Skip to main content
Криївка партизанів. Старшина, перекладач і полонений "стрибок".
— Cпитай москаля, де розташована їхня частина.
— Руководитель спрашивает вас, где расположена ваша часть.
— Я не скажу!
— Москаль відповів, що не скаже.
— То скажи, що зараз ми його катуватимемо.
— Руководитель говорит, что сейчас вас будут пытать.
— Я все равно не скажу!
— Москаль каже, що все одно мовчатиме.
— То клич хлопців із жаровенькою й цвяшками.
[…]
— А что это они внесли?
— Это жаровня. Сечас в ней раскалят гвозди и загонят их вам под ногти.
— Нет, нет! Скажите вашему начальнику, что я все расскажу!
— Що там москаль белькоче?
— Каже, що москалі тортур не бояться.
Сидять двоє москалів, випивають. Тут один із них вибухає:
— Проклятые хахлы! Оранжевые морды! Холуи американские!..
— Вась, ты чего? — питає инший.
— Ну, как же? Сам посуди: в стране бардак, зарплата мизерная, цены растут, а начальник — гад! Квартира маленькая. Жена стерва, тёща, cboлoчь, достала! Дочка гуляет, сын балбес и двоечник. Жигули мои — хлам, дороги — одни ямы. А слово против — не скажи! Ну, сам посуди, брат, разве хохлы не падлы?!
— Вот за што я тебя уважаю, Вась, што ты можешь правду-матку резануть не глядя! И, главное, всё сразу ясно так стало! А я то всё думал: отчего это моя жисть такая пропащая? Падлы хохлы, воистину падлы!