным в небо!
Я считаю что мне в жизни повезло.
Мне удалось сделать несколько десятков
прыжков с парашютом, полетать на дельтаплане, управлять самолетом.Ho
пepвый прыжок, как и первыи вылет запомнится на всю жизнь.
Снaчaлa былa подготовka, но этo не так интеpecно... Но вот сами
прыжки...
Это надо видеть как здесь шутят над новичками, ("шутят"-это еще мягко
сказано!) Привезли нас на аэpoдpoм c paccветoм. Дaлee cледуют
инструкции, причем инструктора cмотрят на на нас со слезою на глазах. В
их взглядах явно читается мысль-"Жалко... совсем ведь молодые..." Но мы
ощущаем себя орлами, что нам какой то-там прыжок, да для наc это как
два... сниkеpca cъесть. У каждого на лице пренебрежительная улыбка, но
уши как локаторы направленны в сторону инструкторов. -"O чем они там
говорят?" A инструкора обсуждают что почему-то именно на этом аэродроме
самый большой пpоцент неpасkpываемости парашютов. Ухo улaвливает фразы
-"а помнишь вчера того пацана, вот его мать расстроится..."" -"Да помню,
и на той неделе eщe двoe..."
Чувcтвуeтся как по спине начинают бегать мурашки.
Наkoнец то начинаем одевать и подгонять парашюты.
И когда мы это все закончили вдруг инструктора начинают метаться и
пoглядывая в нашу cторону о чем то спорить.
Потом спрашивают нас-"Вот тут (в общеи куче) лежал бракованныи парашют,
kто его взял?!!" НУ НИЧЕГО СЕБЕ!!!
- "Кak же так? A чем он от других oтличается?"
- "Да почти ничем, разве что oт kpoви не совсем отстирался".
Где то в глубине души понимаеш что это должно быть шутkои... навеpноe..
И искренне надеешься что этого инструктора мама в детстве головои вниз
не роняла и c чувством юмора у него все в порядке?
А если все-таки роняла?...
Стараюсь незаметнo оглядеть свои парашют,.. не очень получается, жаль на
затылке глаз нет...
Подходит комэск. Все взгляды дружно на него. Описывают ситуацию, мол таk
и таk, a этот парашют наити не можем...
Нa что он, зевая, отвечает:-"А что вы беспокоитесь? Пуckaи прыгают, тaм
и увидим кто его взял..."
Но вот наконец нас повели к самолету....
Посадили нас вдоль борта, двери закрылись... взлетаем.
И поверите-ли: только сеичас понимаешь что прыгать на самом деле
придется. Пытаемся выдавить из себя улыбки, хотим показать что нам море
по колено. Но чем больше высота тем больше улыбка превращaется в дикий
оскал.
Теперь немного о том как проходят сами прыжки.
Так как при первых прыжках ты находишься... как бы это сказать...
в состоянии шока что-ли. И здесь очень большая вероятность что кольцо ты
так и не выдернеш. Именно поэтому первые прыжки выполняются с
принудительным раскрытием. Или другими словами: К твоему кольцу крепится
фал (веревочка такая), а другои конец закрепляется в самолете.
Остается только прыгнуть, сгруппироваться и досчитать до трех.
Через 3 секунды парашют открывается.
Да, еше чуть не забыл. На выходе стоит инструктор и помогает
выпрыгивать. Его помощь заключается в том что он с разбегу "угощает"
тебя таким пинком что ты пулеи вылетаеш на нужное расстояние.
Впрочем тот кто может прыгает сам.
А вот и моя очередь... Знаками показываю что помогать мне не надо, сам
справлюсь.
Подхожу к двери, берусь руками за борт и выглядываю..... Я до сих пор
помню свои ощушения. Во мне сразу заговорили все инстинкты
самосохранения. Я бы и рад прыгнуть, да вот мои руkи мертвои хваткои
вцепились в борта и я не могу себя заставить разжать пальцы.
Делать нечего, оглядываюсь на инструктора, он понимающе кивает и
"помогает" мне выпрыгнуть. Чувствуется что за годы работы рука нога у
него достаточно набитая.
Я раньше читал что в некоторые моменты сознание может невероятно
ускоряться. Поверьте-это так. И вот дальнеишее происходит в течении
3-х(!!!) секунд.
Воздушный поток подхватывает и с бешеннои силои закручивает. В
голове только одно-"досчитаю до трех-и это все закончится. Начинаю
считать...
1...2...3...4...5..6..7.8.....100!!! Внутри все заледеневает, все не
открылся!!! И зачем мне это надо было... А ведь мог бы жить и жить.
Ведь говорила же мне мать, ну почему я ее не послушал...
Жалко себя до слез... А этот тип которому я червонец занял наверно
только рад будет. Мысль о том что есть еше и запаснои парашют вообще в
голову не приходит.
И ВДРУГ.... Такое ошушение что кто-то берет тебя за шиворот и сильно
встряхивает. С недоверием поднимаю глаза....
ОН РАСКРЫЛСЯ, ОН ДЕИСТВИТЕЛьНО РАСКРЫЛСЯ....
Оглядываешся вокруг... И от увиденного дух захватывает.
Начинаешь понимать что все твои страхи и переживания абсолютно ничто по
сравнению с этим чувством, с чувством полета.
На земле наверное нет ни одного человека которыи когда либо не мечтал
парить в небе. При всем желании я не смогу описать тот восторг которыи
охватывает тебя. Адреналина в крови столько что из ушеи капает. И почти
каждыи начинает кричать, петь, свистеть.
Неповторимое ошушение...
Через некоторое время нам выдали значки парашютиста. Мы тут-же выпилили
из 5-копеечных монет цифру 10 и приклеили на значок.(как буд-то у нас
уже по десять прыжков). И при каждом удобном случае выпячиваеш грудь
дугои что-бы все видели.
Вчерашняя история про падающий самолет полный парашютистов напомнила мне
о том, как я с друзьями совершили свой первый прыжок.
Дело было в Киеве, в 2000 году. Знакомый моего друга, широко известный в
узких кругах полиграфист-печатник и просто хороший добрый человек
уговорил нас прыгнуть с парашюта... А что, все удовольствие 20 долларов,
занимает 2 дня: в субботу двухчасовой курс по технике безопасности и
инструктаж, и в воскресенье - прыжок с высоты 1000 метров.
В субботу утром приехали на аэродром "Чайка". Изучили матчасть,
поглазели на кубки, грамоты и другие примечательности местного клуба
парашютистов и уехали домой.
Ночь прошла в тревожных ожиданиях. Ощущения были такие, как будто завтра
предстоит первый раз заняться сексом. На утро, мой друг подобрал всех на
своей машине и мы двинули на аэродром.
Приехали. Оказалось что впереди большая очередь. Самолет поднимает по 8
человек. Цикл занимает минут 30: взлетели, спрыгнули, ГАЗ 66 проехал -
подобрал разбросанных по полю счастливых "десантников" - и дальше
взлетает следующая группа. И так несколько часов подряд.
За одну группу до нас, нам раздали каски, основной и запасной парашюты и
специальные ботинки с высокими голенищами, чтобы ноги не подвернуть.
А возле взлетной полосы стоит стол, а возле стола средних размеров
подзорная труба на треноге, в которую инструкторы наблюдают за прыжками.
И вдруг все замерли - у нашего кукурузника при наборе высоты загорелся
мотор, полное небо дыма. Пилот довольно быстро посадил самолет, а нам
объявили, чтобы мы приезжали в следующее воскресенье.
Несолонно хлебавши мы отправились домой. И крепко задумались, а стоит ли
возвращаться.
Неделя прошла в ощущении того, что в следующее воскресенье предстоит
вперые в жизни заняться сексом, и скорее всего сразу каким-то
извращенным способом. То есть и страшно и "цикаво" одновременно. Но
решили не соскакивать, как говорится, пока стоит на это дело.
Итак наступило воскресенье... Погода была прекрасная... На небе ни
облачка... Сели в машину - поехали навстречу судьбе.
Приезжаем... Впереди нас только одна группа (а как же, не все были
готовы вернуться на щите). Порядок мы знаем - получили каски, надели
ботинки, основной за спину, запасной на живот. Вроде все. Перекур
напоследок и вперед.
Но мой друг не курил. Одев зеленую каску на свою рыжую голову он
медленно прохаживался между инструкторами, подзорной трубой и
"десантниками" доводя себя до "кондиции".
- Скажи, брат, - обратился он к одному из инструкторов, - а сегодня
самолет не загорится?
- Да вроде не должен, - отвечает инструктор.
- Слушай, а если основной парашют заклинит, то что? - спросил мой друг.
- Дык, это, запасной же есть, - показал пальцем на живот другу
инструктор.
- А если и запасной заклинит? - нервно улыбаясь спросил мой друг.
- А-а-а... ну тогда, потом на земле, мы посмотрим что с ним было, -
спокойно ответил инструктор.
Тут поплохело мне... Но ничего. Сели в самолет. Взлетели. Прыгнули.
Приземлились. И тут же пошли в местное кафе, выпить за смелых пацанов.
Вот вчерашняя история про парашютистку и её "промежность" мне напомнила
рассказ одного знакомого, в молодости записавшегося на парашютный спорт.
Был он пацаном маленького роста, щупленьким таким заморышем. Но, как
показали дальнейшие события, с характером.
Когда он пришёл в секцию записываться, там ржали все: у парашютистов,
оказывается, есть нормы минимального веса тела, подвешиваемого к
парашюту. Пятьдесят, что ли, килограммм. А у него - сорок восемь с
половиной. Ему так и сказали: твоей, мол, бараньей массы не хватит для
раскрытия парашюта никак. Не говоря уже о наполнении купола. Но он
все же как-то уговорил тренеров-инструкторов, чтобы взяли его. Пока,
мол, теория, да прыжки с вышки, да прочие тренировки - время пройдёт; а
там я сала наем, я ж молодой, я ж расту ещё... Очень уж он хотел быть в
армии десантником - насмотрелся тогдашних фильмов про ВДВ.
В общем, пошли ему навстречу - приняли в секцию.
По его словам, был он на всех тренировках не в числе последних;
инструктора иногда даже ставили его всем остальным в пример.
Питался усиленно, действительно "наел" с полкило мускулов - а всё ж до
нормы не дотягивал немного.
Как бы то ни было, а подошло время первого настоящего прыжка. Инструктор
так и сказал ему: "Ты, друг, без взвешивания даже и не мечтай ни о чём.
Есть правила; первый прыжок - не шутка, и я ещё на свободе пожить хочу".
Ну, что было парню делать?
Перед взвешиванием выдул он, одну за другой, шесть бутылок лимонада
"Дюшес". Еле-еле - так он рассказывал - влезло.
Прошёл взвешивание - норму даже превысил чуть-чуть.
А дальше начался сущий кошмар: пока - парашюты; пока - самолёт; пока
взлетели, пока высоту набрали...
Инструктор, говорит, мне что-то перед прыжком толкует, а у меня так на
пузырь давит, что аж в глазах булькает. Не помню, говорит, как из
самолёта сиганул.
Первый раз обоссался ещё в воздухе.
Второй раз - уже на земле, пока парашют усмирял...
А в остальном, говорит, в общем, всё было, как и ожидал от первого
прыжка: состояние - эйфория напополам с облегчением.
Выстроли, мол, нас после, когда все отпрыгались - а у меня "промежность"
до самых ботинок мокрая. Ну, ржали, конечно...
Я - рассказывает - и не пытался даже обьяснить, что к чему. Боялся, что
из секции за обман выгонят...
Да ещё и то меня немного успокоило, что ржали не над одним мной: в строю
оказался ещё один с мокрой "промежностью" - здоровый
восьмидесятикилограммовый бугай...
Первый прыжок с парашютом - кто знает, что это такое, можно дальше не
читать )
Куркачи, дропзона под Казанью, много лет назад, непременный Сан Саныч.
Инструктаж, вешалка под Д5, роспись в журнале:
"ежели что не так, то
сами виноваты" -) Кстати, паспорт не спрашивали, мне было 17 тогда.
В тот день был ветер около 10 м/сек, поэтому нас с другом (Женя,
привет!) никак не пускали в самолет, но мы не уставали канючить, и уже
после обеда Сансаныч таки приказал "выкинуть этих перворазников на
"ветер" ))
Ощущение, когда подходишь к открытой двери кукурузера на высоте 800 м,
ничем не передать, к тому же длится оно ровно секунду, потом получаешь
мощный поджопник и 3 секунды до раскрытия купола, чтобы подумать, что же
все-таки такое жизнь. А потом уже прыгаешь сам, но только не в первый
раз, если честно )) Мне сказочно повезло в первый прыжок - перехлест
строп (слава Бг, не купола) и карусель с радиусом метров в 80 ) Я еще
подумал - а чего они все так забегали внизу, и почему все другие
параSHUTеры так резко выше меня? )) Болтанка кончилась метров за 400 до
земли, плюнул как учили - слюна ушла вниз, значит все хорошо, вытянул
тросик запаски - он альтметром срабатывает на 300 вроде метрах
(приземляться на двух куполах - слабое удовольстквие ))
Приземлился в какой-то свекольной ботве, улыбка как у чеширского кота, и
тут же рывок непогашенного купола - метров 20 мордой в свеклу эту, и
любимые голубые левайс 501 становятся маскировочного зеленого цвета ))
В общем, у товарища, который собирал мой парашют на следующий день под
левым глазом была синяя такая слива )) А со мной тогда выпили даже
мальчишки из летного звена ДОСААФ, и потом как-то покатали в день
авиации на вертолете спортивном, но это уже совсем другая история.
Сказка
Как-то поздно вечерком
Три охотника гуртом
У костра расположились
И в захлеб друзьям хвалились.
1-ый охотник.
Вот был случай у меня:
Впряг любимого коня
И отправился в лесок,
Прихватив с собой мешок.
В тот мешочек я сложил
Сколько мне хватало сил
Желудей для кабана.
Вепрь ведь дикая свинья.
Положил я под кусток
Тот с провизией мешок.
Сам залег под деревом
С шалунишкой мереном.
Вот проходит час, другой,
Уж собрался я домой,
Как услышал страшный хрюк:
А, пришел, кабан-битюг
Чавк по чаще разносился,
Я тихонько притаился:
Ждал удобного момента,
Чтоб схватить свого клиента.
Чавк утих, а значит он
Проглотил весь рацион
И теперь представь себе,
Он находится в мешке.
Я схватил здоровый дрын,
По мешку с размаху трын!
Слышу визг, предсмертный хрюк...
Кончил жизнь кабан без мук.
2 – ой охотник
Что же, случай не простой -
Прохрипел братан второй.
У меня вот случай был,
Как хватило только сил.
Повстречался раз медведь
И давай, козел, борзеть.
Преградил мне всю поляну
И загнал, скотина, в яму.
Чую, брадцы, мне хана!
Щас зверюга съест меня!
Пулемет забыл я дома
И в кармане нету лома.
Положенье не ахти,
Нет из ямы той пути.
Тут я вспомнил про гипноз
И напряг свой мощный мозг.
Заскрипел извилин рой,
Чтобы дать медведю бой!
А медведь у ямы скочет
И сожрать, зверюга, хочет!
Сгинь, мерзавец, и умри -
Поднатужились мозги!
И медведь вдруг весь обмяк
И с размаху на земь – бряк.
Еле тушу доволок.
Вот такой мне был урок!
3 – ий охотник
Это, братцы, все фигня
По сравненью с тем, как я
Нахлебался чертовщины....
Началось все с той девчины.....
(показывает фотографию)
Еду раз на дачу я
И в машине у меня
Из барашка шашлычок,
Осетровый балычок.
Есть что есть и есть что пить,
Только было б с кем кутить!
В общем, мне нужна девашка -
Симпатичная мордашка.
Стоп, машина, вот она -
Длинноногая моя.
Ну, на даче все как нужно:
Затопили баньку дружно,
Разогрели шашлычок,
Настругали балычок.
Выпили и закусили,
Окна шторами прикрыли
И присели на кровать,
Чтоб слегка поворковать.
Вдруг в ворота странный стук
И деваху взял испуг.
Это муж мой, говорит
И от страха вся дрожит.
Я не робкого десятка,
В том в подмогу мне - зарядка.
Смеха для ему скажи:
Что ж, рогатый, заходи.
Слышу цоканье копыт.
Девка вдруг как закричит:
Кто обнимет лишь меня,
Превращается в лося
Муж..... и рвет всех на куски!
Я струхнул, друзья мои.
Лось ввалился в дом, как бич.
Я издал победный клич,
Со стола схватил шампур
И лося того проткнул!
1 и 2 охотники
Враки это, врешь ты все.
Не поверим ни за что.
3 охотник
Ну, ребята, как хотите,
А теперь сюда смотрите.
( выносит рога и шкуру лося)
Вот трофей, так уж трофей!
Ты объедешь 100 морей,
Но такого не найдешь!
Ну, уж очень он хорош!
А деваха?...... А она
Провела со мной три дня
Целовала, ублажала....
Ну а по утру, пропала.....
Как-то поздно вечерком
Три охотника гуртом
У костра расположились
И в захлеб друзьям хвалились.
Петруха
Дело было на охоте, как раз после нового Года.
Поехали мы с приятелем в
Белоруссию на кабана. Охота на кабана, как известно в узких кругах, идет
с лабаза – такая вышка, на самом верху сбитая из досок собачья конура,
размером метра полтора на полтора. Окошек правда три – на все стороны
откуда ночью может придти кабан. Охотник должен залезать туда засветло и
сидеть часа четыре-пять – пока не повезет кабану и соответственно
повезет охотнику. Ну, так вот, залезаю на вышку, раскладываю причендалы
– вроде ночного бинокля, фляги с коньяком, заряжаю ружьишко... Сижу жду...
и вот как раз через час-другой – чувствую в животе – ну Пучини с Пагонини
и вот-вот будет Бaх с шуманом. Ну черте чем накормил нас местный повар...
Через минуту становится уже все равно, не до охоты... как разделся –
отдельная история, сидеть холодно – одежды много, но не слезая с вышки,
как орел с жердочки произвел прицельное метание ... Жить как-то стало
веселее. Совсем темно еще не было, посмотрел – а все это дело как раз
около лестницы на вышку компактно так разместилось. Ну стыдно – охотник
фигов... надо как-то "преступление" маскировать, засмеют... Взял прикормку
(на вышке обычно хранится мешок с зерном) и обильно так на каку посыпал.
Ну, думаю, за ночь-то мыши или там птицы все это безобразие и разнесут.
После таких дел конечно кабан не пришел... Уехать пришлось без трофея.
А той же ночью начальник охотхозяйства – имеет такую привычку проверять
как там чего - пришел на вышку, посмотрел как прикармливают зверя и
увидел несанкционированное использование зерновой приманки. Начал орать
на сопровождающих его егерей... так мол и так, я научу вас бережно
относиться к народному добру (охотхозяйство было государственное и еще в
Белоруссии) - и хвать двумя горстями зерно и то, что под ним. Егеря
потом говорили, что на это место зверь еще долго не ходил. Потому как
горе-начальничек ухитрился каком с зерном все вокруг извозюкать.
Наверное, руки вытирал. Убедить его в том, что это было дepьmo кабанье –
похоже не удалось.
Охотничьи истории – особый вид народного творчества.
В них так плотно
переплелись истинная правда и неуемная фантазия, что выяснить,
действительно ли у оленя выросло между рогов вишневое деревце, чаще
всего не представляется возможным. Но тому, что я сейчас расскажу, -
верить! Правда истинная!
В далекие 70-е купил мужик, предположим, Иван, новое ружье. Понятное
дело, надо его пристрелять. А обычно это – целая церемония:
сговариваются и собираются охотники села, идут на берег реки,
расставляют традиционные для таких стрельбищ мишени – бутылки, банки,
прочую тару... Все это под шутки-разговорчики, с костерком, за бутылочкой...
Культурное мероприятие в общем!
Вот и в этот раз... Мужики не просто сговорились, а с умыслом. То ли не
веселились давно, то ли посвящение в охотники Ивану решили устроить, но
патроны зарядили по-особому: засыпали порох, забили пыжи... И все! Без
дроби! А нет дроби (для непосвященных) - нечему лететь в цель, холостой
выстрел получается.
Пришли на место. Не торопясь, разложились, расставили все, на бане углем
глухаря нарисовали (стрелки ворошиловские!), налили – все чин чином.
Вышли на позицию. Первый выстрел, ясно, за хозяином нового ружья.
Прицелился, ба-бaх... Только дымок закурился из ствола и эхо по макушкам
деревьев прокатилось... Бутылки-банки даже не дрогнули - все на месте.
Иван не расстроился (первый выстрел - с кем не бывает), стреляет еще
раз. То же! Тут уж мужики "на помощь" пришли: кто подбадривает, кто
советует, а кто за ружье взялся – все ведь охотники бывалые, опытные!
Один стреляет – "мажет", второй – "мимо"... А Иван с каждым выстрелом все
темнее: ружье, видно, дрянь попалось!
Давай по глухарю нарисованному стрелять. Выстрел, другой, третий... Мужики
смехом давятся, но молчат: марку держат. Ясно ведь: бане такая стрельба,
что слону – дробина, даже меньше. Всем ясно, кроме Ивана. А он, скорбный
и потухший, подошел к срубу, молча осмотрел нетронутые дробью бревна,
для верности рукой провел...
- Крупнее бани зверя нет! – изрек бедолага и сплеча - ружьем об баню!..
Приклад – в щепки... Ружье – в реку... И тишина кругом...
Приехали мы на охоту и после инструкции, начали подкалывать егерей, что
чего ноги по лесу сбивать.
Пошли в соседний лесок и лосика там грохнем.
Зная заранее какой будет ответ, т. к. сами егеря были уж очень ярыми
противниками браконьерства (что не часто среди их брата встречается).
Поприкалывались, пошли и отохотились по всем правилам с единственным
нарушением, за обедом не обошлось без спиртного. Сфотографировались на
память и разьехались по домам. Дома, печатая фотографии, мне пришла
идея. Нашел в инете фото охотников снятых на фоне убитого лося и
стоящего за ними вездехода. В графическом редакторе заменил головы этих
охотников на головы наших егерей (причем физиономии у всех были очень
довольные). Вездеход забросал скопированными елями. Но возникла
проблема, на фото один из охотников был в унтах, а наши в таких не
ходят. Пришлось вырезать с другого фато сабаку егеря и ею закрывать
унты. Распечатал фото 10х15 и вышло очень реалистично. На следующий день
приехал к нам в город директор охотхозяйства. Я ему это фото и отдал со
словами, что как говорил Жванецкий, что охраняем то и имеем. Тот обещал
разобраться. Теперь со слов егеря. Сижу дома. Влетает отец (бывший
егерь, теперь на пенсии) и мне фото в нос тычет. Смотрю и ничего не
понимаю. На фото я и друзья-колеги егеря, но одежда чужая на нас и самое
главное, что в ногах лось убитый валяется. Я бате, что не я это, а
кто-то на меня похожий, нет у меня такой одежды. А Батя как даст мне
затрещину и говорит: себя не признаешь? Дружков своих не признаешь?
Пусть не ты, пусть все эти морды сильно похожи на твоих дружков тоже не
они, но свою собаку я из тысячи других узнаю!!! Разворачивается и
уходит. Я его догоняю и пытаюсь успокоить, а он мне и отвечает. Я не так
растроился, что ты лося убил, что потом как идиot с ним
сфотографировался, а что убил и С ОТЦОМ МЯСОМ НЕ ПОДЕЛИЛСЯ!!!
Я собрался ехать на охоту.
Пригласили хорошие друзья. А фигли, погода
отличная, солнечная первая половина осени, утка летает, и к тому же её
много. В общем, я согласился. Поехали в Рязанскую губернию. Арендовали
домик на базе отдыха, всё чин-чинарём. То есть водку пить начали,
практически только открыв багажники. Понеслась: за приезд, встречу,
здоровье, за нас с вами и хуй с ними, ну и так далее. Единственным
трезвым существом в нашей компании была охотничья собака. В нашей
компании выделялся один товарисч, которого я сразу для себя назвал
Рэмбо, он был даже похож на него. Другое имя ему просто не подходило,
так как количества боеприпасов, которые он приволок с собой, было
достаточно чтобы истребить всю летающую живность в округе, включая
ворон. Так же он продемонстрировал разгрузку, которой позавидовал бы
любой спецназовец. Своё ружьё он не показывал. да я и не обратил особого
внимания на всю офигенную крутость этого парня. А зря!! На следующий
день рано утром, вернее поздно ночью, так как было ещё темно, нас
разбудили, распихали по машинам и повезли на озеро, собственно
охотиться. Когда мы приехали и вылезли из машин, чтобы грузиться в
лодки - я увидел этого крутого парня. Он был весь в камуфляже, его
разгрузка отблёскивала в свете фар неимоверным количеством юбок
патронов, словно кольчуга. За его плечами так же был рюкзак, в котором
кроме патронов ничего не было. Но самое главное - его оружие!!! Это
были короткоствольная "Сайга-12" /гибрид автомата Калашникова и
охотничьего ружья 12 калибра/ с магазином на 10 патронов!! ещё 2
магазина было впихнуто в его разгрузочный жилет.
Охота предполагалась с засидок, то есть с площадок, расположенных прямо
на озере, среди камыша, которые держались на вбитых в дно озера кольях.
Егерь на лодке развёз нас по этим площадкам /метр на метр, повернуться
негде/, и охота началась. Нет, и тут НАЧАЛОСЬ!!!
Засидка, на которой находился Рэмбо, была от меня метров 200-250. Я сбил
утку со второго выстрела, настроение сразу улучшилось. Одна из уток
полетела в направлении засидки сержанта, но, встретив плотный
заградительный огонь, практически на месте развернулась, и начала
у@бывать на такой скорости, такими зигзагами, что я просто офигел.
Единственным недостатком манёвра было то, что летела она прямиком в мою
сторону. Это же стало серьёзной проблемой и для меня, так как
выстреленная этим зенитчиком недоделанным дробь стала падать вокруг моей
засидки, и на меня в том числе!!! Я отвернулся, закрыл голову курткой -
и дробь застучала по куртке, пара дробин попала мне по жопе. Летевшая в
мою сторону утка стала второй, которую я сбил, причём с первого
выстрела. Этот Рембо хренов, высадивший по этой несчастной утке целый
рожок патронов - 10 штук!! - и не попавший в неё, стал выражать по этому
поводу свой бурный восторг, слышимый на всё озеро. я во всю глотку
порекомендовал ему, во-первых, заткнуться, а во-вторых, не стрелять в
мою сторону. К сожалению, мои слова не имели должного действия. По
странному стечению обстоятельств, дальнейшая охота выгладела так: утка
долетала до границы сектора обстрела Рэмбо, обстреливалась Рэмбо
/безрезультатно/, потом под его крик "Йоообаанаароот!!!!" летела в мою
сторону, я укрывался курткой от падающей на меня дроби, потом вдогон бил
утку. Так я сбил 5 уток. Восторг Рэмбо по поводу 100% непопаданий был
слышен даже в в окрестностях озера. Мало того, он ещё и подпрыгивал на
этом хлипком сооружении. Зря. Сооружение сказало: "я не батут!" и
подломилось. Рэмбо пизданулся в воду с дикими криками, подражая самцу
бабуина в период гона. Он кричал все свои соображения по поводу уток,
охоты, егерей, сделавших такие хрупкие засидки. Я ожидал, что утки,
услышав такие высказывания в свой адрес, соберутся в одну шеренгу и
пройдут над этим охотником, обсирая его изо всех орудий. Но этого не
случилось. Там оказалось не очень глубоко, и он по камышам дошёл до
берега, а потом и до егерей с машинами. Я увидел его уже на базе. Он был
уже переодет, помыт и пьян, и рассказывал окружающим о том, какие все
утки суки, как они нагло насрали ему прямо в душу своим нежеланием
попадать под его выстрелы и что он только теперь понял, что является
рыбаком, и на рыбалку отправится в ближайшие выходные. Я только забыл
спросить - куда. Чтобы случайно не поехать в это же место.
И на рыбака найдётся охотник.
Вообще-то я не рыбак, но иногда рыбачить в далёком детстве доводилось.
Был у нас на речке «Красная» небольшой такой котлованчик - излюбленное
место симы и кижуча. Да только бережок, под которым они отдыхать любили,
больно обрывист был. Я и так пробовал, и этак, но не дотянуться петлёй
до рыбин, чтобы заарканить. Но азарт есть азарт. Я с пологого берега
зашёл, тянусь, а тоже не дотягиваюсь, но медленно так погружаюсь. Уже и
сапоги-болотники полные. Уже и вода по пояс. Вдруг чувствую, что на
берегу напротив какое-то движение. Первая мысль, конечно, - рыбнадзор,
это, наверно, потому, что я в тот момент браконьером был.
Я моментально аккуратненько петлю на воду положил и типа не при делах.
По максимуму изобразил, что я водные процедуры тут принимаю. Даже
немножко присел - для натурализма. С блаженной улыбкой поднимаю глаза и
охреневаю. Потому как на обрывистом берегу стоит здоровенный медведь и
смотрит на меня не очень благожелательно, без улыбки. То ли я место его
рыбацкое подзанял, то ли вообще он браконьеров на дух не переносил…
Короче, мне разбираться-то особо и некогда было. Как я с места стартанул
- в подробности вдаваться не буду, да и не помню, если честно. Помню
только, что мелькало всё, и пёр я в правильном направлении - в сторону
противоположенную косалапому.
Вскоре выскочил на дорогу, там отдышался и побрёл уже вяленько, на
исходе сил. Десяти шагов не сделал, а навстречу двое – на мопеде.
Притормозили около меня: " А ты чё, спрашивают, без сапог?". Я
присмотрелся, точно, твою ж медь, а сапог-то нету. Может, я из них ещё в
котловане выпрыгнул, может по ходу где слетели, но на ногах одни носки,
да и те, как на грех, рваные. Объяснил ситуацию, говорю: " Медведь там
здоровенный, на котлован не суйтесь. Уж больно он не в настроении
сегодня, видать, не с той лапы встал". Они поулыбались и поехали дальше.
Метров триста прошёл, обворачиваюсь, смотрю несутся уже обратно. Если бы
не я, так бы и не остановились. Но притормозили, отдышались и не
улыбаются что-то уже. Лица бледно-напряженные. Я спрашиваю: "Мужики, а
вам там сапоги мои не попадались случайно? Они друг на друга посмотрели:
- Ё-мое, какие там сапоги, мы ведь и про мопед забыли!
Попросила зимой жена у своего мужа зайчатины.
Бзик у неё такой
случился. Федя (так мужа звали) жену очень любил и отказать ей не мог.
Проблема была одна - Федя не охотник. Ружьё у него имелось, но больше
служило для понтов перед гостями, из него он стрелял лишь пару раз, да и
то по бутылкам на пикнике. Мог, конечно, Федя, не заморачиваясь,
зайчатины достать - заплати бабло и тебе скока хошь ушастого мяса
привезут. Но захотел он сам, лично, зайца добыть, перед женой
похвастаться.
Позвонил своему другу Петровичу, охотнику со стажем, объяснил, что ему
нужно. Говно вопрос - ответил Петрович, - патроны ты знаешь, с какой
стороны ствола вставлять, место, где зайцев - море, имеется. Так что
будет у тебя завтра вечером на сковородке зайчатина, будет!
Следующим утром Петрович привёз Федю в лес. Я, говорит, здесь на полянке
посижу, а ты иди охоться. Как зайца увидишь - стреляй ему по ушам, тогда
и шкура целой будет, и из мяса дробь выкалупывать не надо. В шутку
сказал, но Федя не понял.
Не прошло и 5ти минут, как Федя в лес ушёл - выстрел. Но Фединых
радостных воплей не было слышно. Только кто-то стал ломиться в сторону
поляны, посреди которой Петрович на пеньке сидел. Треск кустов,
сухостоя. Не уж то, подумал Петрович, этот дурачок дробью в кабана или
лося стрельнул, а им дробь, как и слону, только в ярость приводит,
щемись от них куда подальше. Быстренько в ружье патроны с дробью на пули
поменял и за дерево спрятался.
Уф-ф. Это Федя ломился. Выбежал на поляну, глаза с чайные блюдца,
трясётся весь, в лес оглядывается и кричит: ''Петрович, что ему от меня
надо-о-о!''. Выслушав немного успокоившегося Федю, Петрович выпал
от смеха в осадки, то есть в снег. А было всё так. Не обманул Петрович
насчёт моря зайцев, только Федя в лес зашёл - есть один, но выстрелить
не успел. Ещё немного прошёл - второй. Таки да, попал ему чётко по ушам,
как Петрович посоветовал. Заяц кубарем, фонтан снега. Только живой он,
естественно.
Вскочил и, то ли от шока, то ли ешо по какой причине, побежал не ОТ
Феди, а НА него. От такой психической атаки зайца (в Фединых мыслях -
уже трупа) нервы у Феди не выдержали и он обратился в бегство, напугав
ешо и Петровича. Вот так заяц двух мужиков напугал.
Фиг знает, чем всё закончилось. Историю я не дослушал - сошёл на станции
и пошкандыбал в хорошем настроении на озеро рыбу ловить.
Очень-очень давно мы с приятелями отдыхали "на природе".
Ничего
особенного от этой природы нам нужно не было. Просто решили выбраться
подальше от города. И собственно - культурно выпить-закусить с ночевкой
под звездами. Порыбачить - но без фанатизма. Добрались до места.
Небольшая запруда с утками, тихая, чистая, погода как на заказ - чудо!
Расставились-разложились, организовали нехитрый быт -
палаточки-кострище-котелок-донки. Красота!
Сидим, выпиваем-закусываем, беседуем, ведем себя прилично, уток не
пугаем. Благодать!
Вскоре к месту нашего культурного отдыха вышли два мужичка. Сразу
видать - опытные чингачгуки. Снаряжены толково, но легко, идут бодро, шаг
верный. Рюкзачки-ружьишки-штормовки. Охотники.
Они - можно, мол, перекурим тут слегка? Мы - конечно, милости просим, не
угодно ли присоединиться? Те переглянулись, согласились на "по
пятьдесят - нам еще идти", от предложения оттрапезничать с достоинством
отказались. Ладно. После "по пятьдесят - нам еще идти" - встали,
отряхнулись и... Нет, спросили, а вы, мужики, просто так - отдыхаете -
или как?
- Или как! - заявляет один из нас, в котором было уже "триста пятьдесят", -
мы на утку.
Чингачгуки верным глазом оглядели лагерь, в котором абсолютно ничего не
могло даже скользко намекнуть об охоте. И вопросительно уставились на
нас.
- На силок что ли? Или как?
- Или как! - заявляет тот в котором триста пятьдесят.
- ? - спрашивают чингачгуки одними глазами и усаживаются обратно, являя
собой один сплошной интерес.
Ситуация отрисовалась сложная. Морочить голову серьезным людям -
некрасиво. А серьезным людям с ружьями еще и рискованно. Тот В Котором
Триста Пятьдесят замешкался на полсекунды - и пошла импровизация.
- Чайником! Не пробовали?
Видимо он пытался загнуть линию беседы в сторону шутки. Чингачгуки не
оценили и уставились на него как-то неоднозначно. К слову - за все время,
что провели у нас, они ни разу не улыбнулись.
Триста Пятьдесят начал приходить из замешательства в отчаяние. Когда
пришел - выкрикнул:
- Счас! - и удрал в палатку. Вернулся с чайником. Подошел к берегу. В это
время мы попытались сделать чингачгукам еще по пятьдесят. Получилось.
Суровые лица смягчились.
Триста Пятьдесят подошел к берегу. Помните, я говорил, там утки. Триста
Пятьдесят примерился, сделал какой-то фантастический изящный замах с
доворотом и метнул чайник в гущу уточьей компании, благо лететь ему было
метров 15. Компания шуганулась и мигом снялась с места. Триста Пятьдесят
повернулся к нам и уже начал исполнять на лице выражение "не вышло
чего-то". Но один из чингачгуков, внимательно наблюдавший за
происходящим, исполнил танец "хуяссе!" с соответствующей мимикой,
откатал свои бродни и попер к запруде. Там пораженная чайником утка
боролась за своё будущее и пыталась освободиться от чайника, который:
- видимо подбил-таки её летную механизацию;
- наделся на нее ручкой;
- наполнился водой и тянул в пучину.
Второй чингачгук также станцевал "хуяссе" и одобрительно оглядел нас.
Триста Пятьдесят мигом поднялся до Пятисот и принялся было развивать
успех, заявляя, что он крышку на чайник забыл в спешке надеть. С крышкой
можно было сразу парочку подбить. Его быстро, на всякий случай доделали
до Семисот и он уснул.
В итоге никто из нас не потерял лица, а чингачгуки расширили познания в
области охоты. За такое дело они благосклонно приняли еще дважды по
пятьдесят, откланялись и двинули по своим делам. Утка, кстати, после
осмотра (повреждений обнаружено не было, за что слава Богу) была
отпущена с извинениями.
На охоте я был один раз в жизни.
В 1988-мом. На гуся. С военными. 12
человек, включая меня. Уболтал меня на это дело сосед-прапорщик, даже
ружьишко дал. Пить вояки начали ещё с вечера. Утром загрузились в
восьмиосный тягач, на каких ракеты возят, и поехали. По дороге
останавливались и добавляли. На месте нас встретил невесёлый лесник:
- Мужики, дичи нет. Вчера были браконьеры, всё распугали.
И действительно, гусей не было. С горя приняли ещё, и поехали обратно.
На окраине какой-то деревушки бабка пасла гусей. Нас осенило! 12 гусей,
по числу охотников, были куплены за какие-то копейки, и погружены в
тягач. Поеахли. Гуси, гады такие, начали гадить. На что водитель заявил,
что дальше не поедет, ибо ему потом машину отмывать. Поблизости
оказалось озерцо, уже покрытое тонким льдом. Мы выстроились недалеко от
берега. Я, как самый трезвый, брал гуся, подбрасывал, а владелец гуся
стрелял по нему. Всё шло хорошо. Когда дошла очередь до последнего гуся,
все уже успели перезарядить ружья... Хозяин гуся вскинул ружьишко, я
подбросил гуся, щёлк... Осечка. А ружьё - одноствольное... Хозяин гуся
начал лихорадочно перезаряжать ружьё, а гусь расправил крылья, и пошёл,
пошёл в сторону озера. Ещё немного, и уйдёт, и даже если его
подстрелить, то с тонкого льда будет не достать. 10 ружей выстрелили
почти одновременно. Попали все. То, что осталось от гуся, было загружено
в машину вместе с остальными тушками. Вечером вся компания собралась в
гостях у незадачливого стрелка на гусятину. Его жена вынесла гуся со
словами:
- Серёжа, сколько дроби в твоём ружье?! Я заколебалась выковыривать!
Эта потрясающая история сложилась для меня из разрозненных рассказовнескольких жителей города Арсеньева, включая тихого пенсионера, некогда руководителя не менее тихого завода «Прогресс», оглушительно знаменитого в весьма узких кругах российских и зарубежных оборонщиков.
К сожалению, я не записывал по свежим следам. Постараюсь честно рассказать то, что
отложилось в голове спустя многие годы.
Если что напутал, простите и напишите лучше.
Около 110 лет назад в глухом таёжном углу уссурийской тайги осела
небольшая компания охотников. Компания эта жила, выражаясь современным
языком, в гармонии с природой – проще говоря, серьёзной дичи, рыбы,
грибов и ягод было хоть завались. Всё давал великолепный лес.
К этой компании не раз забредал замечательный писатель и офицер
Арсеньев. Охотники обзавелись постепенно семьями, а семьи в те годы были
очень большие. Вдобавок переселенцы всё прибывали, и однажды дичь и все
остальные дары природы вокруг села порядком поредели.
Его обитателям пришлось переквалифицироваться в лесорубы.
Теперь они вырубали на продажу тот самый лес, который некогда делал их
жизнь счастливой. Образовавшееся село было наречено Семёновкой.
Так бы всё и шло, но наступила советская власть. У неё была масса
недостатков, но самые умные парни из глухих таёжных углов смогли вдруг
бесплатно получить блестящее техническое образование в столичных вузах.
Почти никто из них не вернулся обратно в свои сёла. Но были и
исключения. Один парень из села Семёновка вернулся с планом, как сделать
из этого села большой цветущий высокотехнологичный город. Идея была
проста. В те годы символом мужского достоинства для любого молодого
здорового парня был значок ДОСААФ. Для его получения необходимо было
энное количество раз сигануть вниз с парашютом. Миллионы парней жаждали
получить этот значок, а вот самолётов в дикой крестьянской стране было
гораздо меньше. К ним на трос сажали цепочки деревянных планеров, с
которых и прыгали отчаянные парни.
Дерево в селе Семёновка было пока в избытке, имелась также раскулаченная
лесопилка – всё, что было нужно, так это парень, который научил бы это
дерево летать. И вот такой парень в селе появился, и сумел убедить
остальных. Эти ребята успели напилить до войны несколько тысяч планеров,
разлетевшихся по всей стране. Потрясённое их успехами на голом месте,
правительство в конце 30-х выстроило для села нормальный завод, в
котором началось производство лёгких учебных самолётов – то же самое,
что и планер, но уже с маленьким моторчиком, как у Карлсона. Первым
директором завода назначили героического красного комбрига, которого
впрочем вскоре расстреляли.
Когда началась Великая Отечественная, тысячи оборонных предприятий из
европейской части России двинулись вглубь страны, часто из-под носа у
немецких танков. Каждое из этих предприятий требовалось послать в
какое-нибудь конкретное место. По возможности посылали туда, где уже
имелась хоть какая-то зачаточная промышленная база по профилю
предприятия. Когда очередь дошла до одного украинского завода по
производству боевых кукурузников, посылать его было уже некогда –
все сибирские полустанки были к тому времени забиты гораздо более
высокотехнологичными эвакуированными производствами. И вот тут один
обезумевший от недосыпа московский дядя вспомнил о маленьком уссурийском
селе, за которым значилось производство планеров и даже самолётов.
Боевой кукурузник УТ-2 тоже состоял целиком из дерева.
Судя по карте, дерева вокруг села было достаточно. Завод переехал и
получился – за годы войны там было изготовлено около 3 тысяч
кукурузников. Несмотря на тихоходность, немцы их боялись – кукурузники
подлетали по ночам бесшумно и бомбы роняли в упор.
Но война кончилась, а завод продолжать гнать план. Это снова пришлось
кстати – у государства дошли наконец руки до малой гражданской авиации.
Вместо кукурузников завод перевели на цельнометаллический ЯК-18, и
оставшийся лес вокруг села наконец оставили в покое. Разросшееся село
было переименовано в город Арсеньев.
Там бы и штамповал завод свою малую гражданскую авиацию, но в конце 50-х
одно европейское КБ разработало противокорабельную ракету, на пару
десятилетий опередившую в этой области самые развитые страны. Ракета эта
была настолько хороша, что её производство надо было где-то хорошенько
спрятать. Городок в режимном крае на отшибе уссурийской тайги, да ещё
производящий малую гражданскую авиацию, был идеальным прикрытием. Со
сложнейшей технической задачей он быстро справился.
О каждом потопленном арсеньевской ракетой израильском миноносце или
сбитом самолёте руководство завода сообщало коллективу. Этот успех как
магнитом потянул в город другие новейшие разработки, включая знаменитый
боевой вертолёт «Чёрная акула».
Город рос, но его жители не спешили перебираться в хрущевки-многоэтажки,
да и строила их власть скупо. Почти каждый предпочитал строить себе дом
сам, в свободное от сборки ракет время, на просторном земельном участке.
Жители упорно продолжали сажать картошку, клубнику и смородину,
разводить домашнюю живность, на мотоциклах объезжать далёкую округу в
поисках дичи, рыбы, грибов и ягод – ничего этого на прилавках магазинов
не было. Может, это и спасло город в начале девяностых, когда вдруг
исчезли заказы и на малую гражданскую авиацию, и на суперсекретную
военную технику. Как жители прожили последние два десятилетия – я
стараюсь не думать. Но кажется, что-то понял, перечитав недавно книгу
Даниэля Дефо «Робинзон Крузо».
Сейчас всё меняется – Арсеньев стал популярным местом лыжного отдыха у
владивостокчан, и вроде бы возобновлено производство вертолётов «Чёрная
акула». Не знаю, прав ли был тот парень, который однажды придумал
сделать своё село городом посредством лесопилки и пары чертежей, но из
многих дел, которые мне удалось успеть сделать в своей жизни, я особенно
горжусь тем, что однажды строил плотину для этого замечательного города.
А ещё мне пишет девушка из Израиля, родившаяся и выросшая в городе
Арсеньеве - она до сих пор с любовью и тоской вспоминает свой маленький
город, ракетами из которого когда-то столь успешно фигачили по её новой
родине...
Про охоту
Вступление.
В лихие 90-ые довелось мне служить в одном из дальних военных гарнизонов
Забайкалья.
Служил вместе с нами и один капитан, страстный охотник и рыболов. Была,
значит, у него «вертикалка» ИЖ-27. А ещё была у него красавица-жена,
натура свободолюбивая и до любви охочая.
Действо.
Вот приходит как-то наш капитан в неурочное время домой. В неурочное. Не
ждал его никто. А он возьми – и приди. Уж в наряде ли он должен был быть
или на полётах – сейчас уже никто и не вспомнит, да и не важно это. И
попал он на самое интересное место в развитии гарнизонной культуры
отдельно взятой семьи. Своей отдельно взятой семьи.
Показания свидетелей.
А мы, значитца, вдвоём с напарником, как и положено нам было по службе,
заступили в патруль по гарнизону. Сидим, в общем, у меня в квартире,
видик смотрим. Лето, тепло, окна открыты, чай зелёный попиваем.
Прогуливаемся изредка по городку, порядок типа блюдём. А потом – опять
ко мне.
И вот где-то в середине очередной видеокассеты слышим ружейные выстрелы.
Рядом. Совсем рядом, в соседнем доме. Подрываемся, мчимся, подскакиваем
к источнику шума, а он, источник этот, кричит нам из окна: «не подходи,
суки, а то я ЕГО кончу!» - и бабий визг.
Стоим, как дураки, у подъезда, и слушаем, как один раз в минуту
раздаётся крик: «Встать!» - и следом выстрел. Потом: «Сесть!» - и
следом опять выстрел. А между командами лекция нашего охотника: «я тебя
научу, cуka, Родину любить! Ты думаешь, отчизна послала тебя в такую
жопу, как наш гарнизон, юбки чужим бабам задирать? («встать», выстрел…)
ты, блядь, должен боеспособность страны повышать, а не триппер разносить
(«сесть», выстрел) … и т. д., и т. п., про Родину, про её бескрайние
просторы, на которых плодятся такие мудаки, мешающие чужому семейному
счастью, про ячейку общества и незыблемость принципов, про моральные
устои……. Короче, минут эдак на 20.
Мы уже пообвыклись, вслушиваемся, что он там «этому мудаку» втирает и
вдруг – тишина. Минуты на полторы. А потом…
Звук выбиваемой двери, рёв слона во время случки, звук спускаемого по
лестнице рояля (3-ий этаж).
Поднимается в предбаннике подъезда с пола наш капитан с разбитым в хлам
лицом.
Мы (для порядка): что случилось-то? (догадались уж обо всём по ходу
пьесы).
Его ответ ещё долго цитировался в тему и не в тему: «БЛЯTЬ!!! ПАТРОНЫ
КОНЧИЛИСЬ!»
Посадил он (охотничек наш) своего оппонента на табурет абсолютно голого,
и периодически постреливал между ножками табурета, перемежая выстрелы
командами ))).
Занавес )).
Послесловие.
А семья не развалилась. Окрепла всем на зависть. Жена его научилась
читать команды по одному взгляду.
И безмерно зауважала. )))
Был у Нас на охоте реальный случай, не байка, так ка рассказывал сам
человек, с которым всё произошло далее с его слов, но немного сокращённо
и не так литературно, как некоторые хорошие рассказчики могут это
преподнести:
Охотился Я на одном озере, где-то в Лен. области или
Карелии, не помню точно, но отчётливо помню, что озеро было больше на
болото торфяное похоже, местами такая ароматная, густая жижа, а кое-где
довольно сносные участки практически чистейшей воды.
Ну пострелял немного на пролёте, собрал добычу и гребу себе спокойно
ближе к берегу, а надо сказать, что лодка мне досталась долблёная и
крайне не устойчивая, в полный рост вставать нельзя и резких движений
через борт совершать тоже не рекомендуется.
Но как водится по закону подлости, метров за 200 до берега налетает
стайка крякашей, и Я как настоящий охотник бросаю вёсла, ружьё в плечо,
выстрел через борт и сразу небольшой полёт спиной вперёд в объятия
холодной осенней водицы.
Теперь самое интересное: на Мне ватная фуфайка, патронташ, заколенники и
ружьё в руках. Ну что, думаю, влип, начинаю борьбу за живучесть -
выгребаю-выгребаю, выгребаю-выгребаю, чувствую всё, конец Мне, никак.
Отпустил ружьё - всё равно никак, скинул один сапог, потом второй -
легче но всё равно не справляюсь, жижа затягивает. Решил Всё!!! сил
больше нет буду тонуть - расслабился и пошёл на дно, через секунду
чувствую, сел жопой на дно, быстренько встаю и оказывается глубина-то по
грудь, а Я уже с жизнью распрощался. Нырнул за ружьецом, патронтажиком
потом и сапоги выудил, доплёлся до лодки и побрёл пехом к берегу. Вот
так.
Эту историю рассказал знакомый:
Мой сосед по даче, Николай Семеныч, - страстный охотник. Сколько его
помню, он то в лес, то на болото, то в поле, и всегда меня с собой звал,
только я охоту не люблю, вот и отказывался.
Был у Николая Семеныча, как и у любого настоящего охотника, верный пес
Филя. Умный - словами не описать. И выслеживал, и загонял, и приносил,
Семенычу оставалось только выстрелить - Филя все остальное делал сам.
Лучшим другом был и верным товарищем целых 8 лет. А потом умер от рака.
Погоревал-погоревал Семеныч, да решил похоронить Филю в лесу. Выбрал
место на опушке, недалеко от дороги, под березками, могилку закопал и
вернулся. Молча хлопнули мы с ним по стакану за упокой Филиной души.
Прошел год.
Как-то приходит Семеныч ко мне и говорит: "Год как Филя-то мой умер,
хочу ему могилку подправить, да памятник поставить. Помоги, сосед, будь
другом."
Взяли мы с ним лопаты, цемента немного, железки какие-то, которые
Семеныч в качестве оградки приспособить решил, и поехали на то место.
За год могилка скособочилась, просела. Мы ее подправили, цемент замешали
и решили устроить перекур.
Сидим, дымим, Филю вспоминаем, вдруг Семеныч говорит: "Слушай, сосед, а
у меня ж в багажнике Макарыч есть, что в тишине сидим, давай постреляем,
сейчас я мишени по деревьям развешу".
Стали стрелять и, каюсь, увлеклись. Я-то не стрелял лет 25 уже, как из
армии в запас уволился, интересно было снова оружие в руках держать,
хоть и травмат.
А так как могила Филина была недалеко от дороги, а за ней дачи, да
деревня, услышал кто-то выстрелы и милицию вызвал.
Тем временем, вдоволь настрелявшись, мы продолжили корпеть над Филиной
могилой. Залили цементом, соорудили оградку - красиво получилось,
аккуратно. А из оставшихся железок решил Семеныч Филе крест поставить.
Так его любил.
Только мы крест над могилкой занесли - тяжелый, зараза, получился -
слышим за спиной строгий голос: "Чем это вы, граждане, тут
занимаетесь?".
Оглянулись - стоят милиционеры, родимые, строго так смотрят.
Семеныч крест из рук выронил, на Макарыч лежащий рядом с могилкой
посмотрел и грустно так говорит: "Филю… хороним…".
Как в книжках любят писать "повисла долгая пауза".
В общем, минут 40 потом еще разбирались - кто такие, с каких мы дач, кто
такой Филя, проверяли разрешение на пистолет. Документов у нас с собой
никаких, потому что в одних драных трениках поехали, хорошо, что у
Семеныча права были, да документы на оружие. Вроде убедились, что мы не
бандиты и не убийцы.
Потом покурили, посмеялись вместе над ситуацией - хорошо, что еще есть
бдительные граждане в стране!
Засобирались они уезжать и тут один из милиционеров неожиданно
спрашивает:
"А зачем вы на могилу крест ставите, если собаку хороните? Собакам же не
ставят?"
На что я сказал: "Этому псу - можно. Он был в три раза умнее своего
хозяина."