Skip to main content
Свежие анекдоты на каждый день
Учусь я в бывшем первом московском мед.
институте, который теперь гордо
носит название "академия". Есть у нас на кафедре анатомии преподаватель,
чью фамилию знает каждый студент, кто хоть раз на этой кафедре побывал.
Зовут его - профессор Бочаров. Сколько ему лет не знает никто, даже
остальные преподы, хотя поговаривают, что он заставлял грызть гранит
науки студентов еще в позапрошлом веке. И, несмотря на свой почтенный
возраст, он до сих пор продолжает усердно eбatь своих студентов, с
завидным постоянством перевыполняя план деканата по отчислениям. Про
него ходит множество историй. Некоторые стали уже общеизвестными и
бородатыми анекдотами. Например, про "орган любви" - его творение. Эта
же история произошла на экзамене по анатомии где-то лет десять назад.
О да, забыл сказать - этот самый Бочаров просто помешан на теме "мужская
половая система", и все дополнительные вопросы на экзамене сводятся рано
или поздно к этой теме. Я-то знаю - ему сдавал..
Итак: Экзамен по анатомии. Сдает студентка второго курса и, как обычно
бывает у Бочарова, оценка колеблется между тремя и двумя баллами. Время
дополнительного вопроса. На тяжелом мраморном столе экзаменатора лежит
(есстественно) эта самая половая система, отрезаная у какого-то трупа.
Первый вопрос экзаменатора, который тыкает указкой куда-то в район
головки - что это такое? Что это такое знает, по-моему, каждый человек
еще в начальной школе и уж тем более студентка второго курса, которая
наверняка соприкасалась с этим и в другой ситуации. Чувствуя, что она
выплывает, девушка радостным голосом на всю аудиторию произносит -
ПОЛОВОЙ ЧЛEH! В следующий миг происходит невероятное - уста профессора
изрекают НЕВЕРНО!!! Идите готовьтесь дальше!
Через пять минут студентка, на всякий случай сверив ответ со шпаргалкой,
возвращается за злосчастный мраморный стол. Уже не так смело она сквозь
зубы изрекает, что все-таки это - половой члeн. Бочаров неумолим -
неправильно. И тут во внезапном приступе доброты подсказывает: в
народе-то как это называется? Девушка в шоке - не знаю... Ладно, идите
готовьтесь дальше.
Следующие пять минут бедняжка в панике бегала по аудитории, опрашивая
мужскую половину, что же такое у них там висит, и как это называется в
народе. Не выяснив ничего нового, она направилась к мраморному столу, за
которым сидел ее мучитель. Ее ответ уже шепотом с мольбой в голосе с
трудом заглушал слезы отчаяния: "если это не половой члeн, то я не
знаю". Ответ профессора: девушка, ну как в народе это называется?!
И тут произошло непоправимое. Девушка собралась с духом и, набрав в
легкие побольше воздуха, почти крикнула на всю аудиторию - Х"Й!!!
Интересно, а что бы вы ответили? Следует минутная пауза. Затем раздается
вопль уже самого Бочарова - в народе это называется ПEHИC!!!!!! А вам
два!!!
P.S. Бочаров жив-здоров, несмотря на протесты большинства студентов.
Студентка пересдала анатомию и закончила институт. А вот меня мучает
вопрос - сколько же лет этому Бочарову, если он застал времена, когда
это в народе называли пeниc?
Случилась эта история лет 20 назад .
Если ее читают бывшие студенты ИМТТ, стройотряд ФАНГ -82 /85, работавшие
на уборке томатов в одном из колхозов Астраханской области, ВСЕМ
ПРИВЕТ!.
Преамбула.
Кто не знает, как растут помидоры (томаты) поясняю: Поля (карты) метров
200-300, иногда больше в длину и метров 50 в ширину, по периметру
обнесенные валом метра 2 высотой и метров 5-8 шириной, по которому
проложена дорога, точнее сказать не проложена, а укатана .
Посреди этого вала прокопан канал (водогон), по которому подается вода
для полива, так как помидоры воду ну о-о-о чень любят. От этого канала
отходят маленькие канальчики, расположенные вдоль карт и предназначенные
для подвода воды в зону работы поливочного агрегата (дождевалки).
Сама дождевалка представляет из себя ажурную конструкцию из
водопроводных труб, длиной метров 100, своей серединой водруженную на
гусеничный трактор таким образом, что при поливе две ее стороны
равномерно заливают 2 карты.
Трактор движется по дороге, накатанной вдоль маленького канальчика.
ВАЖНО! Скорость трактора где-то 0,5 км/ч, а во время работы дождевалки,
если находишься под лейками (аналог-обычная лейка для душа, только раз в
5 побольше) впечатление такое, будто попал под ливень, причем
тропический.
Полив идет до тех пор, пока человек, зайдя на залитый участок не
провалится примерно по колено.
Угораздило меня в то славное время жить и работать в вышеозначенном
колхозе.
И работал я как раз на той самой дождевалке прицепщиком. Почему
причепщиком-не знаю до сих пор, так как за все время работы прицеплять
ничего не довелось. Входило в мои обязанности следить за уровнем воды в
водогоне, открывая или закрывая задвижку, следить за тем чтобы при
перегоне трактора с карты на карту не грохнуть кого-нибудь или
чего-нибудь дождевалкой, так как размах крыльев то ого-го, помогать
трактористу при ремонте, и доставлять его домой при получении
«производственной травмы», т. е укушавшегося в никуда и спать, спать,
спать...
И работал у нас агрономом один чел, Дима, очень любивший огненную воду.
Как специалисту, чья работа сопряжена с постоянными разъездами, ему по
штату полагался могучий хохлоджип -«ЛУАЗ».
Амбула.
Заканчиваем мы однажды работу, дело к вечеру, остался один проход.
Видим, по центральному валу несется Димин хохлоджип, причем на хорошей
скорости, выписывая кренделя.
Не снижая скорости и едва не перевернувшись съезжает на дорогу, по
которой ходит трактор, а так как дорога этим самым трактором уже занята,
Дима трактор ОБЪЕЗЖАЕТ ПО ЗАЛИТОЙ КАРТЕ.
Просочившись под "крылом самолета", хохлоджип по инерции пролетает еще
метров 8 и впендюривается по самые дверки.
Дима не замечает такой "мелочи" и продолжает газовать, причем из-за
грохота тракторного дизеля шума мотора хохлоджипа не слышно, но летящая
из-под колес грязь дает понять что Дима "едет"
Трактору, чтобы пройти эти 8 метров, нужно примерно минут 15.
Медленно "настигаем" Диму.
Стена воды накрывает машину.
На машине включаются "дворники" и звуковой сигнал.
Медленно проезжаем мимо и метров через 5 перестаем даже оборачиваться,
так как видели не раз как это чудо хохловской сборки своим ходом
выбиралось из такой же грязи.
НО! Дима при этом ДОЛЖЕН БЫТЬ КАК СТЕКЛЫШКО.
Короче говоря, закончили работу минут через 40, заглушили трактор и
пошли на полевой стан, откуда всех нас, человек 15 забирала машина или
автобус и везла по домам.
И вот все в сборе, собрались отправляться, и в этот момент узрели
грязного как свинтуса и окончательно "доспевшего" Диму, подгребающего к
нам на "полуспущенных" и зверски матерящегося.
Далее: Дима подруливает к нам,"строит" нас (меня и тракториста) и выдает
ВЫ ЧТО???!!! О#УЕЛИ???!!! КУДА ТАК НОСИТЕСЬ????!!!
Я ВАШУ ДОЖДЕВАЛКУ НА МАШИНЕ ДОГНАТЬ НЕ СМОГ!!!!!
Упали только мы, так как никто ничего не понял.
НО! Когда на следующий день Димин хохлоджип вызволяли двумя! тракторами,
не плакали только мы вдвоем.
Историю эту рассказал мне один геолог лет пять назад.
Поскольку летали
они тогда куда-то на севера, то один раз свела его судьба с диспетчером
на одном из северных аэродромов. Диспетчер это был особенный - до того
момента как сел он в диспетчерское кресло, был он пилотом вертолета.
Вот о том, как попал он из пилотов в диспетчеры, собственно, эта история.
Учиться на летчика было его мечтой детства. И как это не парадоксально -
мечта эта сбылась. Попал он в летное училище и стал прилежно учится
водить большие винтокрылые машины. И на каком-то этапе появляется в
учебной программе раздел - "Посадка машины на авторотации". Для тех, кто
слабо представляет что это такое, уточню. Если вдруг на высоте у
вертолета заглохнет двигатель, то он... нет, он не упадет. При исправной
кинематике лопастей винта, от движения вниз по воздуху винт вертолета
начнет раскручиваться (естественно, в обратную сторону) и таким образом
образуется тормозящий момент, в результате чего вертолет не падает с
диким грохотом на землю, а опускается со вполне приемлимой скоростью
(хотя посадка, должно быть, не очень мягкая). Ну так вот, этот курс очень
понравился герою нашей истории. Садился он на авторотации и с больших и
с малых высот, чем вызывал одобрение со стороны инструкторов.
Естественно, что и экзамен по данной дисциплине был сдан на пять...
Прошло время и бывший курсант стал полноправным пилотом, и стал водить
вертолеты где-то на северах. Но про посадку на авторотации он не забыл,
очень уж ему нравился этот "эффектный трюк". Иногда он демонстрировал
свое мастерство диспетчерам на аэродроме (хотя, конечно же, никакой
надобности в экстренной посадке не было) - ради собственного увлечения и
ради "зрелища для публики". Все шло сносно до одного случая.
Вывозил он как-то из геологической партии "в люди" группу
студентов-геологов. Десять девушек-студенток и две
профессорши-геологини. И уже над аэродромом решил он подшутить на всей
этой женской братией. То есть - посадить вертолет на авторотации.
Представьте себе ситуацию - очень высоко от земли вдруг глохнет
двигатель вертолета и слышен только шелестящий звук вращающихся
лопастей...
Результат этой шутки - десять обгаженых трусов и два инфаркта. После
этого с полетов его сняли и перевели в диспетчеры.
История о том, как рождаются легенды.
Было это лет 15 назад. Будучи старшекурсником одного симпатичного
московского ВУЗа, я работал командиром стройотряда, бойцы которого -
первокурсники - ремонтировали корпус нашего общежития, и в нем же при
этом жили. Лето, каникулы, в Москве жара по вечерам спадала лишь до 30
градусов - все окна раскрыты настежь. Сидим как-то вечером с приятелем,
тоже старшекурсником, играем в шахматы и пьем чай. Нет, натурально в
шахматы и действительно чай, хотя преферанс и пиво были существенно
популярней. Так вот, мирно так сидим, на пятом этаже общаги, а в комнате
над нами, на шестом, самом верхнем этаже, "гуляли" первокурсники из
моего стройотряда - они как раз пили пиво, и, видимо, приняли немало,
так как шум у нас над головой стоял невыносимый. В какой-то момент стало
совсем невмоготу - ребятки наверху принялись гарцевать по комнате на
стульях. Я уже грешным делом подумывал, не подняться ли мне и не
попросить ли их поутихнуть. Тут мой приятель изобретает нестандартный
ход. Он берет огромную консервную банку, полную бычков (мы использовали
ее как пепельницу), забирается на подоконник и ловким баскетболистским
движение забрасывает банку в открытое окно комнаты наверху. Шум там
мгновенно стихает и, что удивительно, не возобновляется. Мы спокойно
доигрываем нашу шахматную партию.
Так вот. Прихожу я утром на работу - а начиналась она с разводки
студентов по объектам, для чего все собирались вместе, - и слышу
разговор двух первокурсников:
- Вчера чо было - не поверишь! Прикинь, квасили мы, ну приняли пивка
неслабо, и тут курево у нас кончилось - не запаслись. Совсем уже
охренели без курева, сели на стулья, начали скакать на них по комнате и
молить Господа, чтобы хоть бычков нам подкинул. И тут - прикинь, ты не
поверишь - в открытое окно влетает охеренная банка с бычками! Это на
шестом этаже! Пять человек свидетелей! И что мы блок Мальборо не
попросили!???
Эта история произошла в Харьковском политехе в 1988 году.
Рассказал ее
мне непосредственный участник тех событий Михаил.
Жил Михаил он в общаге в одной комнате с Юрой, у которого папа был
директором спиртзавода. Те, кто помнит те славные годы, все поймут,
остальные просто поверьте - у парня было ВСі. Купил он как-то очень
нужную в хозяйстве вещь - бытовой металлоискатель под названием БИМ-5,
т.е. бытовой искатель металла (буквы были написаны прямо на корпусе).
Выглядел этот прибор так - некое подобие пистолетной рукоятки, на
которой сверху прикручена полукруглая хреновина. Там же была лампочка и
регулятор чувствительности (переменный резистор или конденсатор). При
приближении к металлическому предмету лампочка загоралась. Так вот этот
прибор можно было настроить так, что он реагировал на человеческое тело.
Далее рассказ от первого лица.
Выхожу я как-то в коридор и вижу картину - стоит толпа мужиков и Юра
своим БИМом измеряет им потенцию - т.е. подносит его к э... между ног.
Если человек в джинсах - молния железная и лампочка загорается, если в
спортивных штанах - то соответственно не горит. Посмотрев на это дело, я
ему говорю:
- Юрка, а ведь этой штукой можно и беременность определять!
Тот несколько секунд думает и говорит:
- Давай!
“Жертву” выбрали быстро - ей оказалась девушка по имени Люда. На всякий
случай в сообщники призвали девушку из Людиной комнаты. Сценарий
розыгрыша был написан очень быстро, основное время ушло на придумывание
подходящего названия под аббревиатуру БИМ.
И вот наступил час Х. Зашли мы в комнату к девушкам по какому-то
мелочному вопросу. Юра при этом небрежно помахивал БИМом. Выяснив все,
мы собрались уходить, но поскольку прибором Юрка размахивал почти как
дирижер палочкой, то естественно был задан вопрос - А что это у тебя? -
- Это БИОИМПУЛЬСНЫЙ МОДУЛЯТОР модель 5. Он измеряет общий уровень
биоимпульсов. - Тут он, незаметно манипулируя регулятором чувствитель-
ности, стал тыкать своим БИМом в лицо всех подряд и говорить - Вот у
тебя высокий уровень биоактивности, значит у тебя хорошее настроение, а у
тебя... - Юра пел соловьем, рассказывая, какая это замечательная штука
его БИМ, что его папа отвалил кучу денег какому-то НИИ за такой редкий
прибор и т.д. Через некоторое время, когда девушки уже во все поверили,
я прервал его и сказал - Слушай, Юра! А ведь этой штукой можно
диагностировать беременность на ранней стадии!!! -. Юра изобразил лицо
мыслителя и сказал - Действительно! Ведь если у плода созреют хотя бы
две нервные клетки, то между ними сразу же начнут проскакивать
биоимпульсы! -. Выдержав паузу, он осторожно приблизил БИМ к животу
своей сообщницы. Лампочка не загорелась и та облегченно вздохнула. Тут
Юра выкручивает регулятор до упора, девушка выхватывает у него БИМ и
тыкает им в живот жертвы … Лишь секунд через 10-15 кто-то обрел дар речи
- ДЕЙСТВУЕТ! -. После этого мы, изобразив на своих физиономиях чувство
неловкости, слиняли. Быстро переместившись в свою комнату и вдоволь
поржав, каждый занялся свом делом. Но история имела продолжение -
вечером к нам с мрачным видом заявился некто Сергей - парень Люды.
- Что за х&$ня мужики? - спросил он. - Да никакой х&@$ни, вон прибор, если
хочешь, покажем инструкцию, - заявили мы, будучи абсолютно уверенными,
что он глянет и прибор, и инструкцию. Но мы ошиблись, он постоял еще
немного, и ушел. Целых два дня Сергей и Люда решали что хуже - аборт или
женитьба. На третий день мы не выдержали, пришли к ним и показали
инструкцию на прибор.
В этой истории меня удивили 2 вещи - почему этот парень, после того как
он все узнал, не пришел к нам морды бить, а также сам факт того, что
студенты технического вуза могли поверить в ту хрень, что мы им
преподнесли.
ЗЫ: чуть позже Люда залетела по-настоящему, и они с Сергеем поженились.
Мужская половина французской подгруппы нашего 10"А" оживилась:
француженка появилась в сопровождении чертовски миловидной девочки.
Увы, облом-с! Симпатяга оказалась студенткой-практиканткой и после
краткого представления классу приступила к делу.
Но видно, она еще слишком хорошо помнила свои школьные годы, когда за
первую парту сажались лучшие ученики, гордость класса, поэтому первой
жертвой ее педагогического запала пал Шурик Барков - лучший гитарист
класса, прекрасный спортсмен, а также человек, в характеристике которого
в военкомат военрук написал: "Склонен к употреблению спиртных напитков".
Не посвятила ее наша Наталья в свои новаторские методы, когда на первую
парту, да еще перед учительским столом, помещаются те, кто должен быть в
зоне досягаемости главного ее педагогического инструмента - линейки!
И вот наивная практикантка, щеголяя прекрасным прононсом, обращается к
Шурику с каким-то вопросом.
Шурик, выслушав ее тираду с чрезвычайно умным и сосредоточенным видом,
ответил так, что ему позавидовали бы и древние греки-лаконики:
- Yes!
Когда ошарашенная практикантка обрела дар речи, она почему-то перешла на
родную речь:
- Ты какой язык учишь?
- Русский! - с законной гордостью заявил Шурик.
В итоге, когда удалось купировать истерику класса, нашей француженке
опять пришлось добывать новую линейку. Вот больше 20 лет прошло, а мне
до сих пор интересно: ей казенные выдавали, или она на свои покупала? Уж
больно много у нее на нас линеек уходило.
На третьем курсе в нашу группу влился новый студент - Таймураз Задоев.
До этого времени он уже два раза успел побывать в академическом отпуске,
всякий раз возвращаясь на другую специализацию, где, как ему казалось,
учиться было проще. Благо что до третьего курса многие лекции были
общими для всех.
Имя Таймураз ему совсем не шло. И поэтому мы сразу стали звать его
Таймуразиком. Это ему больше подходило. Да и как еще называть тихого
неконфликтного скромного человека с рукопожатием дохлой рыбы? Но
Таймуразик подсказал это сам.
Стипендию мы получали не так, как это модно сейчас - на магнитную
карточку, а наличкой. Для этого староста наша ходила в кассу, получала
на всех деньги, а мы только расписывались в ведомости.
И вот приносит она однажды стипендию и говорит: "В нашей группе
появился новенький. Какой-то Задов". Я посмотрел в ведомость -
действительно Задов написано. "Так это, наверное опечатка. Вместо Задоев
написали Задов. Букву `Е` пропустили."
Пропустили так пропустили, всякое бывает. Однако Таймуразик сам все
испортил. В графе отметки о получении денег он так и расписался - ЗАДОВ.
Я его потом спрашивал: "Таймуразик, твоя же фамилия Задоев! Чего ты
расписался другой фамилией?". "Понимаешь", ответил он мне, "а вдруг
в бухгалтерии стали бы сверять фамилию и роспись. Тогда пришлось бы мне
деньги обратно возвращать".
С такой логикой не поспоришь. И с тех пор иначе как Задов его
никто не называл.
Вот ведь странная штука жизнь:
смотришь выступление юмористов, например,
и не смешно, а стоит серьезному человеку сказать серьезные слова - и губы
растягиваются в глупой улыбке, уши съезжают куда-то на затылок и
заходишься диким смехом. Может, это последствия нервного перенапряжения?
Вопрос: «вы ничего не слышали? » ассоциируется у меня с Витей Недригайло
- старым приятелем, невозмутимым как Штирлиц в те моменты, когда он
бывал особенно близок к провалу. В прошлом веке Витюше вырезали
аппендицит и объяснили, что он должен следить за работой своего желудка,
а также то, что отход (простите) газов является одним из важнейших
показателей его нормального функционирования.
Он так сосредоточился на наблюдениях, что научился определять настроение
своих пищеварительных органов. Выход газов, не сопровожденный звуковым
эффектом, означал у него улыбку живота, тогда как аудио сопровождение
называлось смехом. И вот, представьте: весна, парк культуры и отдыха
трудящихся, на газонах зеленеет травка, уже оттаяли окурки, а дворники
еще не сменили лопаты на метлы, легкий ветер несет шелуху от семечек,
воробушки ковыряются в … в общем, красота. Именно в это романтическое
время 80% мужчин начинают замечать те 20% женщин, которые, несомненно,
этого внимания достойны, а остальные 20% мужчин живут с оставшимися 80%
женщин, реализуя свою природную тягу к полигамии и не тратя много
времени на разного рода ухаживания, цветы, томные вздохи и
многозначительные взгляды. У них нет времени: жизнь так стремительна. Не
замечая этой стремительности, по аллеям парка молча прогуливался Виктор
в компании молоденькой студентки. Ах, эти девочки: они так романтичны.
Юная особа приписывала неразговорчивость нашего друга его
нерешительности. Возможно, она даже ожидала, что он предложит ей выйти
за него замуж. В таком случае она ошибалась: Витюша был занят анализом
работы желудочно- кишечного тракта. В какой-то момент чело мыслителя
просветлело, он замедлил шаг, девушка напрягла слух, но услышала лишь
гомерический хохот Витиных внутренностей. Вот тогда-то кавалер вернулся
на грешную землю, но не стушевался и не оробел. По-шпионски оглядевшись
по сторонам, он спросил с видом заговорщика: "Ты ничего не слышала?"
Больше они не встречались.
В 1987 г. довелось мне исполнять обязанности радиооператора на
сухогрузе, совершающем переход из Хайфона (Вьетнам) в Ильичевск.
С точки зрения коммерции рейс никуда не годный: ну что можно купить
в Хайфоне? Разве что фарфоровых слонов да книги, которых на Родине
почему-то не было. Однако, еще один факт омрачал вышеупомянутый переход.
Если перемещение судна происходит между портами стран соцлагеря, то
валюту получить или задепонировать (отложить) было невозможно. Валютный
заработок выдавался чеками ВнешТоргБанка, что несколько снижало
стоимость нашего нелегкого труда. Одной из моих обязанностей было
включение в сеть корабельной трансляции радио «Маяк», дабы в
бананово-лимонной загранице тоскующие по Родине члены экипажа смогли
услышать новости с полей страны, передачу «рабочий полдень» и «концерт
по заявкам». Как правило, нескольких прослушиваний хватало для того,
чтобы в корне задавить ностальгию по стране, в которой планировалось
объединение пролетариев всех стран. Но, поскольку ностальгия у каждого
своя, мне приходилось проделывать операцию включения «Маяка» ежедневно.
Совершал я это автоматически, даже не заглядывая в расписание вещания и,
только вернувшись из радиорубки, на минуту включал «спикер» в своей каюте
для контроля.
Первым помощником капитана в том рейсе был мужичок, фамилию которого мне
никак не удается вспомнить. Да и не так это важно. И была у него лысина,
сварливая жена и служебное рвение. Последнее выражалось в разного рода
собраниях экипажа для разъяснения мудрой политики партии. Иными словами
- на своем месте был парень: на переднем крае борьбы идеологий. В тот
день он проснулся, я думаю, в хорошем настроении, отчасти потому, что
Индийский океан зимой полная противоположность Атлантическому: солнышко
греет, океан величественно спокоен, а четвертый механик уже набрал
забортной воды в бассейн на шлюпочной палубе. Рука замполита привычно
щелкнула переключателем динамика судовой трансляции и оттуда кто-то
сказал уверенно и без помех: «Вы слушаете «Голос Америки», Вашингтон».
Услышав эту же фразу, я спокойно поднялся в радиорубку и более
внимательно поискал голос Родины. Несколько иной была реакция замполита.
Он заметался по своей каюте, как Скарлет Охара по охваченной огнем кухне
и, надевая на ходу форменные черные брюки, ринулся к трапу, ведущему
вниз. Что он хотел сделать мне и сейчас неясно. Возможно он собирался
вломиться в мою каюту с требованием прекратить это безобразие или
обвинить меня в политической близорукости - неизвестно. Однако, брюки
нужно было все-таки надеть, ибо спустя минуту он лежал в расстегнутых
штанах палубой ниже и голосом побитой собаки требовал доктора.
Подоспевший док констатировал растяжение связок голеностопного сустава
левой ноги и, пойдя навстречу пожеланиям пострадавшего, включил радиоточку
в кают-компании, куда они вместе доковыляли. «Спикер» бодро
проинформировал подошедших об успехах колхоза «путем Ильича» и проиграл
саундтрек из кинофильма «Золото Макены» в исполнении колхозного
баяниста-виртуоза.
- Вы ничего не слышали? - спросил обретший дар речи 1-й помощник.
- Ничего подобного я раньше не слыхал, - серьезно ответил док, полагая,
что пациент все еще находится в состоянии шока.
Этот же вопрос он задавал всему комсоставу, сходящемуся в кают-компанию
на завтрак. Реакция у всех была одинакова: первый взгляд на обмотанную
эластичным бинтом левую ногу партийного оракула, второй на кивающего
головой и сидящего рядом серьезного доктора, после чего следовало
короткое «нет» и проход к своему столу. Когда зашел я, несколько
задержавшись, поскольку передавал мастеру (капитану) срочную
радиограмму, то был единственным, кого замполит не удостоил своим
вниманием. Об этом мне поведал начальник, сидевший со мной за одним
столом.
В этом месте, пожалуй, нужно сделать небольшое отступление, касающееся
содержания принятой радиограммы. Она гласила, что судну следует
направиться в Индию (порт Мадрас) для погрузки чего-то там в пустые
трюма нашего парохода. Новость в общем-то хорошая, поскольку переход с
заходом в капстрану означает получение валюты, а не чеков.
А теперь представьте: в кают-компанию входит капитан и, глядя на
забинтованную ногу своего первого помощника, спрашивает: «Вы ничего не
слышали? » Я не выдержал первым. И, хотя смеяться над мастером -
дурной тон, смех был подхвачен десятком глоток. Капитан был добрым
дядькой, к тому же в хорошем настроении и поэтому простил, объявив о
предстоящем заходе в Мадрас. Самым положительным моментом всей истории
было то, что помполит навсегда отстал от меня с предложениями вступления
в ряды КПСС. :-)
Garry
На одном из петербургских предприятий, в числе прочего занимавшемся
выполнением ряда оборонных заказов, был принят весьма строгий регламент
вывоза грузов за пределы организации.
Человек, решивший покинуть
территорию этой конторы на транспортном средстве, имеющем в своем
составе что-либо кроме четырех колес, руля и водителя, был вынужден
обойти с десяток кабинетов, собрав на сопроводительных документах
определенное количество виз, печатей, штампов и автографов ответственных
лиц различного уровня. Поскольку означенные ответственные лица
формировали свой график приема посетителей исходя из простого принципа
«перерыв на обед круглосуточно без выходных», сбор подписей превращался
порой в весьма мучительное занятие. Финальным аккордом этой эпопеи
являлся большой квадратный штамп, содержащий какую-то сакраментальную
надпись из разряда «Выезд разрешен». Этот штамп необходимо было получить
у секретаря организации - милой, но вечно занятой девушки по имени Лера,
и под ним обязательно должна была фигурировать виза начальника охраны.
Один из проходивших в этой организации преддипломную практику студентов,
мама которого трудилась, что немаловажно, в районной поликлинике, что-то
не поделил с Лерочкой. Вероятно, она не пошла с ним в кино или
отказалась кушать предложенное им мороженое. Как бы то ни было, парень
затаил на девушку смертельную обиду, которая нашла свое выражение в том,
что в один из обеденных перерывов он, воспользовавшись отсутствием Леры
на своем рабочем месте, аккуратно срезал резиновую подошву с Самого
Главного Штампа и приклеил вместо нее другую печать.
После обеда через проходную предприятия должен был выехать очередной
автомобиль. Счастливый экспедитор, уже успешно преодолевший все
возникшие на его пути бюрократические заслоны, принес Лере испещренную
всевозможными факсимиле бумажку. Замученная бесконечными звонками и
поручениям начальства Лера не глядя шлепнула на нее Самый Главный Штамп
и отправила посетителя за подписью. Начальник отдела охраны так же
привычно бумажку подмахнул. Покинув его кабинет, экспедитор наконец
прочитал документ и, тихо выпав в осадок, вернулся в приемную.
- Ну, что вам еще? - Резко обратилась к нему Лера, пытаясь одновременно
отправить факс, поговорить по телефону, распечатать на компьютере отчет
и сварить шефу кофе. Посетитель молча протянул ей документ.
В нижней части листа отчетливо и ярко красовалась лиловая печать: «Яйца
глист не обнаружены». Ниже виднелось резюме начальства: «Одобряю». Дата.
Подпись.
Теща, моя теща...
Ну откуда ж ты такая взялась?
Помните мою историю про тещу от 28-04-2002? Она еще была историей дня...
Ну так вот, рассказал я своей теще про то, как она прославилась, и ей
это очень понравилось... Тут же все стали вспоминать ее буйную,
деятельную жизнь, полную метких ляпсусов...
Я просто диву даюсь, как тогда этот председатель колхоза угадал в ней
такой талант с первых секунд знакомства, а я... Впрочем, не на тещу я
смотрел... Но по порядку:
Он тогда потребовал, чтоб ее изолировали и дальше кухни не пускали,
дескать она ему "... план надоев сорвет и весь урожай погубит." А сам
за это обещал кормить студентиков на убой. Он-то свое слово сдержал, но
ведь и кухня - поле деятельности для моей тещи...
В тот день студентов кормили курочкой: одну на стол (4 человека), и теща
потребовала восстановить справедливость. Она у меня весьма правильная
женщина, всегда боролась за справедливость и тут ей показалось, что ее
собратьев студентов недокармливают. И она вступила в неравный бой с
поварами:
- А вы ведь не всю куру-то нам отдаете! - взлетела красная ракета.
- Да как же не всю? - добродушно отмахнулись поварихи от этой
провокации.
- А вы только по две ножки на стол ставите, - сухо раздалась первая,
короткая очередь.
- Ну... - неуверенно заерзали наблюдатели.
- Да, а вот моя мама всегда делала так, что из курочки получалось
четыре ножки, а вы на стол только две подаете. Нехорошо это. -
протарахтел тещин автомат и сухо щелкнул под конец, давая понять,
что нужен новый магазин.
- Дак ведь у куры-то две ноги! - вяло гукнул поварихин гранатомет.
- Неправда! - передернула теща, - Вон у кошечки четыре, и у собачки
четыре, и лошадки четыре, и у коровки четыре, значит и у курочки
четыре, - не вскидывая, а длинной очередью от живота повела она огонь
на поражение.
И враг бежал... Подхватив руками юбки, протяжно завывая, как будто
и в самом деле на деревню вновь налетели "Мессеры," со слезами
на глазах, превосходящие силы противника позорно бежали с поля боя...
А вот кормить студентов было некому.
Филипп Филиппыч
Учусь я в одном очень американском университете, расположенном на
солнечном и теплом тропическом берегу, возле "самого синего моря".
Преподаватели у нас есть разные, но в общем состав очень разнообразный и
интернациональный. Мой научный руководитель, к примеру, иранец.
Он, конечно, уже долго живет в США, получил все положенные для
преподавания звания, PhD и т.д., и порадовал научный мир множеством
статей, в основном - в области обработки изображений (Image Processing).
Это его специализация, это же он и преподает жаждущим знаний студентам.
Про него же и история...
Попросил он меня буквально вчера отсканировать и послать ему одну
страничку текста из методички. Я сделал все как он просил, отсканировал,
записал в файл в формате JPG и послал по электронной почте. Послал и
забыл, сижу себе, никого не трогаю, наслаждаюсь окружающей природой и
"починяю примус" - копаюсь в программе. А потом вспоминаю, что мы с моим
руководителем договаривались обсудить кой-чего из отсканированного...
А он все не звонит.
"Надо к нему зайти!"- подумал я. И зашел.
И чуть не упал...
Когда я открыл дверь в его кабинет, профессор был весь в работе. Стол
его напоминал стол первоклассника в момент разгара подготовки к Новому
Году - знаете, снежинки всякие из бумаги, обрезки, липкая лента, клей,
аппликации...
На мониторе работающего компьютера я увидел часть отсканированного
изображения (очень крупно), и такая же часть изображения вылезала из
тихо шуршащего рядом принтера. Открыт рисуночек был почему-то Netscape
Navigatorom.
Сам же доктор наук, профессор, надежда факультета и т.д., сидел с
криво склеенными листами бумаги в руке и ручкой, которой он дописывал на
бумаге непоместившиееся слова - на полях, слева и справа от текста.
Профессор оторвался от работы и заметил меня.
"Why can`t I get better result?" - спросил он.
(Почему я не могу получить лучший результат?)
Поверьте, мне стоили большого труда не засмеяться и сохранить серьезное
выражение лица.
Спустя некоторое время, хоть и с трудом, я восстановил для себя
последовательность его действий.
Получив по почте картинку, он естественно открыл ее. Почему-от
Netscap-ом...
Отсканированная с хорошим разрешением картинка показалась во всей своей
красе. На экране показались части нескольких строк, причем каждую букву
можно было изучать в мельчайших подробностях, как карту неивестого
материка.
Уменьшить картинку было невозможно, а прочесть текст хотелось...
Подвигав изображение туда-сюда, он видимо устал, и решил это все
распечатать. Но КАК!..
Он печатал копию экрана, двигал картинку и снова печатал. Таким нехитрым
образом на столе собралось порядка восьми листов, с кусочком рисунка на
каждом (Паззлы помните все?). Потом, вооружившись ножницами и клеем, он
их всех повырезал и уже почти заканчивал клеить вместе, когда я зашел.
Image Processing c помощью ножниц, так сказать. Призвание и работа по
специальности...
В итоге - лист формата "почти-А1" (такая небольшая себе простыня, или
как минимум скатерть на стол).
Конечно, надо было бы посоветовать ему поискать Ксерокс такого же
формата, что бы откопировать с уменьшением до нормального листа, но
ладно уж...
P.S. Когда я рассказал эту историю приятелю, он просто сказал: "Зрение
неважное..."
Живу я на американском западном побережье, но свою "Керосинку"
Моск.
Инст. Нефтехимической и Газовой Промышленности (так он тогда
назывался) помню и люблю тепло и искренне.
Дело было, я так думаю, году в 1988, второй курс, высшая математика и к
ней в придачу высшая мера наказания - Вениамин Исаевич - преподаватель
"сталинской формации" в самых замечательных и отвратных ея проявлениях:
блестящий спец. и страшный, без кавычек и фигураций, человечище. Родись
в соответствующее время и в ином месте, непременно стал бы именно
ИДЕОЛОГОМ инквизиции, а на досуге писал бы статейки в соответствующие
журналы с чертежами новых лезвий для гильотины. Манеры и динамика его
были в своем роде непередаваемы и уникальны. Двигался он плавно как
балерина, не чужд был специфическому юмору и от всех шуток его веяло
могильным холодом отчисления, очки при тихом смехе потели, голос имел
нежный, и чем нежнее произносил он фразу, тем ближе к обморочному
состоянию оказывались малокровные студентки.
Система наказаний студеозов была отработана у него до мелочей, и была
сложной как табель о рангах и неотвратимой как кара господня. Так, в
частности, за два опоздания на лекцию полагался минус балл на грядущем
экзамене, а поскольку тройка для 98% населения аудитории была пределом
притязаний, наказание это граничило с исключительным в прямом и
переносном смысле.
Недели за две до сессии, на первой паре, когда все студенты открыли
идентичные как одежда китайских коммунаров тетради и начали вписывать
в них великие уравнения математической гармонии, дверь за спиной В.И.
скрипнула и и походкой зомби, уже минуты за две до этого потерявшие от
страха сознание, вползли в аудиторию две студенточки.
Сделав фуэте с мелком в руках, В.И. взглянул на часы, а затем поднял
взгляд а-ля Берия на вошедших. Прислонившись всем небольшим своим весом
к стенам и косякам (ноги уже не держали), девушки поняли, что это не час ч
и даже не час х, а скорее уже час П. со всеми вытекающими и втекающими.
Все ждали.
В тишине, срывающимся, истеричным голосом "бесноватого диктатора" одна
из юных дам пролаяла, глядя в бесконечность: "В.И., у нас автобус
сломался" и сама испугавшись и слов своих и голоса остекленела.
Окинув аудиторию озорным взглядом Люцифера, Вениамин Исаевич громко
выдохнул и тихо, как обычно шипя и выговаривая каждую букву отдельно,
спросил: "ПОПОЛАМ?"
Этим летом в июне была я по делам в Италии.
Прилетела в Рим, взяла там машину напрокат и своим ходом поехала на
северо-запад, в Тосканию. Тоскания - любимое место отдыха итальянцев,
поэтому в июне там самый «сезон-пик”. Приехав туда к вечеру, я
исколесила на машине все окрестности в поисках гостиницы, но мест нигде
не было. Пришлось мне заночевать в машине. Проснулась я часов в пять,
огляделась вокруг - вижу, место пустынное, страшновато одной в машине и
решила я отъехать куда-нибудь поближе к людям.
Выруливаю я задним ходом со своей стоянки и вдруг вижу: выезжает из-за
поворота огромная фура и тормозит прямо перед моей машиной, преградив
мне дорогу. Из фуры вышел человек и машет мне рукой. Я, почему-то
совершенно забыв страх, вышла к нему навстречу.
Мужик подходит и говорит на ЧИСТОМ РУССКОМ языке:
- Вы не скажете, как проехать по этому адресу? - и протягивает мне
бумажку, на которой написано название какой-то фирмы.
Я также естественно, как он спросил, отвечаю:
- Да я не знаю, я сама здесь впервые...
А водила, нисколько не удивившись, говорит:
- А, понятно. Ну, ладно, тогда извините.
Сел в свой грузовик и уехал.
Я осталась стоять одна на дороге, а в голове крутилась фраза с моего
любимого сайта, анекдот.ру: «Собака, собака... Что собака? Собака сама
охуела... ».
Машина у меня была с итальянскими номерами, на лице у меня не написано,
что я русская, да и одета я была, как все студенты: джинсы, майка и
бейсболка козырьком назад...
На что человек рассчитывал, когда обратился на русском языке к
незнакомой девушке в пять часов утра на пустынной улице маленького
итальянского городка Камайоре, расположенном у подножия Тосканских гор
вдали от туристических трасс и хайвеев?
Как водится, преамбула.
Собираемся с подружкой в студенческий лагерь в Подмосковье. Обсуждаем,
кто и что именно берет из предметов совместного употребления
(кипятильник, кружки и т.п.). Разговор доходит, пардон, до туалетной
бумаги. Выясняется, что ни у нее, ни у меня дома нет ни одного целого
рулона оной. (В магазин бежать поздно, скоро - на вокзал). В итоге обе
раскулачиваем свои семьи на оставшиеся драгоценные метры.
Сама история.
Будучи созданиями богемными (во ВГИКе учимся), да еще и красоты
неземной, заранее решили быть разборчивыми в общении, тусоваться только
со своими. И вот первый вечер в лагере: комнату слегка облагородили,
протерли тумбочки, подоконники (из 6 метров туалетной бумаги ушло метров
5). Собираемся на вечернюю прогулку по берегу Оки, предвкушаем
продолжение полемики о книге Дидро «Парадокс об актере». В комнату
заглядывает знакомый студент-оператор. Напоминаю, отношения у нас самые
что ни на есть деликатные и возвышенные. - Девушки, простите, у вас
туалетная бумага есть? - Была, но уже вся закончилась! - радостно
отвечаем мы. Сказать, что он обалдел - ничего не сказать. Такого он
никак не мог ожидать от юных нимф, позировавших ему для фоторабот весь
учебный год. Полный разочарования он выдохнул: - Ну, вы, девчонки, и
засранки!!!
P.S. Отношения с той самой истории стали куда демократичнее. Ир,
привет!!!
Довелось мне прочитать забавную служебную записку, написанную коллегой
по работе и объясняющую его очередное опоздание на работу.
Генеральному директору ЗАО "такое-то" г-ну "такому-то"
Сегодня, 20 сентября 2002 года, я опоздал на работу, прибыв в 9 ч. 28 мин.
Влияние сезонного фактора, связанного с наплывом междугородних
пассажиров (начало нового учебного года), я практически преодолел,
выбрав оптимальное время выхода из дома. Фактор специфического поведения
молодых студентов в утреннее время (очередь на попутную машину ими
игнорируется, а подобное поведение с моей стороны невозможно по причине
наличия скромного воспитания, отголоски которого периодически дают о
себе знать) таким образом, практически ликвидирован.
Сегодняшний случай я склонен отнести в разряд форс-мажорных
обстоятельств: от волнения и давки я не воспользовался свойственными мне
в подобных ситуациях комплексным подходом и системным анализом, и не
заметил на нижнем левом углу ветрового стекла манящего своей
долгожданной доступностью транспортного средства знака «Внимание, за
рулем инвалид! ». Подобное попустительство с моей стороны привело к
приблизительно 12-ти минутной остановке на бензозаправке (видимо
заболевания водителя относятся к мочеполовой системе или
кишечно-полостному тракту) и движению по дороге со скоростью, не
превышающей 60 км/ч (с учетом разгонов это привело к более чем 20-ти
минутному отставанию от ожидаемого графика!), что ни в малейшей степени
меня не оправдывает.
Впредь в целях ликвидации вероятности повторения подобных случаев, беру
обязательство более тщательно осматривать лобовое стекло на предмет
наличия особых знаков (будь то «Женщина за рулем», «Чайник» или
«Внимание, инвалид»), которые могут привести к моему опозданию.
Собираюсь так же подумать над тем, как можно увидеть подобные знаки на
заднем стекле без потери возможности стать пассажиром этой машины.
Кроме того прошу прощения за то, что был вынужден отнять Ваше время на
изучение обстоятельств, связанных с моим сегодняшним опозданием. Готов
смиренно и с пониманием понести любое справедливое наказание.
С уважением, Начальник ПЭО "такой-то".
Комкая объясниловку, шэф сказал "З..бал!" и распорядился установить для
нашего незадачливого коллеги рабочий день с 9:30. Так-то.
Е-БИЗНЕС.
На протяжении пяти лет учебы в консерватории мне неоднократно бросаласьв глаза одна странность в поведении г-на Масалова* (Конкретные фамилиидля сути истории большого значения не имеют, принципиально лишь то, что
это достаточно значимая консерваторская шишка).
Г-н Масалов, тихий, интеллигентнейший старичок, общающийся со студентами
исключительно на «Вы», тактичнейший и демократичнейший человек, об
изысканности речи которого по консерватории ходят легенды, г-н Масалов,
человек, сдержанный в жестах, манерах, выражениях и бушующий лишь за
роялем, г-н Масалов, застенчивый и скромный заслуженный профессор одной
из профилирующих кафедр консерватории, вот уже более пяти лет при виде
не менее застенчивого и скромного преподавателя той же кафедры истерически
шарахается в сторону и, достаточно разборчиво бурча что-то явно очень
непристойное сквозь стиснутые зубы, семенит куда угодно, лишь бы оказаться
подальше, словно имеет дело с прокаженным.
Историю, повлекшую за собой такую специфическое общение, мне рассказали
на днях.
На композиторских дачах в Рузе отдыхала заводная гоп-команда и один из
участников (тот самый консерваторский преподаватель), находясь в уже
весьма и весьма впечатляющем подпитии, можно даже сказать, будучи синим
до фиолетовости, возжелал ни более ни менее, как женских ласк. Будучи по
природе своей человеком весьма контактным и вполне обаятельным, с
особенными затруднениями при реализации сей вольтерьянской затеи он
никогда не сталкивался и на этот раз достаточно быстро столковался с
одной из присутствующих на тусовке... эээ... маркитанток.
Однако, поскольку заняться подобным действом на глазах у пьющей
общественности ему по вполне понятной причине не улыбнулось, то он,
ничтоже сумняшесь, подбил свою мамзель на перемещении в места чуть более
уединенные.
Тут следует заметить, что снять соседствующие домики у компании не
получилось, а народу было много, по каковой причине им досталась целая
плеяда дач, а именно дачи, расположенные строго по периметру по отношению
к даче того самого заслуженного профессора Масалова, дедули лет 65
от роду, весьма и весьма не от мира сего, человека, приезжающий на
природу, чтобы работать и (невообразимо!) действительно именно этим там
и занимающегося. Однако вернемся к дон Жуану.
Резонно рассудив, что во всех трех домах существует риск увидеть какую-
нибудь пьяную рожу в самый что ни на есть неподходящий момент, г-н
волокита потащил свою избранницу не куда-нибудь, а как раз на дачу этого
самого Масалова, запертую по случаю временного отсутствия хозяина. Во
избежание различного рода казусов, связанных с возможным появлением
владельца крыльца дачи, на котором (на крыльце, в смысле) он и
планировал обустроить свою временную личную жизнь, еще один персонаж из
гуляющей компании был ангажирован для контроля за единственной пешеходной
дорожкой с целью известить сластолюбца, ежели появятся признаки авральной
ситуации.
Таким образом, тылы были максимально прикрыты и вот до рассевшейся по
трем окрестным дачам компании начали доноситься сладострастные стони и
охи. Кто-то завистливо оскалился, кто-то украдкой поднял бокал за то,
чтобы всем вот так, "дело уверенно шло на рационализацию", как выражались
братья Стругацкие и вдруг...
Ну надо же было такому случится, что панически боящийся всяческого рода
нестандартных путей Масалов именно в этот день решил пойти не по дорожке,
а срезать дорогу через темный лес. В какой-то момент перед пристально
наблюдающим за дорогой Аргусом утех любовной парочки, фыркая, как
тюлень, буквально вывалился из густого кустарника заслуженный профессор,
недоуменно посмотрел на разинувшего рот соглядатая и кабаном вломился в
соседний куст, явно намереваясь продолжать прорыв по пересеченной
местности вплоть до точки назначения.
Парень, ощутив, что в воздухе сгущается атмосфера того, что в народе
принято именовать емким словом "шухер", рванул в обход по дорожкам (в
такую темень по лесу бродить было бы просто опасно) к ничего не
подозревающей парочке, уже постепенно приближающейся к постижению сансары,
истошным шепотом пытаясь предостеречь преподавателя консерватории о
внеплановом приближении заслуженного профессора его же кафедры. Однако
увлеченные процессом его не слышали (и я могу их понять) вплоть до его
окончательного приближения. И вот как все это закончилось.
Отчаявшись привлечь внимание любострастников, страж интересов Купидона
истошно заорал: "Шухер, Масалов идет!", после чего юркой лаской метнулся
в соседствующие кусты, где и затаился, а Казанова от фортепианной
кафедры, находясь уже как раз в той самой фазе любви, когда ничего
поделать уже нельзя, а можно только завершить, нечеловеческим усилим в
буквальном смысле слова поднял свою земнопоклонноустановленную любовь
на... эээ... вверх и, в кроличьем темпе довершая последние па, ринулся
партнершей вперед прямо на изумленно застывшего профессора, вынырнувшего
из очередных зарослей бурьяна, с истошным и раскатистым воплем:
- МА-А-АСА-А-АЛО-О-О-ОВ!!!
Сказочник Дэн
Историю эту мне рассказал мой друг года 2 назад.
Он учился и еще учится
в Подольском филиале Открытого Университета. ВУЗ не бог весть что и был
там чудный предмет (вроде бы так и назывался - Информатика).
А многим студентам та информатика была до одного всем известного места,
то есть не интересовала никак. Ну и бедный препод на экзамене, не
добившись от студента ничего, но понимая, что этот обалдуй будет
доставать его еще долго(большинство студентов учатся там на платной
основе, поэтому даже с несколькими хвостами еще долго будут "учиться"),
поэтому он обычно под конец задавал какой-нить простой вопрос на 3
балла.
Так вот в тот раз, когда мой друг сдавал экзамен, вопрос на 3 балла
звучал так "Какие виды принтеров вы знаете?". Причем многие не
отвечали!!!!!
И вот стоит этот друг в туалете со своим одногруппником перед экзаменом,
извините за подробности, отливают :) И этот мой друг объясняет своему
одногруппнику про этот вопрос на 3 балла и втолковывает что нада
отвечать:
- Принтеры бывают матричными, лазерными и струйными...
- Какими? СтрОйными?
- Нет, струйными...
- Что? СтрАйными?
- Да нет, вот видишь(показывает на струю [они в это время отливают]),
стрУйными!!!
- А-а-а, понятно...
Собственно идет экзамен, отвечает этот одногруппник, валит все по
черному, и препод задает свой вопрос на 3 балла про принтеры. Тот
напрягается, вспоминает и по мере вспоминания выдает:
- Принтеры бывают матричные................ э-э-э-э,
лазерные............
.. и эти, как их...................................... мочевые!!!!!!!!!!
ЗЫ А сейчас этот мой друг работает в какой-то конторке типа
компутерщиком, недавно рассказывал, что кто-то ему приносил свой
компутер и жаловался что флопик не работает, в процессе выяснилось, что
у него не установлена операционная система, а флоппиком он называет
системный блок :)
В конце 50-х годов моя матушка, рассказавшая мне эту историю, училась на
вечернем отделении Полиграфического института.
В числе прочих, в ее
группе был уже немолодой, лет под 40, мужичок, служивший в
картографическом отделе всесильного тогда, КГБ. Полковничьи звезды он
получил еще на войне, там образование никого не интересовало, но мирное
время требовало для хоть какого-то служебного роста, корочки о высшем
образовании. Служба полковника была вполне мирной, и ходил он всегда в
гражданке. Но за что-то его сильно невзлюбил один из профессоров,
завернув бедного студента дважды со своего экзамена. Полковнику грозило
отчисление и проблемы с карьерой, и товарищи по группе подсказали ему
единственно верное решение…
На последней пересдаче вместо обычного немолодого студента-вечерника,
профессор увидел полковника КГБ при полном параде, с орденами и
медалями… Надо сказать, что дело было вскоре после ХХ съезда, где народу
рассказали много жуткого о деятельности славных Органов, да и любой
обычный человек и без того относился к синим петлицам с благоговейным
ужасом… Вопросов по предмету не последовало - вредный профессор на
дрожащих ногах, постоянно извиняясь, проводил своего студента чуть ли не
до дверей института - естественно, с отличной оценкой в зачетке…
P.S. Я могу ошибаться - возможно, КГБ именовался тогда МГБ, либо как-то
иначе, что сути дела, и даже цвета петлиц и просветов на погонах, не
меняет.
" Как глубоко в полуночном метро...
"
В. Вишневский.
Киев. Конец 80-х годов. Весна.
Субботним вечером возвращаюсь домой с дружеской попойки.
В метро тихо и пустынно, но в моем вагоне все сидячие места заняты. Кто
дремлет, кто читает...
На остановке "Дворец культуры "Украина" в двери вагона заходит такой
сельский украинский дядька, типичный председатель колхоза, но только
одетый культурно, для поездки в мисто - в шляпе, в галстуке, всэ як у
людэй.
Был наверно на совещании передовых деятелей сельского хозяйства, а после
него и к искусству приобщился, концерт
"солянку" посмотрел в "Украине".
Но был он не один - компанию ему составляли две дамы подходящего
возраста и происхождения, тоже культурные, но только из другого села -
видать, на концерте познакомились.
Ну вот, двери открылись и заходит наш дядька с двумя дамами под ручки,
весь такой культурный, приобщенный, в наш вагон.
Но тут случилась незадача такая с ним - то ли открывающиеся двери пыль
подняли, то ли что - но засвербило у него в носу и захотелось ему
чихнуть. Дело житейское. У себя в селе Верхние Ямки он сделал бы это не
задумываясь и просто, а здесь нельзя, здесь столица, да еще дамы рядом -
надо культурно.
Посему, освободив белы руки свои от дам, наш герой во время чиха прикрыл
свой рот.
Лучше бы он этого не делал.
То ли прижим с непривычки был слишком сильным, то ли фуршет после
совещания был слишком обильный, да только вместо чиха вышел пук. Смачный
такой, чуть ли не с эхом прозвучавший в метрополитеновской тишине.
Дремлющие проснулись, читающие уткнулись в свои книги, и уже оттуда
издавали хрюкающие звуки.
Но дядька решил до конца бороться за высокую культуру села Верхние Ямки,
высокую воспитательную работу в колхозе
"Запои Ильича" и свою личную репутацию.
Он интенсивно, в целях маскировки, стал иммитировать только что
прозвучавший звук, кашляя и шаркая ногами, мол, не было ничего такого,
просто это я кашлянул так сильно.
Хрюкание по вагону нарастало, так как к нему присоединились
проснувшиеся.
Звуки иммитации были похожи на что угодно - на шипение змеи, попавшей по
грузовик, рыкание голодного зоопарковского льва, горный камнепад, но
только не на мощный председательский пук.
Приглушенный смех волнами пробегал по вагону, иногда сильно вырываясь
наружу.
Дамы покраснели. Дядька побледнел. Выйти из вагона было уже нельзя - мы
уже ехали.
Поспешная эвакуация, похожая на бегство, состоялась, конечно, на
следующей остановке.
И вот тут произошло спонтанное объединение всех пассажиров полуночного
вагона - все мы просто СМЕЯЛИСЬ, кто в полный голос, кто хихикая или
похрюкивая, кто заливисто, кто как умел.
В этот момент мы все были равны - бедные студенты и базарные торговцы,
профессиональные попрашайки и строгие военные, уставшие путаны и
милиционеры, пьяные и трезвые, бедные и богатые, счастливые и несчастные
- все искренне смеялись, забыв на минуту о всех своих проблемах и
заботах, Горбачеве, инфляции, перестройке, борьбе с пьянством, вызывая
неподдельное удивление входящих в смеющийся вагон пассажиров.
Но поезд шел дальше.
Следующая была конечная.
Надо было выходить туда, на поверхность. Надо вытереть слезы от смеха и
возвращаться к реальности.
Ведь жизнь это борьба, а не смех...
И опустив головы, не глядя друг на друга, уже стесняясь своей минутной
открытости, торопясь, мы толпой пошли на экскалатор, как на эшафот...
Никогда не думал, что простой пук, хоть на минуту, но может объединить
людей...
Как мало порой нам надо...
В. Хорошилов
Год 1990-1991.
Красноярск. Пешеходный переход неподалеку от библитеки
им. Вождя Мирового Пролетариата. Две студентки первокурсницы с большой
полной сумкой в руках ждут зеленого сигнала светофора. За ними стоит
БОМЖ, хотя погодите - в те времена еще такого понятия не было, ну тогда
- БИЧ, рассуждая примерно так: "Девчонки - явно студентки, большая сумка
- явно с продуктами (заботливые папашки, мамашки снабдили на неделю в
общагу), обе на каблуках - так что бегать быстро не могут. Выхватывает
сумку и на желтый сигнал мчится через дорогу. ХА, да не тут- то было,
одна из девиц и правда впала в ступор, но другая резвой рысью пустилась
в погоню, и не одна - ей на помощь пришел молодой мужчина стоящий на том
же переходе. Короче, вдвоем они быстро поймали и обезвредили того
бедолагу, парень этот оказался лейтенантом милиции, который очень хотел
стать старшим лейтенантом,(этот переход как-раз у крыльца КрайУВД),
добро вернулось к владелицам, которые почему-то покатывались со смеху.
Оказалось девицы путь держали из той самой библиотеки, а в сумке лежал
УГОЛОВНО-ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС СССР, и прочая справочная литература по
уголовному праву. То-то порадовался бы БИЧ заглянув в сумку.